Игра со смертью

Возможно ли довести человека до такой степени усталости, что любая мистическая херь будет казаться чем-то обыденным? Возможно. Так ли это плохо? Узнаем на практике. Феликс, заебавшийся студент, которому на каждом шагу видится силуэт, сзади чувствуется чье-то присутствие, и что-то часто шепчет у самого уха разные приколы, но ему так похуй. Кто знает, может это все из-за того, что он что-то там на психологии или философии не так прочёл. Стоит взглянуть в любой чуть тёмный угол, как сразу показывается образ какого-то призрака, который раньше пугал до такой степени, что вставали волосы на лобке, а сейчас парню даже не хочется шире открывать глаза, чтобы показать наигранное удивление. Он студент, учится шесть дней в неделю, тоннами зубрит материалы, а также дополнительно подрабатывает писателем. Точнее, подрабатывал, ведь в последнее время нет сил даже пару слов из себя выдавить. Вот честно, по-человечески все равно на все и всех, даже если читатели готовы глотку перегрызть, а кости скормить дворовым псинам. Хочется только пожелать им приятного аппетита. Воскресенье, единственный выходной, казалось бы, надо радоваться, но на самом деле, это иллюзия, которая исчезает, стоит лишь расслабиться, ведь понедельник всегда рядом, он дышит прямо в затылок и упирается своим членом, готовый из раза в раз безжалостно насиловать. А главное, даже в суд не подашь и денег не выбьешь. Задолбавшись писать бесконечные конспекты, которые по идее должны ещё и в памяти отложиться, но — нифига подобного, парень наконец-то выпрямляет спину. Доносятся отменный хруст костей и восторженный стон удовольствия. Что может быть лучше, чем наконец-то выпрямиться после долгого сидения в позе креветки? Беря телефон, ожидавший своего звёздного часа, Феликс открывает расписание на следующую неделю. Четыре пары тут, там, здесь, в восемь утра, за чертой города — все как обычно. Но тут, безнадёжно смахивая чуть ниже, парень видит, что расписание закончилось на четверге. Решив, что это глюк, Ли перезагружает телефон, но нет. Они мучаются, ой, то есть, не мучаются не только в пятницу, но и в субботу... С ума сойти, это что за божье благословение? На уставшем лице с глубокими синяками под глазами вдруг начинает светиться лучезарная улыбка больного, сбежавшего из палаты номер шесть. Забавно, что сошлись все звезды именно в пятницу тринадцатого. Интересно, может какой-то юрист или медик призвал дьявола, в попытке выучить латынь и заключил договор? Вот только чем они отплатили, ведь душу давно выжрали черти, ой, преподы. Не суть важно, главное, что страдать на целых два дня меньше, вот она — благосклонность небес. Не зря Феликс ставил свечку онлайн. Счастливо отложив гаджет в сторону, Ли вновь погружается в учёбу, уже более радостно переписывая слайды с презентации корявым почерком, потому что уже рука болит что-то там вырисовывать. Несчастные четыре дня пролетают незаметно. Куча пар и домашки никого не волнуют, преподаватели ругаются, кричат, чтобы студенты перестали летать в облаках, а студенты уже практически летают наяву. Крупица человеческого обращения в сторону обучающихся, и они уже готовы падать в ноги в знак благодарности. Ну разве так трудно изначально сжалиться над зомбиподобными людьми? Ужасающая реальность. Вернувшись после пар, Феликс откидывает сумку с вещами куда-то вдаль комнаты, хватается за удобную пижаму и бежит скорее принять душ, чтобы после, чистым и довольным завалиться в кровать, чтобы смотреть сериалы. Каждый предмет становится маленькой радостью, аромат мыльных средств какой-то по-особенному приятный, тёплая вода, струями опускающаяся на чуть замерзшее тело, ощущается, словно умелые движения рук массажиста, плавно разминающего затекшие мышцы. Пушистое полотенце нежно обволакивает кожу, вбирая в себя влагу, а хлопковая пижама с какими-то цыплятами, которая может показаться абсурдной, становится атрибутом комфорта. Выбравшись из ванной, переполненной паром, парень направляется на кухню. Во рту стоит вкус предстоящего блюда, и он приступает к готовке, не забыв разобрать купленные продукты. Замешать тесто, а дальше оставить его в сторонке, чтобы оно набухло. Честно, Феликсу безумно хотелось поддержать мучное чудо в нелегком деле, но, к сожалению, он не сторонник алкоголя, поэтому остаётся только пить колу, сморщив лицо от того, насколько же это газированная хрень. Потрясающе, бьёт прямо в мозг. За то время, что тесто приходит в форму, Феликс успевает что только не сделать: станцевать, напевая песню “Espresso", строя из себя главную диву на районе, посмотреть одну серию дорамы, напрочь забыть обо всем и вернуться, когда комок будущего счастья чуть ли не начинает высвобождаться наружу. Быстро нарезав начинку, парень берет противень, застилает пергаментом и начинает формировать основу пиццы, нежно, руками распределяя тесто, делая красивый круг, чтобы итальянцы не смогли найти его, придушить и сварить тело в рамене. Распределяя соус, Феликс чуть двигает бёдрами под красивые биты песен, иногда прерываясь на крышесносный тверк. Закончив со всем, сделав по итогу две пиццы, парень загружает все в духовку, выставляет таймер, а дальше начинается наведение эстетики. Гирлянда, которая уже успела мхом зарасти, становится жизненно необходимой. Феликс включает её, приносит и ставит на кровать маленький стол-поднос, гордясь своей лучшей покупкой в жизни, приносит напиток в виде двух литров колы, а когда главное блюдо наконец приготавливается, нарезает её на удобные кусочки, также неся в спальню. Парень будет потом спать на крошках, однако он сам та ещё крошка, поэтому не критично. И всё. Наконец Феликс оказывается в объятьях любимой квартиры, с вкусной, но, зараза, вредной едой и наслаждается колой, совершенно забив на то, насколько опухшим он будет завтра. Это уже не важно. Новый день, всем доброе утро. Ой, уже час дня? Но это не так важно, ведь у Феликса выходные, а значит можно даже вообще не просыпаться. Пройдя в ванную, парень останавливается у зеркала и смотрит на опухшее личико, однако, его не высыпало, несмотря на то, сколько сладкого он успел выпить. Базово сделав ванные процедуры, парень задерживается в комнате. Сегодня Феликс решается стать clean girl, и не важно, что он проснулся не в шесть утра. Выходит в зал, откопав где-то в глубинах квартиры коврик для занятий йогой, выполняет базовую тренировку, немного растяжки и завершается все отжиманиями, которые даются с трудом, но парень не унывает. Уставший, вспотевший, но довольный он вновь вступает в ванную комнату, принимая душ. В ход идут умывалочки, потом разные маски, патчи для увлажнения, которые были куплены, чтобы с утра приводить себя в порядок, но кто будет этим заниматься, когда даже просыпаться не хочется. Приклеив склизкое творение уходовой косметики на лицо, Ликс включает свой самый сладкий, самый комфортный плейлист на Спотифай и просто наслаждается. Поет, танцует, чем-то мажет тело, чтобы потом восхищаться своими гладкими ножками и руками. Завтрак, ну, или обед, если говорить привычным для людей с режимом языком, тоже максимально здоровый, богатый белками, клетчаткой и что там ещё нужно? А после парень собирает отросшие блондинистые волосы в хвост и садится за учёбу вновь. Но сегодня все ощущается как-то по-другому. Слишком легко, комфортно, а музыка на фоне только усиливает вайб непринуждённости и свободы? Возможно, отсутствие необходимости вечно куда-то спешить позволяет расслабиться и почувствовать наслаждение от учёбы. Оказывается, такое бывает, да. Два дня пролетают в один миг и вот уже последний выходной. Завтра понедельник, сил уже совсем нет. Осознавая, что завтра он снова будет сидеть в душной аудитории, где вместе с ним заперты сорок человек + противный преподаватель, который словно специально бьёт по нервам, как по оголенному проводу, что выводит из себя буквально за секунду. Одно, даже пусть безобидное, слово, сказанное им, как Феликс уже готов лаять и рычать, подобно дворовой собаке. Ужасное ощущение вечной агрессии, которая к тому же утомляет. Опять общаться с людьми, находиться с ними весь день, толпиться в очередях и сидеть на мучительно долгих лекциях. Феликс не хочет этого, просто позвольте ему остаться дома. Весь день протекал как-то мимо парня, лежащего на кровати. Один раз он встал, чтобы поесть и справить базовые потребности, и вновь лёг обратно, даже не удосужившись умыться. Время шло, и только к девяти вечера парень осознал, что стоит помыться, собрать сумку, найти чистые вещи в шкафу и постараться взять себя в руки. Приняв душ, он надевает халат и вдруг осознает, что недостаточно расслабился, из-за чего набирает ванную с пышной пеной и окунается с головой в тёплую приятную воду, согревающую тело. Становится легче, но на душе все также погано. Удобно устроившись, Феликс полностью вытягивает ноги, наконец находя удобную позу. Немного клонит в сон, голова становится тяжёлой и парень сдаётся, чуть опустив голову, и прикрывает глаза, желая сосредоточиться на боли, чтобы та скорее прошла. Сам того не замечая, он впадает в дрему, видя перед собой смутные силуэты. Какое-то чёрное существо то размазывается в непонятное пятно, то приобретает человеческое обличие. Что-то, безумно слизкое, гибкое, вызывающее омерзение. Хмурясь, когда существо начинает подкрадываться ближе, парень невольно дёргается. Голова погружается под воду, и Ли делает глубокий вдох, чувствуя, как жидкость сжигает слизистую, попадая в дыхательные пути. Дышать становится невозможно, и Феликс, быстро среагировав, выныривает из глубин собственной ванной, яростно откашливаясь, в попытке сделать вдох. Наконец придя в себя, парень устало протирает глаза, наконец открывая их и замечая ту самую черную массу. Она поднимается вверх, пробираясь из-под ног Феликса, постепенно вылепливаясь во что-то осознанное. На глазах формируется тело крепкого парня, а после и, медленно начиная с острого подбородка, появляется овал лица. Совершенно пустого лица. На нём вырисовываются пухлые губы, медленно проявляются черты, смутно напоминающие нос, и в конечном итоге глаза, ярко светящиеся красным. Чёрный силуэт начинает приобретать краски и становится похожим на обычного парня, с безумно очаровательной внешностью и телом, сродни древнегреческим богам, с ярко выраженными мускулами. — Я заберу твою жизнь... — тихий, достаточно низкий голос пугающе шепчет. Незнакомец облизывает губы, пугающе уставившись на голого парня, тело которое скрыто лишь пеной. Немигающий взгляд, отдающий алым цветом, оценивающе проходится по жертве перед собой. Сейчас Феликс будет спрашивать, кто он, умолять, чтобы его не трогали, и быть готовым на все, что угодно. Какое типичное и привычное развитие событий... — Забирай, мне так похуй. У меня впервые несколько выходных среди рабочей недели, но расслабиться я не могу из-за работы и чёртовой учёбы, а ещё завтра снова понедельник. Делай со мной все, что хочешь, — басит Феликс, сонно зевая. Ему совершенно плевать, кто перед ним: дух, демон, признак, чудовище, которое потеряло свою красавицу. Если оно не готово спасти его от пар, то может катиться обратно в свою Преисподнюю. — Тебе действительно все равно? — шокированный дух даже теряет свою пугающую ауру от неожиданности. Впервые за долгое время кто-то так относится к нему. — Ага, ебашь, — зазывающе поманив пальцем, Феликс расставляет ноги и руки по сторонам, насколько это позволяет ширина ванны, и готовится к худшему исходу. Главное, чтобы это было быстро и эффективно. — Ты даже не спросишь, что я такое? — интересуется незнакомец, надеясь на хоть какую-то реакцию на свою персону, но все тщетно. Жертва лежит, плотно сомкнув веки. — Нет, к чему мне это? — все также расслаблено томясь в объятьях тёплой воды, парень вальяжно открывает глаза и поднимает снисходительный взгляд. Может показаться, что он совершенно спокоен, но это вовсе не так. Изнутри все плавится от жара и предвкушения. Желая узнать, что с ним сделают, Феликс нетерпеливо меняет положение ног. Страх и азарт, возбуждение и усталость, кошмар и восторг — все перемешалось в один непонятный ком, заполнивший все тело Ли. Ему интересно узнать, что же будет дальше. Безумно интересно. Пожалуй, это можно охарактеризовать ещё проще — безумство... Лицо незнакомца искажается в какой-то странной ухмылке. Продолжая неподвижно стоять, смущая своим немигающим взглядом, тянет паузу, словно перед чем-то важным. Феликс скользит взглядом вверх-вниз, подмечая, что мифические нечто перед ним достаточно симпатично. Как жаль, что они не смогли встретиться при других обстоятельствах. — Чего ты ждёшь? — все-таки спрашивает Феликс, не в силах больше терпеть это странное волнение в груди. В момент всё тело прошибает удовольствие, смутно напоминающее дурманящий оргазм. Вцепившись в бортик ванной, Ли всячески старается сжать челюсть, чтобы не дать ни единому стону вырваться наружу. Тело выворачивает наружу, сладкая пытка проходится по всем участкам кожи, останавливаясь в эрогенных зонах. Словно тысячи рук в миг ласкают парня, заставляя того наслаждаться и страдать. Чем больше Феликс старается сопротивляться, тем более невыносимым становится удовольствие. В зоне паха образуется тянущая боль, из глаз текут слезы, рот открывается в немом стоне. Предэякулят стекает с налитой кровью головки, стекая по телу и оставляя лёгкие разводы в воде. Феликс закидывает одну ногу на бортик в ванной, максимально широко раскрывая ноги и приподнимая таз при особо сильной стимуляции члена. Думая, словно это верх сладкой пытки, Ли чувствует пульсацию в сжимающемся колечке мышц. Невидимое, плотное, горячее нечто проникает внутрь, из раза в раз проходясь по простате. Громкий, высокий стон вырывается наружу, и Феликс бурно кончает, пачкая некогда кристально прозрачную воду. — Этого... — слышит шёпотом брошенную фразу парень, но при попытке найти источник звука заплаканными глазами, терпит крах. Незнакомец растворился в воздухе, исчезнув так же неожиданно, как и появился.