Поручение для Яньцина

Яньцин с детства занимался фехтованием и обучал его сам Генерал облачных рыцарей Лофу Сяньчжоу. Можно сказать, что мальчишке несказанно повезло иметь такого великого и уважаемого учителя. Он и сам понимал какой удачей располагает и ценил это. Для себя он сразу же решил, что как только станет сильным и достойным будет самолично защищать и оберегать Цзин Юаня а тот наконец-то сможет расслабиться и снять груз с плеч. Юный мечник всегда усердно тренировался. Но меч не единственное искусство которому он обучался. Политика, искусство войны и стратегии были тоже важной частью обучения. Но складывалось впечатление что не всегда у Генерала хватало сил на него. По началу Яньцин считал, что это из-за того какой он неумеха, но он очень быстро сообразил, что помимо него у Великого Предвидения ещё множество других забот. Поэтому даже если генерал задремает во время урока, значит он просто займётся самообучением. А если у него и возникнут проблемы в самостоятельном понимании он всегда может обратится к кому-то более опытному, кто может будет даже рад похвастать своими знаниями перед юнцом и научить того. Однако такие новые приобретенный знания порой заставали генерала врасплох "надо же я его так хорошо выучил не смотря на то что уснул". С каждым годом Яньцин становился все более умелым и ответственным. Наконец-то мнение всех стало меняться от "ему повезло с учителем" до "ему повезло с учеником". Хоть Яньцин именно этого и добивался он не мнил о себе невесть что. Мог казаться заносчивым, но на самом деле вполне здраво оценивал свои способности при этом сам оставался открытым и приветливым для окружающих, если конечно они в своем лице не несли опасности для Цзин Юаня. Окружающие знали как легко поладить с мечником и понимали, что на него можно положиться. Именно его дружелюбие и открытость послужило причиной тому почему сейчас приходится тащиться в обитель Божественного Предвидения. Одна из служащих смогла споймать возвращающегося Яньцина, хотя правильнее выразиться врезалась в него, как летящая стрела. Она была столь стремительна, что тот даже не успел до конца увернуться и еле удержал их обоих на ногах. Она взяла две секунды, чтобы отдышаться, было непонятно это из-за того, что спешила куда-то, или из-за того, как сильно хотела поймать Яньцина. Служащая сообщила, что нужно доставить один документ на рассмотрение генерала. Обычное дело через его руки за день проходит сотня таких. Однако ее начальство уже успело завалить ее кучей других распоряжений на фоне чего обычная доставка, хоть и важного документа, терялась. Лофу не был на грани войны и это не требовало сиежесекундного решения, но и не терпело откладывание на недели. Она переживала, что со всеми ее задачами просто не успеет доставить документы "вовремя". А тут как удобно перед ее глазами замаячила правая рука генерала. Поэтому вцепившись в эту руку она просила о помощи. Служащая уже собиралась высказать все слова извинений которые знала, но юноша взял свиток из ее рук и мягко улыбнулся. "Юный мечник и правда готов протянуть руку помощи!" Хотя истинный мотив скорее звучал как "юный мечник и правда готов лишний раз увидеться с генералом". По дороге на лице юного мечника играла лёгкая улыбка. А вот зайдя в кабинет Цзин Юаня, тот понял что это за "вовремя" к которому нужно было доставить документы. Генерала попросту не оказалось на месте. Вздохнув он развернулся и пошел на поиски конечного пункта своего задания. За несколько лет проведенных вместе он хорошо узнал генерала, и было не так сложно предположить, где он может находиться, раз решил сбежать от своих обязанностей. Он прошёлся по саду, заглянул в беседку, но и там никого не было. Оставался только один вариант, и Яньцину хотелось, чтобы он тоже оказался ошибочным. Однако именно в своей спальне Цзин Юань и нашелся. Когда Яньцин вошёл он уже лежал в своей постели, а в комнате горели благовония для успокоения и хорошего сна. –Сейчас всего пол девятого, а вы уже в постели? –В моем возрасте не стоит перерабатывать. –Но и сбегать игнорируя обязанности тоже не дело. –Я ушел как закончил никакого побега. На его слова юноша возмущённо вытянул перед собой свиток, который его просили доставить генералу. –Требует вашего рассмотрения. –Оставь посмотрю завтра утром у меня при себе ни кисти, ни печати. Проигнорировав оправдания Яньцин стал разворачивать свиток. –Не проблема, просто скажите ваше решение, ответ я могу написать за вас. Даже грамоте его обучал Цзин Юань, его подчерк являлся главным примером, поэтому свой собственный он вырабатывал на подражании чужому. Со временем для него не было ничего сложного в том, чтобы повторить его так, что сам генерал засомневается, где чей. –Я зачитаю вслух. Он уже вот-вот собирался начать, однако у генерала от одной мысли о том, что придется разбираться с чем-то, хоть от него и требовалось всего внимательно выслушать и в общих чертах высказать свое мнение, начинала болеть голова. Ну уж нет, весь день он слушал подобное и с него на сегодня хватит. –А откуда прошение рассмотрения? Печать есть? –Хотите посмотреть? –Да, покажи , — Цзин Юань протянул руку, якобы готовясь взять документ лично, чтобы взглянуть. Яньцин ничего не подозревая, даже немного порадовался тому, что тот заинтересовался, подошёл ближе и собирался вложить свиток в руку генерала, как тот внезапно увел ее в сторону схватив его за запястье. Яньцин опешил и его удивление только сыграло другому на руку. Резко потянув своего подручного на себя тот выронил свиток, который благополучно скатился на пол, а сам мечник упал на кровать, где был довольно быстро схвачен и обездвижен крепкими объятиями. Руки генерала надёжно сдерживали и прижимали к себе не давая пошевелиться. –Что за детские уловки? – юный мечник был удивлен, сопротивляться становилось все труднее. –Главное, что сработало. Цзин Юань немного пригладил его волосы, которые растрепались, пока Яньцин ещё пытался воспротивиться, а после того, как он успокоился устроил свой подбородок на его макушке. Генерал просто хотел поспать на пару часов больше, а его доверенная правая рука стала сегодня этому помехой. Надо было по быстрому решить этот вопрос. Жаловаться, как он знает, бесполезно. В этом случае он сам скорее потерпит поражение, а вот внезапное нападение то что нужно для этого юноши. Не будет же он с кулаками протестовать такой вынужденной и нахальной заботе. И верно сделав пару ленивых попыток выбраться из хватки, Яньцин устроившись, спокойно лежал. Генерал взмахом рукава потошул свет и комната погрузилась во мрак. Ночная темнота, запах расслабляющих благовоний, тепло объятий все это должно было клонить в сон. Но Яньцин только сильнее насторожился. Может генерал выбрал именно этот способ из-за стремления лишний раз показать заботу и отцовскую любовь, но остаться хотелось явно не из хороших побуждений. То как Цзин Юань расслабленно вел себя рядом с ним, для него стало провокацией. Страшно было, как такое поведение может развязать ему руки. Не смотря на спокойную атмосферу вокруг он в напряжении ждал, когда генерал заснёт крепче, а его хватка ослабнет. Хоть тот ничего не говорил, а ритм его дыхания был расслабленным, похоже заснул он не сразу. Несколько раз его руки переместились на теле Янцина стараясь схватить поудобнее. Поудобнее оказалось где-то в области чужой тонкой талии. Удивительно как безмятежность одного человека может заставить друго поднять свое волнение во сто крат. В какой-то момент юный мечник все же почувствовал, как хватка ослабла и он смог аккуратно, стараясь не потревожить, вылезти. Высвободившись, и перед тем как уйти, он немного наклонился над генералом посмотря на него сверху вниз. Из-за того сколько времени он пролежал в темноте его глаза привыкли и даже в такой тьме он мог рассмотреть спящего Цзин Юаня, сохранить этот образ спокойствия в своей голове. Не удержавшись Яньцин немного пригладил непослушные пушистые волосы и кончиками пальцев задел щеку. Хотелось большего. Но он знал когда стоит остановиться, поэтому невозмутимо покинул покои генерала. Хоть Цзин Юань и не проснулся до конца, но сквозь сон понял, что происходит, однако решил не вмешиваться объясняя это себе своей же ленью и не думая о том, чтобы интересоваться чужим поведением.