Практические занятия

У Клейна была слишком большая слабость перед щенячьими глазками своего парня, так что он согласился помочь тому с заучиванием заклинаний. Под конец учебного года, когда уже не так много лекций, а студенты безвылазно проводили время в библиотеке, они решили провести урок в гостиной общежития Когтеврана, которая обычно пустовала, по сравнению с Гриффиндором. — Заходи, — Клейн открыл дверь, когда Леонард подошел к двери с орлом, пытаясь угадать очередную задачку. — Пойдем наверх. Они поднялись по винтовой лестнице в большую светлую комнату. Все стены были обставлены двухъярусными кроватями и задрапированы в синие бархатные шторы, на полу разложены мягкие ковры, создавая очень уютную атмосферу. В самом центре находилось пару столов и диваны. — Так и… — Клейн разложил учебники и свои тетради с заметками и посмотрел на Леонарда. — Какие у тебя проблемы? На самом деле, у него их не было. Это удобная причина, чтобы привлечь внимание его парня, который под конец триместра проводит исследования с Мистером Азиком. Поэтому сейчас он наслаждался их почти-что-свиданием. — Вот с этим, — он показал на попавшееся сложное заклинание и подсел к Клейну. — Заморозка? — тот принялся осматривать страницы его тетради, разбирая его витиеватый почерк. — Тут сложное только движение. Произносится Глациус… Леонард подобрался уже впритык к Клейну, и положил голову на его плечо. Его рука переплелась пальцами с чужой и потерла ладонь. — Леонард… — Клейн вздохнул, когда почувствовал прикосновение сухих губ к шее. Мурашки прошли по всему телу. — Что ты… Его слова прервались поцелуем. Дыхание сперло от неожиданности, Клейн хотел отойти, но его держали в объятиях, одна рука на его, а другая терла талию, задирая мантию. — Мы так давно не виделись… Леонард повалил его на диван и, нависая над ним, говорил со слегка обиженным тоном, ломая чужие барьеры с помощью нежных ласк. Он продолжил целовать, но теперь глубже, пытаясь вспоминать трюки и использовать их на Клейне. Казалось, получилось неплохо. Леонард приподнялся и увидел покрасневшее лицо под собой с припухшими губами, карамельные глаза слегка покраснели, в них так и читалось смущение. От этого у него в груди затрепетало сердце, а в животе закружились бабочки. С довольной улыбкой он продолжил зацеловывать Клейна: щеки, нос, лоб, глаза и снова губы. Его руки не бездействовали. Они вытащили заправленную рубашку из брюк и достали до голой кожи живота. Мягкая на ощупь она так и манила притронуться. Он поглаживал талию и медленно поднимался по бокам, заставляя расслабляться. — Нет, Леонард… — будто опомнившись, Клейн попытался оттолкнуть от себя мохнатую голову, дергал за волосы. — Ммм, Клейн… — Леонард продолжил водить губами по челюсти, затем по шее и не сдержал сильное желание оставить след. Он прикусил слегка кожу сбоку, и услышал сверху цык. — Леонард! Клейн прикрыл шею, где чувствовал легкое жжение и держался за плечо, но все равно к нему лезли с поцелуями. — Я не хочу учиться, Клейн… — между вздохами Леонард скулил и выпрашивал больше ласки. — Хватит… времени нет!.. Стоит перейти к практике… — борьба была с самого начала неравной, но Клейн пытался образумить другого. — Лучше достань палочку… Почувствовав, что на него перестали давить, Клейн наконец-то поднялся и сел, поправляя свою одежду и с нахмуренными бровями смотрел на свое отражение в наколдованном зеркале. До его ушей дошло странное копошение и он обернулся на Леонарда, который расстегивал свои брюки. — Что ты делаешь! — Клейн снова покраснел, видя движения внизу. — Ты сказал про палочку, я думал… — Волшебную палочку, идиот!

***

— Я думаю, они заняты… — И вправду. Форс, стоявшая с поднятой рукой возле двери спальни мальчиков, не стала стучать и обернулась к Одри, что пыталась сдержать смех. — Клейну лучше не знать, что дверь здесь с не лучшей звукоизоляцией, — она сказала это с тяжелым вздохом. — Почему?.. — не поняла Форс. — Тогда Леонард будет просто невыносим…