Излом эпохи перемен

      Аромат ванили щекотал нос покрепче пыли, что просачивалась сквозь приоткрытое окно гостиной. Палочки с благовониями стояли на полках, подоконниках, в каждой комнате, где жила Бонанас. Из всех запахов именно ваниль больше всего Сяо предпочёл бы избегать. От избытка подобного аромата у него всегда болела голова. Видя, как друг с подозрением взирает на пропитанные маслом палочки, девушка сжалилась и приоткрыла окна.              — Итак, час уже поздний, так что не будем тянуть.              Бонанас отошла от патефона, где закружилась чёрная пластинка, и отодвинула стул, освобождая пространство между диваном и зеркалом. Музыка, какую выбрала девушка, с тихим шипением поплыла по воздуху и, проникая прямо в сердце, пробуждала смятение. Сяо ухватился за свой локоть, будто в нём одном прятались силы, что натолкнули его на столь странный эксперимент.              — Да перестань, — с лёгкой улыбкой Бонанас отмахнулась и, схватив его за плечо, поставила в центр комнаты. — Будто тебя заставляют делать что-то ужасно постыдное. Расслабься.              Юноша машинально качнул головой и прикусил щеку. Много раз видел, как танцуют люди, но никогда не делал это в их кругу. Не знал, как поставить ноги, куда деть руки. Сложив ладони за спиной, он опустил взгляд в пол. Жар пополз по спине к лицу, заставив шею покраснеть.              — Ты так и будешь стоять? — девушка посмеялась и, смахнув волосы со своих плеч, встала напротив него. — Ничего сложного.              Бонанас была одного роста с Сяо, оттого ей не приходилось задирать голову. Положила ладонь на его плечо, но так невесомо, что он едва ощутил. Стукнув остолбеневшего друга по руке, она оживила замершее тело.              — Плечо не болит? Где у тебя ранение?              — На правом, — ответил Сяо и без сопротивления позволил Бонанас взять свою ладонь.              — Какая она у тебя сырая, — лицо Бонанас едва не треснуло от улыбки.              Проглотив замечание, Сяо повторил движение подруги и положив вторую руку ей на плечо.              — Нет. Твоя ладонь должна находиться на талии партнёрши, но совершенно ненастойчиво.              Не успел юноша удивлённо моргнуть, как девушка положила его свободную ладонь к себе на талию. От одной мысли, как близко ему в будущем придётся находиться с Люмин, у него закружилось сознание.              — Нет, я не смогу, — качнув резко головой, он попробовал отойти, но Бонанас грозно цокнула.              — Ты как ребёнок. Говорю тебе, ничего сложного не будет. Лучше отрепетировать сейчас, чем потом наступать на ноги своей партнёрше. Это намного неприятнее.              — Я не буду танцевать.              — Тогда тебе придётся не идти на этот танцевальный вечер, — Бонанас нахмурилась и положила руки на бока. — Ты хоть понимаешь, как дамы любят подобные развлечения и как долго к ним готовятся?              Сяо нахмурился в ответ.              — Пускай.              Вздёрнув недовольно подбородок, девушка обошла друга и остановилась у телефона, что стоял рядом с патефоном.               — В таком случае звони Люмин и говори, что вы не идёте, что ты струсил. Она, между прочим, уже купила себе наряд. Полагаю, очень обрадуется, когда ты ей сообщишь столь приятную новость.              Брови Сяо сильнее наплыли на глаза, когда Бонанас подняла трубку и начала набирать цифры. Мысленно выругавшись, он быстро подошёл к ней и остановил намерения, выхватив телефон.              — Вот и славно, — девушка поджала губы, желая сдержать победоносную улыбку. — Быстрее начнём, быстрее закончим. Больше выделываешься.              Скрыв свои возмущения за плотно сжатыми челюстями, Сяо вновь пришёл в центр гостиной и встал так, как велела подруга.              — Начнём с шага вперёд. Постарайся разместить свою стопу между моими, чтобы не отдавить мне все пальцы.              Пусть между ними оставалось большое пространство, юноша так сильно шагнул, что Бонанас пришлось ухватиться за его плечо и выровняться.              — Спокойнее, — она посмеялась и вновь отдалилась. — Между тобой и партнёршей должна пролезать ладонь. По крайней мере, так требуют приличия. За этим хочу подсказать. Не стоит делать такие широкие шаги. Вальсирование не предусматривает резких движений, всё должно быть плавно.              Бонанас шагнула на Сяо и подсказала, какой ногой ему следует последовать её примеру. Он смотрел на свои стопы и не понимал, как надо контролировать каждое движение, чтобы случайно не наступить на партнёршу. Всё его тело было настолько напряжено и сосредоточено, что перемещалось в пространстве подобно каменной статуе.              — Ты очень скован. Не бойся так, — Бонанас легонько стукнула его по плечу, когда он сделал слишком широкий шаг в сторону. — Не торопись. Представь, что идёшь по скользкому льду маленькими шажками. Вперёд, назад, вправо, влево.              — Как это всё контролировать? — Сяо отчаянно вздохнул.              — Интуитивно. Ты научишься. Это лишь поначалу кажется сложно. Но это вальсирование самое простое, что можно придумать.              С таким замечанием юноша мог поспорить. Раньше, когда ему приходилось лишь наблюдать за танцующими, казалось, что в этом занятии нет ничего трудного, а теперь усомнился в своих убеждениях. Как бы он ни старался подражать движениям Бонанас, у него ничего не получалось. Тело делалось деревянным, неуправляемым.              Целый час, что друзья потратили на танцы, ничему Сяо не научил. Пару раз ему не удалось уследить за своими ногами, и он наступил на стопы подруги. В отличие от него Бонанас была настроена серьёзно и уверяла, что у них обязательно получится прийти к результату за неделю. Своё несогласие Сяо с трудом сдержал. Возвращаясь в гостиницу, он только и думал о том, какую глупость совершил и что танцы — это не для его натуры.              Ночь стёрла отчаянные мысли. Новый день требовал от него собранности и своих усилий. Воспользовавшись обезболивающим, Сяо вместе с командой прибыл на большой стадион, что находился на краю города. Во второй этап соревнований им предстояло показать мастерство в двух дисциплинах лёгкой атлетики.              Вчерашний успех в ориентировании приободрил команду Тростниковых островов. Ощущение, что они годны на что-то стоящее, приспустило завесу неуверенности. Разминая и разогревая мышцы, напарники Сяо уже представляли, на что потратят выигрыш, если им удастся выйти на призовые места.              — Мы ещё даже не знаем, каково будет вознаграждение, — заламывая себе руку, заметил Биен. — Может, там и на поход в ресторан не хватит.              — А мне всё равно, какой там приз, — Вэйин хрустнул стопой и цокнул. — Вон как. Разваливаюсь, — улыбка осветила его отёкшее после ночи гуляний лицо. — Мне важно выиграть. Так что давайте не будем расслабляться.              Луахан поддержал товарища ободряющим кивком.              — Верно. Мы прошли лишь один этап. Так что соберитесь и настройтесь на сегодняшний день. Вполне вероятно, что наши коллеги преуспевают и в прыжках, и в бросках.              — Меня путает центральное управление, — подключился Хуан. — Они и выглядят суровыми, и работают, судя по всему, серьёзно.              Сяо проследил за его осторожным взглядом. В нескольких десятках метров от них разминались другие команды. Наблюдая за их растяжкой, техникой выполнения упражнений, юноша мысленно поддержал слова Луахана. Коллеги не были так просты, как могло показаться товарищам.              — Выкладывайтесь достойно. Наши испытания ещё не окончены, — Сяо повернулся к своей команде. — Впереди нам придётся сражаться с ними в близком контакте. Не забывайте о технике и об осторожности.               Выделенные на разминку полчаса пролетели настолько незаметно, что участники не успели даже вспотеть. Разогретые мужчины покинули тренировочный зал и вышли на большой открытый стадион. Наблюдающих за ними глаз оказалось не так много, насколько рассчитаны места. Даже на половину трибуны не заполнились людьми. Соревнования между стражами порядка не пользовались большой популярностью. Лишь родственники, друзья и немногие незнакомцы отпросились с работы, чтобы полюбоваться разгорающимся духом соперничества.              Первый этап второго дня соревнований прошёл не очень удачно. Прыжки в длину принесли команде Тростниковых островов количество баллов прямо пропорциональное их начальному настрою. По прикидкам Луахана, им удалось обойти лишь два управления из десяти. Неудачный разбег и недостаточный рывок подвели Хуацина и Вэйина, принеся команде наименьшее количество баллов. Такая неудача подорвала с утра хорошее настроение, сделав лица угрюмее, а рот — молчаливее.              Выстраиваясь на одной широкой линии, команды не обращали внимания на трибуны, на судей, что восседали с суровыми лицами. Их взгляды блуждали по соперникам и длинной дорожке из песка, которая существовала для проверки навыков в метании копья и гири. Когда инвентарь вручили каждому из участников, Сяо пробежался глазами по напарникам. После провала с прыжками они без особого энтузиазма взирали на следующий этап проверки. Крутили копья, перекладывали их из руки в руку и переглядывались между собой.              — Успокойтесь, — хмуро изрёк Луахан, когда Хуацин в очередной раз собирался завести тему своей неудачи. — Соберитесь и делайте необходимое. Никто не говорил, что у нас будут одни успехи. Плевать на результаты.               Напарники не нашлись, чтобы что-то ответить. Опустив взгляд, Хуацин вздёрнул плечи к ушам и сжал древко так сильно, что у него побелели пальцы.              — Это всего лишь безобидный этап, — решился вмешаться Сяо, но сказал это так тихо, что услышать его могли лишь Вэйин и Хуацин, стоявшие ближе всего. — От проигрыша не решится ваше право на жизнь. Всё это не имеет опасного исхода.              — Но мы… — Хуацин взглянул на сурового Сяо и захлопнул рот быстрее, чем успел договорить.              — Мы не можем всегда ловить успехи. Замолчи и приготовься показать результаты. Не смей подрывать дух своей команды.              Хуацин поджал губы, глубоко вдохнул и так резко выдохнул, что у стоявшего впереди Хуана качнулись волосы. Сяо показалось, что напарник не сможет проглотить его резкие слова, но ошибся. Лицо молодого человека потеряло признаки чувств, сделавшись непроницательным.              — Слушаюсь, — также тихо, но твёрдо отчеканил Хуацин и умолк.              Метания копий и гирь не требовало командной работы или выносливости. Соперникам следовало лишь придерживаться техники броска и иметь хороший глазомер. Поначалу каждый должен был показать силу своего тела, швыряя гири настолько далеко, насколько способны. С копьём дела обстояли сложнее. На песке имелась область, в какую следовало попасть. Чем ближе наконечник приблизится к центральному квадрату, тем больше очков он заработает. И с тем и с другим Сяо справился не наилучшим образом. Копьё метал он превосходно, но при броске гири раненая рука подвела. Юноша смог принести команде средний результат, но его это мало волновало. Знал, в каком положении находился, оттого не рассчитывал на лучший исход. Наивысший балл среди своего отряда заработал крепкий Вэйин, швырнув гирю дальше всех, но при броске копья не рассчитал силу и не нарочно перекинул область, что могла принести драгоценные очки.              В каждой команде находились менее удачливые напарники. Даже прямое наблюдение за их попытками не помогало определить, кто из соперников заработает наивысшую сумму баллов. Лишь судейство прояснило сложный вопрос, выставив счёт на большом табло. Лучше всех с задачей справилось управление из округа Чэньюй, а отряд Тростниковых островов занял седьмую планку, раздосадовав половину участников команды.              Из стадиона мужчины вышли в хмуром настроении. Извечно позитивно настроенный Хуацин держался особняком, Вэйин не поддерживал шутки, а Биен и вовсе не сдерживал раздражение.              — Предлагаю залиться от горя в каком-нибудь кабаке. Как вам идея? — Хуан единственный продолжал улыбаться и сохранять оптимистичный настрой.              Дэй, Вэйин и Хуацин приняли его предложение, остальные воздержались. Сяо обещал рассказать Люмин о прохождении ориентирования, а Луахан сослался на головную боль.              Второй день соревнований не принёс Сяо ни разочарования, ни усталости, ни радости. Его голову больше волновало, что вечером ему предстоит снова встретиться с Бонанас и повторить те неумелые движения, какие он совершал прошлым вечером. Танцевать ему почему-то страшно не хотелось, но упрямство не дало ему отказаться. Пусть он много сомневался, думал шагнуть назад, но на деле всё равно шёл и делал запланированное.               Встреча двух друзей состоялась около семи вечера и с трудом растянулась на час. Им обоим думалось, что во второй раз у Сяо появятся результаты, но он сделался ещё более неповоротливым. Бонанас устала ругать его за свои истоптанные ноги. Отсутствие успехов поколебало равнодушную маску Сяо.              — Ничего страшного. Ещё всё получится, — глядя на суровое задумчивое лицо друга, отмахнулась Бонанас.              В любой другой день юноша бы поспорил с ней, но этим вечером смог лишь кивнуть. Подавленность ощущалась даже физически, лишая тело жизненной энергии. На мгновение ему показалось, что встречу с Люмин стоит отменить, но мысль, что она скоро уедет, задушила подобную идею.              Дом Бонанас Сяо покинул после восьми вечера, когда она закончила с нравоучениями о том, какой он скованный. До встречи с Люмин у него оставалось предостаточно времени, оттого решил прогуляться, а не полагаться на транспорт, что быстро доставил бы его до её гостиницы.              Влажная прохлада уже опустилась на улицы. Она просачивалась сквозь одежду, охлаждала привыкшую к летней жаре кожу. Надеясь удержать тепло, люди спрятались за плащами, шляпами и шарфами. Чёрные, серые, синие силуэты сливались с домами и мостовыми, растворялись в мраках неосвещённых улиц. Лишь фонари и яркие вывески магазинов пробивались сквозь серость осени.              Каменная мостовая, что ещё вчера блестела от сырости, просохла, лишь в щелях задержалась вода, в которой отражался неспешно шагающий Сяо. Осенний воздух приглушил его необъяснимую хандру, освежил мысли. Спрятав изуродованные шрамами ладони в карманах распахнутого пальто, юноша миновал одну улицу за другой. Город значительно расширился, уничтожив возможность обойти его даже за несколько часов. В некоторых кварталах, что появились десятки лет назад, Сяо ни разу не бывал. Новые дома возвышались над старой частью столицы, но выглядели слишком безвкусно, чем совсем его не привлекали. Люди почтенного возраста не раз замечали, что строительство теперь нацелено на количество и скорость, нежели на искусство. Благодаря быстроразвивающейся медицине, установившейся относительной безопасности население росло в рекордном темпе, требуя всё больше жилой площади.              Оторвав взгляд от серой многоквартирной колонны, что люди прозвали многоэтажкой, Сяо ускорил шаг. Совершенно не рассчитал времени, за которое планировал добраться до гостиницы, где жили путешественницы. От дома Бонанас до портового района пролегало несколько улиц, проспект и фонтанная площадь. Понимая, что опаздывает, Сяо с шага перешёл на бег. К дверям гостиницы, где Люмин и Паймон останавливались при первой встрече, он добрался взмокшим. Ко лбу прилипли волосы, по спине сползала противная солёная капля. Не выдерживая жара горевшей кожи, Сяо снял пальто и отдышался. Надеялся успеть стереть с себя остатки спешки, но раздосадовано вздохнул, когда дверь распахнулась и из неё вышла одетая в светлое пальто длинного фасона Люмин. Поправив бежевый шарф на шее, она остановилась на верхней ступени и сурово посмотрела на юношу сверху вниз.              — Как не стыдно Вам, господин, заставлять даму мучиться в ожидании? — девушка сложила руки на боках. — Я вся сварилась в этом пальто, пока сидела в зале.              Сяо сорвал с неё взгляд и метнул его куда-то в сторону. Узнать, насколько он опоздал, не решался.              — Прошу прощения. Я теперь плохо ориентируюсь в городе.              — А тебе жарко? — Люмин спустилась на тротуар и указала на пальто, что он держал в руке. — Может, и мне не стоило так одеваться?              — Нет. На улице прохладно. Просто… просто я торопился, — он снова не смог совладать с желанием посмотреть на неё. — А как же Паймон?              В обычно смелом взоре Люмин промелькнуло что-то загадочное, и, прежде чем она отвернулась, Сяо заметил её дрогнувшие уголки губ.              — Она сегодня не пошла. Тебе может показаться, что Паймон вредная, но на самом деле иногда понимающая. Сказала, что даст мне немного отдохнуть от себя. Но, — Люмин вновь повернулась к Сяо, и на этот раз её лицом завладело веселье, — велела принести ей подношение. Так что нам придётся зайти в какое-нибудь место, где можно приобрести хорошую дань.              — Я знаю только одно место, где, говорят, продаются вкусные десерты, но та кофейня уже закрыта.              — Ничего. Что-нибудь придумаем.              Не сговариваясь, двое друзей неспешно пошагали в сторону набережной. О близости к ней говорил уклон дороги и тротуаров. Ранее узкую улицу расширили до четырёх полос. Грузовики и автомобили легко проезжали к порту, но Сяо с уверенностью предположил, что в скором времени и этой дороги будет мало.              — Город быстро растёт. Кажется, я никогда не видел, чтобы это происходило в таком темпе, — он указал на возвышающиеся над старыми домами новые постройки. — Десяток лет назад их здесь не было. Ты видела изображение гавани столетие назад?              Люмин вскинула на него увлечённый взгляд и кивнула.              — Да. Мы ходили в музей, что посоветовал Меногиас. Ты прав. С развитием техники, что упрощает человеческий труд в несколько раз, многие процессы значительно ускорились. Разве это плохо?              Плечи взлетели к ушам быстрее, чем Сяо успел хорошо подумать.              — Думаю, нет. Но у каждого прогресса две стороны. Одни производят машины, чтобы ускорить перемещение людей, другие — оружие.              Голова девушки опустилась, спрятав за золотыми прядями лицо. Сяо показалось, что его слова вызвали в ней что-то горькое, и он пожалел, что ответил.              Спустившись к пристани, где моряки шумно нагружали один из кораблей товарами, двое друзей свернули и миновали большие контейнеры, что отбрасывали мрачную тень на набережную. От порта тянулась короткая освещённая пешеходная дорожка, мощёная идеально ровными плитами. Свет от фонарей мягким жёлтым светом разгонял темноту. Отыскав свободную лавочку, Люмин присела и закинула ногу на ногу.              — А теперь рассказывай, как вам удалось отыскать преступника?              — Не скажу, что очень сложно, — Сяо присел на другой конец скамейки и вернул на плечи пальто. — Скорее выматывающе.              Вспомнить всё испытание на ориентирование не было трудностью, но юноша не умел говорить много и расплывчато. Не соскакивал с темы, будто вёл доклад, оттого недолго держал слово.              — Судя по твоему рассказу, это не было чем-то трудным. Но я-то знаю, как тяжело ходить по горной местности. Удивительно, что вы так бодро пришли к финишу.              — На самом деле все устали, но хорошо держались. Толк в тренировках всё же был.              — Жаль, что сегодня не получилось вырваться поближе к лидерам.              Сяо не смог скрыть своего удивления. Он полагал, что путешественница не приходила в этот раз, ведь на трибуне не видел её.              — А ты была сегодня?              Улыбка осветила лицо Люмин.              — Конечно. Мы немного опоздали из-за автобуса, что не смог втиснуться в плотный поток. Ты же знаешь, как суетно становится на улице, когда приближается час начала рабочего дня.              Именно подобные неудобства отбивали у Сяо любое желание выйти утром в город. Ритм жизни столицы подавлял его. Порой ему казалось, что он один страдает от многолюдности. Ни друзья, ни Люмин не акцентировали на этом большого внимания.              — Кажется, мы и так вполне неплохо начали, — юноша перевёл взгляд с проходившей мимо компании ребят на вжавшуюся в скамейку Люмин. Ветер с моря волновал её волосы, приносил прохладу. — Честно признаться, я удивлён. Мне всегда казалось, что проведённых тренировок будет недостаточно, чтобы хоть чего-то добиться. Они… мы слишком отвыкли от слаженности.              — Ты слишком строг. Вы и не должны ставить мировые рекорды, хотя если вспомнить вступительные слова организаторов, то они этого ждут, — Люмин качнула головой. — Суть ведь не в этом. Это похоже на аттестацию, вот только… — она опустила взгляд на свои ладони и мигом спрятала их в карманы пальто. — Когда вас начнут обучать стрельбе?              — Из огнестрельного оружия? — когда девушка кивнула, Сяо пожал плечами. — О точных сроках никто не говорит, лишь слухи. Слышал, что уже к концу этого месяца будет заседание и после издадут новое положение. Я не знаю. Плохо разбираюсь в этом.              — А тебе хочется обучиться? Интересно?              — Нет.              Ресницы Люмин вспорхнули вслед за светлыми бровями.              — Почему тебя это удивляет?              — Мне казалось, ты интересуешься всеми инструментами для борьбы с преступниками. У тебя даже на книжных полках лежит сборник боевых искусств.              — Я уважаю честный бой. А огнестрельное оружие трудно отнести к подобному, — упавшая тень на глаза выдала суровость Сяо. — Оно дарит людям ощущение отстранённости и мнимой уверенности в безнаказанности. Это неправильно.              — В твоих словах есть правда, — девушка вздохнула и поднялась. — Не знаю, зачем это спросила. Давай лучше о чём-нибудь другом поговорим.              Сразу найти новую нить разговора им не удалось. Люмин молчала, а Сяо не мог зацепиться в своих мыслях за что-нибудь стоящее. Боялся сказать что-то неуместное или неинтересное. Ему достаточно её присутствия, чтобы ощутить себя более живым, но не был уверен, что девушка того же мнения. Люди любили говорить много и часто.               Когда пара достигла маленькой беседки в конце набережной, ветер с моря усилился. Возвышающиеся над головами прогуливающихся людей флаги громко хлопали, распугивая чаек и заблудившихся зябликов. Подхватываемые невидимыми руками листья кружились под ногами прохожих, путались в волосах. Дыхание осеннего вечера пробирало до дрожи. Желающие провести остаток дня на свежем воздухе люди плотнее завязывались шарфами, подтягивали воротники к ушам. Было в этих мелочах что-то особенное, но дать этому какое-то определение у Сяо не получалось. Он просто чувствовал, как дневное раздражение и подавленность отступают, как разрушается сковавшая разум шипастая броня, и дышать словно стало легче.               Миновав шумную компанию, Сяо посмотрел на Люмин. Её фигура шагала так плавно и тихо, что, казалось, она плыла по воздуху. Прохлада не побуждала вжать светлую голову в плечи, раздувавший волосы ветер не будил раздражение. Девушка словно забыла о существовании кого-либо. Её глубоко поглощённый мыслями взгляд не отрывался от утонувшего в черноте горизонта моря. Сяо попытался представить, о чём она думала. Расслабленное лицо, приоткрытые губы не приносили никакой подсказки. С таким выражением Люмин могла размышлять о завтрашних заботах, о тихо шумевшем море, о чём-то совершенно невообразимом, вроде того рассуждения о перерождении душ. Всё время, что юноша провёл с ней, не помогло ему понять её. Она стремилась к знаниям, следовала только ей известному пути. Ему хотелось знать больше, но сомневался, стоит ли залезать в её душу.              — Что ты ищешь? — вздохнув, осторожно спросил он.              Его голос, прорезавший шум воды и разговоры моряков, вернул мысли Люмин к набережной. Он заметил это в выражении её лица и губ, что быстро сомкнулись. Пелена слетела с глаз, и девушка посмотрела на Сяо.              — Разве в этой темноте можно что-то разглядеть?              Юноша качнул головой и накрутил на палец цепочку от часов, что лежали в кармане пальто.              — Я не это имел в виду, — он цокнул и уставился в плитку под ногами, решая, как правильно спросить. — Какого результата ты хочешь добиться? Каким видишь итог своего пути?              Брови Люмин взлетели, губы приоткрылись, но она не сразу нашлась, чтобы ответить. Его вопрос вызвал у неё смятение.              — Ты разве даже не задумывалась над этим?              — Честно признаться, нет, — уголки губ дрогнули в извиняющейся улыбке. — Не могу сказать, что моя цель — это найти где-нибудь тихий уголок, где я и брат сидели бы на веранде и пили чай. Его бы ещё найти. Вообще, первое, что я хочу после, — это врезать Итэру так, чтобы он ясно осознал, насколько больно сказалось на мне его предательство.              В её холодном тоне ясно читалась непустая угроза, и это почему-то вызвало у Сяо улыбку.              — Что? Неужели ты думаешь, что я шучу?              — Нет, я так не думаю.              Люмин усмехнулась и заметно оживилась. Выудив руки из карманов, она глянула вглубь улиц.              — Пойдём поужинаем где-нибудь и немного погреемся. Оказывается, на улице и вправду не так уж тепло.              — Куда ты хочешь сходить?              Пожав равнодушно плечами, девушка сошла с набережной и вновь поманила юношу в город. Шёпот моря и запах водорослей растворились сразу, как только они пересекли первую линию домом. Сяо не думал о том, куда несут их ногу, лишь следовал за Люмин, что с интересом вглядывалась в заполненные людьми рюмочные, разного рода забегаловки. Отчаявшись найти что-то менее шумное, они зашли в закусочную, что работала до трёх ночи.              Музыка и топот множества ног сразу рухнули на уши, заставив Сяо немного нахмуриться. Несмотря на рабочие будни, люди заглушали усталость танцами и выпивкой. В часы подобного веселья они становились очень громкими и менее управляемыми. Протискиваясь сквозь толпу, юноша едва успевал за девушкой, что упёрто двигалась в сторону барной стойки. Его глаза ни на секунду не отрывались от её спины, боясь упустить. Он не понимал, зачем не остановил Люмин, когда она задумала заглянуть в это злачное место, что вообще забыл в этом скопище. Что-то грохнуло позади, и кто-то так сильно врезался в спину Сяо, что он едва не присоединился к паре женщин, свалившись к ним на маленький круглый стол. Удержав тело упёршимися в столешницу ладонями, юноша резко распрямился.              — Молодой человек, аккуратнее. Вы нам чуть вино не разлили, — возмутилась грузная госпожа, но её сухой голос едва пробился в раздражённую голову Сяо.              Сверкнув острыми глазами, он обернулся. Мужчина, что врезался в него, уже уволок ноги на улицу. Едва удержавшись от злобного вздоха, Сяо попытался отыскать Люмин, но она скрылась за спинами танцующих. Что-то кольнуло глубоко в груди, сделав движения резкими и бесцеремонными. Нервное возбуждение подавило всю осторожность. Грубо расталкивая людей руками, он быстро пробрался к барной стойке и тихо выругался, когда не обнаружил там девушку. Заглотив сквозь стиснутые зубы горький воздух, Сяо на миг растерялся. Незнакомые лица обступили его, мешая глазам ухватиться за светлые волосы. Среди тёмных макушек найти Люмин не было трудностью, но впервые рост юноши показался огромным недостатком. Ему не удавалось разглядеть хоть что-то дальше своего шага. Ничего лучше, чем забраться на какой-нибудь стул, он не придумал. Строгий тон, с каким он попросил женщину в шляпе встать, никого не впечатлил. Она вылупилась на него стеклянными глазами и отмахнулась, будто от назойливой мошки. Гулко бившееся в груди сердце разлило по венам жар. Сяо яростно вдохнул пропахший копчёностями и алкоголем воздух, чтобы после более сурово попросить женщину уступить ему стул, но схватившая его руку чужая ладонь выбила из него все намерения.              Колючее беспокойство ослабило хватку, но сердце стихло не сразу. Люмин тянула друга за собой, огибая людей, как рыба водоросли. Она крепко сжимала его вспотевшую ладонь, и даже если бы на него снова решился кто-нибудь упасть, они вряд ли расцепились бы.              Вырвавшись на улицу, Сяо глубоко вздохнул. Уличный воздух быстро освежил его мысли и сбросил только что державшее напряжение.              — Плохая была идея. Столиков свободных у них не имеется, — отпустив его руку, Люмин поправила растрепавшиеся волосы. — Я не могу вернуться без угощений. Паймон меня съест.              — Пожалуй, в такое время мы вряд ли найдём спокойное место.              Девушка нахмурилась, глядя куда-то вдоль улицы.              — Давай попробуем заглянуть в ресторан. Может, там будут места? В прошлый раз пара столиков пустовала.              Сяо не сразу понял, куда они направляются. Лишь свернув за угол, он узнал знакомые витрины. Любимое место встречи Якс выбивалось из тех шумных забегаловок, что любили рабочие. Юноша не посещал старый ресторан с момента знакомства с путешественницей, но ничего не упустил. Здание по-прежнему стояло на своём месте, всё те же мужчины и женщины в элегантных нарядах толпились у входа или заполняли тускло освещённое помещение. Молодые люди редко заглядывали в подобные заведения, считая его скучным.              Войдя в ресторан вместе с Люмин, Сяо испытал странное ощущение. Пока девушка разговаривала со встретившей их официанткой, его глаза отыскали место, где они в прошлый раз сидели. Казалось, с того момента утекли годы. Он не мог поверить, что ещё несколько месяцев назад не знал о существовании Люмин, что попадёт из-за неё в передрягу, что будет участвовать в командных испытаниях. Впервые, глядя на столик, где сидело двое седых мужчин, Сяо задумался над тем, что с ним произошло, почему он сейчас не в гостинице, а в шумном ресторане в компании малознакомой девушки.              — Нам повезло, — лёгкий толчок вырвал из Сяо остаток мыслей. — Столик нашли.              Место, куда их проводила официантка, находилось на другом конце ресторана вдали от окон и танцевальной зоны, что немного успокоило юношу. Озвучив скромный заказ, Люмин скинула пальто и повесила его на рядом стоявшую вешалку. Под тёплым одеянием прятался тот самый светлый костюм, в каком девушка приходила на открытие соревнований. Он хорошо подчёркивал её молодую точёную фигуру и наделял непривычной строгостью.              — Я немного поразмыслила над твоим вопросом, — присаживаясь напротив Сяо, заговорила Люмин. — Я стремлюсь не к конечному пути, а к исполнению маленьких задач. Пока моя основная цель — это подарить брату хороший урок, — она улыбнулась. — А для этого мне надо его найти. Отправляюсь в Инадзуму, куда, как мне сказали, он ранее отплывал. Из одной цели вытекает много маленьких. Пожалуй, всё, что я хочу, это не останавливаться. Жить, пока есть возможность. Достигать хоть и маленьких, но результатов. Они дарят мнимое ощущение радости и счастья. Понимаешь?              — Понимаю, — Сяо кивнул и положил руки на стол. — И всё же у тебя есть конечная цель — это найти брата.              — Может быть, — Люмин пожала плечами и опустила взгляд в столешницу. — Но я не думаю, что это успокоит меня. Хочу свободы, а не клетки. Мир большой, пока я его изучаю, жизнь пролетит, и меня остановит лишь немощность и старость.              Почему-то, глядя на девушку, юноша не мог представить, как её гладкая кожа покроется морщинами, как волосы затянет серебром. Одна мысль об этом пробуждала в нём протест. Люмин не состарится, никогда этого не произойдёт.              — А в чём твоя цель? К чему ты стремишься? — слабая тоска растворилась в её глазах, когда она посмотрела на Сяо.              — Я уже давно ни к чему не стремлюсь, — просто ответил он. — Уже достиг всего, чего когда-то хотел.              Люмин скептически вздёрнула бровь.              — Правда? Ты всегда мечтал работать в полицейском управлении и жить в гостинице?              — Можно и так сказать. Это лучший исход, — он откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. На секунду им овладело страшное желание рассказать о себе больше, но разум быстро выбросил подобные побуждения. — А в этом есть что-то плохое?              — Пожалуй, нет. У каждого человека своё понимание счастья и покоя, — Люмин повернула голову в сторону зала, и улыбка смягчила её лицо. — Какая музыка красивая играет.              И вправду приятная мелодия тихо плыла по ресторану, волнуя души гостей. Несколько пар вышли к пустому пространству и принялись легко вальсировать. Теперь, глядя на них, Сяо примечал, почему Бонанас говорила ему не спешить и как ставить правильно стопы. Мужчины и женщины будто летали по залу. Их тела сливались с музыкой, становясь единым прекрасным организмом. Такой лёгкости, думалось ему, он никогда не достигнет, лишь Люмин не испытывала в этом трудностей. Она наблюдала за танцующими с некоторой досадой, а он смотрел на неё, будто желал запомнить каждый изгиб её лица, каждую эмоцию. Было в ней что-то необъяснимое, что раз за разом притягивало его взгляд. Ничего страннее Сяо за собой не замечал. С каждым днём она всё больше волновала его, всё сильнее будоражила грудь. С трудом оторвав глаза от её расслабленного профиля, он посмотрел на сложенные светлые ладони. Вспомнил, как в ресторане гостиницы мужчина и женщина держались за руки, и ему очень захотелось прикоснуться к ней. Просто так, лишь бы ощутить тепло её рук. Странный внутренний призыв, которому хотелось подчиниться. Под кожей пополз жар, руки зачесались, а пальцы задрожали под гнётом сомнений.              Пока Сяо решался, музыка изменилась, и к столу подошла официантка с готовым заказом. Момент был упущен, и юноша не понимал, огорчило ли его это или же, напротив, облегчило ношу трудного выбора.              За ужином Люмин поделилась, какие места посетила в столице и где ей больше понравилось. Музеи, на удивление Сяо, её завлекли не меньше новых архитектурных сооружений.              Прихватив несколько десертов с собой, они вышли на остывшую улицу. После тёплого ресторана ночной воздух показался обжигающе холодным. По ясному небу тихо плыла луна, но звёзд не было видно из-за множества городских фонарей. Стрелки часов уже миновали полночь, но машины не спешили оставить дороги. Они куда-то мчались, радуясь более просторным, чем днём, улицам.               Вспомнив, какой дорогой двое друзей провожали Люмин до гостиницы ещё летом, Сяо свернул на узкую улочку, но девушка не последовала за ним. Остановилась у края дома и, сжав коробку с десертами в руках, уставилась в пустоту.              — Что случилось? — спросил Сяо, вернувшись к ней.              — Давай выберем другой путь.              Юноша обернулся, думая, что Люмин заметила что-то опасное, но ничего, кроме молчаливых домов и безлюдной улицы, не увидел.              — Почему?              — Просто, — она отвернулась и сама выбрала удобное для себя направление.              Болезненное выражение, с каким Люмин смотрела на выбранный Сяо путь, вызвал тревожный отклик в его душе. Он поравнялся с ней и посмотрел на пальцы, что продолжали сжимать коробку, оставляя на ней вмятины. Ему хотелось знать причину подобной перемены, но спросить не решился.              — Хорошо, пойдём этим путём.              — Я знаю, что там путь короче, — она подняла на него хмурый взгляд. — Но больше я там не пройдусь. Плохие воспоминания.              Сяо кивнул. Этого было достаточно, чтобы его догадки подтвердились. Та улица пугала девушку, которая, казалось, не боялась ничего. Он помрачнел, жалея, что не умеет забирать чужую боль.              — Значит, завтра у вас испытание рукопашного боя? — спросила Люмин, когда они свернули на узкую дремотную улицу, освещённую лишь одним фонарём.              — Можно и так сказать. Будет непросто, — Сяо мысленно вспомнил тренировки. — Времени не хватило, чтобы подготовиться. Техники захватов отработали не очень хорошо.              — Интересно посмотреть. Может, мне есть чему поучиться, — Люмин вскинула на него озарённый взгляд. — Ну конечно! Научишь меня каким-нибудь приёмам?               Сяо приоткрыл рот, но не сразу нашёл что ответить. Идея показалась ему невообразимо сложной и слишком волнующей.              — Я… ты… вы же уезжаете.              — Ты чего испугался? — улыбка девушки превратилась в тихие смешки. — Не бойся, я не так хорошо сражаюсь, как говорю. На самом деле, знаю лишь несколько приёмов, что помогают повалить человека или заломить ему руку, но хотелось бы больше. Для моих путешествий всё же стоит научиться хорошо защищаться.              Было в её словах то, что подтолкнуло бы Сяо дать согласие. Закрыл бы глаза на свою предвзятость.              — Возможно, я бы научил тебя защищаться, — произнесённая вслух мысль резанула его слух. — Но на это времени у нас не остаётся.              — Да, но будет повод снова встретиться, когда я вернусь. Дай только мне обещание.              Они свернули за угол, освещённый лишь луной. Сяо первый остановился и нахмурился, когда слух уловил чью-то возню где-то впереди. Удивлённая его застывшей позе Люмин хотела что-то сказать, но захлопнула губы, когда до них долетели звуки яростных ругательств и угроз.              — Оставайся здесь, — не попросил, а приказал Сяо и сорвался с места.              Голос показался ему до возмущения знакомым. Пробежав несколько рядов домов, он свернул за один из них и лицезрел сцену, что заставила его кровь вскипеть.              В маленьком тупиковом грязном закутке возилась компания мужчин. Перемешавшись в комок ярости, они колотили друг друга, откидывая то одного к стене, то другого. Вэйина, Хуана и Хуацина Сяо признал сразу, а вот пятерых товарищей, что сцепились с ними, он не встречал.              — Прекратили немедленно! — рявкнул он, и его голос гулом отразился от стен.              Лишь Хуан обратил внимание на прибежавшего командира. Из его носа и слабо прорезанной шеи стекала кровь. Молодой человек не успел что-то сказать, как ему прилетел удар в бок от крепкого мужчины.              — Паскуды! — крикнул Вэйин, пытаясь оттащить тяжёлого противника, что зажал к стене Хуацина.              Появление свидетеля заметил поднявшийся долговязый парень. Его звериные, пылающие от жажды крови глаза вонзились в Сяо. Схватив улетевший к стене нож, он подорвался и побежал прямо к нему.              — Убирайся, если не хочешь сдохнуть!              Противник надеялся припугнуть Сяо, но пробудил лишь холодную решимость. Отклонившись в сторону, командир пригнулся, ударил мужчину одной рукой под рёбра, а другой схватился за кисть. Хватило резкого толчка, чтобы свалить наглеца и вырвать из ладони нож. Не раздумывая, заломил брыкающему нападавшему руки и, сдёрнув с пальто пояс, перевязал ладони. Следующей его жертвой стал низкорослый, но крупный мужчина, что пострадал от тяжёлого ботинка Хуацина. Зацепившись за кисть противника, командир завернул её так, что тот перевернулся в воздухе и упал на спину.              Численное преимущество постепенно исчезло. Побитые товарищи воспрянули и вложили в свои кулаки остатки сил. Как бы Сяо ни хотелось задержать всех мужчин, устроивших настоящую бойню в городе, они всё же не дали ему такой возможности. Оценив обстановку, собрали целые конечности и пустились прочь. Догонять их юноша не стал. Проводив запинающихся нарушителей порядка жгучим взглядом, он повернулся к окровавленным и тяжело дышавшим напарникам.              Тишина, какая наступила сразу после побега группы незнакомцев, неверно истолковалась товарищами. Они переглянулись между собой и вздохнули. Первым от дома оттолкнулся Вэйин и стёр с лица кровавую дорожку. Он хотел обойти хмурого молчаливого Сяо, но тот схватил его за плечо и словно куклу вновь пригвоздил к стене.              — Вы совсем рехнулись?! — не выдержав, злобно рявкнул он, отчего Хуан и Хуацин тут же виновато опустили головы. — Потрудитесь объяснить, что это сейчас было, пока я не содрал с вас семь шкур.              — Это не мы начали, — подал голос Хуан и махнул поцарапанной рукой. — Эти уроды думали, что мы в штаны наложим, когда увидим ножи. Думали вытрясти из нас деньги.              Сяо глубоко вдохнул и учуял запах, что ещё сильнее разжёг его гнев.              — Вы ещё и пьяны! — схватив Хуана и Хуацина за плечи, он вытолкнул их из переулка. Подошедшей Люмин пришлось прижаться к дому, чтобы не попасть под удар. — Если я завтра хоть на ком-то из вас увижу синяк или ссадину — лёгким испугом не отделаетесь! Вы что удумали? Почему не соображаете своей головой?              — А что нам оставалось? — вмешался Вэйин. — Отдать им наши сбережения? Я быстрее руку отрежу, чем заплачу этим скотам. Думают, что власть в городе принадлежит им. Если такие, как мы, будут писаться от каждой их угрозы, не настанет никогда порядок.              — Вы хотите сесть за решётку? — хмуро, но уже не так эмоционально спросил Сяо.              — Да плевать! Хоть на тот свет, если наши действия помогут избавиться от такой грязи, — Вэйин сплюнул и ухватился за бок.              — Кажется, вам нужен врач, — вмешалась Люмин, обратив на себя внимание.              Молодые люди распрямились и быстро стёрли с лица кровавые капли. Буря, что захлёстывала тихую улицу мгновение назад, осела.              — Завтра мы будем в форме, командир, — пообещал Хуацин. — Это никак не повлияет на нашу задачу.              Сяо тяжело вздохнул и кивнул в сторону.              — Приводите себя в порядок и идите в гостиницу, — спокойно сказал он. — И молчите об этом. Эти товарищи вряд ли пойдут в отделение жаловаться. Вас никто более не видел?              — Наверное, нет, — пожал плечами Хуан и посмотрел на Люмин. — Разве что…              — Я никому не скажу, — поспешила ответить девушка.              — Ты не сдашь нас? — пустив косой взгляд на Сяо, спросил Вэйин.              — Нет.              Короткий и ёмкий ответ убедил мужчину. Он подарил юноше уважительный кивок и, махнув Хуану и Хуацину, побрёл прочь с улицы. Когда шаги стихли и улица опустела, Сяо приложил пальцы к переносице и, закрыв глаза, устало сгорбился. Даже когда всё казалось спокойным, напарники умудрялись находить неприятности.              — Ты в порядке? — обратился он к Люмин, когда в голове утих буйный ритм сердца.              — Да, а ты? — она подошла к нему. — Тебя не ударили?              Её вопрос дёрнул за невидимую ниточку где-то в глубине души, приоткрыв сосуд, где хранились его тщательно охраняемые тёплые чувства.              — Нет. Это обычные хулиганы. И всё же жаль, что мы их не задержали.              Хватка, с какой Люмин сжимала коробку с угощениями, ослабла. Подняв отброшенный в сторону пояс от пальто, она протянула его Сяо и нервно посмеялась.              — Как всё быстро произошло. Ты ловко повалил этого мужчину с ножом. Я так не умею. И ведь мы только говорили о рукопашных боях. Удивительно, что существуют такие совпадения.              Сяо слабо улыбнулся, и они продолжили путь к гостинице. Стычка в переулке напомнила, насколько в действительности небезопасно в городе по ночам.              — Вэйин прав, — спустя короткое молчание, заключил Сяо. — Органы правопорядка стараются усидеть на двух стульях. Почему-то не ужесточают патрули и закрывают на многое глаза. Боятся не удержать власть. А стоит решиться. Сейчас всё такое шаткое, хоть и не скажешь сразу. Я этого как-то не замечал.              — Видимо, существую влиятельные касты, с которыми бороться в открытую опасно, — предположила Люмин и немного расслабилась, когда они вышли к знакомым домам. — Думаешь, в будущем что-то изменится?              Юноша пожал плечами.              — Всё зависит от Цисин. Возможно, уже разрабатываются хитроумные законные пути для прекращения власти бандитских группировок в отдельных регионах. Я в этом плохо разбираюсь. Мои методы борьбы слишком просты и прямолинейны.              — Я удивлена, как к своим столь молодым годам ты освоил в таком совершенстве боевые искусства. Когда только успел? — Люмин вонзила в него прямой взгляд, выдержать который Сяо не мог.              — Много тренировался.              Простой ответ на сложный вопрос не удовлетворил Люмин. Поджав губы, она кивнула, но Сяо заметил, как дрогнули желваки на её щеках. Всегда так происходило, когда девушка сдерживала себя.              До гостиницы они добрались в приятном расположении духа. Несмотря на столь контрастный вечер, Сяо был рад, что не провёл его сидя в номере. Тяжёлый день закончился наилучшим образом.              — Чуть не забыла, — Люмин, что уже собиралась скрыться в дверях гостиницы, вновь спустилась к юноше и протянула угощения. — Подержи, пожалуйста.              Немного растерянный Сяо наблюдал, как девушка раскрыла свою наплечную сумку, как её руки пытались выудить из неё что-то большое. Убрав с раскрасневшихся щёк пшеничные пряди за ухо, она протянула юноше то, что искала.              — Прими от нас маленький подарок. Я подумала, что с ним тебе будет удобнее.              Обжигающая волна, зародившаяся в глубинах, обдала затылок Сяо, когда он принял из её рук прочный футляр с орнаментом, вышитым золотыми нитками. Мягкий стук в груди разливал по телу тепло, что приглушало прохладу ночи. Он смотрел на подарок улыбающимися глазами, не до конца осознавая, что это такое, но радуясь такому трепетному сюрпризу.              — Мы сначала думали подарить новую флейту, но старая наверняка намного дороже тебе, — Люмин неловко переступила с пятки на носок. — Поэтому, чтобы она у тебя меньше пылилась и не ломалась в твоих походах, решили купить футляр. Здесь есть крючок, если ты захочешь прикрепить её к сумке или поясу.              Что сказать и как правильно отреагировать на такой подарок, Сяо не знал. Мысли вылетели из головы, будто тех никогда не существовало. Всё, на что он был способен, это улыбаться. Так широко, что в уголках глаз пролегли мелкие морщинки.              — Надеюсь, теперь тебе удобнее будет брать её с собой.              — Да, — тепло ответил он, когда сознание вернулось в тело. — Спасибо.              Девушка довольно дёрнула плечами и быстрыми шагами поднялась по лестнице.              — Доброй ночи, Сяо. И побольше удачи в завтрашнем… то есть сегодняшнем испытании.              — Доброй ночи, Люмин. И ещё раз спасибо.              Довольно улыбнувшись юноше на прощание, путешественница скрылась за дверьми.              Ещё долго жар в груди согревал Сяо. Покручивая в пальцах футляр, он не заметил, как добрался до своей гостиницы. Час был очень поздний, но усталость и бессонница совершенно его не волновали. Прекрасный вечер, который вычеркнул все трудности и раздражение, с каким он проснулся далёким утром. Вечер, который нежно аукался в сердце и дарил чувство безграничной радости, что ласково обнимала каждый уголок его одеревеневшего сознания.