Гений или ничтожество?

Ощущение собственной никчемности накрывает каждого человека по своему внезапно и многие успевают вовремя подняться, тогда как другие нет. Когда это ощущение накрывает тебя на поле оно смешивается с усталостью, нагромождением мыслей, собственной слабостью, ошибками, а ещё со словами человека которым ты восхищался. А после который вытер о тебя ноги. Кумир, за которым ты наблюдал с детства с надеждой когда-то сыграть, с надеждой получить его автограф или даже поговорить о футболе. Рассказать про свои мечты, желания. Когда Ноэль Ноа стал единственным человеком, что выслушал тебя в тот день ты понял, что не зря мечтал о встрече с ним. Всё-таки он футбольная легенда. До самого конца внутри тебя тлел огонь надежды и веры в этого человека - номера один. А после он сам взял и затушил его. Ведро ледяной воды окропило тебя с ног до головы и все пазлы, что до этого сочетались стали почему-то разных форм и размеров, а идеальная картинка перестала складываться. Ноги, что до этого работали на 100%, как и остальное тело, стали болеть, мышцы схватила судорога, а дыхание перехватило. Ты потянулся к нему ещё раз, словно за спасательный канат, но он же отрубил его мачете, заставляя тебя падать вниз, все дальше и дальше. А после все погрузилось во тьму. Мышцы окончательно сдали, а в районе груди что-то так сильно защемило, что пришлось судорожно искать воздух. Глаза засаднили и впервые за пару месяцев Исаги понял, что это такое. Это слезы. Больная душа отдала свою энергию к кончикам пальцев, во рту образовался ком, стало так отвратительно, грустно, противно и слезливо, что парень не сдерживая собственных эмоций заплакал. Они вышли без его ведома, вся тяжесть матча и событий навалились невероятным валуном, Исаги уже не смог себя остановить. Мысли, поток мыслей, что раньше был сосредоточен на победу навалился ещё тяжелее. Он не достаточно хорош, ему не сравниться с ними всеми, он навсегда останется "середнячком". Не достаточно гениален, не достаточно быстр, не достаточно умён. Бесполезен. Жизнь фрагментами пронеслась пред глазами. Может оно всегда так было? Может ещё со школьной скамьи Исаги действительно был середнячком. Человеком, что может играть на уровне школ, но не способен забивать, не способен видеть сквозь. Человек не одаренный талантом. Обычный, проходной середнячок. Исаги громко закашлялся и дрожащими руками вытер лицо от слез. Что происходит? Что с ним, черт возьми, происходит? Сердцебиение зазвучало в ушах симфоническим оркестром, раньше он никогда не слышал собственное сердце так громко. Бум бум бум. Удары, словно молоток по гвоздям, вколачиваются внутрь, давят на уши, мозг и внезапное ощущение полнейшего страха накатывает такой волной, что справиться с ним невозможно. Оглянувшись по полю парень замечает взгляды всех, что словно темные тени уткнулись прямо в него. Красные глаза, черные ипостаси и неявный шепот набрасываются как галлюцинациями. Он расплакался перед ними всеми, все они видели его провал. Локи, Рин, Шидо, Кайзер, Курона, Ноа.. Он видел его слезы и наверняка подумал о том, что рациональностью тут и не пахнет. Исаги снова его подвел, снова доказал, что он бесполезен. Тяжёлое дыхание затмило собой всё остальное, веки набились свинцом и закрывая их парень словно погружался в какой-то иной мир. Неглубокое быстрое дыхание затмило собой все, а после Исаги не видел больше ничего, ощущая где-то сбоку приглушённый голос Хиори и других участников. Мир отключился, оставляя за собой только грохочущее сердце, дрожь во всем теле и голову весом в несколько тонн. * * * Он не помнил как доиграл этот матч, не помнил как забил свой гол, не помнил, что Рин сказал ему в конце и каким взглядом он посмотрел на Исаги. Йоичи не помнит ничего из этого. Находясь один в комнате, пока другие участники празднуют победу Исаги ощущает лишь, что он снова ушел на десять шагов назад, сдался, опозорился перед всеми, а главное... Потерял веру от тренера. Хотя, наверное, он никогда и не верил в Исаги. На душе снова стало противно больно и парень сжал голубую кофту рукой. Пальцы стянули ткань, а слезы наполнили глаза снова. Закусанная губа почти порвалась до крови, но футболист остановил себя, просто тихо дрожа и пытаясь не издать ни звука. Те кто будут проходить мимо могут услышать его рыдания. Могут снова подумать о том насколько Исаги жалкий. Парень не сдержался и издал громкий всхлип, а после плотину прорвало. Слезы хнынули по щекам бешеным потоком, скатываясь градом к подбородку, а после падая на сложенные ноги. Рука, что сжимала рубашку, побелела от приложенной силы, а лицо покраснело до уровня спелого помидора. Больно. Отвратительно больно, насколько, что слюна собранная в горле пытается вызвать крик. Хочется встать и разгромить комнату, хочется закричать на весь корпус, хочется выпустить эту блядскую боль хоть куда-то. Сердце больше не бьёт в барабан, но от этого легче не стало. Все равно противно, все равно до тошноты грустно. — Почему я такой жалкий.. — еле-еле прошептал Исаги и громко всхлипнул. Истерика закончилась спустя пять минут, но одинокие слезы продолжали падать капельками вниз. Никто не входил в комнату. После матча все словно поняли негласный намек и не трогали Йоичи от слова совсем. Душ он принимал сам, молча, не издавая ни звука. Собирая вещи и переодеваясь Исаги тоже молчал. Темная мина нависла на его лице, а тень под глазами стала сильнее в несколько раз. Впервые за такое долгое время голубые глаза с огоньками утратили свой запал, превращаясь в запятнанное зеркало. Они ушли вместе ужинать, слушать наставления Эго или просто радоваться победе. Наверняка в столовой сейчас и другие команды, наверняка все они громко смеются обсуждая внутриигровые моменты. Наверняка все они сейчас знают, что справились по максимуму. И только он один сидит в комнате с ощущением полной потери и собственной ничтожности. Заслужил ли Исаги все это? Заслужил ли то, что его кумир предал его, заслужил ли позор на телевидении. Его родители явно всё это видели. Интересно, они расстроены? Неожиданно в дверь постучали. Исаги удивлённо раскрыл глаза и устремил их вперед, в комнате слишком темно, от двери исходит лёгкий свет. По ту сторону стоит кто-то. Кто-то, кто точно пришел именно к нему. И именно в такой момент. Молчание. Стоит ли вообще отвечать? Стоит ли показывать этому человеку себя в настолько ужасном виде? — Исаги. — до боли знакомый голос разрезал уши и все мысли смыло потоком волны. Грубые и вечно уверенные в себе нотки, властный тон голоса. Баро. Баро Шоэй. Сейчас это один из последних людей, что Исаги хочет видеть возле себя. Он не хочет чтобы Баро, один из его лучших соперников, видел Исаги именно таким. Наверняка он смотрел матч, наверняка он все прекрасно понял. Так зачем же пришел? — Исаги, я знаю, что ты внутри. Открывай. — в этом голосе нет никакой жалости и детских поблажек. Если Баро хочет увидеть Исаги сейчас, значит это приказ Его Величества. И Исаги взвешивая все "за" и "против", вспоминая каждую их встречу, их медленное горение друг к другу, их первый поцелуй... Исаги поддается и идёт к двери. Он не знает кто они с Баро. Соперники, друзья, враги или просто знакомые. Они слишком далеко зашли, чтобы зваться "знакомыми", но никогда не обсуждали их отношения от слова совсем, чтобы стать "парой". Баро это просто Баро. Он часть жизни Йоичи. Не его идеальный типаж, не человек о котором Исаги мечтал. И тем не менее, Баро это просто Баро. Со всем плохим и хорошим. Дверь в комнату медленно открылась и яркий свет влился в царство темноты. Из-за двери показалась макушка с торящим ростком и Баро даже не сразу заметил лицо парня, настолько низко была опущена голова. Несколько секунд между футболистами царила тишина. Йоичи заметил голые ступни Баро с идеально подстриженными ногтями, ощутил его запах.. Стиральный порошок смешанный с чем-то резким. Напоминает нотки перца чили и горького шоколада. Тишина показалась удручающей. Исаги специально не подводил взгляд. На свету станут заметны красные глаза, сопливый нос и его жалкий внешний вид. Паническая атака в прямом эфире, перед миллионами зрителей. Весь мир видел этот позор. Весь мир видел, как человек, что взял на себя ответственность привести Японию к победе облажался. Не справился с потоком эмоций, сдался. — Пошли внутрь. — тон голоса остался обычным, но сейчас в нем показалось несвойственное спокойствие. Исаги даже не успел нормально отступить назад, как парень вошёл внутрь и дверь автоматически закрылась. Они остались в темноте. Глаза быстро адаптировались, чернота стала синевой, а невидимый силуэт Баро осязаемым. Исаги все ещё стоял как загнанный котенок. Он никогда не был настолько жалок перед Шоэем. Даже в начале, когда парень ещё совершенствовал свои навыки футбола он не был настолько жалок как сейчас. Слезливый, сопливый. Человек, что во время серьезных матчей не берет себя в руки, а теряет над собой контроль. Руки темноволосого коснулись Йоичи достаточно неожиданно. Правая рука Баро медленно взялась за предплечье и провела по нему, поднимаясь чуть выше. Игрок Уберс сразу ощутил сильное напряжение в мышцах и лёгкую дрожь тела. Исаги еле заметно ахнул, а после съежился. К чему все эти утешения, к чему вся эта нежность? Баро подошёл чуть ближе и вторая рука накрыла правый бок шеи Исаги. Мозолистые пальцы коснулись распухших вен, а после мужчина нежно потянулся к загривку. Волна мурашек одарила Йоичи и он задержал дыхание. — Зачем ты пришел..? — всё-таки подал голос юноша. Молчание не прервалось. Шоэй снова успокаивающе провел по шее, но Йоичи отмахнулся, убирая от себя чужие руки и уходя не глядя назад. Ноги нащупали край собственной кровати, Исаги оскалился. — Уходи прочь! Зачем ты пришел посмотреть на меня такого? Ты же видел все, да? Видел матч, видел мой провал, видел как я...! — парень ощутил как ком сжал его горло и слезы о которых он даже не думал сами полились вниз. Мальчик попытался сфокусироваться, продолжить дискуссию, ослабить узел, что завязался внутри. Но не смог. Снова стало тяжело дышать и Исаги неровно сел на кровать, сжимая кофту и пытаясь добраться до лёгких. Хочется встряхнуть их словно одежду после стирки, снова наполнить воздухом, разрешить себе дышать. Человек напротив медленно сел на корточки, оказываясь одного роста с Исаги, а после, в тишине, что окружена монстрами, чужими взглядами и презрением, послышался вольный и сильный мужской голос. — Ты слышишь меня? Исаги не понял вопроса. Конечно же он слышит, это же очевидно! Как только парень попытался едко ответить его горло засаднило ещё сильнее, слезы, что он не мог контролировать продолжали капать вниз. Баро медленно продолжил. — Повторяй за мной, Йоичи. Глубокий вдох. — ровные ноздри набрали поток воздуха. — Держи. Слушай собственное сердцебиение. А после выдыхай. — темноволосый внимательно наблюдал за тем как Исаги повторяет его действия. Вдох и выдох. Гипервентиляция закончилась спустя несколько таких подходов, от слез остались лишь мокрые следы, а руки Исаги оказались сжаты в руках Шоэя. Мозг не успел переварить произошедшее. Теплый голос Баро ласкает тишину комнаты и Йоичи полностью сосредоточился на нем, словно от этого зависит его жизнь. — Где мы? — В моей комнате.. — прохрипел мальчик. — Как тебя зовут? — Исаги Йоичи. — И кто ты? Молчание. Кто он? Гений адаптации, эгоист, будущий лучший нападающий или же бездарность, середнячок, обычный нпс в мире главных героев. Кто он? — Я-.. — голос треснул. Руки Баро ощутили, что человек напротив сжался сильнее, поэтому брюнет медленно продолжил. — Я футболист. Я гений адаптации. Я человек, что изменит японский футбол и приведет его к победе. Странная теплота разлилась по сердцу, а на лице пыталась проскользнуть глупая улыбка. — Повторяй. — настойчивый и властный тон голоса не позволял отказаться. — Я... футболист... — тихо мямлил себе Исаги. Парень ощутил как его руки сжимают сильнее, а лицо Шоэя пододвигается ближе. Теплота чужих прикосновений, горячее дыхание где-то впереди. Сегодня он без своей короны, волосы распущены. Пахнет шампунем. — Я ни черта не услышал. Кто ты?! — прорычал лев и Исаги добавил громче. — Я - футболист. — Кто ещё? — Гений... адаптации.. Слова Ноа заскользили по голове противной змеёй, стало грустно, мерзко, печально, противно. — Гений адаптации! — прокричал Йоичи. — Я человек, что изменит японский футбол и приведет его к победе!! — следующее он выпалил на эмоциях, крича и рыдая одновременно, а после ощутил как Баро нежно прижимает Исаги к себе, позволяя тому утонуть в объятиях и рыдать столько, сколько нужно. Теплое тело Баро, его вкусный шампунь для волос, рельефные мышцы под кофтой. Любимый запах, любимые оттенки, любимые объятия и любимая теплота... Исаги позволил себе разрыдаться в этих объятиях, крепко сжимая руками чужую одежду и не щадя ткань. Если она порвётся, значит так и будет. Шоэй быстро переместился с пола на чужую кровать и усадил Йоичи на себя, поглаживая его спину и разрешая пачкать слезами и слюнями собственную одежду сколько потребуется. Сегодня он был спокойнее чем обычно, настолько, что Исаги это все показалось странным сном. Спустя некоторое время они просто обнимались, иногда разговаривая и что-то обсуждая. — Если твоя тупая башка думает, что то, что случилось это тупо и странно - это не так. — гулкий бас разнёсся где-то сверху. Теплые руки продолжали гладить спину, комната слышала периодические шмыги носом. — В мире так много людей, что испытывают то, что испытал ты и тебе не за что себя корить. — Весь мир видел этот позор.. — прошептал Исаги, но Баро сжал одну из рук на его волосах. Сначала чуть больнее, будто бы выказывая свое несогласие, а после более нежно. — Позор? Твой последний гол был шедевральным. Химическая реакция, что возникла внутри тебя словно дала мне пинок под зад прямо с экрана телевизора. Ты был будто не в себе, но гол получился отменным. Даже когда все от тебя отвернулись, ты смог доказать им, что являешься не просто обычным японским парнем, ты.. — Это не правда.. В один из моментов мне стало так... Ужасно. Я восхищался им всю свою жизнь, всю, я думал, что Ноа и вправду признал меня. Я же никто по сравнению с ним. Но оказалось, что все это... — Однажды Снаффи мне сказал, что главное получить признание от двух людей в своей жизни - себя и человека в зеркале. Если ты не будешь верить в себя, то кто? Йоичи оторвался от теплой груди и поднял голову, очертания Баро в темноте стали видны также хорошо, как и на свету. Их взгляды встретились, стали прожигать друг друга. Темное морское дно и красный горящий пожар. — Люди в столовке не смеялись над тобой. Даже тот мудак Кайзер. Все только и ходили, что говоря "А что там с Исаги?", "Надеюсь он в порядке" и прочее. Они все готовы были блять рвануть сюда, чтобы вытащить тебя на свет и затаскать в свои объятия. Если ты думаешь, что кто-то здесь тебя ненавидит по-настоящему, осуждает или смеётся над твоей слабостью - это не так. Йоичи замолчал, а после лег на чужую ключицу, немного краснея и наслаждаясь их дыханиями в тишине. — Я... Кгм... Даже немного, чуть-чуть, был взволнован. — еле-еле произнес Баро ощущая, как тело парня напряглось, а сам Исаги словно зайчик, любопытно уставился на него. — Не смотри на меня так! — "Был взволнован"? — типичный нахальный тон речи вернул брюнету очертания настоящего Исаги Йоичи. Баро громко цокнул и закатил глаза, руками пытаясь спрятать парня в своей груди чтобы не говорить с ним на столь смущающую тему. — Да ладно, ладно!! Я расскажу! — всё-таки злобно сдался игрок Уберс и спустя время продолжил. — Когда я увидел тебя там.. на поле, когда впервые увидел твои плачущие глаза, как ты судорожно дышишь и почти теряешь сознание. Мне стало так горько.. стало так... Грязно на душе, что я не могу быть с тобой там. Я не лучший человек, что утешает людей, но.. Исаги замотал головой. — Ладно, может и здесь я король. И тем не менее. Я никогда не думал, что ты можешь быть таким. Уязвимым. — слова правдой прорезали воздух. — И мне захотелось стать твоей опорой. Ты ушел после матча очень быстро. Все вокруг ходили и шептались, а Хиори только сказал пару фраз. Все волновались о тебе. Ты загнал себя своим вечным думанием в какой-то поток дерьма. Не только Ноа, но и все остальное вылилось во... Все это. Но ты не должен себя останавливать, Исаги. Ты ещё должен мне матч реванш, ты помнишь, а? Старый добрый голос Баро защекотал ухо и Исаги приятно засмеялся. Лёгкий розовый румянец стал незаметен на щеках Баро, но слыша смех Исаги внутри него что-то расцвело. Баро целомудренно поцеловал парня в лоб, а после ощутил как Йоичи зашевелился и потянулся выше, нежно касаясь своими губами других. Тяжёлое дыхание сцепилось между парнями и разогрело воздух. Исаги оторвался от любимых губ и снова лег на грудь, слушая как сердце Баро делает "тук тук, тук тук". — Если хочешь пойти в столовку или там погулять где-то, выходи когда будешь готов. — Ты уйдешь..? — Нет, останусь. Все равно все матчи закончились, а здесь тихо, пойдет для моей медитации. — завуалированно он явно пытался сказать "я забочусь о тебе, осел, куда я могу уйти". Исаги нежно кивнул и принялся снова дышать, как научил его брюнет. Мысли нужно привести в порядок. Цели, взгляды на собственную жизнь. Может он и вправду не ничтожество, не середнячок, а человек, что может нести за собой "новую эру японского футбола". Смешение горечи от предательства кумира и собственного провала стало бороться с поддержкой Шоэя, что напрямую сказал - "ты лучше, чем ты думаешь". Эмоции абсолютно разных спектров смешались внутри переворачивая обычно слаженное мышление и вызывая там разруху. Не смотрят на это все Исаги пришел к небольшому выводу. — Баро.. — М? — Спасибо за все. — Я тебя тоже, дурак. — зверский шепот донёсся со стороны Баро, а после он нежно поцеловал макушку, вонзая в волосы пальцы и массируя кожу головы. Ещё пару часов из комнаты никто не выходил, а после Исаги последовал за Баро, замечая как на губах его парня появляется лёгкая и едва заметная улыбка.