Морис Давидович Симашко "Емшан"

Над бескрайними степями тянулся нежный ветер, неся с собой запахи трав и полыни. Вдалеке, едва видимыми пятнами, паслись табуны диких лошадей, невозмутимо рассекая простор. Старый хан Бурнаш сидел в своем шатре, погружённый в глубокие раздумья, омывая память воспоминаниями о своём былом величии и славных победах, которых давно не было. Годы прошли, словно песок сквозь пальцы, и теперь вся его жизнь была как догорающий закат – тихий, но всё ещё величественный. В этот день к нему прибыл гость – худой и закалённый, с лицом, изрезанным ветрами дальних дорог. Он пришёл из далёкого царства Руси, где его когда-то оставили заложником после одного из походов. Мальчиком его увезли из родных степей, и вот теперь он вернулся взрослым мужчиной, обременённым чужими законами и обязанностями. – Хан Бурнаш, – начал он, опустившись на колени. – Я вернулся, чтобы принести тебе то, что тебе дорого. Хан прищурился, изучая глаза человека перед ним. Этот голос, эти черты… где-то в глубине сознания мелькнула мысль, знакомая и давно позабытая. – Кто ты? – медленно произнёс он, будто пытаясь поймать ускользающую нить воспоминаний. – Ты не узнаёшь меня, великий хан? Я был твоим сыном, которого ты когда-то отправил в далёкую Русь, чтобы заключить мир. Я жил там среди чужих людей, но сердце моё всегда рвалось домой. И теперь, спустя долгие годы, я привёз тебе то, что ты потерял. Мужчина вынул из-за пояса небольшой пучок засушенной травы. Емшан. – Эта трава, – продолжал он, – хранит в себе дух наших степей. Каждый её запах напоминает мне о детстве, о тех днях, когда я бегал по этим бескрайним просторам. Я принёс её тебе, чтобы ты вспомнил о том, что потерял. Хан взял пучок травы, поднёс его к лицу и вдохнул. Запах полыни, свежий и горьковатый, ворвался в его ноздри. В мгновение ока перед его взором мелькнули картины прошлого: молодость, сила, битвы и победы, звук конских копыт, запах степей… И, наконец, он вспомнил. – Это ты… – прошептал он, впервые узнав сына в лице этого чужого, повидавшего мир человека. В глазах хана блеснули слёзы, которых он не проливал с самого детства. Но, несмотря на долгожданную встречу, в его сердце жгло что-то новое, что-то тягостное. Как пустыня засыхает без дождя, так и степь больше не жила в нём. Слишком много времени прошло. Власть, победы, уважение – всё это потеряло смысл перед лицом утраты, осознания того, что никто не может вернуть прошлое. – Я потерял больше, чем могу вернуть, – тихо произнёс хан. – Даже ты, мой сын, чужд мне теперь. Но запах степи… он всегда будет со мной.