Учитель искусств

Чонгук — Спасибо, что отвезли меня домой, мистер Чон, - тихо говорит Совон. — С вами мне намного спокойнее, но мне неловко от того, что я отвлекаю вас от работы. Вы занятой человек. Я качаю головой, — Стремление мой приоритет сейчас. Я вижу, как вы все хотите дебютировать, но я не хочу торопиться. Совон прикусывает губу. — Вы уверены, что мы достаточно хороши, чтобы стать первой группой, дебютировавшей под вашим руководством? — Да, уверен, — похлопываю его по плечу, — Ваша группа идеальна. Ты гордишься тем, что являетесь её частью, верно? Он краснеет и играет со своими фиолетовыми волосами, — Да, горжусь. Все участники так хорошо заботятся обо мне, подбадривают меня, когда я скучаю по дому. Я благодарен, что вы верите в меня. Быть основным танцором и ведущим вокалистом, когда я самый младший, это большая ответственность. — У тебя есть все навыки, что нужны. — Спасибо. Участники очень мне помогают. Но я боюсь, что моя сущность может изменить ситуацию. Мне нравится, как участники относятся ко мне сейчас. Я не хочу, чтобы они нервничали, и не хочу, чтобы Кимуну снова было плохо. Я хмурюсь, — Совон, этого не произойдет. Когда ты считал, что ты бета, у тебя были проблемы с Кимуном, будучи лидером? Он краснеет, — Нет, он лучший лидер, – он теребит руки и закрывает лицо. Я слегка усмехаюсь, – Ты в него влюблен? — Н-нет, — он хмурится, — Это было бы непрофессионально. — Нигде в ваших контрактах не сказано, что вы не можете встречаться, Совон. Он надувает губы, – Ну, я не могу с ним встречаться, я слишком молод для него. Я киваю, — Это да, но может, когда тебе исполнится восемнадцать попробуешь действовать? Совон смотрит на дорогу, — К тому времени он может состоять в отношениях. — Ему всего двадцать один, Совон. Мне двадцать три, и у меня нет пары. Он моргает в замешательстве, — Разве Пак Чимин не был вашим омегой? Я чуть не съехал с дороги, – Нет, Совон, он просто мой помощник. — О, я думал, раз вы позволяете ему прикасаться к себе, то вы встречаетесь. – Нет. Он был в замешательстве из-за твоего гона, так как он свободен, поэтому я позволил ему держаться за меня для поддержки. Но я думаю, что это лишь доказывает, что Кимун может быть холост и готов к отношениям с тобой, когда тебе исполнится восемнадцать. Мистеру Парку то двадцать восемь, и он не женат. У Совона отвисает челюсть, – Двадцать восемь? Не женат? Как? Он ведь такой красивый и совсем не выглядит на свой возраст. Он выглядит даже младше вас. Как он может быть не женат? Я закатываю глаза, — Ты явно неравнодушен к парням постарше, не так ли? — Ну, если он на столе и весь такой… — Его глаза озорно сверкают красным. Мои дразнящие глаза светятся красным, — Ты еще не достиг возраста согласия, парень. У тебя только сейчас пубертат проходит. Он краснеет, — Я не создан, чтобы быть альфой». Он закрывает лицо руками. Я смеюсь, — Не существует правил чтобы быть альфой, бетой или омегой, Совон. Просто будь собой. -Хорошо, — его глаза загораются, как только мы сворачиваем на его улицу, — Наконец-то я дома! — Мило, — усмехаюсь я, паркуясь в его дворе, — Поторопись. Твоя семья, наверное, соскучилась по тебе. Он широко улыбается и в спешке отстёгивает ремень безопасности, — Спасибо, мистер Чон!

***

– Мистер Чон, вы спите? Я приоткрываю глаза и вижу, как Пак Чимин нависает над моим столом. Его волосы вновь завиты, а макияж подчёркивает его обеспокоенные глаза. Его длинные серебряные серьги покачиваются, как маленькие маятники, а пухлые губы хмурятся. Я протираю глаза и медленно сажусь, — Я всего лишь дремал. Он хмурится ещё сильнее и продолжает изучать меня. — Нет причин лгать, мистер Чон. Я же вижу, что вы не уходили домой и спали здесь. На вас та же одежда, и она уже не такая свежая, так что я не поверю вам, если скажете, что у вас несколько одинаковых костюмов. Плюс ко всему, вы уснули в бумагах, и это отразилось на вашем лице, — ворчит он, облизывая подушечку большого пальца и вытирая мне лицо. Мои глаза расширяются, и я замахиваюсь на него, — Убери свою слюну с моего лица, пока я тебя не уволил. Он ставит руки на бёдра надувая губы, — Вы слишком много работаете, мистер Чон. Если бы я был так же молод, как вы, я бы оставил немного времени для личной жизни. Вы не выглядите на свой возраст, смахиваете на сорокалетнего мужика, который пытается накопить деньги на отпуск для себя и своей семьи. — У Вас слишком бурная фантазия. Займись делом, Пак. — Я и занимаюсь. Я выполняю свои обязанности как ваш помощник. — Угадай, кто я? Я твой начальник. — А я ваш помощник. Позвольте мне помочь вам. — Вы преподаватель искусств. Вы не понимаете, о чём говорите, и вы не можете указывать мне, что делать. Он наклоняется вперёд, ухмыляясь, — В конце концов, я всё равно вас старше. Мои щёки краснеют от раздражения, и я разворачиваюсь в своём офисном кресле, отвернувшись от него. — Ну, а я альфа. — Тогда вы должны сделать этого омегу счастливым. Теперь вставайте, Босс. Я отвезу вас домой, и вы вздремнёте. — Ты не сможешь работать, если я буду спать, — возражаю я. — Так что… Он ухмыляется, — Это не почасовая работа Я хмурюсь, — Ты просто пытаешься отлынивать от работы. Чимин хватает меня за руку и тянет вверх, а другой рукой хватает мой завтрак. — Я помогу в офисе после того, как отвезу вас. Мистер Мин сказал, что хотел бы показать мне офис и научить, как лучше выполнять свои обязанности. Просто отправьте мне список того, что вы хотели, чтобы я сделал, и я выполню это. — Хорошо, — я убираю руку, вытирая её о штаны выпрямляясь, становлюсь перед ним, чтобы вести его за собой, – Но как ты собираешься возвращаться в офис? – Закажу такси. Я морщу нос, – А что, если тебе попадётся старый, извращённый альфа? — Может быть, он станет моим донором спермы самым дешевым способом. И, возможно мне не придётся платить за поездку - ни за одну из них, — он подмигивает, — Звучит как победа. Мой глаз дёргается, — О боже, — качаю головой, — Как противно. Он надувает губы, — Это не противно. Это естественное оплодотворение. — У тебя даже нет течки. — У меня все равно есть шанс забеременеть. — Или подцепить что-нибудь. Чимин надувает губы, – Когда вы доживёте до моего возраста, вы будете привлекать только старых извращенцев, мистер Чон. Вы берёте то, что дают. Я закатываю глаза, протягиваю ему ключи и сажусь на пассажирское сиденье, — Ты ведёшь себя как старый дед, а тебе всего двадцать восемь. Он драматично прикладывает ладони ко лбу, — Знаю, ужас, да? Скоро я окажусь в доме престарелых. — Ты раздражаешь. Чимин хмурится, глядя на адрес, вбитый в GPS моего телефона, – Злой альфа. — Непослушный омега, – я усмехаюсь. — О, ты хочешь увидеть непристойности? — Он поворачивается ко мне со злой ухмылкой, шевеля пальцами. — Не трогай меня своими микробными пальцами. Он наклоняется и начинает щекотать меня, впиваясь пальцами в мои бока. — П-Пак Чимин! — выдавливаю я между приступами смеха. — Ты хочешь потерять работу? — Что? Не слышу тебя из-за твоего смеха. Я ёрзаю на сиденье, – Прекрати. Что, если Dispatch рядом? Нельзя, чтобы тебя видели, как ты меня трогаешь, — хватаю его за запястья. Он надувает губы, — Это досадно, вы выглядите намного лучше, когда улыбаетесь и смеётесь, мистер Чон.