Вечно и навсегда

— Я не очень хорошо танцую, — говорит Клара, щелкая выключателем. За окнами тает закат. Сидящая на диване Изольда поднимает голову. Последний час она торопливо пишет и яростно зачеркивает список того, что нужно сделать до свадьбы, и с каждой проведенной линией морщинка на ее лбу становится все глубже. — Правда? – спрашивает она мягко. Она всегда говорит мягко и спокойно, словно ничего в этой жизни уже не может вывести ее из себя. Даже то старое, но все еще существующее предательство Клары – чем еще это было, как не предательством, несмотря на все уверения в обратном? – Разве ты не была на званых вечерах и балах? — Нашу семью не приглашали, — Клара опускается рядом, игриво подталкивая ее плечом. В платье для сна и белой шелковой накидке Изольда выглядит как сон: прекрасной и эфемерной. Пальцы сводит осознанием, что этой красоты можно коснуться – и даже более того. – Ты же знаешь, отца… не слишком уважали в высшем обществе. А уж меня тем более. Изольда улыбается, не отвечая. В ее улыбке все: и безумные слухи о связях Клары с замужними женщинами, и ее репутация, и наличие арканных способностей, и отсутствие медицинской лицензии, и даже ее побеги из чужих домов через окно, которые раньше Изольду забавляли, а после стали сердить. Вероятно, она ревновала – если бы Клара узнала, что Изольда бегает из спален других женщин, она бы, вероятно, тоже была не в восторге. Впрочем, сейчас все это – лишь пустые воспоминания. Нет ни женщин, ни окон, ни даже Вены. Ничего, кроме их любви. Им через многое приходится пройти – вместе, по отдельности, затем опять вместе, — многое понять, принять и обсудить, но в результате, спустя годы, они здесь, и Клара гордится ею, действительно искренне гордится Изольдой. Её возлюбленной, её невестой, ее будущей женой. Она повторяет эти слова, сладкие и теплые, и все еще не может поверить, что это действительно происходит с ними. Все начинается так: несколько месяцев назад они смотрят на маленьком экране черно-белый фильм. Любовь, испытания, хороший конец – пара женится прямо перед титрами, и Изольда кладет голову Кларе на плечо, молчит задумчиво. Потом роняет: — Раньше я боялась брака. — Почему? – спрашивает Клара, переплетая их пальцы. Впрочем, она догадывается – из-за долга, из-за требований семьи, из-за того, какие люди ее окружали. Может, из-за того, что Изольде, на самом деле, ни минуты не нравились мужчины. Но она ждет, пока Изольда ответит сама. — Потому что… разговоры о нем никогда не приводили ни к чему хорошему. Я не могла уйти, как делал это Теофил. Согласиться я не могла тоже, а слушать это раз за разом становилось невмоготу. Я не была против выйти замуж, но не за того, кого выбрали бы родители – лишь за человека, которого полюблю. Она ворчит, вспоминая претендентов – для каждого находится емкое описание. Меняет голоса, передразнивает – мини-сценки в границах одного дивана, — а Клара хохочет до слез, подыгрывая, и все это превращается в фарс и поцелуи. — Я люблю тебя, — шепчет Изольда ей в губы чуть позже. И в голове у Клары рождается план. Трудом, при поддержке команды Хронометриста, ей все же удаётся договориться с фондом и получить разрешение на проведение небольшой закрытой свадебной церемонии, однако сразу после возникает другая проблема. — Фонд не предоставит вам помещение, — говорит Вертин, и голос её звучит так уверено, что у Клары и мысли не появляется усомниться. Впрочем, расстроиться она тоже не успевает, потому что Вертин продолжает: — Но можете использовать мой чемодан. Там много комнат, которые я все еще не придумала, как использовать, и они достаточно большие… Если у вас не сто гостей, конечно. — Разве я смею отказаться от столь щедрого предложения, — улыбается она и пожимает чужую прохладную ладонь. – Спасибо! Они обходят все комнаты, а спустя три дня, полных размышлений и прогулок по диким землям, Клара с Вертин находят другой вариант – при помощи Друвис и ее арканного навыка участок рядом с небольшим озером превращается в настоящее произведение садового искусства. — Пожалуйста, позвольте мне заняться оформлением! — умоляет Сотеби, очаровательная маленькая леди с сияющими глазами. Кларе она нравится. — Мисс Сотеби и правда можно доверять, — соглашается Сонетто, и так всё решается. Это первая свадьба в жизни Сотеби, праздник для ее подруг, и она относится к ней ничуть не менее ответственно, чем отнеслась бы к своей собственной. Несколько раз Изольда оказывается в опасной близости к раскрытию правды, Клару спасает лишь навык красноречия и умение переводить на себя все ее внимание. В тот теплый закатный вечер, когда она наконец говорит эти слова, так долго томящиеся под языком, глаза Изольды вспыхивают изумлением, восторгом и недоверием, стекающим влагой по алеющим румянцем щекам – и становится понятно без слов, что это того стоило. — Смотри. Рука Изольды – на ее талии, глаза – неотрывный и пристальный взгляд, полный нежности. Клара крепче сжимает тонкие пальцы, доверчиво лежащие в ее руке, и кивает. Она долго учила шаги, путаясь в ногах, и теперь готова показать свою решимость лицом к лицу. – Слушай. Тебе нужно лишь подстроиться под ритм и ориентироваться на меня. Это не так сложно, как кажется. Я тебя научу. За окнами пространство поглощает ночь, пока они в кружатся в желтом свете, прижавшись друг к другу – прямо так, босиком, в одежде для сна, под трескучую мелодию винилового проигрывателя. Шаг, шаг, не сбиться с ритма, не отдавить ноги, по кругу, и невозможно успокоить сердце, когда вот так близко, интимно, в полном доверии, и танец, кажется, длится бесконечно, пока нежность обнимает их обеих. Изольда тихо смеется, когда Клара убирает руку с ее плеча, чтобы поправить сползшие очки, и тут же теряет ритм – терпеливо помогает, ведет за собой, и ей невозможно не подчиниться, когда мир вокруг застывает в ожидании. — Поймаешь меня? – шепчет Клара, щурясь насмешливо, отклоняется немного назад, чувствуя, как напрягается Изольда, стараясь за ней успеть. — Этому я тебя не учила. — Капелька импровизации. Лицо Изольды над ней – волосы щекочут кожу, укрывая их темным одеялом, — и в очередной раз она ловит себя на исступленном восхищении. — У меня кружится голова. Изольда улыбается – тонко, самыми уголками губ, — но ее глаза смеются. — Все пройдет, — обещает она и целует. — … а еще я хотела бы сказать тебе… Ветер склоняет к земле цветочные бутоны, колышет листья. В волосах у Изольды тоже цветы – белые, сиреневые, розовые нежные лепестки. Сегодня она – богиня весны, небесная красота в человеческом теле. Вокруг – люди, но Клара не видит никого, кроме нее. — Я хочу дать еще одну клятву, — целует ее пальцы, прежде чем надеть кольцо; медленно, не торопясь, — что бы ни случилось сейчас и в будущем, что бы ты ни сделала и что бы ни сделала я — отныне я всегда буду на твоей стороне. Там, где мое сердце. Рядом с тобой.