Этимология слова

      — Кто самая красивая девочка на свете? Это ты! — сладко причитал Тобирама, попутно целуя щёки своей маленькой дочери. Её радостный смех звонко разливался по комнате, искренне довольный вниманием родителя.       — Кажется, ей это очень нравится, — с широкой улыбкой говорила Юа-чан, сощуренными глазами наблюдая за ребёнком. Она опиралась на свои сложенные руки, которые лежали на кроватке молодой леди, зорко следя за тем, чтобы ничего плохого не случилось. По крайней мере, она так говорила, совсем плохо скрывая своё истинное желание быть ближе к девочке, считая её самым очаровательным созданием в этом мире.       — Конечно же нравится. Моя маленькая принцесса так громко смеётся, что её услышит кто угодно в округе, — гордый собой, отвечал Тобирама.       Тока наблюдала за этим издалека, скрывая и свою улыбку за длинным рукавом кимоно, отвернувшись в сторону сада. Сидя рядом с раздвинутыми сёдзи, она осознала , что поразительным образом в этом небольшом доме все проблемы уходили на второй план, забывались, как сон, оставляя после себя разве что неприятное и горькое послевкусие.       Солнце ярко светило, роса отражало лучи, заставляя цветы сиять, а деревья плясать от счастья. Комната прогрелась и была такой уютной, что не хотелось никуда уходить.       Тока в самом деле гордилась собой: недавно заброшенное здание восстало, поражая своим ярким видом. Тут и новая мебель, и мягкие подушки, и расписные сёдзи. Ни одной пылинки, ни одной паутинки. Такой идеальности позавидует даже Император!       — На самом деле, — вдруг начал говорить Тобирама, однако не отвлекаясь от развлечения своей дочери, — меня уже который день беспокоит один вопрос.       Девушки, поняв, что их Господин не желает продолжать, заинтересованно повернулись в его сторону, тем самым намекая о своём желании услышать о его сомнениях.       Коротко откашлявшись, словно от стеснения, он всё-таки продолжил:       — Я не уверен, кем же ей прихожусь, — говоря это, он слабо щекотал свою дочь, время от времени целуя в щёки. Выпрямившись и взяв её на руки, он повернулся к своим верным слугам. — Я мама или папа?       Вопрос прозвучал до той степени забавно, что Тока и Юа-чан вновь улыбнулись, но уже совсем по другой причине, нежели до этого: в этот раз их жертвой была не милая Принцесса, а неуверенный в себе Господин.       — Прекратите смеяться! Меня этот вопрос в самом деле не отпускает, — причитал парень, на чьих щеках успел появиться румянец.       — Разве ты не читал различную литературу до рождения ребёнка? — с той же ухмылкой отвечала Тока, которая, увидев нахмуренное лицо, поняла, что никакая литература не помогла. Хитро посмотрев в сторону своей помощницы, девушка начала придумывать план. — А почему бы нам с Юа-чан, — встав и приобняв подростка за плечи, она снизу вверх посмотрела в глаза Тобирамы, — не заняться этим, пока ты укладываешь принцессу спать?       Смутившись сказанному, парень не нашёлся с ответом, но и это было не нужно, так как куноичи, стоило только закончить свою речь, почти тут же вскочила и выбежала в сторону выхода. И только потом, когда дверь за ними закрылась, он осознал, в чём же крылась загвоздка — его дочка ведь совсем не хотела спать. Возбуждённая лаской, она желала играть и смеяться, и тяжёлое бремя взвалилось на плечи Тобирамы в виде обязанности придумывать что-то интересное, лишь бы малышка не начала капризничать.       Ворча и причитая, он всё-таки смирился, ожидая, что девушки смогут найти ответ на его вопрос.

***

      Тихо и довольно проходясь по главному дому, Тока услышала, как Юа-чан спрашивает её о плане действий. Сделав вид, что думает, куночичи сказала:       — Предлагаю тебе пойти в библиотеку. Уверена, там будет что-то интересное, — и ушла в противоположную сторону, игнорируя любые окрики.       Пытаясь выбирать пути, на которых ей не попадётся нынешний глава клана, к слову, хмурый в последнее время, она всё-таки начала размышлять о том, что же делать. Если в библиотеке будет орудовать Юа-чан, значит, ей необходимо выбрать что-то другое.       Нет, Тока ни в коем случае не жаловалась на свою нынешнюю должность — ей нравились покой и стабильность, и никакая уборка не могла убедить в обратном. Однако иногда детского плача становилось так много, что хотелось отдохнуть. Наверняка Тобираме сейчас ещё более сложно, но было бы славно дать ей хотя бы немного времени на себя. Даже если это время подразумевает под собой очередное задание. По крайней мере, она занимается расследованием достаточно интересного вопроса, а не меняет принцессе грязную одежду.       Бесцельно бродя по широким коридорам, она рассматривала различные украшения — вазы, картины. Внимание её привлекла одна расписная дверь — на ней были изображена молодая девушка, занимающаяся каллиграфией. В тот же миг в уме возникло воспоминание того, как в спальни Тобирамы по приказу прошлого главы приносили целые кипы свитков и книг, содержание которых ей было неизвестно, но, если верить словам её господина, там была различного рода информация о Джошин-сама, традициях Священных родителей и их детей, что слегка походило на ложь, так как она знала о любви господина к чтению, и вероятность того, что он не прочёл бы все эти книги, была очень низка. Как бы то ни было, она решила направиться в кабинет покойного Буцумы-самы, на случай, если там будут необходимые свитки, которые тот мог бы позабыть. В конце концов, она помнила, как на полках из тёмного дерева лежали не только различные книги о стратегии ведения войны, но и об этикете и всём в этом роде, так что, может быть, там было и что-то про то, как же правильно называть родившего мужчину.       Испытывая некоторый стыд, Тока чётко отдавала себе отчёт, что делает это лишь по приказу Тобирамы, который пусть и не звучал вслух, но подразумевался. Нынешний глава, насколько она знала из слухов, которыми даже не интересовалась, абсолютно не пользовался этой комнатой, предпочитая ей свои опочевальни, что, как считала девушка, было глупо — смешивать работу с местом, в котором следует отдыхать. В любом случае, её не касалась чужая жизнь.       Могла бы, если бы этот взрослый мужчина, не понимающий отказов, до сих пор не пытался связаться с её господином.       Раздраженно вздохнув, она успокоилась, прежде чем войти в нужное ей место.       Тяжёлый стол из тёмного дуба потерял былое величие, покрывшись тонким слоем пыли. На татами стали ярче желтоватые края, полки же теперь казались ниже, чем девушка помнила. Казалось, что даже окна стали сероватыми, потеряли цвет и потускнели. Бесшумно двинувшись внутрь, Тока начала рассматривать видимые корешки книг, в уме прикидывая, какая же подошла бы под её случай.       — Вы не это случайно ищете? — из ниоткуда прозвучал низкий мужской голос, заставив девушку вздрогнуть и резко обернуться в сторону.       В правом углу, встав в раздвинутых сёдзи, вид которых выходил во внутренний двор, не соизволив даже повернуться к ней лицом, стоял Фукуда-сама — член Совета. Протянув руку, он расслабленно и демонстративно показывал Токе содержимое — книгу, название которой было «ПРАВИЛА ОБРАЩЕНИЯ». Издание скорее всего было довольно давним, так как страницы были твёрдыми и словно грязными.       Придя в себя и смахнув упавшую на лицо чёлку, девушка выпрямилась и направилась прямиком к мужчине, обеими руками взяв книгу и притянув к себе. После совершённого действия она не знала, что делать — начать оправдываться или спросить, что же, святые Небеса, этот человек здесь делал.       Несмотря на то, что Фукуда-сама стоял к ней спиной, Тока успела разглядеть глубокие морщины на лбу, появившиеся из-за бровей, что хмуро сходились, прежде чем он ушёл, пробормотав что-то о том, что надеялся, что смог помочь.       В тот же миг она вспомнила, что после смерти Буцумы-самы совет так ни разу и не созывался, несмотря на то, что переговоры с Учихами активно шли.       Неудивительно, что многие участники этого самого Совета переживали, что их могут лишить должности. Правда, она не была уверена, переживали они из-за искренней тревоги по поводу будущего клана или же из-за меркантильности.       Поразительно, но она не была удивлена тому, что Хаширама-сама не справляется со своей ролью. Учитывая вечные просьбы о помощи у Тобирамы, тот факт, что нынешний глава почти никчёмен, казался закономерным.       Презрительно хмыкнув, она наскоро вышла из кабинета, решив прочитать содержимое книги лишь после того, как пройдёт чуть дальше по коридору.       Содержимое заставило её улыбнуться, предвкушая разговор, и задуматься, как же там поживает Юа-чан.

***

      Молодая девушка целеустремлённо шла в сторону библиотеки, превентивно уточнив у слуг, где же она находится. Рассеянно оглядываясь, она даже не была уверена, завернула ли она за нужный угол, но всё равно не сбрасывала темп, при этом забавно выглядят в своём наивном желании выполнить просьбу Господина.       Она ещё была в том возрасте, когда любые слова, подразумевающие под собой приказ, воспринимались как что-то, необходимое к выполнению сиюминуту. Но, конечно же, Юа-чан отказывалась это принимать, уверенная в том, что уже выросла и давно не является глупой и простодушной девчушкой.       Как бы то ни было, она встала пред величественнями дверьми, на которых разыгрывались неописуемые сюжеты. Робко толкнув их, она принялась рассматривать каждую деталь, желая понять, пришла ли она в нужное место.       Если быть до конца честной, она несколько была напугана. Дорога выдалась мрачноватой, а библиотека встретила мёртвой тишиной, в которой были отчётливо слышны вздохи девушки.       Отдышавшись, она всё-таки сделала твёрдый шаг в обитель мудрости. Почти тут же сжавшись от звука, появившегося после её ступившей ноги, она уже на носочках двинулась по стеллажам в поисках необходимого, всё равно не до конца понимая, что же ищет.       Юа-чан, так-то, не была сильно грамотной. Умея читать лишь базовые слова, она очень-очень надеялась, что этого запаса знаний хватит для того, чтобы хотя бы честно сказать Господину, что она постаралась найти необходимое, просто не смогла.       Проходя мимо, она даже не понимала, в каком порядке расставлены книги и свитки. В алфавитном, верно? Или, может, зависит от тем?       Голова кругом шла от вопросов, на которые нельзя было найти ответ. Девушке было стыдно возвращаться, чтобы уточнить конкретно эту сферу, так как это означало, что она придёт к Джошин-саме с пустыми руками. А ведь он наверняка с нетерпением ждёт известий от неё! Нет, ни в коем случае нельзя разочаровать Господина.       Чувствуя, как небольшая паника начала поступать к горлу, Юа-чан бродила в поисках заветных слов, обещавших дать ответы, пропуская некоторые иероглифы, которые не знала и не понимала, надеясь, что это не слишком сильно повлияет на содержание текста. И тут её взгляд зацепился за уже известные сочетания. Почти тут же в голове всплыли воспоминания о том, как её матушка читала книгу с тем же названием перед тем, как уложить спать, как, уже чуть повзрослевшая, она читала то же самое своим младшим братьям. «Момотаро» смотрел на неё с разноцветной обложки, широко улыбаясь.       Эта сказка наверняка понравится молодой принцессе! Юа-чан помнила, как было интересно слушать о путешествиях мальчика-персика и его верных друзей, как волнительна была из схватка с демонами! Наверняка Господину тоже понравится, ведь после прочтения этой сказки можно многое понять — важность храбрости, доброты и верности.       Начав активнее разглядывать названия, девушка пришла к осознанию того, что случайно забрела в отсек с детскими сказками. Итак, в этой библиотеке книги расставлялись в зависимости от классификации, прекрасно. Юа-чан смогла догадаться об этом почти самостоятельно!       Глаза её загорелись азартом, почти сверкая от счастья, сменившего собой неуверенность и тревогу. Конечно, она не смогла найти необходимое, но, по крайней мере, не вернётся с пустыми руками, а принесёт с собой хотя бы что-то.       Что же, теперь необходимо выбрать лучшее, что помогло бы юной леди вырасти хорошим человеком.       Копаясь на полках и в своих воспоминаниях, Юа-чан руками перебирала корешки, не забыв заранее забрать «Момотаро», чтобы вдруг не забыть. Крепко прижимая к себе сказку, она улыбалась, уже предвкушая тёплые вечера, наполненные захватывающими историями.       Тут и «Журавлиная жена», и «История о старике, который заставил деревья зацвести»! Какая же невероятная удача, что в огромной библиотеке клана Сенджу помимо серьёзной литературы, затрагивающей философию и ведение войны, были и такие простенькие произведения. Джоджи-саме посчастливилось иметь доступ к огромному количеству самых разных историй, в отличие от большинства гражданских, которые, если повезёт, знали хотя бы одну-две сказки. В таком случае, какой же доброй она вырастет! Именно эти черты ведь важны для будущей Госпожи и Священного ребёнка.

***

      Они встретились как раз на пути к дому Тобирамы, комично пересекаясь в дверях. Недолго смотря друг другу в глаза, они усмехнулись, обе довольные тем, как прошёл их небольшой перерыв.       — И как у тебя дела? — спросила Тока, медленно направляясь в сторону сада, желая полюбоваться цветами, что расцвели на деревьях.       — Я не нашла того, чего желал Господин. Но! — быстро сказала Юа-чан, не позволив себя перебить или осудить. — Я взяла сказки. Надеюсь, это смягчит гнев Джошин-самы.       — Не переживай, — спокойно ответила Тока, чьи губы никак не желали вернуться в прежнее состояние, всё так же улыбаясь, — я нашла нужное. Твои сказки будут приятным дополнением, — и подмигнула, тихо открывая дверь.       Тихо передвигаясь, понимая, что ребёнок наконец уснул, они увидели Тобираму на кухне. Он сидел, вырисовывая на столе какие-то узоры, рядом остывал чай. Возможно, он их уже ждал, так как рядом с его тяваном лежали ещё два, а также всякие сласти к чаю, которые девушки так любили.       Аккуратно сев напротив, положив свои книги чуть сбоку, они приземлились на удобные места. Взяв чаи в руки, они заговорщически улыбнулись. Первой начала Тока.       — Я нашла нужное, — гордо сказала она, приподняв подбородок.       — Хорошо, — было ей ответом. — Но мне интереснее, что же принесла с собой Юа-чан.       Ощущая небольшой укол недовольства, куноичи позволила младшей отчитаться о том, что же крылось в небольшой стопке, что аккуратно была разложена. Ей казалось, что пополнение в виде сказок понравилось Тобираме даже больше, чем тот факт, что великий вопрос, беспокоящий уже который день, нашёл свой ответ.       Даже если так! Было важно, что выполнить задание ей удалось. Пожёвывая сладкий дайфуку, она сама начала предвкушать, что же такого было в этих сказках, так как не помнила содержания. Прошло много лет с тех пор, как она читала их. Конечно, обрывочные воспоминания у неё были, но этого не хватало, чтобы в полной мере понимать сюжет.       — Так что там у тебя? — спросил Тобирама, понимающе улыбаясь, внутренне ощущая, что ответ его не сильно порадует.       Злорадная ухмылка, заставившая тёмную помаду на губах Токи растянуться, довольно ясно дала понять, что все его подозрения были правы.       — Полагаю, мне следует зачитать, что же здесь написано, — чопорно сказала она, выпрямившись.       «Каждому ребёнку, который почитает своих родителей, сие правило велено исполнять: к отцу следует обращаться "ото-сан", а к матери — "ока-сан", дабы выразить благодарность за жизнь, что дарована. Итак, не забывайте, что таково законное правило и для чад Священных родителей. Джошин-саму угодно именовать "ака-сан", а его супруг надлежит величать "ата-сан" — сие выражает благоговение к тому высокому наследию, которое они несут».       Из этого следовало, что Тобирама — молодая мамочка.       Слыша тихие хихиканья, он закрыл лицо рукой, скрывая тем самым румянец и слабую улыбку.       — Возможно, мне следовало этого ожидать, — со смехом сказал он, не чувствуя ни капли разочарования. Так и быть, первым словом дочки будет «мама».       Сидя за столом, время от времени похлёбывая чай и откусывая небольшие кусочки сладостей, они позволили себе ненадолго забыться, закрыть глаза на любую политику, войну, планируя разве что очередную прогулку и игры, чтобы молодая принцесса не заскучала.