Часы феникса

      — А это что, реально хронометр? — Катька с наслаждением плюхнулась на диван, и подушки рядом с ней разлетелись в разные концы дивана.       Таня считала Катьку лучшей подругой, поэтому о своей находке рассказала только ей. Она достала из ящика стола карманные часы на цепочке — старинные, золотые, уже потускневшие. На крышке грозно застыла мифическая птица, взмахнувшая крылом, — кажется, это был феникс. Находка неординарная — и потому никому из родителей и друзей Таня ещё не показывала часы.       — Ерунда это, конечно, — махнула рукой Таня. Они уже достаточно взрослые, чтобы не верить в сказки и чудеса. И если в «Гарри Поттере» маховик времени работал, а в научно-фантастических фильмах машина времени даже позволяла менять судьбу, то в реальности это, разумеется, не работало. — Но часы очень необычные. Похожие на хронометр, часы Феникса, как в книжке, помнишь, в библиотеке брали?       Брали, читали, картинки рассматривали. Катьке достаточно того, что это была энциклопедия по древним вещам, а не художественная книжка, чтобы поверить, что необычные часы действительно могут иметь магические свойства — ведь с чего-то древние люди приписывали им это! Катька вообще была девочкой впечатлительной, но — что нравилось Тане в ней больше всего — она всегда несла в мир энергию и позитив, хотя и верила подчас во всякую ерунду. Именно Катька всегда вытаскивала из себя Таню-интроверта, заставляла что-то делать, общаться с людьми, верить в себя, бороться и всегда поддерживала — даже тогда, когда Таня с ней ссорилась или предпочитала ей других, новых подружек, с которыми её Катька и знакомила. Первое время Таня этого совсем не ценила и только недавно осознала, насколько подруга в неё верит. Однако в такие моменты, когда Катька верила в сказки, Таня лишь качала головой и скептически фыркала: может, она ошиблась, и её Катька — один человек, а это — какая-то совсем другая, чужая Катька? Не может же сочетаться в себе уверенность в собственные и чужие силы и фатализм, вера в магию!       — Помню я про книжку, помню! — весело отозвалась Катька, и Таня ещё раз вгляделась в её лицо, весёлое и беззаботное. — Давай попробуем! А вдруг получится перенестись в прошлое или даже в будущее?       — Это невозможно, — хмыкнула Таня, но отдала подруге часы. Та повертела их в руках, потёрла пальцем крышку и наконец открыла. Циферблат благородного бронзового цвета, но главное — часы до сих пор идут! Катька несколько секунд завороженно наблюдала за движением стрелок, а потом перевела изумлённый взгляд на Таню.       — Ты же говорила: они старые! Тогда как же они могут идти?       — Они не тикали…       — Но вот же, — Катька повернула циферблат к Тане и почти сунула ей под нос: — Смотри! Идут! Давай попробуем!       Таня нахмурилась, но возражать загоревшейся идеей Катьке всё равно бесполезно, поэтому девушка только махнула рукой.       — Я в этом участвовать не буду. Тем более, даже если это хронометр, мы же никак не сможем их активировать: откуда ты знаешь, как это работает? В нашем, реальном мире таких штук не существует.       — Может, заклинание? А может, их просто надо потереть где-нибудь? А может, загадать время и место в определённое время, например, ночью?       — Кать, ну хватит гадать, — Таня наморщилась, — ничего из этого не выйдет! Да и вообще — зачем тебе определённое время? Вон на улице и так уже почти ночь!       На улице действительно стремительно смеркалось, но ни одна из девушек не двинулась, чтобы включить в комнате свет. В остаточных, сумеречных бликах света часы холодно поблёскивали.       Катька сосредоточилась и замерла, неотрывно глядя на стрелки часов. Чем дольше Таня смотрела на неё, тем больше ей казалось, что даже пространство вокруг подруги замерло, загустело.       А у Катьки перед глазами пронёсся ясный солнечный день — такой яркий и красочный, словно она действительно находилась там, в этом дне, на десять лет назад. Маленькая девочка в центре комнаты играла в кубики — перекладывала, строила башни и, казалось, не замечала, что там есть кто-то ещё. Вот она смахнула рукой башенку, и один из кубиков упал к самым ногам Катьки; она хотела его поднять, наклонилась и коснулась поверхности, но поняла, что схватить его не получается — пальцы проходят сквозь кубик. Неужели ей это снится?       Катька подняла голову и заглянула в лицо девочки — та смотрела прямо на неё, но, похоже, не видела. Это была она сама — Катька. Только на десять лет младше. Катька не призрак, но… она действительно попала в прошлое!       Это было странное ощущение — лёгкость и свет словно пронизывали не только воспоминание, но и её саму, и Катька ничего не чувствовала — только это. Может быть, это была ностальгия по счастливым дням? Она оставила кубик для девочки — её коснуться девушка не посмела, ведь помнила из книжек, что в прошлом лучше ничего не изменять, иначе изменится и вся дальнейшая жизнь. Катька тихо отступила и подошла к окну, чтобы ещё раз взглянуть на мир — солнечный и прекрасный, пропитанный радостью и счастьем ещё тогда, ещё десять лет назад, и сохранённый до её взрослости. Далеко внизу, у подъезда стоял папа (его она узнала сразу, хотя воспоминания о нём почти стёрлись — отец Катьки ушёл из семьи давно) и обнимал какую-то женщину. Рядом с ними юлила девчонка — совсем маленькая, но очень шустрая, чем-то похожая на саму Катьку.       Катька ещё раз оглянулась на девочку в комнате: если сама Катька здесь — то кто же там? Она ещё раз выглянула в окно, стараясь рассмотреть отца внимательнее — может, это не он?       Но она не ошиблась и поняла это, когда отец, взяв на руки шуструю девчонку, уходил вдаль с женщиной. Эта женщина не была матерью Катьки — для этого не пришлось её и разглядывать: походка другая, даже атмосфера вокруг неё — другая!       Катька неожиданно почувствовала резкую боль в глазах. День продолжал быть ослепительно светлым и ярким и, казалось, именно луч попал в её глаза, отчего стало так больно. Где-то глубоко в себе Катька поняла, что это душевная боль, выраженная в этом мире в иной форме, но от неожиданности она стукнула кулаком по подоконнику — и тут же перед глазами потух свет.       Катька из реального мира очнулась, уронила часы и часто-часто захлопала глазами.       — С тобой что?..       Она не ответила, обняв саму себя. Таня тревожно заглядывала ей в лицо, но не смела тронуть, готовая в любой момент сорваться с места.       Через несколько минут Катька словно вновь ожила — улыбнулась, в глазах загорелся огонёк.       — Я была в прошлом. Не ходи туда.