What if that's all I'm asking?

Услышав звук открывающейся входной двери, ты откладываешь ноутбук, с которым пыталась скоротать время за просмотром сериала, и поднимаешься с постели, лениво просовывая ноги в тапочки. Блэйд всегда возвращается домой либо глубокой ночью, либо ранним утром, поэтому ты привыкла просыпаться пораньше, чтобы встретить своего возлюбленного в том случае, если он объявится по утру. Как это случилось как раз сегодня. Выйдя в коридор, ты скрестила руки на груди, прижавшись плечом к стене и глядя на мрачную высокую фигуру. В комнате стоит мерзкий металлический запах, к которому ты, к сожалению, уже успела привыкнуть. Он исходит от мужчины, которого ты полюбила по каким-то неизвестным причинам. Длинные смольные волосы спутались и слиплись, уже успевшей засохнуть, кровью, от которой в твой нос и доносится этот резкий запах. Плащ местами порван, где-то виднеются следы от грязи, а где-то темно-бордовые пятна. Любой бы ужаснулся, увидев это зрелище. Особенно взгляд, которым Блэйд смотрит на тебя. Сам воздух в коридоре тяжелеет и поглощается аурой убийцы, стоящим на твоем пороге. Но ты не боишься. — Я смотрю, ты снова принес мне работу, — с легкой насмешкой в голосе, ты произносишь, отталкиваясь плечом от стены, прежде чем подойти к Блэйду. — Надеюсь, это не твоя кровь? Мужчина смотрит на тебя отсутствующим взглядом с высоты своего роста, пока ты задумчиво разглядываешь его одежду. — Когда тебя начало волновать, чья на мне кровь? — Меня не волнует, если она чужая, я только спросила, не твоя ли она. Хотя, конечно, это довольно глупый вопрос, признаю, — ты улыбаешься, опускаясь на корточки, чтобы помочь Блэйду снять обувь. Его ботинки также покрыты грязью и бордовыми пятнами, которые тебе предстоит отмыть с кожаной поверхности. Блэйд всегда чувствует себя уставшим, когда возвращается домой, и это наименьшее, что ты можешь сделать, чтобы дать ему немного времени для расслабления. Ты никогда не убивала людей, и тебе не знакомо, каково это — лишить кого-то жизни, однако это вовсе не значит, что ты против того, чем занимается твой возлюбленный. Возможно, это прозвучит неправильно и аморально, но тебе действительно плевать, кто умирает от рук Блэйда, пока он сам возвращается домой невредимым. — Неужели тебе все еще не надоело? Снова эти вопросы, на которые Блэйд прекрасно знает все ответы. Ты понимаешь, что таким образом он просто хочет защитить тебя, но даже ему не позволено решать за тебя, кого любить и терпеть. — Прекрати, — ты недовольно фыркаешь, аккуратно стаскивая первый, а затем и второй ботинки с ног Блэйда, прежде чем выпрямиться, поднимая на мужчину суровый взгляд. — Ты ведь знаешь, что этим тебе от меня не отделаться! — И это удивляет меня каждый раз, когда я возвращаюсь в твой дом, — твой возлюбленный монотонно произносит, медленно начиная расстегивать пуговицу за пуговицей на своем плаще. — Наш дом, — ты поправляешь, спешно стягивая рукава плаща с плеч Блэйда. Ты уже не один раз видела его обнаженным, но взгляд все равно каждый раз цепляется за его объемную грудь, завернутую в бинты. Может, ты даже всегда так спешишь снять с него одежду, чтобы уже наконец приняться разматывать эти тряпки? — Ты ненормальная, Т/И. — Ты говоришь это каждый раз, придумай уже что-нибудь новенькое, — короткий смешок вырывается из груди, и ты наконец снимаешь плащ, перекидывая его через свое предплечье. — Надеюсь, с брюками ты справишься сам? Блэйд лишь молча кивает, после чего ты удаляешься в ванную, закидывая грязную одежду в стиральную машинку. Шаги твоего возлюбленного всегда невероятно тихие, но ты можешь слышать шелест его брюк, которые он снимает в коридоре, затем направляясь за тобой. — Думаю, не стоит спрашивать, хочешь ли ты принять душ? — Блэйд не отвечает, просто стоя у тебя за спиной, прежде чем склониться и обвиться руками вокруг твоей талии. — Эй, ты что делаешь?! Его волосы едва не хрустят, склеенные засохшей кровью, когда мужчина устраивает подбородок на твоей макушке, а эти липкие локоны рассыпаются по обе стороны от твоего лица. — Теперь ты тоже грязная, примем душ вместе. — Так это был твой коварный план, чтобы затащить меня с собой в ванную? Как подло, — хотя ты надуваешь губы, изображая обиду, твои ладони ложатся поверх рук Блэйда, а голова откидывается назад, упираясь в его шею и ключицы. Ты и впрямь ненормальная, ведь, окруженная этим омерзительным металлическим запахом, пока кровавые волосы и руки касаются твоего тела, ты чувствуешь такое умиротворение. В объятиях Блэйда всегда так спокойно и уютно, несмотря на то, что этими самыми руками он проливал чужую кровь. Тебе плевать, если он причиняет боль другим. Ты жалеешь лишь о том, что никто из умерших от его руки не знал, каким удивительно нежным он иногда может быть. Руки твоего возлюбленного холодные, поглощающие все тепло твоего тела, но ты вовсе не против отдать ему все, что у тебя есть. Ты разворачиваешься, чтобы помочь Блэйду размотать бинты вокруг груди и торса, неспешно оголяя кожу, покрытую шрамами, что никогда не заживут. Есть нечто странно прекрасное в этих затянувшихся царапинах. Словно узоры, они украшают тело твоего возлюбленного, и ты не можешь сдержаться, чтобы в очередной раз не провести по ним кончиками пальцев. — Давай сначала разберемся с твоим лицом, — ты отворачиваешься к зеркалу, открывая один из шкафчиков, и Блэйд, кажется, уже знает, что ты собираешься оттуда достать. — Почему просто не смыть лицо вместе с волосами? — Просто хочу начать с этого, какие-то проблемы? — ты поворачиваешься обратно к своему возлюбленному, уже вооружившись несколькими разноцветными заколками, от которых лицо Блэйд мгновенно кривится под длинными слипшимися прядями челки. — Тебе ведь не важно, с чего начинать, главное нацепить на меня это… Ты совсем не слушаешь недовольное ворчание мужчины, весело припеваючи себе под нос и начиная собирать челку Блэйда пальцами и фиксировать ее по бокам заколками. — Вот, теперь другое дело! Садись в ванную. Твой возлюбленный обреченно вздыхает, нехотя стягивая с себя нижнее белье, пока ты уходишь в спальню за чистыми полотенцами. Худшее, что он мог сделать — это посмотреться в зеркало, увидев в нем отвратительное зрелище. Ярко-розовые и красные заколки выглядят на нем так безумно глупо, что руки рефлекторно поднимаются, чтобы снять эту мерзость, но, как всегда, ты успеваешь как раз вовремя, чтобы остановить Блэйда. — Эй! Ты что это делаешь? Садись и не трогай мои заколочки! — Почему ты не боишься, что однажды мою одежду окрасит твоя кровь? — раздраженно произносит Блэйд, аккуратно залезая в ванную, когда ты включаешь теплую воду. — Хм-м, не думаю, что ты на это способен, — ты хихикаешь, сбрасывая с себя домашнюю одежду, пока не остаешься полностью обнаженной, забираясь в ванную следом за своим возлюбленным и устраиваясь позади него. — Насколько же ты беспечна. Если Кафки не окажется рядом, когда Мара вернется, ты можешь пожалеть о том, что не сбежала сейчас. Ты хмыкаешь, склоняясь набок, чтобы видеть лицо Блэйда, мокрыми руками нежно смывая кровавые следы с его бледной кожи. — Что ж, в таком случае, сделай это быстро, чтобы я не мучилась. Он не отвечает, нахмурив брови и закрыв глаза, позволяя воде, окрашенной в багровый, стекать вниз по телу. Твои пальцы такие маленькие, что их касания едва ощутимы, но именно это и заставляет мужчину наконец расслабиться. Доверие кого-то, вроде Блэйда, очень сложно заслужить, поэтому ты так сильно ценишь каждое мгновение, проведенное вот так — когда он позволяет тебе касаться его тела, перевязывать его раны, высушивать его волосы, готовить для него еду. Для обычных людей это в порядке вещей, но не для человека, одержимого местью, однако все же нашедшего немного места для тебя в своем черном сердце. Мытье волос Блэйда походит на нечто медитативное. Тебе нравится ощущение того, как его мокрые локоны скользят между пальцев, нравится перебирать их руками, прежде чем взять тюбик с шампунем, выливая на ладонь несколько капель. Он похож на потерявшегося котенка, которого ты приютила, и отмываешь от уличной грязи. Голова Блэйда всегда опущена вниз, пока ты вспениваешь шампунь, а глаза закрыты, словно он вовсе уснул под приятные массажные движения твоих пальцев, скользящих по коже его головы. Но самое приятное зрелище — это то, как пышная пена смывается вместе с покрасневшей от крови водой, и длинные локоны приобретают прежний темно-синий оттенок. — Как же я завидую твоим волосам, — ты приговариваешь с улыбкой на губах, пока проводишь ладонью под влажными прядями смольных волос. — М? Почему? — Они такие длинные и мягкие, если за ними правильно ухаживать, а не делать маски из крови, — это совсем не смешно, но что ты, что Блэйд, тихо усмехаетесь. — Только ты можешь сказать такую глупость. — Разве не за это ты меня любишь? Вам обоим нравится проводить время в тишине. Ты можешь чувствовать, как бьется сердце Блэйда, когда он аккуратно устраивается на твоей груди, позволяя тебе натереть его тело спереди мочалкой. Ни одна мышца не напрягается, он так удивительно спокоен, словно дикий кот, позволяющий лишь своей хозяйке прикасаться к его шерсти, в то время как остальные после встречи с ним уходят исцарапанными до крови. Тихий звук капающей с мочалки воды, едва слышное дыхание Блэйда. Тебе бы хотелось, чтобы таких моментов было больше в вашей жизни. Но кому-то придется умирать снова и снова лишь для того, чтобы ты почувствовала себя счастливой. Готова ли ты платить такую цену? Пожалуй, да. — Слушай, может разрешишь мне сделать тебе маску? У тебя всегда такая сухая кожа после завершения сценариев, я не могу на это спокойно смотреть! — Только через мой труп, Т/И. Ты дуешься, бросая мочалку в воду. — Ты ведь бессмертный! Это нечестно! — Это не мои проблемы. Его спокойное умиротворенное лицо в такие моменты начинает раздражать, как и монотонный голос, по которому сразу не определить, проваливается ли Блэйд в сон или же просто не хочет разговаривать. Ты вытягиваешь руки под воду, прижимаясь ладонями к низу живота своего возлюбленного, и устраивая голову на его макушке. — Что ж, в таком случае, тебе придется предложить мне что-то взамен косметическим услугам, иначе я очень… О-о-очень сильно расстроюсь. — Хо-о? Это ты не способна выполнить условия для получения желаемого, а расплачиваться должен я? — ты едва успеваешь зацепиться за края ванной, когда Блэйд резко подрывается с места и поворачивается к тебе лицом, упираясь большими ладонями в керамическую поверхность по обе стороны от твоей головы. Он так пугающе красив, когда вот так нависает над тобой, глядя в глаза, словно хочет разорвать тебя на куски, что ты мгновенно ощущаешь приятный прилив тепла, поднимающийся от пят до головы. Если бы не одно «но»… — Кажется, мне стоит напомнить, где твое место. Ты пытаешься сдержать смех, но губы кривятся, а на глаза наливаются слезы, когда ты отворачиваешься, отпуская одной рукой край ванной только для того, чтобы приглушить ладонью свой безудержный смех, вызывающий у твоего возлюбленного лишь недоумение. — П-прости… Я просто не могу… Не могу воспринимать тебя всерьез с этими заколочками в волосах. Мне будто угрожает милая школьница! Пока ты пытаешься успокоиться, смахивая слезы с ресниц, взгляд Блэйда напитывается еще большей кровожадностью и раздражением, поджигающими алые радужки языками пламени. Ты резко замолкаешь лишь тогда, когда мужчина нетерпеливо и грубо хватает тебя за запястья, фиксируя их над твоей головой и склоняясь еще ближе к твоему лицу, на котором больше не виднеется даже тени веселья. — Теперь тебе точно не избежать наказания, Т/И. Если бы враг заглянул в эти кроваво-красные глаза, он бы увидел там лишь всепоглощающую смерть и страдания, но ты… Ты не можешь оторвать взгляда от этих дрожащих рубиновых огней. Вероятно, еще с самой первой встречи Блэйд просто погрузил тебя в некое подобие транса, из которого тебе вовсе не хочется выбраться, даже если однажды его клинок пронзит твою плоть, а капли твоей крови впитаются в его плащ. Ты улыбаешься, слегка приподнимая голову, чтобы потереться своим кончиком носа о нос Блэйда. — А что, если это все, о чем я прошу? Мужчина усмехается, обнажая хищный оскал, прежде чем сжать твои хрупкие запястья еще сильнее. — В таком случае, тебе повезло, наша сделка будет выгодна обоим. Пожалуй, этим коротким предложением можно описать ваши отношения. И никто из вас никогда не захочет прервать это сотрудничество.