Власть крови

Королевские покои были наполнены тишиной. Серсея Ланнистер стояла у окна, её золотые волосы мягко струились по плечам, отражая тусклый свет умирающего дня. Небо над Королевской Гаванью покраснело, словно кровь, и ей казалось, что сама природа оплакивает короля Роберта. Он был мёртв, наконец-то, и казалось, всё, о чём она так долго мечтала, должно было исполниться. Но вместо ожидаемого торжества она чувствовала странную пустоту. Её взгляд скользнул вдоль улиц столицы, по которым медленно стекались жители, принося подношения к воротам Красного замка. Но даже смерть короля не могла разогнать ту тяжесть, что нарастала в её сердце. "Власть, — подумала она, — ускользает, как песок сквозь пальцы". Её сын, Джоффри, взошёл на трон, но это был лишь первый шаг в большом и опасном пути, который предстояло пройти. Дверь покоев тихо приоткрылась, и в комнату вошёл Джейме. Серсея не повернулась, но её губы дрогнули. Она всегда знала, когда он был рядом, её брат, её любовь, её отражение. Он был единственным, кто по-настоящему понимал её, единственным, кто мог успокоить её разочарования. — Роберт мёртв, — мягко сказал Джейме, его голос был хриплым от долгого молчания, но в нём чувствовалась скрытая энергия. — Теперь всё должно быть по-другому. Серсея слегка обернулась, её глаза, золотистые, как у хищной львицы, встретились с его. Она не знала, что ответить. Смерть Роберта была лишь началом их пути, но сейчас будущее выглядело ещё более тревожным. — Ты свободна, — добавил Джейме, медленно приближаясь к ней. — Свободна от него. Свободна от его насмешек, от его похотливого взгляда и грязных рук. Ты королева. Серсея вздохнула, и её пальцы нервно сжались на подоконнике. — Я королева, — её голос прозвучал жестко. — Но это ничего не значит. Джоффри неуправляем. Советники думают только о своих интересах. А за стенами этого замка враги ждут момента, чтобы ударить. Я всегда одна в борьбе. Джейме приблизился к ней, его руки мягко обвили её плечи, притягивая ближе к себе. Серсея почувствовала его тепло, и, несмотря на всю её внутреннюю сталь, она осознала, что в его объятиях есть нечто большее, чем простое утешение. В его присутствии она чувствовала себя сильнее, целостнее. — Ты никогда не будешь одна, — прошептал он ей на ухо. — Мы всегда были вместе, и так будет всегда. Она повернулась к нему, её лицо было всего в нескольких дюймах от его. Годы скрытности и лжи тяготили их обоих, но в этот момент мир за пределами этой комнаты мог подождать. Его рука скользнула по её шее, пальцы нежно касались её кожи. Он смотрел на неё с такой преданностью, что у Серсеи перехватило дыхание. — Мы сможем справиться с любым врагом, — продолжил он, его голос стал чуть тише, но каждая его фраза звучала как обещание. — Я не позволю никому причинить тебе боль. Никому. Ни Тиреллам, ни Станнису, ни даже нашему отцу. При упоминании отца Серсея нахмурилась, её взгляд стал жёстким. Тайвин Ланнистер всегда держал над ними власть, но теперь, с Робертом мёртвым, она чувствовала себя ближе к цели — быть не просто королевой, а властительницей. Настоящей правительницей. — Ты должен понимать, — сказала она, её голос стал более уверенным. — Я не позволю никому встать между нами. Даже если ради этого придётся жертвовать. Даже Джоффри. Ты знаешь, какой он... Какой он становится. Но мы должны править. Мы. Ты и я. Джейме смотрел на неё внимательно, понимая, что Серсея готова на всё ради сохранения их власти. Но в его глазах не было страха или сомнений. Он видел в ней ту самую женщину, с которой они делили всё с детства. Ту, ради которой он отказался от чести, ради которой убивал и предавал. — Ради нас, — тихо проговорил он, и в следующий миг их губы встретились в поцелуе, полном страсти и отчаяния, как будто весь мир мог разрушиться вокруг них, но этот момент был вечным. Её руки обвили его за шею, притягивая его ближе. Поцелуй был глубоким, властным, таким же, как их чувства друг к другу — опасные и неудержимые. В каждом движении губ и рук они подтверждали, что, несмотря на всю ложь и предательство, несмотря на всю кровь, которая пролилась и ещё прольётся, они принадлежат только друг другу. Когда поцелуй закончился, они оба тяжело дышали. Серсея отстранилась на мгновение, но её пальцы оставались на его груди, как будто она боялась, что он исчезнет, как видение. — Джейме, — прошептала она, её голос был почти молитвой. — Мы должны быть осторожны. Слишком много глаз следят за нами. — Пусть смотрят, — ответил он, его взгляд был полон дерзости. — Пусть все знают, что я принадлежу тебе. Я готов умереть за тебя, если потребуется. Серсея не хотела говорить о смерти. Она хотела только одного — власти. И быть рядом с тем, кого любила больше всего на свете. Она прижалась к нему ещё ближе, вдыхая его запах, такой знакомый и родной. — Тогда будь рядом, Джейме, — сказала она, её губы прижались к его шее. — Будь рядом, и мы возьмём этот мир. Джейме улыбнулся, чувствуя её жар и силу. Он знал, что она всегда будет бороться, всегда будет готова на всё ради их связи. И в этом заключалась её истинная сила — не в короне, не в троне, а в том, что их объединяло.