Гэвин Рид не любит лакричное ассорти

Тина, тихо посмеиваясь, навела камеру и запечатлела спящего Гэвина. В принципе, ничего необычного не было в том, что кто-то в участке в свой обеденный перерыв решил подремать, тем более что Гэвин все еще приходил в себя после недавней простуды. Дело было в том, чем его укрыли — хорошо знакомой курткой, над которой Коннор трясся больше, чем над всеми своими микросхемами: берег, чистил, таскал с собой в обнимку на все совещания к Фаулеру, заботливо прятал в шкафчик перед выездами, чтобы не запачкать и не порвать. И в эту драгоценность сейчас завернулся Гэвин. — Собираете компромат, офицер Чэнь? — поддразнил ее Коннор. — Вроде того. Держи, — Тина отправила ему фотографию. — Оба твоих сокровища вместе. Кстати, Кон… Андроид вопросительно посмотрел на нее. — Что такого в этой куртке, расскажешь? — Ничего необычного, просто рождественский подарок, — Коннор улыбнулся. Тина понимающе кивнула. Андроиды до сих пор восторгались подарками, которые им преподносили, совсем как дети, которые в силу возраста еще не привыкли к тому, что им что-то дарят. Может, через пару лет обвыкнутся, станут скучными взрослыми, которых ничем не удивишь, но пока что Коннор каждый праздник даже от дежурных открыток радовался. — Хэнк? — уточнила она. — Наполовину. Они с Гэвином скинулись на куртку. Тина подошла и принялась рассматривать одежду повнимательнее, заинтригованная донельзя. — Не пойму, — вполголоса сказала она. — Выглядит классно, конечно, но она правда такая дорогая? — Ручная работа, — не открывая глаз, сказал Гэвин. — Индивидуальный пошив. Ты не представляешь, но на самом деле на некоторых идеальных андроидов человеческая одежда садится плохо. — Правда? — Угу. Не бывает человека с такими параметрами тела, там ж все выверено до миллиметра, соотношение длины предплечья к длине члена, например. Коннор тихо засмеялся. — Кто о чем, — согласилась Тина. Гэвин довольно пфекнул и перекатил голову по спинке кресла. Пару недель назад он переехал со своего привычного места на стол за Коннором, чтобы было удобнее обсуждать дела с ним и Хэнком, раз уж Фаулер поставил их работать втроем.  Как справедливо считали в участке, Фаулера пересадил Гэвина за другой стол, потому что надоело слушать, как на весь участок разливается словесная патока. Голос у Гэвина был громкий, в выражениях любви он не стеснялся, Коннор отвечал ничуть не тише. В итоге эту парочку воркующих попугайчиков-неразлучников посадили поближе друг к другу. Фаулер пытался как-то воздействовать на них, призывал на помощь Хэнка, полицейский устав и собственное влияние, но Коннор очень вежливо сообщил, что раскрываемость поползла вверх, а преступности меньше не стало, так что для душевного спокойствия детектива Рида и поддержания его работоспособности не будет ли уважаемый капитан Фаулер так любезен, что побудет больше хорошим начальником, чем просто уставным сухарем. Фаулер прикинул показатели, убедился, что Гэвин перестал задирать коллег, и во имя сохранения в участке позитивной атмосферы оставил в покое эту парочку. Тем более что Хэнк успешно работал сдерживающим фактором. — Дай капли, — попросил Гэвин. — Глаза пиздец болят что-то. — Помочь закапать? — Коннор открыл ящик своего стола, пошарился, вытащил флакон. — Я сам, — тоном восходящей на эшафот Марии-Антуанетты произнес Гэвин, протягивая руку. Коннор вложил флакон и прислонился к столу, собираясь понаблюдать. Гэвин открыл глаз, придержал веки пальцем, занес флакон и тут же зажмурился. Повторил попытку, но опять безрезультатно: стоило носику приблизиться, как глаз сам собой закрывался намертво. — Помочь? — Коннор добавил в голос медовых ноток.  — Помогай. Коннор взял капли, наклонился, быстро чмокнул Гэвина в губы. Тот открыл глаза, уставившись на своего андроида, который ранее себе такого открытого выражения чувств не позволял, и тут же получил в каждый по капле лекарства. — Обращайтесь, детектив, — довольно сказал Коннор. — Тебе еще нужна куртка? — Забирай, — Гэвин проморгался. — Так, что у нас там нынче нового происходит, — он потянулся к монитору. — Пока ты спал, ничего из текущих дел не обновилось, новых вызовов не поступало, — Коннор перестал подпирать задницей стол, отошел, перекинув куртку через руку. — Хэнк передал, что будет в участке в ближайшее время. — Он снова запил? — ужаснулась Тина, глядя на часы. Коннор посмотрел на нее с веселым недоумением. — Он повел Сумо к ветеринару на плановый осмотр, взял отгул на первую половину дня. Не переживайте, офицер Чэнь, лейтенант Андерсон пребывает в полном здравии и абсолютной трезвости. Тина покивала и направилась на стойку, выяснять, что за голоса на повышенных тонах оттуда звучат. Гэвин пока что внимательно просматривал письма на личной почте: иногда туда падали сообщения от информаторов, которые на официальную почту детектива писать не могли, а на личную строчили интересные послания. — Коннор… — Да? — отозвался андроид со стороны вешалки, заботливо пристраивая на нее куртку. — Смотри, что прислали, — Гэвин ткнул пальцем на развернутое на весь дисплей письмо. — В Детройте реконструировали один небольшой парк развлечений, я выиграл четыре бесплатных билета. — Ты участвуешь в розыгрышах? Гэвин повернул голову, посмотрел на него и развел руками. — А почему нет? Я по-человечески их пожалел, бедолаги разыгрывали бесплатные билеты за лайки, но даже так там было всего двадцать отметок. Мне нетрудно было поддержать их, это очень милый парк, я даже деньги перечислял на восстановление. И вот, занял в розыгрыше второе место — четыре билета. Только не спрашивай… — А почему именно четыре? — тут же спросил Коннор. Гэвин пожал плечами. — Пойдем в парк развлечений? Хэнка с собой возьмем. Подошедший Хэнк тут же заглянул через плечо Гэвина в монитор. — Не горю желанием. Я бы лучше махнул на природу, за город, отдохнуть хотя бы пару дней, Сумо опять же надо больше двигаться. Гэвин принялся перелистывать письма. — К твоим желаниям есть только пятидесятипроцентная скидка в магазине охотничьих и рыболовных принадлежностей, надо? — Скидывай. Так, — Хэнк направился к своему столу, — Коннор, что у нас нового? — Надо отправить Коннора ресницами похлопать на экспертов, — Гэвин крутанулся на стуле. — Такому милашке точно помогут. Иначе мы будем топтаться на одном месте и ни черта не сможем разузнать, а время уходит. Коннор тут же призывно посмотрел на него, пару раз взмахнул ресницами. — Гэвин, сходи к экспертам, — промурлыкал он. — Это нечестно, — уныло проворчал тот, но поднялся. — Ладно, навещу лабораторию, выслушаю охренительно смешные, — он изобразил кавычки в воздухе, — шуточки Мориса про трупы. Если через полчаса не вернусь, значит, я скончался от потока крови из ушей. — У вас с ним одинаково отвратное чувство юмора, — хмыкнул Хэнк, открывая письмо с присланной скидкой. — Так что не тебе жаловаться. — Эй, я хотя бы не рассказываю истории про то, что в желудке трупа найдено золотое кольцо, гы-гы, прикинь, как ржачно, наверное, он решил сделать мне предложение, и не чавкаю при этом жвачкой на все помещение, — огрызнулся Гэвин. Хэнк покосился на него, махнул рукой, призывая уже валить. Коннор посмотрел с сочувствием, но помочь ничем не мог: у него на дисплее с пугающей быстротой мелькали фотографии и сканы прошлых дел. — Придется идти в архив, — наконец сказал он. — Тут не хватает еще нескольких дел. У нас кто-нибудь занялся оцифровкой документов? — Да, один из патрульных повредил ногу на дежурстве, но не очень хотел быть отстраненным от службы по болезни, так что Фаулер сжалился и отправил его как раз на оцифровку. Коннор кивнул и пошел в архив. Старые бумажные дела он любил, было в них что-то завораживающее, вызывающее восторг. Ползущие по монитору строчки — это привычно, а чтение бумажной документации — что-то необычное. Трогать шелестящие страницы, пахнущие чернилами, читать написанные от руки отчеты и пытаться составить профиль детектива, который их вел — это Коннор обожал. В свободное от работы время, конечно. Гэвин, как правило, составлял ему компанию, тоже просматривал дела и комментировал найденные в них фотографии, не забывая поддевать Коннора, что тот бы точно нализал улик в два раза больше. — Добрый день, детектив Андерсон, — весело поприветствовал его веснушчатый парень в инвалидном кресле.  — Добрый день, Марк. Как ты умудрился? — Зацепился каблуком за трещину на лестнице и полетел вниз, — Марк вздохнул. — Спасибо капитану, позволил не киснуть дома в одиночестве. Что-то ищете? Я изучил весь архив, составил каталог и потихоньку оцифровываю. Рядом со столом и впрямь стояли подписанные маркером коробки. Видимо, кто-то снял их с верхних полок, обеспечив Марка работой. Сканер тоже переставили на низкий столик, чтобы было удобнее. — Мне нужен две тысячи восьмой год. — Четвертый стеллаж, — Марк подъехал к коробке, открыл ее, аккуратно вытащил содержимое и принялся поочередно заправлять листы в сканер. Коннор убедился, что в его помощи не нуждаются, пошел разыскивать упомянутое. — Может, тебе прислать андроида в помощь? Вместе вы намного быстрее все оцифруете, — предложил он, перебирая содержимое коробок. — Да, если найдется желающий составить мне компанию, то почему бы и нет, — с охотой согласился Марк. — Я боюсь не успеть вовремя, дела должны утилизироваться спустя семьдесят лет, а некоторые папки и без того повреждены. Вы нашли то, что ищете, детектив? — Кажется, — Коннор сохранил в памяти фотографии страниц. — Спасибо за участие, Марк. Я поговорю с нашими патрульными, уверен, они не откажутся помочь коллеге с работой. Ну или по программе помощи населения полиции направим к тебе помощника. Пожалуй, это было бы самым разумным выходом. Осталось только переговорить с капитаном по поводу этой идеи. — Кого-нибудь из «Иерихона»? — переспросил Фаулер. — Да, конечно. Потом найдем для Марка другую работу, тем более что участков в городе несколько, они загружены, так что пошлем к ним помощь. «Саймон, нужен помощник на оцифровку полицейского архива, есть кто-нибудь, любящий нудную монотонную работу?» «Да, Джош ее просто обожает, а заняться ему сейчас как раз нечем, так что вытряхну его из норы и отправлю к тебе. А что нужно делать?» «Переснимать старые дела, загонять их в компьютер, систематизировать». «Это как раз для нашего педанта, скоро будет». К своему столу Коннор подошел в хорошем настроении, перекинул фотографии дела на компьютер. — Поищу совпадения, — Хэнк заметил его манипуляции. У них на троих была своя общая папка, куда обычно скидывалось все добытое по тем или иным делам, чтобы не приходилось бегать друг за другом и выяснять, что удалось нарыть. — Я пока еще раз сравню пересечения в распорядке дня Элоди Смит и Мелани Роуз, — согласился Коннор. — По какому-то принципу он ведь их выбирал жертвами. — Работай, — одобрил Хэнк. — А, а вот и Гэвин… Гэвин, пробираясь меж столами, победно воздел над головой пачку распечатанных листов. — Я не зря слушал тупые шуточки Мориса, — провозгласил он. — У нас есть результаты вскрытия обеих жертв. — Что-нибудь интересное удалось найти? — Хэнк с нетерпением протянул руку, заполучил распечатку и принялся проглядывать. — Только то, что они обе перед смертью ели лакричное ассорти. — Лакричное ассорти — вид слоеных конфет на основе лакрицы с различными добавками. Производится в Британии и Северной Европе. Гэвин плюхнулся в кресло и задумчиво погрыз карандаш. — А в Америке такого нет? Коннор принялся просматривать интернет-витрины различных магазинов. Все виды сладостей так и мелькали перед глазами, некоторые выглядели на его вкус отвратительно, некоторые заинтересовали цветом и формой. — Кто-то сказал «лакричное ассорти»? — навострила уши Тина. — Хочешь конфетку, Гэвин? — А у тебя что, есть? Тина закивала. — Парень подарил. Держи, — она протянула красивую коробочку с цветными слоеными лакомствами. — Коннор, — тихо окликнул Гэвин. Андроид моментально взял конфету, лизнул. Тина недоуменно посмотрела на него. — С каких пор ты начал есть конфеты, Коннор? Гэвин поднялся, обнял подругу за плечи. — Попьем кофе, дорогая, — проворковал он, аккуратно изымая у нее коробку. — И расскажешь мне о своем парне, он у тебя откуда, из Англии или из Европы? Тина с подозрением посмотрела на него, но позволила увлечь себя в сторону столовой. Гэвин с улыбкой, не уступавшей по сладости тем самым конфетам, собственноручно приготовил кофе и протянул Тине, налив даже не в стандартный стаканчик, а в чашку. — Колись, Гэв, — Тина взяла чашку. — Я прекрасно знаю эту твою стойку охотничьего пса при виде лисы. Что произошло, почему тебя так интересует мой парень? — Не хочу тебя пугать, милая, но твой парень со своими конфетами весьма подозрительно выглядит. Расскажи о нем побольше, нужно пробить его. Тина фыркнула. — Тебе нужно больше целоваться с Коннором и меньше внимать тому, что творится на экране, когда вы смотрите сериалы про полицию. Полицейская, за которой ухаживает маньяк — это такое клише. Ладно, его зовут Рузвельт. И он андроид, Гэвин. — Модель, серийный номер? Тина укоризненно посмотрела на него. — Наш Рузвельт. Гэвин, это один из патрульных. А вот и он. Вошедший в столовую андроид посмотрел на чашку в руках Тины, затем рассмеялся. — Я опоздал его сварить. Добрый день, детектив Рид. — Добрый. А скинь мне маршруты своих передвижений за прошлые две недели. Всех передвижений. Андроид недоуменно посмотрел на него, потом покосился на Тину. — Что происходит? Меня в чем-то подозревают? — Где ты взял конфеты? — напирал Гэвин. — Купил. Они выглядели необычно, но я не мог их оценить на вкус, поэтому положился на слова одной из покупательниц, которая сказала, что конфеты необычные, но нужно пробовать, они не всем нравятся. Я приобрел маленькую коробочку на пробу, скину детективу Андерсону чек, если потребуется. — Ты часто покупаешь эти конфеты? Кого-то еще ими угощал? Тина вздохнула. — Прости его, Руз, Гэвин просто не видит никаких границ, когда что-то расследует. — Все в порядке, — Рузвельт мягко улыбнулся. — Я купил их впервые, меня заинтересовала необычность. Детектив Андерсон, — он обратился к вошедшему Коннору, — вот чек на покупку конфет. И вот мои передвижения за последние две недели, которые запросил детектив Рид. Коннор, ничему не удивляясь, быстро просмотрел файлы, улыбнулся. — Все в порядке, Гэвин, Рузвельт был в патруле в день убийства Элоди Смит. А вот про конфеты новости уже не такие веселые. Это они. Состав полностью идентичен тем, что ели обе жертвы. — Ох, Гэвин, — Тина побледнела, поставив чашку на стол. — Так ты подозревал Рузвельта… — Слушай, этот ублюдок с нами играет. И поугощать полицейскую, чтобы потом похитить у нас из-под носа, для него было бы вполне естественным. Конфеты редкие, тебе их подарил твой парень. Я должен был отработать эту версию, чтобы потом не вытаскивать тебя…. — он кашлянул. — Не найти, в общем. Тина крепко обняла его. — Спасибо, что так волнуешься, но не стоило. Вот мой парень. Он точно не маньяк, не похищает девушек и не пытает их. Рузвельт закивал. — Я могу отчитаться за каждый час своего местонахождения, детектив Рид, назовите дату и время, и скажу, что делал. Я купил красивые конфеты для Тины, только и всего. — Ладно, — проворчал Гэвин. — Коннор, надо осмотреть этот магазин конфет. Поехали? Кстати, как тебе состав? — Нет вредных красителей, сахар в норме, если хочешь, куплю тебе такие же, угостишься. — Я не люблю конфеты, Коннор. — Нашел, — в столовую быстрым шагом вошел Хэнк. — Общее у жертв. Они обе были левшами. — За такое не убивают, — пискнула Тина и спрятала за спину левую руку. Гэвин посмотрел на нее и невесело усмехнулся. — У меня был в практике случай убийств девушек за слишком высокие каблуки. Восемнадцатилетняя школьница, счастливая до одури, надела свои первые туфли на шпильке. До сих пор помню: синие шелковые лодочки, сзади милый бантик и подвески с фальшивыми жемчужинами. Она просто пошла прогуляться, чтобы их немного разносить к выпускному. Никакого вызывающего макияжа, скромная юбка ниже колена, блузка из плотной ткани — миленькая девушка, у которой впереди вся жизнь. Утром ее нашли в парке задушенной, рядом стояли красивые туфли с отрезанными ступнями внутри. Тина, убивают за все. За высокий каблук, за короткие волосы, за красную помаду, за брюки вместо юбки. Больных на голову идиотов хватает. Тина вздрогнула, потом посмотрела на Гэвина. — Я куплю конфеты, — решительно сказала она. — Не спорь, Гэвин. Я пойду в этот магазинчик и куплю лакричное ассорти. А вы будете меня охранять. Если девушек убивают за то, что они — левши, он клюнет. Если же есть другая причина, то мне ничего не грозит. — Тина, — Рузвельт заволновался. — Это слишком опасно. — Я полицейская, — решительно отрезала Тина. — Мы подстрахуемся максимально: устройства слежения, камеры, вы. А теперь расскажите: он убивает их сразу? — Идемте к Фаулеру, — нехотя сказал Хэнк. В кабинете капитана, несколько удивленного таким наплывом подчиненных, ожидаемо разразилась небольшая гроза. — Нет, Тина, это слишком опасно. Направим андроида, у нее будет больше шансов спастись. — Андроиды не бывают левшами или правшами, — напомнил Коннор. Фаулер угрюмо засопел. — Рассказывайте план. — Он не убивает девушек сразу, сперва похищает, — Гэвин посмотрел на Тину. — Мы должны будем взять его на месте преступления, ты понимаешь это? Мы не выскочим из кустов, когда он схватит тебя за руку. — Он делает им укол снотворного, судя по медицинской карте офицера Чэнь, у нее нет аллергии на компоненты, — Коннору тоже план не нравился. — Он увезет похищенную к себе, и мы можем потерять сигнал в любой момент. — Я все еще полицейская, — напомнила Тина. — Я могу постоять за себя. — Элоди Смит была спортивной девушкой, Мелани занималась на курсах самообороны, — осадил ее Гэвин. — Они тоже могли защититься, Тина, но их это не спасло. Что ты будешь делать, если он тебя свяжет? — Ждать вас. Слушайте, пока вы не даете отправить на дело коллегу, напичканную устройствами слежения, он может похитить гражданскую, которую мы слишком поздно найдем. Со мной будете вы, я знаю, что ничего не случится, максимум, он пару раз меня ударит. — Он не бьет их, — заметил Хэнк. — Вырубает, увозит куда-то, пичкает там конфетами, через сутки перерезает им горло, бросает тела в мусорные контейнеры. Тина кивнула. — У вас будут сутки, чтобы найти его. Целые сутки, Гэвин. Вы весь Детройт перекопаете несколько раз за это время. Я потерплю поедание сладостей. Фаулер побарабанил по столу пальцами. — Он точно их не бьет? Не насилует? Не пытает? — Да. Нет. Нет, — отрапортовал Коннор. — Нам попался удобный маньяк, — со смешком заметил Гэвин. — Деликатный, мать его, вежливый. Не мучает, конфетками угощает. Я звоню Аллену. Коннор, засунь Тине датчики во все места, даже самые неприличные, чтобы даже голая и связанная, она могла подать сигналы. — Гэвин! — Ты сама вызвалась, напоминаю, — огрызнулся Гэвин. — Если потребуется, я тебе устройства слежения лично запихну на манер тампона, потерпишь. Тина вздохнула. — Потерплю, но давайте не так сильно параноить. Я переоденусь в гражданское и возьму наличку. Капитан, дадите мне «подсадной телефон»? — Конечно. Рид, а чем тебе поможет капитан Аллен? — Солнышко, — приторно пропел Гэвин в трубку, — заинька моя, котеночек, ну зачем же так грубо? Ладно-ладно, — он сменил тон, — у тебя остались те замечательные часы? Я бы хотел их одолжить ненадолго, мы тут отправляем Тину в жертву маньяку. Да, срочно. Спасибо, мой мармеладный мишка. — Я чего-то не знаю? — многозначительно спросил Коннор. — Аллен после суток, а его ничто так не бодрит, как пара ласковых прозвищ. Помнится, однажды я не давал ему отключиться до подъезда медиков, называя своей симпапусенькой, потом сам блевал дальше, чем видел, — скривился Гэвин. — Он одолжит нам одну из армейских разработок, работает на какой-то там частоте, якобы подает сигнал даже оттуда, где глохнет андроид. Не уверен в эффективности, но на всякий случай… Фаулер покачал головой. — Ладно, даю добро на операцию, — нехотя сказал он. — Чэнь, если тебе там голову оторвут, учти, что больничный не дам. — Поняла вас, капитан. Гражданская одежда у Тины в шкафчике была, так что переодевание заняло немного времени. Технический отдел выделил сережки с устройством слежения и брошь-камеру с наказом непременно вернуть и не потерять ценное оборудование. — Постараюсь, — согласилась Тина. Часы Аллен принес лично, затребовав в ответ кофе, причем не из кофеварки, так что пришлось Гэвину вставать к плитке, вооружившись туркой и специями, пока Коннор с восторгом расспрашивал, как именно работают часы и как их можно отследить. — Твой кофе, — Гэвин поставил чашку на стол.  — Спасибо, — Аллен отпил кофе и с наслаждением вздохнул. — Коннор, ты реально многое теряешь, потому что не можешь попробовать этот напиток. Хотя нет, это единственное, что Гэвин вообще умеет готовить, так что тебе скорее повезло. — Мне повезло со всем Гэвином и его умениями, — Коннор взял возлюбленного за руку. — Когда свадьба? — уточнил Аллен. — Мы еще не обсуждали, — Гэвин задумался. — Может быть, летом? Чтобы девушки могли выгулять свои лучшие наряды и вволю ими похвастаться. Если Тине придется свое красивое платье прятать под шубку или плащ, она меня у алтаря пристрелит. — А что, вы уже помолвлены?  — Кольца пока изготавливаются, хотим и помолвочные и обручальные необычные сделать, — нехотя раскололся Гэвин. — Но чтобы ты никому не проболтался, понял меня? Коннор нежно улыбался, выглядя счастливым просто от того, что Гэвин был рядом, и в разговор не встревал. Андроиду человеческая символика была интересна, от колец он пребывал в восторге, но пока они находились в процессе изготовления, Коннор предпочитал сосредотачивать усилия на более важных событиях. Например, сейчас направлял Джоша в архив, просматривал еще раз все результаты по двум жертвам «лакричного убийцы» и настраивал устройства слежения на Тине. — Ладно, выпил отличного кофе, поеду домой проверять, как там моя форма. — Я за неделю предупрежу о вечеринке, — пообещал Гэвин. — Намечается вечеринка? — тут же оживилась явившаяся Тина. — Готова? — ушел от ответа Гэвин. — Идем, я все-таки посижу в машине неподалеку. Как Рузвельт? — Не в восторге, но он понимает, где мы работаем. Идем. Немного волнуюсь. Гэвин не стал ничего говорить, потянул за собой Коннора. Хэнк предпочел остаться в участке, решив не мешать быстроногой молодежи носиться за преступником. Тем более что всегда могли понадобиться какие-то дополнительные сведения, которые он мог бы моментально раздобыть и предоставить — дорожные карты, прогнозы погоды, база номеров машин. — Я покупаю конфеты, показываю, что левша, а дальше действуем, как пойдет? — уточнила Тина. — Да. Вперед. Магазинчик, где продавались те самые конфеты, находился в глубине хитросплетения переулков, где камер отродясь не бывало. Гэвин внимательно изучил все подходы к лавочке сладостей, потом вернулся в машину. — Что скажешь? — Сигнал сотового в этой местности что-то глушит, поэтому мы и потеряли телефоны жертв. Телефон Тины тоже перестал отслеживаться. — А часы? Сережки? — Пока веду. Ждем… Гэвин нервно забарабанил пальцами по рулю. — Сколько времени ему может понадобиться, чтобы похитить Тину? — Не знаю, Гэвин, перестань так нервничать. Тина не двигается. Гэвин закрыл глаза, открыл, нервно сгреб в горсть воротник худи. — Что она там долго делает? — Очередь? — Какая, к хуям, очередь? Так… Если в течение пятнадцати минут не будет движения, врываемся. Коннор успокаивающе погладил его по руке. — Думаешь, он гадит там же, где живет? — Пятнадцать минут, ставь таймер. — Может, вызвать спецназ? — Я сам себе спецназ, — отрезал Гэвин.  Коннор вздохнул, притянул его к себе, успокаивая уже поцелуем, и с удовольствием отметил, что уровень стресса возлюбленного постепенно снижается. — Есть движение, — Коннор оторвался от его губ. — Веду. Тина от нас удаляется со скоростью пешего человека. — В какую сторону? — На северо-восток. Следуем за ней? Стоп. Сигнал замер. Сигнал сережек потерян, часы пока веду…. Веду… Веду. Остановился. Не двигается. — Выдвигаемся, — Гэвин выскочил из машины. — Бегом. Коннор приказ воспринял буквально, припустил вперед, лишь слегка притормаживая, чтобы Гэвин не слишком сильно отстал. — Ну что встал, — выдохнул тот, в очередной раз чуть не врезавшись в спину напарника. — Догнал я, догнал. — Сигнал здесь, — удивленно сказал Коннор, оглядываясь. Гэвин завертел головой, осматривая пустое пространство между домами. — А где Тина? Ау? Тина? Если ты внезапно невидимая, то пни Коннора два раза. Ну как, не пнула? Коннор покачал головой, поднял голову, оглядывая крыши, словно надеялся увидеть там Тину. — Не вижу канализационных люков, — Гэвин присел на корточки и осматривал землю. — Какая погрешность у этих часов? — Небольшая, полметра влево-вправо. Сейчас поищу что-нибудь про подземные ходы, может быть, дома связаны переходами. Гэвин кивнул. — Все-таки придется врываться в магазинчик. Если мы будем пытаться наугад пробурить дыру в подземелья, мы засыплем Тину. — Хэнк говорит, что нашел старую карту, на ней есть ход, — обрадовал его Коннор. — Идем в магазинчик? — Идем. Только следи, чтобы там меня снотворным не угостили, а то будешь в одиночестве бегать по страшным темным подземным ходам, — Гэвин  еще раз осмотрел дом. — Или можем поискать второй выход, Хэнк не сказал, где он может быть? Коннор покачал головой. — Тогда начнем с магазинчика, видимо, Тину утащили как раз оттуда. Это примерно совпадает с тем, что мы знаем об Элоди и Мелани? — Примерно да. Сигнал телефона исчез, далее никаких следов, только тела спустя сутки. Гэвин, может, все-таки вызовем помощь? Гэвин прикусил губу, махнул рукой. — Нет, если мы его спугнем, он может что-то сделать с Тиной. Пойдем вдвоем, вряд ли там целая банда. Даже если и целая, нам не привыкать с ними разбираться. В магазинчике пахло сладостями, Гэвин вдохнул запах с наслаждением, тут же скривился, когда в аромат сладости вползли нотки гниения и грязи — психосоматика, сука эдакая, — но тут же улыбнулся, засиял изнутри, чуть расфокусировал взгляд, моментально преобразившись в милого простоватого парня, привлеченного красивыми конфетами. Коннор предусмотрительно стоял поодаль и изучал ассортимент, полностью игнорируя напарника. — Я могу вам чем-то помочь? — мило проворковала вышедшая из-за занавески немолодая женщина. — Я хотел бы купить вон то прелестное угощение, — Гэвин ткнул пальцем в первые попавшиеся конфеты, даже не глядя, что он там выбрал. — Прекрасный выбор, — одобрила женщина. — Мэри! Из-за занавески вышла девушка, высоченная, крепко сбитая, с коровьим взглядом. — Достань вон ту коробку, — распорядилась женщина. Мэри что-то промычала, протянула руку и сняла конфеты с указанного места, после чего вновь удалилась за занавеску. — Нелегко, наверное, вам вдвоем управляться со всем, — посочувствовал Гэвин, очаровательно улыбаясь. — Господь в милости своей не оставляет нас, — откликнулась женщина. — После того, как мой супруг покинул нас… — Успокой Господь его душу, — склонил Гэвин голову. — Упокой Господь его душу. Мы живем вдвоем с дочерью. Вот, открыла лавку сладостей, — женщина явно хотела поговорить с очаровательным мужчиной. — А вы покупаете конфеты для себя? — Для своей дочки, — Гэвин грустно всхлипнул, — бедняжка прикована к постели, стараюсь порадовать ее, чем только могу. Тоже живем вдвоем, супруга сбежала в поисках лучшей доли. — Вы такой хороший отец. Гэвин закивал, трепетно обнимая коробку. — Что-то будете покупать? — уже не так приветливо обратилась женщина к Коннору. — У вас есть слоеные цветные конфеты с лакрицей? — Есть. — А они вкусные? — наивно спросил Гэвин, таращась на Коннора. — Он андроид, — неодобрительно заметила женщина. — Исчадие ада, которое никогда в жизни не пробовало человеческой еды. — Думаете, такие достойны нашей еды? — Гэвин посмотрел с презрением, облив им Коннора с головы до ног. Коннор царственно проигнорировал обоих. — Не достойны, — согласилась женщина. — Господь непременно покарает этих чудовищ из металла, ниспослав на их головы свой гнев. — Слышал, тебя вечером должно молнией ебнуть, — уже своим обычным тоном сказал Гэвин. — Лови Мэри. Ах да… Полиция Детройта, — он улыбнулся ошалевшей продавщице. — Вы арестованы за два убийства и похищение офицера полиции. Коннор уже перемахнул через прилавок и скрылся за занавеской, откуда раздался грохот и жалобное мычание. Гэвин завернул продавщице руки за спину, нацепил наручники и скороговоркой зачитал все положенные права, слушая, как Коннор озвучивает то же самое. — Свяжи ее покрепче, такие слабоумные часто бывают очень сильны, — распорядился Гэвин. — И да, вызови сюда патруль. — Уже. — Уже связал или уже вызвал? — Уже все сделал. Я их покараулю, иди за Тиной, я нашел вход. Гэвин, не слушая, какие там проклятия посылает ему в спину взбешенная фурия, в которую превратилась милая продавщица, ринулся в подземный ход, врубив сунутый Коннором фонарик. — Тина! Ответом ему пока что было только эхо. К счастью, в свое время тут не стали воздвигать подземный лабиринт, так что Гэвин в тупик попал всего два раза, изучил засыпанный ход, но раскопки отложил на потом. — Тина! Ход закончился неожиданно, Гэвин вывалился в квадратное помещение, в котором и нашел сладко спящую Тину, связанную по рукам и ногам. Удушливо пахло застарелой кровью, видимо, с вентиляцией тут все было не особо хорошо. Но на запах было откровенно наплевать, главное, что Тина не пострадала. — Охренеть, — ласково сказал он. — Я тут жопу на британский флаг рву, а она сопит себе в две дырки.  Развязать узел никак не выходило. Гэвин огляделся, нашел нож, который по-хорошему следовало бы немедля упаковать, как улику. Больше ничего режущего в пределах видимости не нашлось, так что, немного посомневавшись и вернув себе профессионализм, Гэвин взвалил спящую Тину на плечо и понес подальше отсюда. — Гэвин? — по пути попался Коннор.  — Там есть улики, надо их упаковать. И очень прошу — не облизывай там ничего, а то в постель не пущу, — Гэвин поправил сползающее с плеча тело подруги. — Патруль прибыл? — Прибыл. Там Рузвельт, можешь передать ему Тину. Гэвин фыркнул и продолжил путь. В магазинчике и впрямь было оживленно и весьма людно и андроидно. Рузвельт бросился навстречу, моментально разобрался с веревками на руках и ногах Тины. — Я заберу ее? — Забирай. У нее было охренительное приключение: уснула в магазинчике среди конфет, проснулась уже в объятиях своего парня. А то, что у меня полжопы поседело в поисках — это неважно. Рузвельт хихикнул, принимая на руки Тину. Гэвин хлопнул его по плечу и уселся на прилавок, болтая ногами и оглядывая магазинчик. Вокруг суетились коллеги, что-то делали, но Гэвин себя чувствовал абсолютно безмятежно, словно это ему снотворное вкололи, и он пребывает в царстве радужных снов со сладостями и зефиром. — И долго ты там собираешься сидеть? — уточнил Коннор. — Не знаю, — беспечно отозвался Гэвин. — Откат, — понимающе кивнул Коннор. Эта милую особенность возлюбленного он уже научился опознавать: когда заканчивалось очередное дело, скорая забирала пострадавших, а патрульные машины увозили задержанных, Гэвин впадал в кратковременную эйфорию и глупо улыбался минут десять-пятнадцать, потом приходил в себя. Так что Коннор его трогать не стал, включил внутри таймер на десять минут и принялся за упаковку и запись улик, потом встретил прибывших криминалистов, передал все собранное, обозначил маршрут до подвального помещения. Брать на себя полный экспертный функционал он не собирался, так, первичный анализ и сбор самых срочных улик. — Поехали в участок, — опомнился Гэвин. — Поехали. А ты хорошо перевоплощаешься… — Надо было понять, религиозна ли она. Я сомневался, что такая милая женщина может быть убийцей, но потом вспомнил, что для таких левши — порождение дьявола, — мрачно ответил Гэвин. — Оставалось понять, кто ей помогает. Ты же не в обиде за то, что я там сказал? — Ничуть, — светло улыбнулся Коннор, садясь за руль. — Так что там про парк аттракционов? Четыре билета… Отдадим два Тине и Рузвельту? — Ага. — Я забрал купленную тобой коробку конфет. И то лакричное ассорти. Гэвин содрогнулся. — Знаешь, ко мне пришло внезапное озарение, — сказал он. — Кажется, я ненавижу лакрицу.