Кошмары

Парень просыпается от отчаяния. Душа металась из стороны в сторону, пытаясь найти варианты решения проблемы, которой даже не произошло на самом деле. Это сон, просто дурной сон, который почему-то не забылся, как многие другие. Ричард приподнимается на локтях, прикрывает глаза и прикладывает руку к лицу. «Что это было вообще? И почему это ощущалось настолько реально?» Рядом почувствовалось шевеление и теплая рука приобняла Трумана за торс. Ну конечно, самому поспать нормально не удалось, еще и парня своего разбудил. — Ричи?.. — заспанный голос, но с ноткой беспокойства разносится прямо из-под бока. — Ты чего вскочил? — Да так… — Ричард тихонько бурчит и пытается улечься на бок, чтобы не нарушить объятья и слегка успокоится за счёт просмотра на любимое сонное лицо. Рэн так забавно моргает по-совинному. — Кошмар приснился. — Кошмар, говоришь… — Миллер слегка хмурится, закрывая оба глаза. — И что там было? Брюнет повторяет движение бровей за парнем, пока в голове вновь проносятся моменты из сна. Один хуже другого, но каждый чувствовался, словно реальный. Как будто он мог прикоснуться к любому предмету, ощутить и жар, и холод, поговорить вполне с осознанными личностями. — Зомби. — Зомби? — Рэн словно успокаивается, когда слышит такую глупую, по его мнению, причину. — Так вот что вы смотрели на своей ночёвке с Ло и Диланом? — Мы другое смотрели… — тяжёлый вздох и рука сама тянется, чтобы погладить рыжие волосы. Настоящий. Живой. — Там были все мы. Мы вчетвером пытались свалить из университета полного зомби, но тебя укусили, пока мы сбегали через задний двор. А потом… мы обосновались на каком-то складе. — Ричард не понимал, почему сердце вновь наполняется этим тяжелым чувством безысходности. Он выбирается из объятий и присаживается на кровать, свесив ноги вниз. — Тебе становилось всё хуже и хуже, ты говорил убить тебя, пока ты не стал таким же монстром… А я не мог. И мы привязали тебя к одной из труб на этом заводе и думали, что сможем помочь тебе, если найдём антидот. — Как только руки закрывают лицо в попытке то ли убрать воспоминания, то ли вспомнить еще лучше для рассказа, рядом вновь оказывается тепло от чужого, но живого тела. Миллер приобнимает за плечи и дарит поцелуй в макушку. — Но какой антидот, если ты уже умер? Плоть синела, слезала с костей, глаза превратились в непонятное нечто, и запах… — Это было слишком реально. Эта едкая трупная вонь врезалась в нос по сей момент и Ричард уже начинал чувствовать подступающую тошноту. — Чшш… всё, всё. — Ухудшающееся состояние партнера конечно же не могло скрыться от Миллера. — Глупый кошмар. Не думай об этом, я здесь и со мной всё в порядке. — Это было слишком реально… — Ричарда обнимают полностью и он пытается сделать тоже самое в ответ, но руки дрожат. На миг они окрашиваются в кровь и парень жмурится, вздрагивая. — Рэн. — Да, Ричи? — Я тебя очень сильно люблю. — В этот момент парень сожалел, что говорил эти важные слова не так часто. Он ощутил смерть близкого человека, это не было сном. Как будто реально произошедшие события записанные на пленку воспоминания… как будто фрагменты параллельной вселенной, случайно попавшие в спящую голову Трумана. — Это взаимно, солнце моё. — Миллер вновь целует парня в макушку. Раз, два, пять… оставляет поцелуй за поцелуем, желая каждым из них стереть моменты кошмара из головы возлюбленного. — Люблю тебя… Слова, которые смогли слегка успокоить парня. Но не смогли уничтожить фрагменты воспоминаний, где Ричард обнимает возлюбленного с такой же теплотой, как и сейчас, но в ответ чувствует боль в шее от рвущийся плоти и следит за медленно окрашивающимися руками. Окрашивающимися в собственную кровь.