Расскрытая ложь

Почти каждый хотя бы раз задумывался, что было бы, если бы он связал свою жизнь с другим человеком? Стали бы его дни счастливее, или наоборот печальнее? Богиня любви смотря на то, как многие выбирают себе неподходящих спутников для жизни, из-за которых потом льют горькие слёзы, решила наделить людей связью с одним единственным, особенным, человеком. С которым жизнь будет невероятно легка, а слезы будут символом большой радости. При рождении на запястье младенца появлялось имя его спутника жизни. Пара объединенная именами, считалась парой благословленной небесами на долгую и счастливую жизнь, а все невзгоды и трудности будут миновать их стороной. Однако даже с небесным благословением, иногда пары не могли найти нужный подход друг к другу. Тогда же Богиня наделила их способностями, которые помогают в решении проблем. У некоторых это небольшой круг возле имени суженого, в середине которого небольшая стрелка указывающая направление к своей паре для тех, кому расстояние самое большое препятствие. Те, кто не умели ясно выражать чувства, даровали чтение мыслей, а те, кто из-за занятости не могли часто видится, получили скорость передвижение. Но даже так были те, кто не являясь парой небес жили вместе. Такими были родители Цзян Чэна. Оба знали про свою пару небес, однако обоим не повезло потерять её. Не хотя оставаться до конца жизни одинокими, они согласились на брачный союз их кланов. Однако за множество лет они так и не научились сосуществовать вместе. В их семье не было места ни любви, ни заботе, отчего детям приходилось находить утешение друг в друге. Цзян Чэн не понимал, почему с появлением Вэй Усяня его родители начали чаще ссориться, лишь позже он понял значение "пара небес" и почему его мать была против Вэй Ина. Этот неряшливый мальчишка оказался его идеальным спутником жизни. Тот, кому небесами уготовано стать ему братом, лучшим другом, а после и возлюбленным. *** Всю прелесть поцелуев юноши познали в 14-летнем возрасте. Вэй Усянь раздобыл весеннюю книгу и заинтересовавшись, начал подбивать шиди попробовать, объясняя тем, что они как пара небес обязательно должны познать всю прелесть плотских утех, однако смущённый Цзян Чэн прикрываясь бранью согласился для начала лишь на невинный поцелуй. Однако прикоснувшись к губам возлюбленного, сам того не замечая, увеличил напор, желая расспробывать больше. Позже он ещё долго отводил смущённый взгляд под заливистый смех шисюна. °°° - Как ты думаешь, почему у нас нет никакой способности? А если есть, то какая? - Однажды спросил Цзян Чэн у Вэй Усяня. - Потому что наши взаимоотношения слишком идеальны и не нуждаются в помощи от богини, - смеясь отвечал тот. - Ну, а если она все же есть, давай кто первый выяснит её суть, загадывает желание проигравшему? - Даже из этого вздумал соревнования сделать? - Да ладно тебе, шиди, ты ведь и сам не против. А я уже почти придумал, что загадаю. - Ты ещё даже не выиграл! - Возмущено воскликнул Ваньинь. - Но точно выиграю, - произнес Вэй Ин и не дав разразиться возмущенной тираде прильнул к губам возлюбленного, вовлекая в поцелуй. °°° - Кто я? Я всего лишь ничтожный Мо Сюаньюй из деревни Мо, - ответил безумец из-за спины Ханьгуань-цзюня, который точно был Вэй Усянем. От чего-то после этих слов, сердце заныло, не так будь то физическая боль, или душевная. - Раньше состоял в ордене Ланьлин Цзинь, но меня выгнали из-за того, что я обрезанный рукав, - в конце он печально вздохнул. - Тебя выперли не из-за этого! - Крикнул Цзинь Лин. - А из-за того, что ты приставал к Ляньфан-цзуню! - Я всего лишь пытался подарить ему свою любовь, а он этого не оценил. - Достаточно! - Остановил спор Ваньинь. - Как ты оказался на этой горе? - Я просто шел туда, куда велит мне моё сердце. - А что на счёт Призрачного генерала? Весь заклинательский мир считал его стертым с лица земли. - Глава Цзян, это на что вы намекаете? На то, что я как-то связан со Старейшиной Илин? Спешу вас растроить. - И снова эта странная боль. Почему сердце реагирует на определенные фразы. История "Мо Сюаньюя", как он оказался на этой горе и что он никак не связан с Вэй Усянем. Однако же на то, что он сказал во время спора с Цзинь Лином сердце никак не отреагировало. Было ли что-то такое раньше, до того, как Вэй Усянь покинул этот мир? - Я признаю, что пользовался темной энергией и много чего вытворял с её помощью, но всё в рамках разумного. А вообще, Глава Цзян, своим допросом вы ставите меня в неловкое положение. Можно подумать, что я вам симпатизирую. Однако же меня привлекают не все без разбора. Например деревенская корова жирная и неповоротливая, она мне совсем не нравится и на этой горе мне тоже никто не нравится. Вы заклинатели все такие грубые и высокомерные, подумаешь мечем махать умеете и что с того? Хотя Вы, Глава Цзян, когда не открываете рот и не размахиваете своим кнутом, вполне могли мне понравиться. Вместо того, чтобы огрызнуться, на лице Ваньиня появилась хищная улыбка. - Дядя, ты выглядишь жутко, когда улыбаешься, - съежился Цзинь Лин, - что-то случилось? - Ничего особенного. Просто наконец понял в чем заключается наша с парой небес способность, - ответил Цзян Чэн, поглядывая на Вэй Усяня, точно зная, что его это заинтересует. Тот в своё время загорелся идеей выяснить эту способность. Не было ни одной пары небес у которой он не спросил про их способность, пытаясь понять на что вообще они действуют. - И в чем же? - Потом расскажу, - отмахнулся от племянника Ваньинь. Не то, чтобы это должно становится секретом, однако конкретно сейчас ему нужно вывести на чистую воду одного завравшегося человека. - Глава Цзян, - Начал "Мо Сюаньюя" выглядывая из-за спины Лань Ванцзи, - тут такое дело, что я уже несколько лет не могу найти подход к своей паре небес, - Вэй Ин драматично схватился за сердце, - но не смотря на то, что она меня отвергает, я всё равно её люблю. Только вот способность мы определить не можем. Уже всё перепробовали и ничего. Может ваша способность будет схожа с моей? - Господин Мо, я думаю что мой случай уникален, поскольку я такой способности больше ни у кого не видел, так что не думаю, что вам нужно знать. А также рекомендую просто перестать заигрывать со всеми подряд. - Глава Цзян жадничает? - Ну что Вы, просто боюсь услышав ответ, вы сбежите. - Не сбегу. - Тогда, я приглашаю Вас посетить Пристань Лотоса. - А это ещё зачем? Не для того ли, чтобы я поближе познакомился с юнмэнскими подвалами? Да и тон у Вас сменился на подозрительно ласковый. Да и в целом не хочу я в Пристань Лотоса, - враньё, хочет и теперь благодаря способности Ваньинь это знает. Быстро сократив расстояние между ними, Цзян Чэн резко выдернул из-за спины Лань Ванцзы Вэй Усяня и прежде чем он начал вырывается, прошептал ему на ухо: - Дурень, хватит этого спектакля. Пошли домой. - Глава Цзян, всеми этими словами про способность заманивал меня в ловушку, чтобы наконец-то убедиться, что я - Вэй Усянь? - Убедиться? - Хмыкнул Ваньинь. - Нужно мне ещё убеждаться, что это ты. По одному твоему дуракавалянию и так всё понятно. И про способность были не просто слова, я действительно понял её суть. - Сдаюсь. - Взходнул Вэй Усянь. - Мне слишком интересно узнать, какая она, наша способность, чтобы и дальше претворяться Мо Сюаньюем. - А мог бы сразу прийти ко мне. - Цзян Чэн... Давай хотя бы не здесь, слишком много посторонних глаз. - И что же, мне даже не прийдётся связывать тебя и силой тащить в Пристань Лотоса? - Связывать... Звучит заманчиво, но пожалуй не в том контексте. - Бесстыдник, - произнёс Ваньинь отстраняясь от Вэй Усяня. - Адепты Юнмэн Цзян, возвращаемся в Пристань Лотоса. - Ханьгуань-цзюнь, Вы чего? - Внезапно послышался голос Вэй Усяня у него за спиной. Обернувшись, Цзян Чэн увидел, что тот держит Вэй Усяня за руку не давая уйти. - Глава Цзян, несмотря на то, что он темный заклинатель, он помог младшим ученикам. Его стоит отблагодарить. - Ханьгуань-цзюнь, я не нуждаюсь в советах, что делать с гостями моего ордена. - Но... - Ханьгуань-цзюнь, я хочу услышать про способность. Если Глава ордена Цзян желает мне сказать это в Пристани Лотоса, я отправлюсь туда, - перебил его Вэй Ин и не оборачиваясь последовал за своим шиди. °°° Стоило Вэй Ину с Цзян Чэном переступить порог господских покоев, как Вэй Усянь начал приставать с расспросами. - Ну, Цзян Чэн, мы наконец одни, какая наша способность? Я же теперь не усну, пока не узнаю. - Да успокойся ты, - произнес Ваньинь садясь за стол и разливая вино по чашам, - вообще способность действительно полезная, однако больше напоминает проклятье. Уверен, что хочешь знать? - Естественно хочу, что за дурацкий вопрос? - Вэй Усянь с интересом уставился на шиди, даже не взглянув на излюбленный алкоголь. - В общем, мы можем определять когда друг другу врём. - Чего? - Непонимающе моргнул Вэй Ин. - Что ж тут не понятного? - Вздохнул Ваньинь, отпив вина. - "Ты являешься моей парой небес". Что-то почувствовал? - Ещё бы знать, что я должен чувствовать... - Пробубнил Вэй Усянь, - но вроде бы ничего. - А теперь "Ты отучился в Облачных глубинах полный срок". - О... Сердце слегка заболело, почти не ощутимо. - Потому что это ложь и тебя оттуда с позором выкинули. Подозреваю чем сильнее ложь, тем сильнее боль. Потому-то сейчас сердце и заболело слегка, так как ты и без меня знаешь, что это неправда. - И ты всё это понял всего лишь по моему спектаклю? - Большую часть так, в остальном пришлось напрячь память и вспоминать было ли такое раньше. - Потрясающе, всё же Богиня про нас не забыла. Но ты сказал, что это скорее проклятье, почему? Я согласен, что это не очень удобно, так как даже самая мелкая ложь будет расскрыта, но не то, что бы это плохо. - Вэй Усянь, ты идиот? Сейчас я с уверенностью могу сказать, что до своей смерти ты часто врал. Начиная от нападения Вэней. Та удивительная история про Саньжэнь Баошань, во время которой я думал, что мое сердце разрывается изнутри, но списывал всё на то, что это заслуга Вэней. Однако сейчас, когда я знаю, что то была за боль, не поведаешь ли мне эту историю ещё раз? - Хах, А-Чэн, я не понимаю о чем ты, - проговорил Вэй Усянь, стараясь придать голосу как можно больше беззаботности. - Хорошая попытка, я мог бы почти поверить, за исключением того, что ты снова врешь. - Я не хочу рассказывать, - упрямо отозвался Вэй Ин. - И почему же? - Потому что тебе не понравится услышанное. - А ложь мне так сильно нравится? Вэй Усянь, прекрати уже ломаться, - Ваньинь ударил кулаком по столу, отчего чаши перевернулись, а вино оказалось разлитым. - Золотое ядро в твоём теле действительно восстановила не Саньжэнь Баошань и я без понятия где находится гора на которой она живёт. В общем...оно принадлежало мне... Вэнь Цин провела операцию и пересадила моё золотое ядро тебе... - Проговорил Вэй Ин, не смотря на Ваньиня. - О, должно быть я очень важная персона, раз ты пошел на такое. Или быть может настолько жалко выглядел? Решил, что без золотого ядра я не на что не годен? - Да, важная персона. Для меня самая важная персона. Жизни без тебя не представлял и не представляю. А ты выглядел так, будто стоит мне отвернутся, покончишь с собой. И нет, ты не выглядел жалко, а разбито. Уж извини, что задел твоё самолюбие, своим эгоистичным решением вернуть тебе живой блеск в глазах. Но я не жалею о том, что сделал, - решительно произнес Вэй Усянь, смотря прямо в глаза. - Ну как, хоть где-то я соврал? - Ты... придурок. - Возможно и так, но мои действия хотя бы имеют логику. Твои же я вообще не понимаю. Вроде как ты должен меня ненавидеть, но что на горе Дафань, что сейчас не выглядишь так, будто убить хочешь. Да и в целом, какой-то ты слишком мягкий. Где угрозы сломать мне ноги, или ещё что? - С чего мне тебя ненавидеть? - Ты знаешь за что... Павлин и шидзе... - И? Не знаю, как точно умер Цзинь Цзысюань, но не ты убил мою сестру. Это было её решение спасти тебя пожертвовав собой. - Ещё скажи, что несмотря на всё, до сих пор меня любишь. - А ты спроси, - с вызовом произнес Ваньинь. - Ты...и вправду до сих пор любишь меня? - До смерти тебя ненавижу, но это не значит, что я не хочу привязать тебя веревкой к кровати, чтобы ты снова от меня не сбежал. - Цзян Ваньинь, ты такой врун, - перегиясь через стол, произнес Вэй Усянь в самые губы своего возлюбленного, а после поцеловал. Совсем невесомо, будто он неумелая смущенная девица. Отстранившись, Вэй Ин спешно обогнул стол и усевшись на коленях Цзян Чэна, обвил его руками и ногами, уткнувшись лицом в плече всхлипнул. - Прости... Я правда не хотел убивать Цзинь Цзысюаня... Я разозлился и всё вышло из под контроля... - На что ты так сильно разозлился? - Успокаивающе гладя по спине, спросил Ваньинь. - В честь первой луны Цзинь Жуланя, я решил подарить ему колокольчик ясности. Месяц угробил на создание мощного артефакта, защищает от любой низкоуровневой нечести, хотя даже по силе как Вэнь Нин досталось бы. Для ребенка лучше артефакта не придумаешь. А Цзинь Цзысюнь его просто растоптал. Ещё и словами добил, а ты же знаешь, я личность чувствительная, обидчивая, ну и вот...вышло, что вышло. - Действительно "чувствительная личность", у меня уже всё плечо мокрое от твоих соплей. - Иди ты... Между прочим, пока я тут плакался, выяснил на что ещё распространяется наша способность. - Да? И на что же? - На недоговаривание. Недоговаривание - это та же ложь, только в меньшей степени. Когда я рассказывал про золотое ядро, ты молчал, но при этом сердце всё равно слегка болело. - Вэй Усянь не видел, но точно мог представить как исказилось лицо Ваньиня и почувствовал, как тело возлюбленного напряглось. - А-Чэн, выкладывай. Чего уж нам теперь таить. Хуже уже не будет. - Ты ведь думал, что я вернулся в Пристань Лотоса, чтобы вернуть тела родителей, или отомстить? - А разве это не так? - Отстранившись от плеча, Вэй Усянь взглянул заплакаными глазами на возлюбленного. - Не так. В тот город, где мы прятались, когда ты пошел за едой, пришли Вэни и начали всё обыскивать. Не знаю успел бы ты спрятаться или нет, я не хотел оставлять всё на волю небес, поэтому...выбежал и отвлек их на себя. Уж прости, но ты так же являлся для меня "самой важной персоной". - Являлся? А сейчас что, уже не являюсь? - Обижено надув щеки, спросил Вэй Ин. - Нет. На первом месте у меня Цзинь Лин, а уже потом ты. - Жулань... Он меня сильно ненавидит? - Вот возьмёшь и спросишь у него сам. И за высказывания о родителях на горе Дафань извинишься. - "Пара небес - это тот человек, который будет делать твою жизнь невероятно лёгкой", но ты что-то не стремишься облегчить мои душевные терзания, хотя бы ответом сильно ли меня ненавидят. - Будто ты сам когда-то пытался упростить мне жизнь. Ты же сплошная проблема на ножках. - Прости... Ваньинь взял лицо Вэй Усяня в обе руки и соприкоснулся с ним лбами. - О, небеса, неужели мне теперь прийдётся следить за тем, что я говорю? Прости, я не думал, что мое высказывание о твоей проблемности тебя заденет. В конце концов, я и раньше так говорил и ты не выглядел обиженным или задетым. В юношестве с тобой действительно было невероятно легко. А потом, когда стало труднее, мы вроде как должны были сообразить суть нашей способности, но оба оказались глупы и не поняли. Возможно тогда и было бы легко, как сказано в легенде, но сейчас нет смысла об этом думать. Я предпочту жить настоящим. - Кстати о настоящем... Поможешь решить проблему с рукой? Не верю, что она случайно появилась там, где я воскрес. - Будто у меня есть выбор, - закатил глаза Цзян Чэн. - После я воспользуюсь своим желанием в споре со способностью и привяжу тебя к кровати и запру в Пристани Лотоса, чтобы больше не сбежал. - С превеликим удовольствие, - засмеялся Вэй Усянь, а после поцеловал в коньчик носа, - люблю. - Ненавижу тебя, - соврал Ваньинь, зная, что возлюбленный почувствовал его ложь.