Четыре пункта

      Настороженно оглядевшись по сторонам, Рюсэй из чистого интереса прошёлся беглым взглядом по глянцевым цветастым страницам. Пару раз выругался, когда отблёскивающий материал проскальзывал меж пальцев и приходилось заново перелистывать от корешка до корешка в надежде отыскать нужную статью. Он торопился лишь по одной причине — если хозяин забытой вещицы в скором времени вернётся, то у Шидо сразу же отнимут возможность прочитать заинтересовавшую его статью.       Случайно состоявшаяся посиделка подошла к завершению чересчур быстро. Казалось, едва разговорились, а уже пришлось расходиться по комнатам — время позднее. Вычурный подростковый журнал, которым Эйта размахивал, словно флагом на параде, сразу же захватил внимание. Честно говоря, никто кроме Рюсэя и не ухватился за него, тем более что Отоя просто обмахивался им, желая спастись от духоты. Не больше, не меньше, но интереса это не убавило. Еле как распрощавшись на ночь с Шарлем, Шидо потянулся и уже было собирался покидать комнату, как по счастливой случайности приметил нечто яркое аккурат возле места, на котором не так давно располагался Эйта. Возможно, Вселенная оклеймила его интерес некорыстным, оттого подкинула такой подарок, как по заказу.       В такт приглушённой лампе скучающе подмигивал серебристый месяц за окном, намекая на позднее время, однако, Рюсэй твёрдо решил для себя — спать не пойдёт до тех пор, пока не найдёт ту самую статью. Вычурный марш разноцветных букв и отвлекающих картинок на страницах только отводил внимание и сбивал, заставляя из раза в раз начинать поиски с начала. Поток мыслей был полностью передан в глянцевые листы, так что тихий скрип двери остался незамеченным:       — Ну что, Шерлок, отыскал желаемое? — послышался сонный возвышающийся голос. За спиной возвышался устало потягивающийся Эйта, зелёным прищуром проходясь сначала по знакомому, а затем по оставленной вещице.       — Не нашёл, — с ухмылкой покачал головой Шидо, дёрнув Отою за руку и заставив пристроиться рядом, напоследок тыкнув в лицо журналом: — так что помоги давай. Где тут в твоём сборнике статья, о которой говорится на обложке?       — «Четыре признака влюблённого человека»? — уточняет Эйта, вопросительно вскинув бровь. Довольно неожиданный выбор. Игривое: «ну я же не спрашиваю, зачем ты таскаешь с собой подростковый журнал», и все вопросы отметаются, а рука сама тянется перелистывать страницы вкупе с тяжким вдохом. Хлопнув ладонью по искомой колонке, Отоя решает продемонстрировать всю свою потаённую щедрость (просто спать хотелось сильнее, чем сидеть здесь): — ладно, оставь журнал себе на пару дней.       Рюсэй в знак благодарности растрепал его зелёный затылок да отсалютовал на прощание. Теперь «романтическое пособие» в его руках, и делать с предоставленной информацией можно всё, что угодно. Есть один давнишний замысел, в воплощении которого как раз таки может помочь данная статья. Казалось, наивный подростковый журнал двухтысячного года, а сколько прока. Колоссальное количество сил было потрачено на беготню за старшим Итоши, столько оригинальных идей на «романтические» подарки израсходовано, но в ответ ничего. Полное равнодушие. Саэ умён, но отчего-то принимает все знаки внимания за дружескую монету. От отчаяния идеи совсем скоро сойдут на ноль, вот и подумалось, что данный журнальчик поспособствует пособием по улучшению проявления чувств.

***

      С первым пунктом проблем возникнуть не должно. «Влюблённый человек подолгу смотрит в глаза объекту симпатии» — станет отличным стартом.       По полю разносится сигнал, объявляющий об окончании тренировочного матча. Последняя игра перед отпускными днями, потому стоит действовать резво, но не опрометчиво. Утирая взмокший лоб, Рюсэй оглядывается, выискивая глазами нужного человека. Высматривает его в десяти метрах напротив, заметно воодушевляется и сразу же срывается с места, готовясь с разбегу запрыгнуть на спину, но тут на пути образуется камень преткновения — внезапно показавшийся из толпы Рин. Итоши даже по сторонам посмотреть не удосужился, лишь смахнул чёлку с глаз, тяжко выдохнув. Столкновения избежать не удалось, но ни горящий от удара лоб, ни возмущённые ругательства за спиной не остановили от задуманного. Мешкать нельзя, иначе предоставленный шанс проскользнёт мимо.       — Саэчусик, с победой нас! — довольно воскликнул Шидо, запрыгнув на спину и обхватив руками. От неожиданности Саэ слегка покачивается, однако, даже в лице не меняется — всё так же хладнокровен да спокоен, как и всегда.       Под ладонью разливается учащённое сердцебиение после тяжёлой игры, а до слуха доносится тяжкий выдох. Причину последнего разгадать затруднительнее: либо виновато сбившееся дыхание после энергичных забегов, либо недовольство из-за внезапного прихода нарушителя покоя.       — Это всего лишь тренировка, ничего особенного, — пожимает плечами Итоши, слегка склонив голову в сторону. От ощущения чужой уткнувшейся едва ли не в шею улыбки по нервам пробегает лёгкая судорога. — На что только время потратил?       Последнее явно было вопросом риторическим, но Рюсэй не может удержаться от восхваляющего ответа: — Ты как всегда был самым лучшим, — вдоволь наобнимавшись, парень стекает с чужой спины, перемещается ладонями на плечи и цепляет взгляд ярко-бирюзовых глаз, ослепительно улыбнувшись: — это поле и я принадлежим всецело тебе, Саэчусик!       Ответной реакции не следует, даже кивком не удосуживаются одарить. Пара так и остаётся стоять у боковой линии, не двигаясь. Прикосновения Шидо не прекращаются, да Саэ не то чтобы предпринимал попытки перечеркнуть их. Единственный по-настоящему интересующий вопрос заключается в том, почему Рюсэй так пристально таращится? Фиолетово-розовый блеск просачивается сквозь, пытаясь пробрать до самых костей, но разбивается о леденящее бирюзовое равнодушие. Хоть бы оттаял, позволив влюблённому взору Шидо коснуться глубинного, а осознание замерцало яркой звездой в мыслях. Если журнал не поможет, то не поможет уже ничего. И так все возможные и невозможные варианты потерпели неудачу, истлев в забвении.       — Саэ, всё нормально? — слышится встревоженное откуда-то сбоку, и Рин подходит ближе, складывая руки на груди. Его тут ещё не хватало.       Он стерпел, когда Рюсэй хаотично раздавал пасы направо и налево, не обдумывая следующий шаг; стерпел, когда минута покоя разбилась о внезапное столкновение, инициированное Рюсэем; стерпел, когда Рюсэй сбежал, даже не кинув извинения за содеянное. Вот только Рин не стерпит приставаний к своему старшему брату, особенно после энергозатратной игры. Саэ и так пришлось сегодня отдуваться едва ли не за всю команду, потому вряд ли он зайдётся в желании провести скромные два часа в компании несносного сокомандника. Если бы Шидо просто отметил отличную игру, то Рин бы и не вмешался, однако, вид того, как этот чёрт запрыгивает на и без того утомившееся тело старшего Итоши, напрочь выбило из колеи.       — Должно быть наоборот? — интересуется Саэ, переведя всё своё внимание на подошедшего брата. Влепив мысленную оплеуху Рину, Рюсэй с досадой принимает поражение. Пункт про зрительный контакт можно смело отправить в небытие. С ним ничего не вышло. Наверное, стоило вместо этого цирка устроить игру в гляделки меж командами и как бы невзначай выбрать себе в партнёры возлюбленного (хотя бы в мечтах его можно обозначить таким словом). Тропинка через подобный план имеет больше шансов на успех, чем пристальное таращение на поле. Нужно было сразу до этого додуматься, теперь же всё стало бессмысленным.       — Нет, просто... — качает головой Рин, глазами соскальзывая с брата на рядом стоящего знакомого, осуждающе оглядывая с ног до головы. Оказывается, один взгляд может вмещать в себя разнопёрое обилие презренности, сравнимое разве что со всеобщим освистыванием с трибун на стадионе.       Дважды намекать не нужно. Наконец убрав ладони с плеч Саэ, Шидо оборачивается к младшему и с наигранным эготизмом щёлкает того по щеке. Заслуженно, а то явиться без приглашения и разбить на осколки план по захвату сердца старшего Итоши — высшая степень преступления. Ничего страшного, впереди ещё четыре пункта и сладкая неделя отпуска.

***

      Перед отъездом журнал пришлось вернуть Отое, заранее сфоткав оставшиеся пункты. Эйта мастерски увёртывал от вопросов касательно приобретения такого необычного многостраничного издания, но заметная ухмылка позади стоящего Карасу говорила о многом. Выходит, эти двое уже разобрались в своих взаимоотношениях, иначе как объяснить то, что они чуть ли не в обнимку покинули комнату сбора? И чем же Рюсэй с Саэ хуже? Верно, ничем, но поработать придётся усердно.       Второй пункт — «отзеркаливание движений». Влюблённый человек неосознанно принимает на себя позы или эмоции объекта симпатии. С каждой минутой раздевалка становилась всё просторнее от присутствия других игроков, что играло как раз-таки на руку. Никто не будет сбивать внимание, отвлекать шебуршащими разговорами на пару с непрекращающимся гулом со всех углов. Обойдя комнату вдоль и поперёк, Шидо не мог дождаться прихода Итоши, чтобы перейти к следующей части плана. Наверняка Саэ слышал о данном психологическом заключении касательно невербальных знаков, оттого в светлую макушку закралась надежда, что все попытки в кои-то веке не останутся незамеченными.       В раздевалку Саэ входит вместе с Рином. Видимо, второй так и норовит неосознанно обломить все планы, но теперь-то он не сможет помешать. Хоть в чём-то получилось пересечься с младшим братом своего тайного любимого — стоило пересечься взглядами, как радость сменилась на тень разочарования. Вселенная не перестаёт подкидывать точки пересечения не только на поле, но и в повседневной жизни. Хотя, может быть это такой своеобразные знак на то, что сперва стоит более-менее наладить взаимоотношения с Рином, а потом уже с Саэ всё сложится само собой, как недостающие кусочки пазла? Бредовая мысль, честно говоря. Главное сблизиться со старшим Итоши, а второй свыкнется со временем.       — Я как раз ждал вас, — улыбается Рюсэй пришедшим, проскользнув взглядом по фигуре любимого, чтобы в следующий момент запустить ладони в карманы олимпийки. Интересно, Саэ это заметил? Вроде как даже в лице не переменился, что неудивительно. — Пойдём вместе?       Вид того, как Рин встрепенулся от негодования, незамеченным не остался, и такая реакция пробудила лишь веселье. Пускай ощутит себя на месте Шидо, который точно так же пытался выбить пару минут уединения с Саэ, но раз за разом сталкивался с надоедающим подводным камнем в лице младшего Итоши. Что же до старшего, то он оценочно просеял со всех сторон предложение, опередив ответ Рина, который, очевидно, имел бы отрицательный окрас:       — В принципе, почему бы и нет, — пожал он плечами, направившись к своему выделенному шкафчику.       Не сказать, что Рин сильно обрадовался итогу сложившейся ситуации, ведь до последнего был уверен в отказе брата. Рюсэй же наоборот — пару раз подпрыгнул на месте, но вовремя опомнился. Не стоит забывать про второй пункт статьи. Сердце внутри затрепетало, прогнав истому по всему телу вниз и заставив привычно подойти поближе.       — Ты так любезен, Саэчусик! — прикоснувшись одной ладонью к плечу, а вторую так и не вынув из карман, Шидо пожимает плечами ровно в тот момент, когда взгляд бирюзовых глаз искоса стекает на него. Вроде заметил. — В отличие от Ринчика.       Упомянутый недовольно закатывает глаза и вздыхает, продолжая складывать оставленные ранее вещи в сумку. Вновь на провокацию он не поведётся, хоть убейте. Устал уже. Старший краем уха уловим его безмолвное недовольство, решив добавить:       — Рин тоже бывает таковым, — вроде звучит сухо, присуще холодно, как должное, но заботливая сноска ощущается меж строк. Почувствовав это, Рин на минуту оторвался от сборов, а Рюсэй пару раз кивнул, соглашаясь со сказанным. Перепалки перепалками, а глубинное уважение отнять невозможно, вот только скорее снег пойдёт в июле, чем он в этом признается первым. Уступит мистеру идеалу такую привилегию, а потом уже подтянется сам.       Всю дорогу от здания «Синей тюрьмы» разговаривал в основном Рюсэй, а Итоши выступали слушателями. Изредка Рин вставлял свои замечания или поправки, изо всех сил сдерживая подступающий смех из-за особо абсурдных историй, которых у Шидо было пруд пруди. Несмотря на всю активность и не умение сдерживать эмоции, руки из карманов парень не доставал, оттого смотрелся только комичнее, попеременно дёргаясь из одной стороны в другую, при этом не имея возможности пожестикулировать. За всё время Саэ был единственным, кто не проронил ни слова, также держал руки в карманах, смотрел прямо на дорогу, раз в шесть минут поглядывая на рядом ступающего Рюсэя, если вдруг тот начинал молчать больше минуты.       Только на пешеходном переходе Рин заметил кое-какую загвоздку: если у Саэ руки в кармане, то, аналогично, у Рюсэя тоже; если Саэ решил поправить ворот олимпийки, то Рюсэй, недолго думая, тоже заходится в точно таком же действии; если вдруг Саэ поправит лямку немного сползшей с плеча сумки, то Рюсэй сделает точно так же, даже если его сумка объективно не могла соскользнуть, ибо лямка была перекинута через шею. Это зародило не самые приятные мысли:       — Может перестанешь? — леденяще проговорил Рин, покачав головой. Тут уже Шидо перестал смеяться, и единственным долетающим звуком стал пикающий сигнал светофора, оповещающий о запрете на переход. Мимо Саэ замечание тоже не прошло, потому он едва заметно качнул головой в сторону брата с читаемым вопросом в глазах. — У меня складывается ощущение, что ты передразниваешь Саэ.       — Я? — от такого заявления Рюсэй аж на шаг назад отступает. В смысле передразнивает? Он отзеркаливает его действия, как и написано в журнале. Неужели непонятно?       — Да, ты, — недовольно сложив руки на груди, Рин аргументирует своё предъявление следующим: — ты повторяешь каждое его действие, в добавок смотришь так пристально, словно ответной реакции ожидаешь.       — Не понимаю, о чём ты, — лукавит Шидо, прикрывая глаза и становясь лицом к пешеходному переходу. Как только духа хватило выдать такое обвинение? Вот кого-кого, а передразнивать Саэ он в жизни не станет. Ни в одной из предоставленных, ни в одной из Вселенных.       Пока два оболдуя не разругались в край, старший решил заделать раскол, а то до дома живым доберётся только он:       — Расслабься, я ничего не заметил. Следственно, ничего такого не было, — серьёзного тембра вполне достаточно, чтобы Рин позабыл про свои давящие догадки.       Однако теперь мысли давить начали на Рюсэя. То есть, как не заметил? Получается, он зря из кожи вон лез, стараясь не упустить из вида ни одно движение, эмоцию и позу. Приплыли, что тут ещё добавить. Оставшийся путь Шидо успокаивал себя надеждой на два последних пункта.

***

      С предпоследним и последним пунктами будет немного сложнее — «смех над шутками» и «сокращение дистанции». В зону комфорта впускают только по-настоящему близких людей, и если Рюсэй уже давно перечеркнул для Саэ все рамки касательно своего личного пространства, то насчёт Итоши встаёт весьма резонный вопрос. Наверняка он безумно трепетно относится к пониманию личного пространства и будет не сильно-то доволен, если Шидо попытается перешагнуть через вычерченную линию. Попытка не пытка, в любом случае, парень сразу же остановится, если на горизонте замерцает хотя бы малейшая предпосылка. Не зря в журнале говорится, что не стоит забываться и в наглую прижиматься к объекту симпатии. Хотя, если посмотреть с другой стороны, интуитивные односторонние объятия на поле идут в противовес.       Пункт, который был упомянут первым, ощущается вовсе невыполнимым. Чтобы Саэ пошутил? Скорее уже метеорит столкнётся с Землёй. Придётся временно его отложить. Так сказать, до лучших времён, если вдруг Итоши решит открыться с иной стороны.       Зато великой удачей можно считать то, что Саэ согласился на прогулку. В тот день Рюсэй чуть всю спальню не разнёс на радостях, даже умудрился запутаться в одеяле и свалиться на пол, но такая случайность его мало волновала. Получается, что старшему Итоши на него далеко не всё равно. Великие ожидания от долгожданной встречи не отступали ни на секунду, заставляя чертить круги вокруг остановки, которую пара обозначила за место встречи. Прошло уже семь минут, а Саэ до сих пор не появился. Неужели забыл? Быстренько настрочив в личные сообщения вопрос за вопросом, Рюсэй сменил настроение с ожидания на волнение. Неужели Рин узнал об их встрече, забрал у брата телефон и заколотил двери деревянными досками, не позволяя выйти на улицу? Скорее всего, так оно и есть. Факты указывают именно на данный вариант. Взбудораженная фантазия подкинет самые нереалистичные и очень даже реалистичные идеи после вчерашнего осуждения в глазах Рина.       Рука только потянулась к списку контактов, собираясь вдоволь обзвонить телефон младшего Итоши (номер которого пришлось выбивать через спор, ведь иного выхода не было) с расспросами, как на противоположном конце пешеходного перехода показался он. Привычно сложив руки в карманы, Саэ уверенно ступал прямо к остановке. Телефон едва из рук не вывалился, когда Рюсэй резко соскочил со скамьи и в следующее мгновение подбежал ближе.       — Я уже подумал, что ты забыл и не придёшь, — на радостях подхватил под локоть в приветственном жесте, задорно улыбнувшись.       — Забудешь тут, как же, — прикрывает глаза Итоши, мерно выдыхая и легонько улыбнувшись в ворот олимпийки.       Сердце летит глубоко вниз, пуская меж органов чувств безудержную лихорадку. Саэ улыбнулся его словам? Осознание этого пронесло тёплую истому по спине, заставив улыбнуться ярче. Не отцепляя чужой локоть, Рюсэй аккуратно потянул парня за собой ближе к парку, пока нервы понемногу выстраивались в привычный лад, ведь Итоши не предпринимал попыток отдёрнуть руку, увеличить дистанцию. Наоборот, он даже расслабился под прикосновением Шидо, вольно ступая следом. Счастью не было предела, перед глазами поминутно выступали яркие отблески от солнца, словно стёклышки калейдоскопа, а слова сами по себе рвались из груди. Хотелось рассказать обо всём и вся, не утаивать ничего, говорить обо всём подряд, смеяться до звона в ушах и крепко-крепко обнять. К сожалению, последнего не дозволялось сделать, но это только пока.       Отрывками Саэ вклинивался в монолог Рюсэя парой фраз, пускай тот и ждал от него больше. Даже моментально умолкал, когда примечал, что парень хочет что-то сказать, затаив дыхания, не желая слышать ничего, кроме любимого голоса, который своей знобящей красотой напоминал полярное сияние. Едва ли не через каждые пять минут Шидо интересовался, не хочет ли Итоши чего-нибудь, но даже после отрицательного ответа не мог успокоить волнующие мысли и продолжал спрашивать. Всё вернулось на круги своя, когда пара решила разместиться на лавочке по инициативе Саэ, иначе как Рюсэй продолжил бы заходиться в нервных вопросах.       Итоши сидел совсем близко, облокотившись на железный подлокотник, и внимал каждой рассказанной истории или шутке. Казалось, Шидо даже нормального вдоха сделать не успевал, как начинал совершенно новый рассказ, так ещё не забыл поинтересоваться, как там дела у Рина обстоят. Наговорившись, Рюсэй освобождёно выдохнул, только сейчас приметив, как загорели лёгкие. Рядом с любимым хотелось говорить постоянно, без умолку, вывернуть наизнанку и показать себя со всех сторон, лелея надежду на дальнейшее повторение прогулки. Неосознанно Шидо сдвигался с каждым разом всё ближе и ближе, оставляя всё меньше места меж ними, и только сейчас, столкнувшись с бирюзовым необъятным поток напротив, осознал, как тесно находился к Саэ. Внутреннее да внешнее интуитивно тянулось к нему, хотело ощущать грёзное тепло, обнимать и целовать. Хотелось всеми силами показать, что чувства искренние, а не наигранные.       Вот как в такой ситуации воплотить часть со смехом над шутками, если Саэ вовсе не шутит и в целом мало говорит? Даже хилые попытки разговорить его не обвенчались успехом. Журнал вроде подкинул дельные советы, но не очень рабочие, иначе как Итоши не заметил ни единого намёка Рюсэя, из раза в раз оставляя в неведении. Возможно, стоит немного отодвинуться да не давить на него так сильно. Пускай на бледном лице нет ни намёка не недовольство, всё же для Саэ наверняка многое значит личное пространство в отличие от Шидо.       — Сидим так близко, словно на скамье подсудимых, — смеётся Рюсэй, немного отодвинувшись.       В следующее мгновение внутри всё замирает, в сердце стреляет миллионом игольчатых частиц, а голова становится совершенно пустой — Саэ посмеялся. Лаконично, тихо, хрипло, но посмеялся. Впервые за всю прогулку... да что уж там, впервые за весь период их знакомства, посмеялся над его шуткой. Фиолетово-розовый взгляд переполнен любовью, перемешан с нескрываемым восхищением, не в силах смотреть ни на что, кроме Итоши.       — Ну, в этом и суть четвёртого пункта, — улыбка его самоуверенная, в глазах горит самодовольство, но в то же время отблёскивает нечто тёплое, потаённое. Неужели он узнал про ту статью в подростковом журнале? Остаётся лишь один вопрос: «как?». Вряд ли Эйта мог проболтаться, они ведь даже не общались ни разу. Возможно, Рин нашёл на просторах интернета похожую статью да показал брату, догадавшись, почему Рюсэй так себя вёл. Должно быть, этот вопрос слишком отчётливо прочитывался в его реакции, потому Итоши снизошёл в скором объяснении: — признаюсь, сперва я подумал, что ты совсем крышей поехал. Однако всё встало на свои места, когда рано утром, в день отъезда, ты уснул с тем самым журналом на лице.       — А-а, — протягивает Рюсэй. Он успел и позабыть об этом инциденте. Так зачитался, что не заметил , как заснул, уронив на себя глянцевую книжонку: — мне думалось, что это я положил его рядом с собой сквозь сон.       — Увы, — пожимает плечами Саэ, самолично пододвигаясь чуть ближе. В душе расстилается звёздная тропинка от принятия того факт, что Итоши решил проявить лёгкую заботу и переложить журнал на пол. Значит, именно в этот момент он наткнулся на статью. — Я сразу всё понял, но захотел ещё немного понаблюдать за твоим любовным цирком.       Теперь понятно, почему Саэ так часто поправлял сползающую сумку, почему попеременно держал руки то в карманах, то вне их; понятно, почему сказал, что не заметил ничего странного в поведении Рюсэя — просто решил немного поиграть. Теперь стало понятно, почему он согласился на прогулку и терпел все его хаотичные выпады.       — Мне очень хотелось, чтобы ты наконец увидел мои искренние чувства, — ярче улыбается Шидо, резво выпрямляясь и перехватывая холодные ладони в свои.       — Ты и без журнала отлично справлялся, — выпутав одну кисть из своеобразных объятий, Итоши одним приманивающим жестом смог разжечь то, чего Рюсэй так долго ждал — собственноручно пригласил в объятия, на которые ответить отказом приравнивалось бы к смертному приговору.       Интересно, как отреагирует Рин на тот факт, что его любимый старший брат решил переплести свою жизнь с таким надоедливым и прилипчивым парнем, как Рюсэй? Понудит да перестанет. Если Саэ счастлив, то этого будет достаточно с лихвой как для Рина, так и для Шидо.