Нетипичный день рождения

— Давайте сыграем в «Твистер»! — Тина, мы слишком проспиртованы внутри для твоего «Твистера». — Да ладно тебе, Гэвс, вспомним студенчество. Помнишь, как Картер тогда… — И вспоминать не хочу, что этот придурок сделал с бедной игрой. — «Твистер»? Лейтенант рассказывал об этой игре, мне было бы любопытно принять участие в ней. — Коннор, слишком заумно. — Простите, лейтенант. Я хотел бы попробовать сыграть в «Твистер». — А что ты скажешь, жестянка? — Детектив Рид, я… — Рич, мы не на работе. — Да, Гэвин. Я тоже хочу сыграть в «Твистер». — Значит, решено!       И в этот момент Гэвин понял, что вечер перестаёт быть томным. Выпившие люди, любопытные андроиды и «Твистер» — вот она, формула вселенского хаоса хорошего вечера. По мнению Тины, видимо.       Чего Рид до сих пор не понимал, так это как он докатился до жизни такой. Вот в августе 2038 года участились случаи девиации среди андроидов. Тогда ещё было громкое дело про заложницу на крыше (только спустя несколько месяцев после революции Гэвин узнал, что и тут Коннор успел оставить след). Вот к ним в департамент отправили прототип андроида-детектива, гордость «Киберлайф». Вот, как выразилась тогда Уоррен, «навсегда вошедшее в историю» 11 ноября 2038 года. Андроиды получили права наравне с людьми. Хороший был бы анекдот, если бы это не было правдой. Вот в декабре и к Риду приставили свою «жестянку», найденную на складе модель RK900, названную Ричардом, в которую Гэвин умудрился влюбиться по самые уши. И, на удивление всего отдела (кроме Тины, которая с самого начала наблюдала за искрами в их отношениях и подмечала все неловкие взгляды в сторону друг друга), они официально заявили о своих отношениях спустя полгода совместной работы. И вот последнее сложное дело, которое пришлось решать двум опытным детективам-людям и двум андроидам. В том деле, как выразился однажды Хэнк, смешались и люди, и андроиды, и «красный лёд», и ещё стопка статей уголовного кодекса. Шаг за шагом, спустя долгие месяцы работы, они добились успеха и под фанфары журналистов отправили всех причастных за решётку, а Гэвин и Хэнк неожиданно для себя поладили между собой. Хотя бы перестали собачиться по поводу и без. А под градусом вообще становились закадычными приятелями.       Задумываясь обо всём этом, Рид усмехался про себя. Скажи ему, что свои тридцать семь он будет встречать в компании, состоящей не только из Тины и двух тумблеров виски, он бы рассмеялся прямо этому человеку в лицо. Может, даже приложил бы кулак один раз. Но вот он сидит в своей гостиной на ногах Ричарда, сложенных по-турецки, чувствуя искусственное дыхание на шее. Хэнка и Коннор рядом переговариваются о какой-то бытовой херне, пока Тина ушла за «Твистером». Смотрит на всё это дело и думает, точно ли он не в наркотрипе от чего-то похлеще «красного льда». Так ведь не бывает в жизни. Не бывает?..       Негативные мысли прервала вернувшаяся Тина со знакомой белой коробкой квадратной формы. Распаковка не заняла много времени, и вот уже через пару минут каждый занял своё место. Хэнк взял на себя роль судьи, отмазавшись «не тем возрастом для вашего Твистера», остальные встали по разным граням ковра с цветными кругами. Было решено разделиться на две команды: Тина и Коннор против Гэвина и Ричарда. — Начнём с младшенького, — Хэнк кивнул в сторону RK900, уже предвкушая интересное зрелище. Щелчком пальцев Андерсон крутанул стрелку. — Ричард, правая нога на синий!       Сначала, конечно, трудностей у команд не возникало. Каждый поочерёдно менял конечности на кругах, не задевая других. Но по мере продвижения по коврику игрокам приходилось всё больше изощряться. Если андроидам не составляло труда встать в позу буквы «зю», то людям явно было тяжелее. Очередной оборот стрелки нарушил едва пойманную гармонию: — Рид, левая рука на зелёный!       Гэвин, кряхтя хуже Хэнка в его пятьдесят четыре после долгого стояния в неудобной позе, отлепил руку от жёлтого круга и потянулся к зелёному. В голову внезапно и очень вовремя ударил выпитый алкоголь, и Рида повело в сторону. С тихим «Ёпт» он грохнулся прямо на рядом стоящего Ричарда, обеспечив победу противникам. Слишком проворно для пьяной Тина вывернулась из необычного скручивания и подпрыгнула, едва потом сохранив равновесие. — Ура, Коннор! Мы сделали их! «Твистер» рулит! — она по-дружески толкнула RK800 в плечо. Андроид дёрнул уголками губ в скромной улыбке. Глаза Хэнка светились радостью за напарника. — Да в пизду этот «Твистер», — отозвался Гэвин с пола и не без помощи Ричарда поднялся. — Ты никогда не умел проигрывать, Гэвс, — победно ухмыляясь, подстебнула Чэн друга, получив в ответ закатывание глаз, которое тут же сменилось ухмылкой. — Зато в «Уно» ты точно меня не обыграешь!       Идея пришлась по вкусу всем. «Твистер» был убран в коробку, а компания переместилась за кухонный стол. Андроидам единогласно запретили играть, поэтому они стали наблюдателями. Гэвин, Тина и Хэнк расселись за обеденным столом. Коннор искусными движениями перемешал колоду и раздал карты. — Играем на выпивку, — предложила офицер. Её соперники не были против.       Уже через несколько партий Рид начал думать, что сегодня кто-то явно проклял его. Ведь в обычные дни он с лёгкостью избавлялся от всех карт, а тут то Тина подкинет «+4 карты», то он сам подкинет «+2 карты», а все переведут. Ричард подметил возросшие показатели стресса детектива после четвёртого проигрыша подряд и такого же по счёту шота текилы, выуженной Тиной из закромов шкафов на кухне. Андроид мог беззлобно упрекнуть Гэвина в излишней самоуверенности и невнимательности из-за количества алкоголя в крови, но молчал. Ему не понаслышке известно, как вспыхивает напарник в ответ на замечания.       Ближе к концу шестой партии Гэвин стал пытаться размышлять, как бы оставить Хэнка проигравшим. Не ему же всё пить! На руках осталось пять зелёных карт, две синих и одна «Заказ цвета». Рид смотрел на неё и думал, кинуть её или нет.       По спине едва заметно прошлась холодная для обычного человека рука, а над ухом вновь чувствовалось дыхание. Ричард склонился, имитируя задумчивость. — Так, Ричард, а ну не подсказывать! — погрозил пальцем Хэнк, заметив перемещения андроида. — Я молчу. Рассчитываю для себя.       Ричард почти не соврал. Он и вправду молчал. Только ещё раз прошёлся по позвоночнику детектива пальцами. Это был некий тайный знак от него, выработанный за время совместного раскрытия дел в департаменте. «Правильно думаете, детектив», — означал он. И Гэвин послушал немой совет       Так, с ненавязчивыми подсказками Ричарда Рид смог всё же отбить второе место, и шестой шот ушёл лейтенанту. От его цепкого взора бывалого полицейского не укрылись действия RK900, но Хэнк не стал портить идиллию между партнёрами (во всех смыслах). На самом деле он нисколько не обижался на такой хитрый манёвр от живой машины. В конце концов, с коллегами играл. — Лейтенант, пора бы собираться домой, — как будильник, сообщил Коннор. Хэнк в ответ недовольно вздохнул, но не стал отпираться. Вместо него планы RK800 подпортила Тина. — Заключительный тост! На посошок, — люди подхватили идею и налили по последней порции текилы, на что андроиды посмотрели с явным неодобрением. Офицер, широко улыбнувшись, заговорила: — Гэвс, ты со времён академии всегда был той ещё язвой и занозой в заднице у многих… — Спасибо, мне очень приятно это слышать, — с сарказмом перебил девушку Гэвин. Тина, выслушав мнение именинника, невозмутимо продолжила: — …Но именно этим ты мне и понравился. Ты честен, не боишься вызвать неодобрение у людей, тебе глубоко похуй на их мнение. Однако последние годы мне всегда казалось, что ты слишком закрылся за этой оболочкой «крутого копа», — заметив, что Рид снова хочет вставить свои два цента, она резко подняла указательный палец, призывая к молчанию. — И не пытайся мне возразить. Думаешь, я не видела твои глаза, когда мы праздновали твой день рождения прошлые два раза в захудалом баре на окраине Детройта? К чему я веду… Я рада, что сегодня мы собрались такой небольшой компанией. Можешь сколько угодно отрицать, но революция произошла не только в городе. В твоей душе тоже. Расцветай дальше, друг, и будь счастлив с Ричи.       Хэнк оценил речь Тины улыбкой. Гэвин по привычке закатил глаза, якобы не веря этим словам, но позже, когда в доме стихло веселье, погас свет, а сам детектив стоял у окна, вглядываясь в ночной Детройт, он признал, как его подруга была права. «Кто знал, что за год может столько всего изменится?» — пронеслась в его голове мысль. Руки сами потянулись к белому пиджаку на плечах. Гэвин посмотрел в сторону кровати, где в состоянии стазиса лежал Ричард, помигивая голубым диодом. Обрабатывал сегодняшний день, раскладывал по полочкам в андроидской голове. Губы невольно дёрнулись в весёлой улыбке. «На тридцать восемь повторим».