игры масок

— Капитан, — вкрадчиво говорит Джейн, опираясь на ее стол; Чжу Юань очень старается смотреть ей в глаза, — а вы умеете танцевать? До Чжу Юань не сразу доходит смысл вопроса — обычного такого вопроса, вроде бы, без подтекста. Озадаченная, она смотрит на Джейн, на ее лукавую улыбочку, на то, как хвост обвивается вокруг бедра. Джейн чем-то очень заинтересована, и это значит, что так просто она не отстанет. — Ну, в юности я занималась танцами, да, — немного смутившись, говорит Чжу Юань. — Оо, ну я уверена, что ты была лучшей, — мурлычет Джейн. — Ты же везде получаешь все медали, так? Чжу Юань с сомнением качает головой. По правде, курсы танцев были одними из многих, которые она пробовала. В то время она пыталась отвлечься от рутины. Ей самой больше подходили единоборства или стрельба, но хотелось отдохнуть от обучения, забыть ненадолго, что она будущий собезовец. Даже лучшим нужно было расслабляться. Вот Чжу Юань и присмотрелась к кружку, который открылся неподалеку от дома, что было очень удобно. Она могла по очереди заглядывать в спортзал и в танцевальный зал, которые были буквально за соседними дверями. — Далеко я не продвинулась, с работой стала слишком занята, — говорит Чжу Юань, кивнув на открытую на экране компьютера таблицу. Ее стол не так завален бумагами, как у ее коллег, но все же на углу лежит внушительная стопка папок. — А почему ты спрашиваешь? — Ах да! — Джейн ловко достает из кармана карточку и протягивает Чжу Юань. Золоченая, она переливается, и на ней нарисован загадочный вензель. — Я приглашена на закрытую вечеринку. Хозяева… те еще мажоры, поэтому решили устроить настоящий бал-маскарад. Это тебе не подвигаться на танцполе, тут нельзя ошибиться. — Ты копаешь под них? — заинтригованная, спрашивает Чжу Юань. — Да, под одну из их подруг, и мне нужно туда попасть. А приглашение, — снова вспыхивает карточка, — на двоих, мне придется привести партнера. Кого-то, кто умеет танцевать. И кто умеет драться, — многозначительно добавляет Джейн. Она сама не знает, чем закончится вечер, но предпочитает не рисковать. — И что бы ты делала, если бы я не умела танцевать? — хмыкнув, спрашивает Чжу Юань. Разумеется, она согласна, но ей, возможно, передалась заносчивость Джейн. — О, я никогда в тебе не сомневаюсь, мой капитан! — восклицает Джейн. Она наклоняется, быстро целует ее в угол губ. Чжу Юань вздыхает одновременно от нахальности Джейн и от невозможности поцеловать ее дольше, ведь в кабинете есть камеры. Смелость Джейн, которая уходит, покачивая бедрами и помахивая хвостом, Чжу Юань восхищает, и она ловит себя на том, что смотрит вслед с мечтательной улыбкой. *** Они встречаются на улице, умытой дождем. Чжу Юань уже слышит переливы музыки, доносящиеся из кабаре-бара «Олимп» у нее за спиной. Вывеска светится в пятне луже под ногами, в котором отражается клочок ночного неба. Сегодня луна тяжело нависает над городом, вся изъеденная кавернами. Чжу Юань поправляет галстук и оглядывается, пытаясь подгадать появление Джейн: такси? машина? Мимо проходят несколько человек и тиренов в шикарных костюмах, и Чжу Юань ловит на себе несколько заинтересованных взглядов. — Прекрасно выглядишь, — говорит Джейн, шепчет на ухо. Она оказывается за спиной, выныривает из подворотни. — Не ожидала, что ты наденешь костюм, но тебе идет эта строгость. И… выгодно все подчеркивает, — подмечает она, ненадолго хвост скользит по бедру. — Платья сковывают движения. — Конечно, моя милая. Ты сама практичность. Джейн выскальзывает из-за спины, и Чжу Юань видит ее в коротком платье цвета спелой вишни, так подходящего к ее волосам и губам. Чжу Юань не мастерица комплиментов, но Джейн понимает все по ее лицу, по взгляду, который обнимает ее… не раздевает, нет, потому что Джейн выгодно подчеркнула все этим тонким шелковым платьем, обнимающим ее. Джейн достает из сумочки маску, что прижимается к лицу второй кожей. Подкладка бархатная, а снаружи поблескивают загадочные блестки камней. На одной узоры складываются в мышиную мордочку, на другой — в кошачью. Несложно догадаться, кому какая предназначена. Маска прячет лицо, будто еще сильнее выделяет вишневые губы Джейн, которые так и хочется поцеловать. — Готова? — вкрадчиво спрашивает Джей. — Всегда готова, — кивает Чжу Юань и останавливает свою руку, тянущуюся под пиджак — проверить скрытую кобуру. Когда Джейн как бы играючи показывает карточки тирену-охраннику с песьей хищной мордой, их сразу же пропускают. Внутри неоновый свет бьет по глазам, Чжу Юань тонко чувствует разлившийся запах дорогого шампанского и перемешанных женских духов, таких дорогих, что ее месячной зарплаты не хватит. Они недолго толпятся среди других гостей, таких же безликих и ошарашивающих своим богатством. Здесь драгоценности вывешиваются напоказ, а женщины скорее раздеты, чем облачены в тонкие полупрозрачные платья. Пройдя за бархатные алые шторы, они оказываются в просторном зале со столиками. На втором этаже звучит музыка, шаги утопают в алых коврах, когда они поднимаются туда по крутой винтовой лестнице. Девушка перед ними вынимает телефон, чтобы сделать быстрое фото, блестит вспышка, а Джейн как бы случайно притискивает Чжу Юань к перилам, чтобы они не попали на снимок. Хитро. Со стороны Джейн кажется расслабленной, она прислушивается к льющейся переливчатой музыке (хозяева вечеринки пригласили живой оркестр), рассматривает картины на стенах, мешанину красок. Голос сбоку сообщает, что любое приглянувшееся полотно можно купить, и Джейн хихикает. Она так похожа на многих легкомысленных красоток вокруг, но на самом деле Чжу Юань знает: ее обворожительная напарница контролирует все происходящее. — Кто твоя цель? — спрашивает Чжу Юань, наклонившись к мягкому мышиному ушку. Со стороны наверняка выглядит так, будто она шепчет спутнице нечто интимное. Рукой приобнимает ее за тонкую талию, а Джейн подается бедрами назад, тоже поддразнивая. — Высокая девушка в черном платье. Она как-то связана с «Вижном», составляла для них бумажки. Я хочу понять, что происходит в кавернах и зачем там возятся корпорации. Вон та, с орлиным взглядом, — настойчиво говорит Джейн, видимо, потому что Чжу Юань слишком заметно вертит головой. — У тебя для всех преступников есть такие определения? — Только для особенных! — Джейн улыбается уголком рта. Она требует напиток, и Чжу Юань ненадолго отходит к бару, чтобы попросить шампанское. Она знает, что Джейн предпочитает красное вино, а в особенности любит слизывать его с тела Чжу Юань, но сейчас хочется чего-то более легкого. Наблюдая за движениями официанта, Чжу Юань думает о том, что Джейн, вполне вероятно, нарочно отправила ее подальше, чтобы что-то провернуть. Вероятно, не совсем законное. Методы Джейн всегда были сомнительными, на взгляд Чжу Юань, которая придерживается правил, но нельзя отрицать, что преступников Джейн ловит мастерски. Когда она возвращается, то с удивлением замечает Джейн возле той самой девушки, за которой та намеревалась следить. Но болтает она не с ней, а с каким-то высоким парнем с гривой рыжих волос, такого легко заметить в толпе. Он буквально пожирает Джейн глазами, но, заметив Чжу Юань, невозмутимо подошедшую к Джейн, заметно тушуется. Как видно, его выдающихся качеств не хватит, чтобы отбивать у кого-то девушку, и Чжу Юань в глубине души ему благодарна. — Спасибо, милая! — восклицает Джейн. От оживления она взмахивает хвостом, случайно касается края платья той брюнетки… или Чжу Юань кажется? Кивнув, она протягивает Джейн бокал, из которого та с удовольствием отпивает. Получается у нее до того изящно, как будто Джейн обучалась этикету для королевских приемов. Парень понемногу отходит. Дело не только в неловкости, но и в объявлении танцев — он стремится найти свою партнершу, затерявшуюся в толпе. Возможно, они всего лишь друзья, пришедшие на престижную вечеринку вместе, но Чжу Юань все равно с подозрением провожает его взглядом. Ладно, ей просто не нравится, что он клеится к Джейн. Но все люди обычно клеятся к Джейн, а остальных Джейн клеит сама — ради дела, разумеется. — Как тебе тут нравится? — спрашивает Джейн. — Не знаю… много незнакомых людей. Много богатых людей, — намекает Чжу Юань, взглядом указывая на каскад украшений, покрывающих грудь прошедшей мимо девушки, как будто это кольчужный воротник из рыцарского средневековья. Джейн в задумчивости кивает: ей не привыкать к такому обществу. Насколько Чжу Юань знает, Джейн с одинаковым успехом может внедриться и в самую нищую банду, члены которой буквально спят на улице (в коробках, если повезет), и в верхушку общества. Все благодаря ее таланту притворяться. Чжу Юань иногда задумывается, какая Джейн настоящая. Ей хочется надеяться, что вот эта самая, которая, потянувшись к ее уху, заманчиво шепчет: — Хочешь, я украду для тебя один из ее бриллиантов? Уверяю тебя, их слишком много, она даже не заметит! — Тогда мне придется тебя арестовать, — напоминает Чжу Юань, придав суровости голосу. Джейн смеется и отпивает еще шампанского. Они чокаются, стекло приятно звенит. С Джейн не нужно играть самой Чжу Юань, и это странно окрыляет. С ней она может быть искренней, загруженной работой, иногда слишком упрямой полицейской, зная, что ее ловкая девушка превратит это в шутку… или в целое приключение. — Спасибо, — говорит Чжу Юань. Они пропускают первый танец, чтобы выпить и присмотреться к происходящему, и она ничуть не жалеет об этом. — На самом деле я рада, что выбралась. Это куда лучше, чем лежать после работы на диване и листать каналы на телике. А больше ни на что у меня сил обычно и не хватает… Но ты придаешь мне мотивации, — искренне улыбается она. — Подожди благодарить, самое интересное еще даже не началось! — подмигивает Джейн в ответ. У нее определенно есть план, но сейчас Джейн хватает ее за руку и тянет в круг танцующих. Им нельзя привлекать внимание, иначе охрана сразу же выволочет их на улицу, если не пристрелит за баром. Чжу Юань замечает курсирующих мимо людей охранников в черном — несомненно, наемники, и у них есть оружие. Другие гости не замечают угрозу или боятся замечать. У них есть шампанское, канапе и танцы, что еще нужно? Отвлеченная мыслями, Чжу Юань автоматически приобнимает Джейн. Она не тренировалась много лет, но достаточно уверена в себе, чтобы вести в вальсе. Всего лишь четыре шага, квадрат. Но она боится ошибиться — все еще боится плохо показать себя, хотя рядом нет ни строгого преподавателя, ни начальства, которое ругает ее за ошибки в отчетах. Первый шаг кажется особенно деревянным, Чжу Юань слишком напряжена, боится ошибиться, безотчетно ищет вокруг их цель… Джейн — идеальная партнерша. Она умело подстраивается под ее шаг, она подчиняется, чтобы незаметно пробежаться хвостом по ноге Чжу Юань, заставляя ее расслабиться. Оттаять. Раз-два-три — непрерывный счет в голове, что не дает сбиться, заглушает нежный смешок Джейн, ее прищуренные лукавые глаза топят Чжу Юань, а гибкое тело так выгибается в ее объятиях, что дух захватывает. Джейн не просто танцует, но и играет, ловкая и своенравная, она позволяет себя повернуть, но взмахивает хвостом, который опасно блестит, и Чжу Юань едва выдыхает. Когда музыка затихает, даря краткий перерыв, они так и стоят, прижавшись друг к другу слишком близко. Ближе, чем Чжу Юань может себе обычно позволить, но сейчас они — маски, мышь и кошка, поймавшие наконец-то друг друга. Чжу Юань целует решительно, зная, что Джейн покорится, что расплавится в ее объятиях. Чье-то неловкое покашливание заставляет их оторваться друг от друга. Музыканты готовятся играть новый тур, а те, кому надо передохнуть, скользят к стенам, чтобы наблюдать и развлекаться разговорами и напитками. Туда они с Джейн и направляются, обмениваясь хитрыми, довольными взглядами. Чжу Юань замечает, что девушка в черном куда-то уходит и что ведет ее неприметный, серенький человек, похожий на обслуживающий персонал. Когда она мелким кивком указывает на это, Джейн касается хвостом ее бедра, показывая, что поняла. Они выжидают немного, десяток-другой секунд, прежде чем отправиться следом. Джейн изящно минует других людей, будто на катке, Чжу Юань спешит за ней. Когда они вдруг оказываются за тяжелой, не пропускающей свет алой шторой, то видят впереди загадочный коридор. Идти вглубь не хочется, там может во всеоружии поджидать охрана, поэтому они останавливаются у стены. Джейн стаскивает клипсу с уха, которая вдруг оказывается маленьким удобным наушником. Пока она прислушивается, Чжу Юань улавливает разговор совсем рядом, за шторой. От людей их отделяет только тонкая ткань, стелющаяся до пола. Осознав это, она инстинктивно подается вперед, чтобы по движению шторы никто ничего не заподозрил. — Юань! — шипит Джейн, когда она вжимает ее в стену. — Извини, — бормочет Чжу Юань, притиснутая к ней. — Я прищемила хвост? Прости, пожалуйста. Я такая неосторожная бываю. Джейн судорожно вздыхает. Слишком узко, но она, напротив, ерзает ближе, снова тянется к уху Чжу Юань: — Под платьем ничего нет, — значительно шепчет она. — Ч-что? Сейчас? — Чжу Юань помимо воли вскидывает брови. Она слышит за стенкой сдавленный стон и, краснея щеками, догадывается, что они не единственные, кто решил уединиться. Дальше какие-то подсобные помещения, и… — Мне нужно оставаться на месте, у этой самой стенки, за портьерой, чтобы радиус передачи «жучка» достигал наушника, — поясняет Джейн. — Нас могут заметить, и тогда пусть лучше охрана думает, что мы занимаемся чем-то ужасающе неприличным, чем откроет огонь по шпионкам. Доводы разумные, хотя Чжу Юань трудновато воспринимать их, когда Джейн жарко шепчет, уткнувшись ей между ключиц. От нее пахнет чем-то сладким, дурманным, и Чжу Юань помимо воли вдыхает глубже. Она приобнимает ее, несмелая, какая-то неловкая, боясь отвлечь. Джейн закрывает глаза, сосредоточившись на разговоре, а Чжу Юань напряженно прижимается к ней, лихорадочно думает, не стоит ли за ними охрана… так и тянет обернуться, проверить, но это было бы глупо. Лопатки чуть не сводит от напряжения. Чтобы отвлечься, Чжу Юань водит ладонью по спине Джейн. Обычно Джейн смелее, Джейн куда развратнее ее, и она с удовольствием следует за указаниями более опытной любовницы. Так Чжу Юань спокойнее. Джейн подкалывает ее, что капитан привыкла слушаться приказов, и Чжу Юань только смеется, отмахиваясь от нее, но в этом есть доля правды. Теперь она остается без подсказок, с горячим телом Джейн, с холодным шелком платья, с шелестом ее дыхания. Джейн откидывается на стену, ища опору. Блуждание ладони по спине останавливается, Чжу Юань, как завороженная, наблюдает за тем, как поднимается грудь Джейн от дыхания, как хищно она улыбается. Лямки у платья совсем тонкие, они легко соскальзывают с сильных плеч. Джейн вздыхает громче, когда Чжу Юань в вырезе ведет ладонью между ее грудей, наслаждаясь бархатом кожи. Безмолвие обычно мурлычащей пошлости Джейн сбивает ее, заставляет сотню раз подумать о том, что она делает что-то неправильно, но Чжу Юань следует наитию. Она и впрямь не надела белья, она уже мокрая, и острие хвоста заметно колет Чжу Юань ногу, когда она медлит, лишь разглаживает пальцами влажные складки. Джейн хочется ее внутри, она издает тихое требовательное урчание, не похожее на человеческий звук. Чжу Юань бережна, осторожна, растягивая ее, она придерживает Джейн за поясницу, когда та подается навстречу бедрами. Платье все неудобно смялось, сковывая движения. Джейн стискивает зубы, чтобы не застонать и не привлечь внимание к ним, но Чжу Юань из-за близости чувствует вибрацию стона в ее горле. И впивается в него зубами. Она совсем не думала, что это так приятно — прижать зубами тонкую кожу, почувствовать, что Джейн блаженно обмякает в ее объятиях. Заигравшаяся мышка, которая захотела сразу и добычу, и удовольствие. Чжу Юань знает, как Джейн любит, но нарочно медленно двигает пальцами. Вынимает, чтобы обвести клитор и заставить Джейн дернуться. Ей кажется, что каждое неосторожное движение выдаст их, но лучше уж шорох, лучше уж влажные звуки, острый запах возбуждения, чем тишина, которая выдаст их настоящие намерениями. Джейн кусает губы, стягивает с себя лямки, пальцы шарят по груди. Джейн тоже хочется касаться горячей жаждущей кожи, но она вынуждена трогать только себя, и это заставляет ее колени еще сильнее дрожать. Пытаясь устоять, Джейн так сжимает ладонь Чжу Юань между мягких бедер, что та даже не может двинуть запястьем, только раздвигать в ней пальцы, мокрые и липкие. Тихие вздохи заглушают вдохи. Джейн всегда ненасытна, она любит секс, она всегда желанна, и это льстит ей. Как и то, что Чжу Юань жадно целует ее, упиваясь этим, их тайной, этим хаосом, этим невозможным, возмутительным решением. Горячее дыхание ложится на губы… Она чувствует под ладонью набухший сосок, увиливает от поцелуя, чтобы доставить Джейн большее удовольствие. Чжу Юань сначала нежно ласкает кожу вокруг соска языком, чтобы прижаться жадным поцелуем. Потом она начинает посасывать его губами — так же медленно-медленно; в этом есть какая-то особая прелесть: словно бы ты касаешься языком жемчуга. Джейн вздрагивает, и Чжу Юань замирает вместе с ней, просто чтобы быть рядом, чтобы дышать в унисон. Ее шатает, ноги будто ватные, собственное возбуждение бьет по голове, заставляя ее потеряться в пространстве, и единственный выход — прижаться к Джейн. Сквозь вату в ушах Чжу Юань слышит голоса, уже боится, что их обнаружили, поворачивает голову, но видит только такую же взъерошенную парочку, выходящую из подсобки. Она догадывается, что они видят: Джейн, привалившуюся в стене, дышащую тяжело, как после тренировки, с неприлично задранным подолом, полуобнаженную… Но Джейн выворачивается и целует Чжу Юань с жадностью и увлечением прямо на глазах у случайных свидетелей. Уши заливаются краской, Чжу Юань задыхается в поцелуй, но слышит одобрительный смешок. Очевидно, их смелость оценили. — Комната, кажется, свободна, — говорит ей Джейн, улыбается губами со смазанной помадой. — Нам нужно уходить, — шипит Чжу Юань. — Ты услышала все, что нужно? Быстро поправив наряд, Джейн кивает. Она всегда умеет вернуться к работе, что бы раньше ни происходило, и за это Чжу Юань восхищается ей еще больше — тогда, когда кажется, что больше невозможно. Они не сбегают сразу, они прогуливаются по залу, берут еще шампанское. Им обеим нужно выпить. Часть гостей тоже где-то теряется, и по ехидной улыбке Джейн Чжу Юань догадывается, что на таких вечеринках умеют развлекаться по-разному. На выходе их, одних из немногих, не поджидает дорогая машина. Безопаснее заказать такси, даже если они рискуют заработать странных взглядов от завсегдатаев этого сияющего местечка. Но ночь теплая, летняя, и Джейн тянет Чжу Юань прогуляться по тихому, спящему Нью-Эриду. На проспектах все еще много народу, пьяного, веселого или тоскливо-одинокого. Чжу Юань не уверена, куда Джейн ведет ее закоулками, но доверяется ей. Тихий переулок скрывает их от любых любопытных глаз. Слежки точно нет — можно расслабиться. Чжу Юань снимает маску, к которой уже успела привыкнуть, и вдыхает полной грудью. — Это было рискованно! — она смотрит на Джейн. — Запись закончилась, еще когда ты начала меня раздевать, — шепчет Джейн. Она невозмутимо достает из сумки пудреницу, открывает зеркальце и проверяет макияж, смазавшийся от голодных поцелуев. — Хотя я узнала все, что хотела. Осталось только кое-что проверить насчет связи «Вижна» с прошлым директором «Белобога»… — Джейн! — вздыхает Чжу Юань, пораженная ее беспечностью. — Нам следовало уходить! Зачем так рисковать? Ты!.. — Твоя жадная крыска? — улыбается она. — Мне не нравится, когда мою девушку так называют, у меня, как у полицейской, плохие ассоциации, — ворчит Чжу Юань. Она притягивает ее ближе, утыкается носом в висок, глубоко вдыхает ее сладкий запах, все еще горячащий нечто внутри. Ушко дергается, когда Джейн смеется: — Твоей девушке нравится, когда ты всеми пальцами в ней, а нас отделяет от людей только несчастная занавеска. Называй это как хочешь. Чжу Юань окидывает ее возмущенным взглядом, но не находится со словами. Они идут по ночному городу рядом, вдохновленная, довольная собой Джейн и смущенная до глубины души Чжу Юань. Луна нависает над ними, серебрит дорогу. Джейн снова идет танцующей походкой, ловит ее руку, рука в руке, шаг к шагу, раз-два-три, и вот они уже кружатся на пустой улице в танце. Возможно, кто-то посмотрит на них из окна и посчитает ненормальными. Чжу Юань, признаться, совсем все равно, что там кто думает, потому что она счастлива так, что, кажется, может взлететь, делая очередной поворот в вальсе.