Avenging an Avenger

      Гарри Поттер посмотрел на свою подругу, и да, слова слетали с ее губ, но он совершенно не понимал, о чем она его спрашивает. — Э-э-э… Гермиона? — Гарри прервал ее на полуслове, когда она начала объяснять какую-то сложную теорию целительства. — Итак, ты…? — Гермиона Грейнджер остановилась с обнадеживающей улыбкой на лице.       Гарри оглянулся и обменялся недоуменным взглядом с ее мужем, который только покачал головой в полном отчаянии. — Опередил меня? Я наслаждался своим мороженым, — Рон Уизли фыркнул от смеха и протянул Гарри салфетку, чтобы тот вытер мороженое с лица Тедди, прежде чем ему разрешили встать из-за стола и снова пойти играть. — Роааррр… динозавры! — Тедди заерзал на своем месте, ему явно не терпелось поиграть со своими фигурками динозавров — его новой навязчивой идеей с тех пор, как брат Рона, Джордж, заколдовал несколько фигурок так, что они двигались, когда он с ними играл. — Ну вот, все чисто, — Гарри звонко поцеловал своего приемного сына в все еще немного липкую щеку, прежде чем поставил его на пол и тот убежал в гостиную. — Ладно, Гермиона, возьми поднос, пожалуйста, и начни сначала, объясни более простыми словами, чего ты от меня хочешь, — сказал Гарри, и они последовали за почти трехлетним ребенком из кухни на Гриммо-плейс через коридор в гостиную, где Тедди хранил свои игрушки. — Чего ты не понял? Мне казалось, на этот раз я выразилась предельно ясно, — нахмурилась она, ставя поднос с чаем на столик.       Гарри хихикнул, а Рон поцеловал ее в щеку. Все они очень любили Гермиону и не хотели, чтобы она была другой. Иногда она просто забывала, что не все такие умные и блестящие, как она. Гермиона только начинала свой второй год обучения в больнице Святого Мунго, чтобы стать целителем, в частности, изучая акушерство, хотя в последнее время она подумывала о переходе в педиатрию. — Да, Гермиона, я действительно уверен, что ты была права, но все, что я понял, это то, что один из твоих профессоров хочет изучить мой случай. Было много профессиональных определений и что-то об истории проклятий, когда Тедди начал кричать, что хочет спуститься… Я предполагаю, это потому, что я пережил смертельное проклятие? Но ты же изучаешь акушерство, как то, что я пережил смертельное проклятие, связано с одним из твоих профессоров? — Ах, извини за это. Я должна была понять, что ты больше не с нами, — усмехнулась Гермиона. У Гарри была привычка метаться из стороны в сторону, особенно когда что-то отвлекало. Они еще в самом начале их отношений поняли, что им нужно быть уверенными, что он сосредоточен, если это важно. У него отлично получалось сосредоточиться, когда не было других дел, но Тедди точно отвлекал от разговора. — Это потому, что я был ребенком, когда выжил в первый раз? — Гарри нахмурился, ему не понравилась мысль о том, что кто-то будет изучать его. Честно говоря, он хотел, чтобы его второе свидание с убийственным проклятием прошло как можно тише, чтобы никто не узнал о крестражах и не решил пойти по стопам Волдеморта. Он полагал, что целитель, изучающий его состояние, мог бы выяснить, что он умер почти три года назад, если бы достаточно тщательно изучил его с помощью магии. — Нет, нет, это история твоей семьи. На самом деле, исследование касалось бы не тебя, а семьи Поттеров, хотя им пришлось бы провести над тобой несколько тестов, — поправила его предположение Гермиона. — Никто не уверен, что произошло на самом деле, поэтому изучение этого может дать ответы, которые помогут другим семьям в подобных ситуациях. Ты же знаешь, что много веков назад это было довольно распространено, и подобные вещи остаются в семьях. — Семья Поттеров? — спросил Рон, сидя на полу рядом с Тедди и притворяясь, что ест его стегозавра с помощью фигурки тирекса, — Гарри действительно ничего не знает о своей семье. — И любой, кто мог бы ответить на вопросы твоего профессора, мертв, — напомнил ей Гарри настолько беззаботным тоном, на какой был способен. — Да, но кровное проклятье твоей семьи на самом деле было очень интересным и хорошо задокументированным вплоть до времен твоих родителей, — Гермиона потягивала чай, явно пытаясь объяснить очень сложную тему тупицам в лице мужа и лучшего друга. — Ладно, Гермиона… вернемся назад. Мы только что выяснили, что я ничего не знаю о своей семье, — нахмурился Гарри, потому что теперь он был по-настоящему обеспокоен. Он был болен? Он изучал кровные проклятья на курсах повышения квалификации в качестве аврора, но в своих учебниках не встречал ни одного проклятия, характерного для рода Поттеров, но, вероятно, и не нашел бы, если бы им было несколько столетий. — Какое кровное проклятье? Ты хочешь сказать, что на мне лежит проклятие?       Гермиона несколько раз моргнула, глядя на Гарри, очевидно, таким образом она переосмысливала все свои предположения и, вероятно, все их взаимоотношения с тех пор, как они познакомились в одиннадцать лет. Гарри слишком часто ловил на себе этот взгляд. — Прости… ты не знал? — Кто бы мне мог сказать?! — Теперь Гарри был расстроен. Он всплеснул руками, потому что поклялся, что следующего человека, который решит, что знает все, что нужно знать о волшебном мире, особенно о своей собственной семье, он заколдует. — Об этом написано во многих книгах, — нахмурилась Гермиона, потому что, конечно же, так оно и было. — Книги по целительству, верно? — Гарри сверкнул глазами. Хотя он и изучал проклятия на крови, паллиативная помощь и истории их применения были бы более специфичны для целительства, а не для его области знаний. То, как они были применены, как их блокировать, как их взломать и как преследовать нападавших, было его областью. — Ты же помнишь, что я учился на мастера защиты, пока не сдал экзамен на прошлой неделе, работая действующим аврором, воспитывая малыша и делая все возможное, чтобы иметь хоть какое-то подобие жизни. У меня нет времени просто брать книги за пределами моей сферы деятельности и просматривать их! — Мерлин, Гарри, сбавь обороты, — предупредил его Рон, бросив взгляд на Тедди, который перестал играть и вопросительно посмотрел на разгневанного Гарри. — Прости, медвежонок Тедди. Я не хотел повышать голос, — Гарри улыбнулся мальчику и взъерошил его кудрявые голубые волосы, которые тут же снова стали розовыми, прежде чем вернуться к игре. — Не кричи на тетё Меме, — фыркнул Тедди, поднимая стегозавра. — Я просто был расстроен; я кричал не на твою тетю Гермиону, — поправил Гарри, но Тедди снова принялся рычать на тираннозавра Рона. — Мне тоже жаль, Гарри. Я знаю, что иногда увлекаюсь и забываю, что у нас у всех сейчас разные интересы и направления, — улыбнулась ему Гермиона за чашкой чая, явно ничуть не смутившись. Вспыльчивый характер Гарри значительно улучшился теперь, когда он больше не был крестражем. Но все они помнили, что раньше он был значительно хуже, чем сейчас, когда-то это была всего лишь раздраженная тирада, когда он был взвинчен из-за стресса в течение последних нескольких месяцев перед экзаменами на мастерство. — Ладно, прости, Гермиона. Так чем же я проклят? Это было из-за того, что я умер, потому что, возможно, я уже сделал это… не потерял волосы, верно? — Гарри невольно нахмурился и пригладил короткие волосы на шее. Став аврором, он был вынужден стричься довольно коротко, чтобы они ему не мешали, но и терять их ему тоже не особенно хотелось. — Давным-давно род Поттеров был проклят бесплодием из-за ссоры с семьей Нотт, с которой, я думаю, у вас до сих пор кровная вражда, — покачала головой Гермиона, удивляясь нелепости культуры магической Британии. — Но проклятие спонтанно исчезло вместе с твоими родителями, что делает его интересным. Проклятия обычно не исчезают сами по себе. Мой профессор — целитель по лечению бесплодия, и он хотел бы провести несколько тестов, чтобы убедиться, что проклятие полностью снято или оно все еще сохраняется генетически в той или иной форме. Его теория заключается в том, что это может быть как-то связано с тем, что твоя мать была магглорожденной и в ваш род влилась новая кровь. — Итак… я не могу иметь детей, — нахмурился Гарри. Он, в некотором роде, думал, что, возможно, захочет, чтобы у Тедди когда-нибудь появился брат или сестренка. Хотя… на самом деле он ничего не имел против усыновления. Тедди был усыновлен, и это было самое лучшее, что когда-либо случалось с Гарри. Так что, да, он предположил, что это не было такой уж большой проблемой, если у него не могло быть биологических детей. — Но родители Гарри были такими молодыми, когда он родился, — вмешался Рон с широкой улыбкой. — Ты хочешь сказать, что Гарри был немного «незапланированным ребенком»? — Я всегда так думал, поскольку мои родители были примерно нашего возраста, когда я появился на свет, — закатил глаза Гарри. — Лично я бы на их месте подождал еще несколько лет, особенно в разгар войны. — У твоих бабушки и дедушки было очень трудное время для зачатия, — продолжила Гермиона свое объяснение. — Судя по тому, что я прочитала в записях моего профессора, они прошли через невероятное количество процедур по лечению бесплодия, которые были очень неприятными и довольно дорогими. Тот факт, что у твоих родителей вообще не было проблем, говорит о том, что проклятие внезапно рассеялось. Это довольно увлекательно. Я думаю, у тебя, вероятно, не возникнет проблем с рождением детей, когда ты решишь, но, возможно тебе стоит провериться.       Гарри медленно покачал головой. Он доверял Гермионе; после девяти лет, в течении которых она спасала его задницу, он действительно должен был доверять ей. Она знала свое дело. Тем не менее, внутренняя работа проклятий была его областью знаний, а не ее, и, как правило, не для целителя, особенно для целительницы, занимающейся лечением бесплодия. — Гермиона… Проклятия так не работают, особенно проклятия на крови. На роду семьи Гринграссов лежит кровное проклятие, которое они пытаются разрушить уже около столетия. Если бы проклятие было снято, то мои родители должны были бы его снять, и зачем им было активно пытаться снять проклятие бесплодия в двадцатилетнем возрасте в разгар войны? — Ты существуешь, Гарри, так что проклятье было как-то нарушено, либо спонтанно, либо кто-то сделал это специально, — пожала она плечами. — Опять же, из записей моего профессора, кажется, что твои отец и мать сказали своему семейному целителю, что они не сделали ничего особенного. Вот почему ситуация действительно должна быть изучена.       Гарри прищурился:        — Откуда у вашего профессора доступ ко всему этому? — Все это выглядело как вторжение в частную жизнь. Если это было в учебниках, то, возможно, на самом деле все это не было личным. Каковы именно законы, регулирующие неприкосновенность частной жизни магов-целителей? Ему действительно нужно было бы разобраться с этим. — Он был акушером твоей матери, — сказала Гермиона. — Я думаю, что именно он принимал роды. — Ты мог бы, по крайней мере, попросить его проверить, есть ли у тебя возможность завести биологических детей в будущем. Я знаю, что сейчас ты ни с кем не встречаешься, но это может быть важно для будущих отношений, — предложил Рон. — Тебе не обязательно становиться примером для подражания. — Да, это чертовски не подходит для тематического исследования, извини, Гермиона, — сказал Гарри, лишь немного сожалея об этом. В его истории болезни было слишком много секретной информации, и этот целитель, похоже, не слишком стремился к конфиденциальности, раз позволил Гермионе ознакомиться с его записями, независимо от того, друг Гарри или нет. Он не возражал, чтобы Гермиона знала все это, но у кого еще был доступ? — Я так и думала, что ты откажешься, — сказала она без тени разочарования в голосе. — Я сказала ему, что спрошу, но все же думаю, что Рон прав. Возможно, было бы неплохо пройти обследование, даже если это будет другой врач.       Гарри вздохнул и провел рукой по лицу, едва не поймав плюшевого мишку, которого, громко хихикая, швырнул в него Тедди. — Ты готов идти спать, Тедс? — Гарри улыбнулся мальчику, который театрально застонал и плюхнулся на пол. Для Тедди было еще рановато ложиться спать, но Гарри все еще восстанавливался после экзаменов, и у него был тяжелый день на работе, так что он был совершенно вымотан. — Не хочу! — Он раздраженно проворчал. — Не хочу спать! — Как насчет того, чтобы ты выбрал сказку на ночь, а я почитаю тебе… две… — один маленький янтарный глаз приоткрылся. — Три… истории, — с улыбкой поправил Гарри, получив оба открытых глаза и широкую ухмылку. Гарри, похоже, сам того не желая, научил Тедди торговаться, добиваясь желаемого, и в свои три года мальчик был отличным переговорщиком. Подростковые годы обещали стать настоящим адом. — Три! — Тедди вскочил и бросился к лестнице. — Я хочу одну про динозавров, одну про эльфа колдуна и… не знаю… — Просмотри их, я буду у тебя через несколько минут, — крикнул Гарри, когда послышались громкие шаги Тедди, поднимающегося по лестнице. — Ты собираешься разобраться с этим, Гарри? — Гермиона снова подтолкнула его, даже когда они все встали, чтобы разойтись в разные стороны, чтобы Гарри мог принять душ, переодеться и уложить Тедди в постель.       Гарри вздохнул, зная, что бы он подумал, если бы это было дело, над которым он работал для авроров. Если бы это была любая другая пара, помимо его родителей, он был бы абсолютно уверен, что произошло в этой ситуации. — Послушай, Гермиона… Я думаю, ты упускаешь из виду самый простой ответ на все это, и я действительно не хочу, чтобы он подтвердился, если это правда. — Я не понимаю, — нахмурилась Гермиона. Господи, она действительно хотела видеть в людях хорошее. Гарри повезло, что у него были друзья, которые не были такими пресыщенными, как он сам. — Рон, — Гарри повернулся к своему другу и скрестил руки на груди, приподняв бровь. — Мы с тобой авроры, и если бы мы что-то расследовали и наткнулись на пару, у которой проклятие бесплодия «спонтанно» исчезло… каким было бы наше первое предположение?       Рон поморщился. Очевидно, он подумал бы о том же, о чем и Гарри. Проклятия не исчезают сами по себе. — Я бы подумал, что жена изменила своему мужу, — сказал Рон так, словно ему было физически больно это говорить. — Ну, да, но это мама Гарри, — покачала головой Гермиона. — Которую мы на самом деле совсем не знаем, — беспомощно пожал плечами Гарри. Ему совершенно не хотелось думать так о своей матери, но он действительно не знал ни одного из своих родителей, и к тому времени он был уже достаточно взрослым, чтобы понимать, что люди — сложные существа. Хорошие люди совершали ошибки, и даже его родители были людьми. — Я имею в виду, я не хочу думать, что моя мама изменяла моему отцу, но это проклятие на крови, Миона… Я знаю, что изучать исчезающее проклятие было бы удивительно интересно, но я думаю, что более вероятно, что на все это есть гораздо более простой ответ, как бы ужасно мне ни было это признавать. — Но, приятель… Это может означать, что у тебя есть живой родитель, — медленно произнес Рон. И, ладно, да, Гарри на самом деле не рассматривал это во время всего обсуждения. Что это вообще значило для него?       Нет, он больше не был ребенком. Родители — это хорошо, но он никогда не мог позволить себе на это надеяться. Гарри решительно покачал головой. — Я уже взрослый, у меня есть собственный ребенок. Мне не нужен отец, который, вероятно, даже не подозревает о моем существовании. — Я даже не знаю, как мы его найдем, — Гермиона, казалось, действительно обдумывала это. — Не похоже, что у авроров есть база данных ДНК, по которой мы могли бы провести поиск, и нет никого, кто был достаточно близок к Джеймсу и Лили, кто все еще жив и мог бы знать. Лучше всего было бы спросить об этом акушера Лили, но очевидно, что мой профессор ничего об этом не знает.       Гарри проигнорировал грустные взгляды друзей. — Послушайте, мне нужно пойти приготовить Тедди ко сну. Просто оставь это. Я пройду обследование у целителя, если когда-нибудь решу завести детей в будущем, но сейчас у нас с Тедди все в полном порядке, только мы двое. — Это твое решение, приятель, — Рон положил руку ему на плечо. — Если ты когда-нибудь передумаешь, знай, мы здесь, чтобы помочь всем, чем сможем. — Да, я знаю, — Гарри улыбнулся им обоим. Они действительно были лучшими друзьями.

***

      Гарри действительно не нужно было этого знать. Он говорил себе это почти каждый день, хотя эта мысль постоянно крутилась у него в голове. Но время шло. У Тедди был третий день рождения, третья годовщина битвы за Хогвартс отняла у Гарри много времени, а затем наступил двадцать первый день рождения Гарри.       Сидя за столом, полным Уизли, в саду за домом и наблюдая, как Тедди играет с дочерью Билла и Флер — Виктуар, Гарри снова вспомнил об этом. Возможно, где-то там у него есть отец; кто-то, кто мог бы праздновать его день рождения за этим столом с людьми, которых Гарри очень любил, но с которыми он не был связан никакими родственными узами. Эта мысль укоренилась, хотя он и пытался отмахнуться от нее. Он был взрослым, и ему не нужен был отец. — Ты выглядишь немного подавленным, дорогой, — Молли Уизли с озабоченным видом похлопала его по руке.       Гарри слегка улыбнулся ей. — Просто Тедди становится старше, знаете. Кажется, только вчера он был в подгузниках.       Молли весело фыркнула. — Что ж, я думаю, приучение к горшку — замечательный шаг вперед по сравнению с этим, но я полностью понимаю твои мысли. Я отчетливо помню, как Билл пускал слюнявые пузыри в своей кроватке, а теперь у него есть собственный малыш.       Гарри вздохнул, решив, что это плохая работа. У него уже давно была идея, как решить все это, хотя он и не был уверен, что это сработает. Но если бы он попробовал, даже если бы это не сработало, возможно, его разум обрел бы покой, не зацикливаясь больше на этом.       Он никогда не был хорошим человеком и просто опускал руки. К тому же, даже если Гарри на данный момент не нужен отец, возможно, Тедди хотел бы иметь дедушку. Андромеда была замечательной бабушкой, но у нее также было слабое здоровье. — Молли, — выдохнул Гарри, смиряясь с тем, что проведет свой выходной в бесплодных попытках. — Энди завтра занята, но у меня есть кое-какие дела, которые мне нужно выполнить. Ты не могла бы присмотреть за Тедди вместо меня весь день? Если ты занята, то это не проблема. Я могу заняться этим в другой раз.       Он почти надеялся, что она откажет. — Конечно. Я буду рада присмотреть за Тедди, когда это понадобится тебе и Андромеде.       Что ж, на этом все. Гарри обреченно вздохнул. Наверное, ему следует предупредить Минерву, что на следующий день он будет бродить по территории Хогвартса, даже если учеников там не будет. Он действительно не хотел, чтобы директриса пришла за ним за то, что он пересек границу без предупреждения.       Она действительно преуспела в милитаризации замковых доспехов и статуй при малейшем намеке на опасность, даже если это было всего лишь существо из запретного леса, подобравшегося слишком близко к замку.       Ему не хотелось тратить свой выходной на то, чтобы взрывать каменных горгулий и выслушивать лекции от своего старого профессора.

***

— Акцио Воскрешающий камень, — со вздохом попробовал Гарри в двенадцатый раз.       Почему он решил, что это сработает, на самом деле было просто определением безумия на данный момент. Это действительно была хорошая идея — бросить маленький камешек в заросли леса, чтобы никто не смог его найти.       Однако, это не учитывало того, что, возможно, в какой-то момент он захочет найти его сам. Даже когда он возвращался по своим следам через лес к тому месту, где он умер, прошло более трех лет, опали листья и выросли растения, а это был крошечный черный камень. — Ладно, план Б, — проворчал Гарри и повернулся обратно к замку. Подростком он действительно был полным идиотом. По крайней мере, в этот момент он был совершенно не брезглив.       Гарри бормотал себе под нос ругательства всю дорогу до могилы Дамблдора. — Извини, старик, — Гарри расправил плечи и упер руки в бока, стоя у белого мраморного надгробия. — Я бы сказал, что положу ее обратно, но я открывал твою могилу только один раз. Но уже боюсь запаха и разложения. Я действительно надеюсь, что через четыре года от тебя остался только скелет.       Минерва определенно набросилась бы на него с кулаками, если бы узнала, чем он занимается. К счастью, она сказала, что на этой неделе собирается уехать на конференцию для педагогов в Норвегию. Скорее всего, его поймал бы Хагрид, но в то утро Гарри уже пил чай со своим другом, и Хагрид сказал, что в тот день он ухаживает за беременным фестралом, у которого в любой момент должны были начаться роды.       Гарри хрустнул шеей. Да, это определенно было нарушением моральных норм. Что ж, как бы то ни было, Дамблдор достаточно поигрался с его жизнью, и теперь Гарри меньше всего беспокоило осквернение могилы этого человека. Он решил, что его мысли о Дамблдоре никогда не будут сложными.       Сморщив нос, прежде чем сделать вдох и задержать его, Гарри поднял палочку и использовал невербальное заклинание, открывающее гробницу. Стараясь смотреть как можно меньше и все время задерживая дыхание, Гарри протянул руку и вытащил старшую палочку. — Прости, прости, прости… — Гарри поспешил прочь, выдохнул и снова закрыл гробницу взмахом палочки из остролиста. — Я отправлюсь в ад за это, — проворчал он, снова направляясь через территорию Хогвартса к Запретному лесу и поляне, на которой он умер.       Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы найти поляну, так как магия того, что с ним там произошло, жутко манила его. Да, Гарри действительно не собирался об этом думать.       Даже находясь в Хогсмиде, Гарри мог точно определить, где находится эта поляна, даже из своего текущего местоположения. Несмотря ни на что, он убрал волшебную палочку из остролиста в кобуру и достал из кармана мантию-невидимку.       Гарри встряхнул мантию и накинул ее на плечи, прежде чем взять в руки старшую палочку. — Если это не сработает, я пойду домой. На этом все. Я положу волшебную палочку в свое хранилище и откажусь от всего этого навсегда, — твердо пообещал он себе. — Акцио Воскрешающий камень, — он использовал один Дар смерти, а второй надел на себя.       С чувством, похожим на ужас и покорность судьбе, Гарри поймал черный камень в воздухе, прежде чем тот успел ударить его прямо по лицу. — Черт, — вздохнул он, увидев последнюю реликвию Смерти, которая теперь была у него в руке. Что ж, похоже, у него не было оправдания, чтобы не следовать остальной части этого безумного плана.       Он сердито сунул старшую палочку в карман, прежде чем собраться с духом и трижды перевернуть камень в руке, не давая себе времени отступить. — Джеймс и Лили Поттер, — выдохнул он в лес. — Привет, малыш, — раздался женский голос, заставивший Гарри наконец открыть глаза. — Что-то случилось? Ты в порядке? — Спросил Джеймс Поттер, и на его слишком молодом лице появилось беспокойство. — Привет, мама, привет, пап, — Гарри слегка улыбнулся им обоим. Его сердце разрывалось от того, что он снова увидел своих маму и папу, и на этот раз, к счастью, не тогда, когда он шел навстречу собственной смерти. — Э-э-э… ничего не случилось, просто, в общем, у меня возник вопрос… по поводу которого вы можете послать меня к черту, но он не дает мне покоя, не дает покоя моим мыслям и сводит с ума, так что я просто обязан задать его, иначе у меня никогда не будет ни минуты покоя.       Да, он был немного драматичен, Гарри это знал. Он просто не мог оставить все как есть. Об этом свидетельствуют все его шесть лет в Хогвартсе и три года в качестве заслуженного следователя у авроров. Это определенно был недостаток характера, но, эй, это привело его к спасению проклятого волшебного мира, так что неважно. — Он унаследовал это от тебя, — рассмеялся Джеймс и обнял жену за плечи. — Я так не думаю, — усмехнулась Лили и покачала головой. — Я совершенно уверена, что занялась бы садоводством или уехала из Англии, прежде чем присоединиться к аврорам. — Верно… так, может быть, я унаследовал это от своего отца? — Гарри вздрогнул, задавая этот вопрос. На самом деле, ему, наверное, следовало просто позвать свою маму, чтобы поговорить об этом наедине, но Джеймс должен был знать. Это было чертово семейное проклятие на крови. — Я бы послал магическую Британию на хуй, прежде чем идти навстречу своей смерти, но ты лучше меня, — Джеймс нахмурился и с нежностью пожал плечами, глядя на Гарри. — Что тебя беспокоит, сынок? — Джеймс……Я думаю, он спрашивает о своем другом отце… — Лили прижалась к мужу и понимающе посмотрела на Гарри, явно догадываясь, зачем он приложил столько усилий, чтобы вызвать их. — Ах, да, так что, может быть, да? — Джеймс одарил Гарри робкой улыбкой и смущенно пожал плечами. — Так что… пожалуйста, не суди нас слишком строго, но, э-э… мы на самом деле совсем его не знаем. — Значит, это правда? — Гарри хмуро посмотрел на них обоих. — И ты точно знаешь об этом? — Сказал Гарри скорее как утверждение, чем как вопрос, махнув рукой в сторону своего отца, потому что, да, Джеймс всегда был бы его отцом, даже если бы в мире был какой-то другой парень, с которым у него была общая ДНК. — Да… это была вроде как моя идея, — Джеймс поморщился и переступил с ноги на ногу. — Видишь ли, я никогда не верил во всю эту чистокровную чушь о продолжении рода, и с какой стати я должен хотеть передавать по наследству проклятие и тратить половину своего состояния на лечение бесплодия, как это делали мои родители, когда есть гораздо более простое и приятное решение? — Хорошо, как много ты знаешь? — Лили хихикнула и покачала головой, увидев испуганное выражение на лице Гарри, потому что, да, он начал понимать, что, возможно, ему не нужны никакие подробности, кроме имени. Это было похоже на то, что он начал получать слишком много информации. — Ничего особенного. Честно говоря, я только что узнал о проклятии, — Гарри неловко скрестил руки на груди и прислонился к дереву. — И сложил все кусочки головоломки самым заезженным и подозрительным образом, верно? — Джеймс закатил глаза, и, черт возьми, насколько пристально они следили за ним из загробной жизни?! — Ну, не похоже, что я ошибаюсь, — усмехнулся Гарри, не желая признавать, что они действительно хорошо его раскусили. — Ты собираешься сказать мне, что мама не трахалась с другим парнем, кроме тебя? — Мы не говорили, что ты был неправ, но, возможно, ты упустил из виду тот факт, что это была идея Джеймса, — рассмеялась Лили и, к ее чести, ничуть не смутилась. Да, Гарри это уловил, но на самом деле не знал, как к этому отнестись. — Я всегда хотел, чтобы у меня был хотя бы один ребенок, и я хотел, чтобы он был маленьким, — объяснил Джеймс. — Мои родители были уже в преклонном возрасте, когда я появился на свет, а я хотел проводить больше времени со своим ребенком. Лили, к счастью, согласилась. — В разгар войны? — Гарри усмехнулся, и да, возможно, он был немного резок. Наверное, ему стоит немного смягчить свои слова. Но то, что они намеренно оставили ребенка в разгар войны, было своего рода пределом... что привело к тому, что сумасшедший колдун терроризировал его. — Возможно, это была не самая лучшая наша идея, — поморщилась Лили. — Но, в нашу защиту, мы действительно планировали уехать из Британии после твоего рождения. До этого времени мы с Джеймсом собирались помогать чем могли, а потом планировали переехать в Австралию, где я собиралась начать осваивать зельеварение, а Джеймс собирался несколько лет побыть отцом-домоседом, прежде чем присоединиться к аврорам. У нас был вполне приличный план до этого гребаного пророчества!       Ладно, может быть, Гарри еще больше полюбил свою маму, узнав, что она была немного хулиганкой. К тому же, это имело смысл. Отец Гарри сказал, что пошлет весь волшебный мир на хуй, прежде чем станет жертвенным ягненком, каким был Гарри. Похоже, что так и было задумано. И, черт возьми, это звучало как хороший план, который он хотел бы воплотить в жизнь. Расти с отцом-домоседом и мамой, которые любили его, вдали от войны, это звучало потрясающе. — А потом пророчество заставило вас скрываться, — продолжил рассказ Гарри. — Почему бы тогда все-таки не отправиться в Австралию и не спрятаться там? — Дамблдор клялся, что защита моей семьи и Фиделус — самые безопасные варианты для тебя, — прорычал Джеймс в гневе, и его голос больше походил на голос Лунатика, чем на его собственный. — Не хочу защищать старого козла, но у Волдеморта действительно были Пожиратели смерти в других странах, даже если они были гораздо менее активны за пределами Британии. И у нас не было ни семьи, ни поддержки в Австралии. Мы даже не рассказали никому из наших друзей о нашем плане и о том, что я не твой биологический отец. — А Дамблдор знал? — Спросил Гарри, потому что он определенно собирался вернуться и поджечь ту гробницу, если бы он знал. — Нет, не знал, — заверила его Лили, и ладно, гробница может стоять… пока. — Ладно, вернемся к тому, зачем я вас вызвал, — Гарри провел рукой по лицу и поймал себя на том, что собирается поправить очки по нервной привычке, забыв, что ему восстановили зрение и что он их больше не носит. — Хорошо, так кто же был тот парень, с которым спала мама? Он все еще жив? Знаю ли я его?       Джеймс прочистил горло и неловко переступил с ноги на ногу, в то время как Лили просто подняла бровь, явно давая понять, что он может рассказать эту историю, поскольку вся эта заварушка была его идеей. — Хорошо, мы ходили по маггловским клубам и искали парня, который был бы похож на меня настолько, насколько это возможно, чтобы ты, по крайней мере, родился похожим на меня. — Почему маггл? — спросил Гарри. Ему действительно было все равно, что его отец… второй отец… отчим… ему придется придумать ему другое имя… В любом случае, ему было все равно, что он маггл. — Разве это не увеличило бы опасность того, что я мог родиться сквибом? — Мы не хотели, чтобы кто-нибудь узнал нас, и все равно шансы на то, что ты будешь сквибом, были бы очень малы, так как твоя мама была волшебницей, — пожал плечами Джеймс. К его чести, Джеймс Поттер действительно не верил во всю эту чистокровную чушь. Гарри был впечатлен этим и с любовью улыбнулся своему отцу. — Хорошо, значит, ты выбрал парня, а потом отправил маму приударять за ним? — Гарри не смог удержаться от смешка, даже когда его мама закатила глаза, по-прежнему ничуть не смущенная. — Ну… это было немного похоже на измену, — Джеймс был определенно смущен и покраснел больше, чем казалось на первый взгляд. — Итак, эм, мы спросили… э-э-э, мы спросили, не заинтересует ли его секс втроем…       Брови Гарри поползли вверх. — Круто, прямо в точку, без осуждения… Я сам в основном гей, так что да…       Лили громко рассмеялась. — Мы любим и поддерживаем тебя, малыш, — заверила она его без малейших колебаний. — Да, было бы немного лицемерно с твоей стороны, если бы ты этого не сделал, — Гарри дразняще ухмыльнулся своему все еще красному отцу. — В любом случае, — Джеймс прочистил горло. — Парень с энтузиазмом взялся за дело, и мы провели очень приятную ночь… — И утро, и день… — Добавила Лили со смехом и ткнула Джеймса под ребра. — Поменьше информации, пожалуйста, — Гарри закатил глаза, чувствуя, как у него самого горят уши и, вероятно, они краснеют. — Ну, в общем, прошло девять месяцев, и вот ты здесь, — Джеймс неопределенно махнул в его сторону. — И ты не думала, что это неправильно, что ты просто использовала этого парня, чтобы забеременеть, а потом ничего ему не сказала? — Спросил Гарри, потому что это было более чем неправильно. И это говорит парень, который только что ограбил могилу.       Им обоим было немного стыдно. — Да, ну… возможно, мы бы в конце концов рассказали ему, если бы были живы и смогли его разыскать, — признался отец Гарри. — Мы говорили об этом, но мы также не хотели, чтобы он думал, что нам что-то от него нужно. Не в этом был смысл всего этого.       Иногда Гарри забывал, насколько молоды были его родители. Да, Гарри был их ровесником, но они не пережили того, что пережил он, и казались очень, очень молодыми. Что сделано, то сделано, и он не мог этого изменить. — Хорошо, тогда, пожалуйста, скажи мне, что ты хотя бы знаешь имя этого парня, из-за которого ты почти двадцать четыре часа трахалась до умопомрачения? — Он действительно работал над тем, чтобы не звучать осуждающе… над этим еще предстояло поработать. — Конечно, мы узнали его имя, — Лили закатила глаза. — Это Тони Старк, — сказал Джеймс. — Он был американцем… По-моему, он сказал, что приехал в город по делам из Калифорнии, если я правильно помню.       Гарри сверкнул глазами и упер руки в бока. — Да, точно, папа, — усмехнулся он. — Ты теряешь хватку, если думаешь, что это хорошая шутка. Просто назови мне имя этого парня. — Гарри… это Тони Старк, — Джеймс выглядел смущенным, и Гарри почти поверил ему, но нет… Это было невозможно. — Папа, я не прочь посмотреть, может ли старшая палочка заколдовать духа, если ты не перестанешь морочить мне голову и просто не скажешь правду, — пригрозил он, потому что, да, он бы определенно попробовал. — Гарри, малыш… Он не шутит с тобой, — Лили положила ладонь на руку Джеймса и нахмурилась. — Ты знаешь Тони?       Гарри уставился на них, разинув рот. Серьезно? Серьезно? Как, черт возьми…?! — Черт возьми… — выдохнул он. — Мама, папа… Все знают Тони Старка. Он - публичная личность. Думаю, вы не особо следили за новостями о маггловской Америке… но сейчас он очень популярен. Он Железный человек. — Э-э… кто? — Джеймс и Лили обменялись растерянными взглядами. — Супергерои, они теперь в моде, и время от времени доставляют массу неприятностей, пытаясь сохранить Статут секретности, — проворчал Гарри и попытался переварить эту новую информацию. — Тони Старк - миллиардер, гений, супергерой… почему, почему вы выбрали его?! — Мы не знали, — ответила Лили, хотя вопрос был риторическим.       Из всех результатов, которые он мог ожидать от этого разговора, этот не входил в их число. Он был полностью готов к тому, что его другой отец умер или оказался каким-нибудь бездельником. Но это было намного хуже. Он был жив и здоров, и у Гарри не было абсолютно никакой возможности связаться с ним или что он стал бы слушать то, что сказал бы какой-то случайный мужчина, назвавшийся его сыном. Гарри смутно помнил, что против Старка было выдвинуто множество исков об установлении отцовства, и все они были отклонены. — Подожди… Как тебе удалось убедить его не предохраняться? — Итак, теперь Гарри действительно заподозрил неладное.       Нельзя было достичь такого положения, как у Тони Старка, не имея абсолютно никаких внебрачных детей, и не быть крайне параноидальным в плане осторожности при сексуальных контактах. Теперь оба его родителя выглядели смущенными и пристыжено. — Ты использовал магию, не так ли? — Гарри сверкнул глазами. — Пожалуйста, скажи мне, что это не было каким-то принуждением, потому что я мог бы просто попытаться арестовать пару мертвых людей, родители они или нет, если бы ты это сделал! — Нет, это определенно не так! — Джеймс поспешил заверить его. — Все было по обоюдному согласию. — Мы просто сделали так, чтобы любые виды защиты были исключительно неэффективны, — поморщилась Лили в конце.              Гарри ущипнул себя за переносицу и попытался напомнить себе, что его родители оба умерли и что он на самом деле не хотел их арестовывать. — Это все равно незаконно, — простонал он. — Черт возьми, я люблю тебя, но, думаю, мне нужно отправить вас обратно, чтобы вы обдумали все это, прежде чем я скажу что-то, о чем потом пожалею. — Нам очень жаль, милый, — попыталась Лили, но Гарри поднял руку, останавливая ее. — Я правда люблю вас обоих, — заверил он их. — Да, я немного разочарован в вас, но я это переживу. Я оставлю камень у себя и попытаюсь решить, что мне делать дальше. Я вызову вас снова, как только смогу дать вам представление о своем решении. Не думаю, что на самом деле возможно связаться с мистером Старком. Может, я и знаменит, но не дотягиваю до его уровня. — Мы желаем вам удачи, — добавил Джеймс, пока Гарри доставал камень из кармана. — Тони был очень добр, и тебе не помешал бы кто-то, кто присмотрел бы за тобой и Тедди. Пожалуйста, прости нас, если сможешь.       Духи снова исчезли с поляны, и Гарри глубоко вздохнул. Возможно, ему следовало оставить все как есть. Он знал, что ему не нужно пытаться связаться со Старком. Возможно, это был знак, что ему следует сдаться. Старку не нужен был случайный мужчина с посттравматическим стрессовым расстройством и множеством других психических и эмоциональных проблем (он действительно работал над этим) с маленьким ребенком. Ему лучше пока оставить это. Несмотря ни на что, у него не было никаких идей, как ему связаться с этим человеком.