между двумя телами

***

      — Нужно проучить его, — говорит Тэсан, упираясь спиной о стену и ожидая, когда Лихан выйдет из кабинки туалета.       — Зачем? — слышится спокойный голос.       — А с чего он вздумал, что может так бессовестно играть на наших чувствах? Как я понял, тебя он тоже культурно отшил, верно? — переводя взгляд на дверь кабинки, спрашивает Хан.       — Он не «отшил» меня, а просто сказал, что на данный момент не заинтересован. Это его выбор, я не могу его винить.       — Выбор? А тебя ничего не смущает в его поведении? То, что он позволяет себе так вести себя? Джэхёна нужно поставить на место, а то он малость заигрался.       — Как будто ты не знаешь, какой он человек. Это ты просто всё близко к сердцу воспринимаешь, — слышится звук смыва, и Лихан, наконец, выходит из кабинки.       — Как раз я знаю, что он за человек, — Тэсан упирает язык в щёку и смотрит напряжённым взглядом в спину Лихана, когда тот подходит к раковине. — Джэхён не тупой, понимает, что мы оба запали на него, но он всё равно продолжает этот флирт.       Ким моет руки, смотрит исподлобья через зеркало на Хана и какое-то время просто молчит.       — Наш хён заигрался, и нужно заставить его изменить своё отношение к нам, — продолжает низким, довольно спокойным голосом тянуть Тэсан, медленно подходя к Ли со спины.       — Как ты собираешься повлиять на него? — выгибая бровь, спрашивает Лихан и вытирает руки о салфетки.       — Пока не знаю. Я думаю спокойно зажать его у стенки и просто серьёзно поговорить. А потом, может быть… сделать всё то, что я давно хотел сделать, но не мог.       — Хан, ты меня пугаешь, — прыскает Лихан, выкидывая скомканную салфетку в урну. — Ты думаешь, поиздеваешься над ним, и он сразу же остынет?       — Не буду я над ним издеваться, просто маленько проучу его, чтоб он знал, какого это, играть с чувствами.       — Боюсь вдаваться в подробности, но… Что ты собираешься с ним сделать? — осторожно спрашивает Лихан, приготовясь слушать.       — Ответить ему тем же. Предоставить ему лёгкое удовольствие, а потом оставить без ничего и заставить подумать обо всех своих поступках.       — Ладно… — Ким закусывает губы и думает. — Не слишком ли… жестоко?.. — щурится в недоверии.       — Да брось, слышал о «бумеранге»? Всё плохое и хорошее рано или поздно возвращается. Мы не будем насиловать его.       — Мы? — Лихан округляет глаза в изумлении.       — Конечно мы, нам же обоим по сердцу досталось.       — Ну, если честно, я нисколько на него не обижаюсь и претензий у меня к нему тоже нет, — начинает оправдывать себя Лихан, но Тэсан перебивает.       — Да мне всё равно что ты о нём думаешь. Я просто хочу преподать ему урок, и мне нужна твоя поддержка в этом. И к слову, тебя вся эта ситуация тоже прямо касается, так что…       Хан красноречиво смотрит на блондина, одним этим взглядом давая тому понять, что он прав и никаких возражений не принимает. А Лихан просто не умеет долго спорить, и поэтому единственное, что ему остаётся, это согласиться на всё это безумие, несмотря на то, что он ужасно не хочет совершать такое с Джэхёном и ставить его в крайне неловкое положение.       По мнению Кима, Джэхён вообще не должен извиняться перед кем-то за каждый свой малейший поступок и эмоцию. Он не заслуживает.

***

      Вечерняя практика подошла к концу. Все ребята, попрощавшись друг с другом, ушли сразу же после репетиции к себе в общежитие, а Джэхён остался один, убирая всю технику на место. Он обычно всегда последним покидал репетиционный зал, оставляя на себе лишние дела и работая чуточку больше, чем остальные участники. Но сегодня Джэ не уйдёт последним, и этот случай сыграет на руку Тэсану и Лихану.       Джэхён сидит на мате и лазит в ноутбуке, выполняя оставшиеся дела, как вдруг дверь открывается, и в зал заходит Лихан. Мён поднимает голову и недоуменно смотрит на Кима.       — Ты ещё здесь? Поторопись, уже поздно, — говорит Джэ и снова опускает глаза в монитор.       Лихан засовывает руки в карманы штанов и прикусывает губу, не зная, как отвлечь Джэхёна и уговорить его пойти с ним.       — Ты ещё не скоро закончишь? — через непродолжительное количество времени выдыхает Ли.       Джэхён перестаёт печатать и снова поднимает глаза на блондина, с вопросом на него глядя.       — Ещё минут тридцать, а что?       — Я просто хочу с тобой пойти, — так тихо отвечает Лихан, что Мёну приходится чуть напрячься, чтобы расслышать его. Ким выглядит уставшим и каким-то грустным.       — Мы живём на разных этажах, иди без меня, я вижу, как ты устал. Не жди меня, — мягко говорит Джэхён и, взглянув на притихшего Ли ещё раз, возвращает глаза на ноутбук и отвлекается на дела в нём.       Лихан тихо вздыхает. У него не получится так просто заманить хёна в рекреацию, где их уже ждёт Тэсан. Киму становится паршиво. Почему он должен так поступать с любимым хёном? Он просто не может так с ним обойтись. Уж легче взять Джэ за шкирку и потащить его прямо по полу до места назначения, но Лихан не способен на такие извращения.       Простояв на одном месте в молчании около двух минут, Ким направляется к Джэхёну и опускается рядом с лидером, ложась на мат. Старший опять переводит глаза на него.       — Серьёзно, собираешься ждать меня?       — Да, — бурчит блондин с прикрытыми глазами.       — Ого, на тебя не похоже. Ну ладно, — усмехается Джэ и похлопывает Кима по ляжке, снова возвращаясь к ноутбуку.       Так проходит десять, пятнадцать, двадцать минут. Лихан всё это время старается не провалиться в сон, а когда слышит, как захлопывается крышка ноутбука, открывает глаза и садится. Джэхён поднимается с мата и идёт к своим вещам, пока Лихан наблюдает за ним.       Старший надевает кофту и убирает всю свою технику в портфель, а когда он оказывается готовым уходить, Ким встаёт и уходит за ним. Они выходят в коридор, и Мён закрывает репетиционный зал.       — Мне надо поговорить с тобой, пойдём в рекреацию, — произносит Лихан, чувствуя, как ужасно бьётся его сердце.       Старший оборачивается к нему и устремляет взгляд, полный недоумения.       — Мы только что сорок с лишним минут сидели в зале, и ты не мог поговорить там?       — Мне нужно, чтобы ты увидел, пойдём со мной, пожалуйста, — чуть ли не отчаянно просит младший, дёргая за рукав джэхёнову кофту. Боже, он чувствует себя просто ужасно от того, что он сейчас делает и о чём просит хёна.       — Хорошо, пошли, — Джэ, к счастью или сожалению, очень быстро соглашается и идёт с Лиханом в рекреационную комнату.       По дороге туда оба молчат, не произносят ни звука. Идя бок о бок, лишь Джэ изредка кидает ничего не понимающие взгляды на младшего, в то время как тот постоянно смотрит в пол и убивает себя мыслями о жалости и сожалении к любимому хёну.       Они, наконец, доходят до нужной комнаты, и Мён открывает дверь, входя в рекреацию первым. Только он переступает порог комнаты, и его глаза тут же ловят ещё одного здесь присутствующего. Лидер хмурится.       — А ты что тут делаешь? — спрашивает Джэ.       Тэсан медленно поднимается с дивана и смотрит за спину хёна на Кима, который заходит следом и закрывает дверь.       — Долго же вы ногами перебираете.       Джэхён всё ещё стоит в полном непонимании происходящего и смотрит то на одного, то на другого хубэ.       — Объясните, зачем мы здесь? — снова спрашивает лидер, желая разобраться в ситуации.       Глаза Лихана всё так же опущены в пол. Ему стыдно говорить хёну о их намерении. Тэсан, инициатор этой встречи, берётся отвечать на все вопросы Мёна.       — Рассказываю: тебе, как никому другому, хорошо известно, что ты нам обоим нравишься, и что мы оба призанавались тебе в этом, рассказывали о своих чувствах, но что ты сделал в ответ? Просто подразнил, дал какую-то малейшую надежду, а потом безжалостно её отнял, пояснив это всё лишь одним жалким «не заинтересован». Наши отношения не задались, но ты почему-то считаешь, что после всего этого можешь и дальше заигрывать с нами, как-то флиртовать и так далее, при этом прикрывая все свои поступки фан-сервисом, что это просто развлечение. Но как ты можешь так спокойно к этому относиться и называть это развлечением, когда ты прекрасно осведомлён о наших к тебе чувствах и имеешь совесть вот так вот этим забавляться? Или ты думал, что отказал и чувства сразу пропали? Ты ошибаешься, Джэхён.       Мён стойко выслушивает монолог Хана, посыпавшийся на него как лавина, и еле сдерживает слёзы, которые отчего-то появились так внезапно и не вовремя.       — Я, честно, даже не думал, что это настолько сильно вас огорчает, — тихо отвечает Джэ, рассматривая ковролин под ногами.       Тэсан на это лишь прыскает и медленно подходит к Мёну.       — Ну конечно же, ты не думал. Ты вообще когда-нибудь думал о нас так же глубоко и много, как мы о тебе? — Хан подходит практически вплотную, берёт Джэ за подбородок и поднимает его, вынуждая посмотреть в глаза. — Знаешь, мы тут вот о чём подумали, — Сан из-под ресниц смотрит на притихшего у двери Лихана, мерит того тяжёлым взглядом и продолжает: — проучить бы тебя надо, дать почувствовать то, что чувствовали мы на протяжении месяцев.       После этого Тэсан с силой толкает Джэхёна в плечи, от чего тот резко падает в объятия Лихана, оказываясь плотно прижатым к его груди, а Хан подходит вплотную и упирает руки о стену сзади, отнимая у Мёна все пути отступления.       Джэхён испуган и тяжело дышит. Он зажат между двумя телами и практически не может пошевелиться. В страх бросает оттого, что это делают его родные мемберы, в лицах которых он их сейчас вообще не узнаёт. Он боится представить, что хотят сделать его младшие, но очень надеется, что они не доставят ему много хлопот, после которых он будет огребаться несколько дней, а то и месяцев.       — Напряжение чувствуется? — шёпот Тэсана обжигает ухо, и Мён дёргается.       Ему непонятно из-за чего хочется плакать, но он не может показаться настолько жалким в глазах хубэ. Кажется, он начинает понимать, где и когда облажался.       — Я понял, простите меня, — Джэхён прикрывает глаза и делает глубокие вдохи. Он чувствует, как крепко держат его талию и руки руки Лихана, как тот прижимает его к себе. Чувствует сильное давление от Хана, который склонился слишком близко и теперь дышит ему в шею. — Я не должен был смеяться над вами, но тогда мне правда было смешно, потому что я не мог воспринимать ваши слова всерьёз.       Джэхён прерывается, чтобы перевести дыхание. Облизывая губы, он старается встать ровно, но руки Кима крепко его удерживают, не давая пошевелиться, а Тэсан напряжённо смотрит прямо в глаза Джэ, ожидая услышать следующие слова хёна.       — И что нам сделать, чтобы ты начал воспринимать нас всерьёз? — полушепотом спрашивает Хан и склоняет голову в другую сторону, всматриваясь в грустные глаза Мёна, который теперь смотрит на него в ответ. Карие глаза Джэхёна блестят от накапливающейся в них влаги, и Сана это немного смущает.       — Понимаете… Я не думаю, что когда-нибудь смогу понять ваши чувства, я даже не говорю о принятии их. Потому что между нами априори не может быть отношений, мы публичные люди, это слишком опасно, и у начальства будут вопросы, если мы будем вести себя подозрительно. Я осознал свою ошибку и даю слово, что больше не буду издеваться над вами. Простите за то, что задел ваши чувства…       Джэхён держится уверенно, решительно смотря Тэсану прямо в глаза, но в его взгляде всё же заметно то напряжение и липкий страх, которые наталкивают на мысль, что все эти слова Джэхёна были сказаны без искренности, лишь бы чтобы уйти от мести. Ещё один фактор, который может подтвердить догадки Хана, это неуверенная речь Мёна, что говорил с запинками и проскальзывающей в голосе дрожью, словно он боялся отхватить от младших и использовал свои слова как оправдание.       Тэсан сканирует Джэхёна внимательным взглядом, приоткрывая рот и прищуривая глаза, и обдумывает каждое слово хёна. В этот момент Лихан, что стоит позади, выглядывает из-за спины Джэ и одаривает Хана осуждающим взглядом, мол, «слышал? Он прав, хватит уже с него».       Но Тэсан вовсе так не думает, и оставлять дело незаконченным он не собирается.       — Чем ты можешь подтвердить свои слова? — спрашивает Тэсан, проходясь пальцем по горячей щеке Джэхёна.       Мён сначала растерянно смотрит, не понимая, что ответить. После сосредотачивает свой такой же напуганный взгляд на Хане и говорит:       — Я готов дать вам сейчас то, что вы хотели получить от меня, но так долго не могли, — практически на одном дыхании проговаривает Джэ и опускает голову, закрывая глаза.       Тэсан снова смотрит на Кима, а тот кажется удивлённым и не готовым. Сан кивает ему, легонько ухмыляясь, и возвращает взгляд на Джэ, смотря на лидера уже как-то томно и злорадствующе. Рукой обхватывая его подбородок и поднимая его кверху, Хан произносит шёпот прямо в губы Мёна:       — Какой сообразительный, даже не пришлось принуждать тебя.       После этих слов Тэсан впивается в джэхёновы губы, утягивая его в глубокий поцелуй и прижимаясь к нему ещё ближе, тело к телу. У старшего ослабевают ноги, и он может оставаться в стоячем положении только благодаря тому, что его крепко держит сзади Лихан и он буквально придавлен между телами хубэ.       Джэхён громко мычит в болезненный поцелуй оттого, что Тэсан целует дерзко и без нежности, терзая губы старшего и вымещая на них всю злость и обиду, которые несколько месяцев копились в его сердце и разрывали его на части. У Лихана сердце сжимается от боли из-за того, что он должен делать с хёном такие ужасные, грязные вещи. Он закрывает глаза и только ближе и крепче прижимает к себе Джэхёна, чувствуя в своих руках, как мелко трясётся от напряжения его тело и как часто бьётся его невинное сердце.       Он слышит, как мокро и громко разрывается поцелуй между Тэ и Джэ, и открывает глаза. Мён шумно вдыхает ртом воздух, практически задыхаясь в слезах, и откидывает голову на плечо Лихана, открывая свою белоснежную шею для Хана. Тот сразу же начинает её лизать и оставлять красные следы укусов на чистой гусиной коже, при этом ныряя руками под толстовку и горячими ладонями проходясь по оголённой талии, вызывая по телу Джэхёна неприятные мурашки.       Джэ не в состоянии что-либо произнести. Он размякает под нежеланными, слишком пошлыми ласками его хубэ, его младших братьев, и всё не может сдержать слёзы. Тэсан доводит его до консистенции желе, и Джэхён готов свалиться на пол без сознания, чтобы, наконец, перестать ощущать на себе эти грязные поцелуи и касания.       Старший чувствует прохладную и нежную руку Кима, который аккуратно берёт его лицо и разворачивает вбок, ближе к себе. Мён смотрит на него через полуоткрытые глаза и в одну секунду ощущает лёгкое и мягкое прикосновение тёплых лихановых губ на своей щеке. Этим маленьким невесомым поцелуем Ли хочет дать Джэ поддержку, заверить его, что всё хорошо и ничего плохого не случится. Он извиняется перед ним за всё, что сейчас происходит и от всего сердца надеется, что Джэхён не испугается, не возненавидит их и не начнёт избегать их после этого случая.       Но Джэхёну всё равно. Он уже предвещает скорый конец этой муки. Ему хочется быстрее забыть всё, что происходит в этой комнате. Он плачет потому, что его целуют неправильные люди; они должны любить его, но совсем не такой любовью. Джэ не может дать им то, чего они хотят, и от этого тоже паршиво. Он не может любить особой любовью тех, кого считает братьями. И они не должны испытывать к нему какие-либо романтические чувства, но они оба почему-то чувствуют, и все трое от этих лишних чувств страдают.       Тэсан не останавливается на шее, переходит ниже, языком скользя от кадыка к ключицам, и начинает зацеловывать выпирающие тонкие косточки, улыбаясь, когда слышит неудержимые всхлипы старшего. Хан не может остановиться. Он знает, что чувствует Джэхён, но он не может перестать злорадствовать и давать ему те ощущения, от которых Джэ покрывается красными пятнами и чувствует ужасный стыд и отвращение.       Лихан, стоя за спиной Джэхёна, обнимает того поперёк талии и снова разворачивает лицом к себе, на этот раз мягко целуя хёна в губы. Мён получает мокрые ласки с двух сторон и уже теряется в прострации. Он не может отвлечься и чувствует себя грязно и пристыженно, будто у него забрали честь. Но вскоре слёзы на щеках высыхают, и кожа неприятно стягивается от солёной влаги. Душу покидают какие-либо чувства, и Джэхён окончательно сдаётся, позволяя делать с собой абсолютно всё, что им вздумается.       Хан чувствует, как под влиянием их настойчивых ласок расслабляется Джэ, и отстраняется. Он смотрит на заплаканное лицо Мёна, на котором не выражено ничего, кроме истощения. В один момент сердце пронзают сострадание и сожаление, Тэсан осторожно берёт в обе ладони лицо хёна, которое пылает жаром, и поглаживает щёки большими пальцами. Лихан молчит, прижавшись щекой к спине Джэ, и всё так же крепко его обнимает. Старший открывает глаза, и когда Тэ видит в них боль, он чувствует на себе вину.       — Джэхён, прости, — тихо говорит Хан, и его голос наполнен искренностью.       Ким в этот момент отстраняется от Джэ и смотрит куда-то в сторону, не веря, что Тэсан, наконец, прекратил эти издевательства и принёс извинения. Лидер молчит, немигающе и устало смотря прямо в глаза Сана, но вскоре отвечает:       — Я прощаю. Простите и меня тоже, — недолго промолчав, он добавляет: — отпустите, пожалуйста…       Лихан, не медля, отстраняет от себя Джэхёна, но тот был не готов так скоро потерять опору, и потому заваливается вперёд, но Тэсан тут же ловит его в своих руках, не давая упасть.       — Прости, пожалуйста, за это, — продолжает извиняться Хан, заглядывая в грустные глаза хёна. — Я просто… просто был очень зол на тебя и захотел проучить тебя таким способом, потому что понимал, что ты никогда не позволил бы так касаться себя…       Тэсан говорит быстро, будто боится быть перебитым Джэхёном и не успеть высказаться перед ним. И, слушая тэсанову речь, Мён видит, что он абсолютно честен перед ним, и Хану правда жаль за всё, что произошло между ними.       — Я понимаю тебя, я вас прощаю, не волнуйтесь, — уверяет старший и закрывает глаза от непреодолимой усталости.       — Пожалуйста, давай не обижаться и больше не винить друг друга ни в чём, — подаёт голос Лихан, всё ещё обнимая Мёна и успокаивающе поглаживая его плечи. — Я люблю тебя, хён.       — И я вас люблю, ребята.       Тэсан улыбается мягко настолько, насколько ему удаётся сейчас, и прижимается лбом ко лбу Джэхёна, в один миг заражаясь от старшего слезами. Они плачут, но улыбаются, и все втроём обнимаются, потому что они справились.       Вдвоём любить одного непросто, особенно если тот любит без ответа и иначе. Но, дав волю чувствам и эмоциям, даже самые непростые задачи можно решить без скандалов.

***