На балконе

На Бангкок медленно опустилась ночь оставляя воздух невыносимо жарким. Порш стоял на небольшом балконе, находившейся в личных комнатах Кинна и смотрел вниз на бесконечные разноцветные огни. Как такое могло произойти? Он и другой мужчина. У него что теперь роман с Кинном или дело закончится несколькими ночами? Лучше второе, потому, что совесть грызла изнутри продолжая унижать его за эту грязную связь. Никто не знал о том, что они делали прошлой ночью и как он поддался на уговоры Кинна попробовать еще раз с целью стереть негативные воспоминания первого раза. В глубине души Порш рассчитывал на то, ему станет настолько противно, что все это гейское безумие накрывшее его неподготовленное тело и сознание, исчезнет. Он будет трезв, прекрасно осознавать что и с кем он делает. Он был убежден, что на этот раз удостоверится в своей натуральной ориентации. Мало ли что может показаться под наркотой, правда? Тот факт, что последние раунды он был не под действием препаратов он старался вычеркнуть и списать на физиологию. Ошибался! Как же он чертовски ошибался. Секс с Кинном стал ещё более фантастичным и ошеломительным, чем в первый раз. Порш открывал в этом грубом парне мягкие черты. Кинн творил такое, что он не мог озвучить вслух, оставалось вспоминать и краснеть как школьница. Ни одна из его партнёрш не действовала на него таким образом. При том, что он любил быть сильным, уверенным и храбрым, рядом с Кинном он таял как масло на сковороде. Ему нравилось быть подчинённым другим мужчиной, отдаваться ему и ощущать себя уязвимым и хрупким в его руках. — О чем задумался? Не обязательно было поворачивать голову или ориентироваться на слух. Смотря вниз на первый этаж, он чувствовал запах проникающий в каждую клетку тела, выбивающий его силу воли. Он заставлял повторять имя его владельца между стонами. — Здесь красиво, — тихо отозвался Порш. Кинн проследил его взглядом, хмуро смотря на первый этаж. — Венецианская плитка так заманчива в это время суток. Не знал, что твоя страсть в роскоши достигла таких пределов. Надеюсь, обнаружить её завтра утром здесь, а не во дворе твоего дома, — осмелился произнести ублюдок, облокотившись спиной на перила. — Заткнись, придурок, — покосился на него Порш, подмечая, что в лунном свете он особенно красив. Как дьявол. Зелёные глаза стали тёмными, но не растеряли блеска. — Ой, ладно, принцесса, не обижайся. Завтра мы поедем в строительный магазин и купим тебе все что пожелаешь. Бах! Кулак мог отлично впечататься в эту наглую рожу, хохочую как гиена. Жаль, что реакция этого засранца была не хуже, чем у Порша. Отбив руку, он вцепился в его запястья, чётко попадая по недавним отметинам. Отчего кисть воспалилась тупой и такой знакомой болью. Порш сделал второй выпад, но был заблокирован. Его руку больно скрутили, так что он прогнулся в спине, ощущая острый локоть на позвоночнике. Все попытки вырваться только усиливали захват. Кинн развернул его лицом к улице, придавливая плечи к металлическим перилам. Жёсткое колено пролезло между его ног, раздвигая их, и делая положение Порша еще более незащищенным. В саду показалось фигура телохранителя. Это был Пит. Он лениво прогуливался по освещенной дорожке. В его руке тлела зажжённая сигарета. — Отпусти меня! — сделал попытку вырваться Порш. — Вижу, прошлая ночь не достаточно показала тебе кто главный в этом доме. Придётся преподать тебе ещё один урок, — блядский голос вызывал мурашки по спине, а влажный язык без предупреждения вылизывал пространство за ухом. Порш был неимоверно зол! Он не мог позволить так обращаться с собой. Этот недохозяин возомнил себя черт знает кем. Он не раб! — Да пошёл ты со своими наказаниями! Живо отпусти, ты, кусок дерьма! Я тебе глаза вырву и откушу твой мерзкий язык! — Оу, детка. Ты в курсе что меня это заводит? Мой дружок всегда встаёт когда ты так ругаешься. — Психопат! Крик получился достаточно громким, чтобы Пит вздернул голову и начал осматривать сад. Первым делом он пошёл проверить пруд с карпами, потому, что ещё одну потерю любимых рыбок его босс Кхун не переживет. — Тише, сладкий. Ты же не хочешь чтобы Пит увидел нас в такой позе? — шептал дракон прижимаясь внушительным стояком к заднице Порша. Тот испуганно замер на месте, уставившись во все глаза на Пита. У них были хорошие отношения, доверительные. Порш мог открыть перед ним душу. Кроме одной части жизни, которая сейчас снимала с него шорты, сильно сжимая мускулистые ягодицы. Расстроить Пита таким неловким открытием и умереть от стыда? Как он будет смотреть ему в глаза после того, как тот поймет, чем именно он занимается с Кинном? Навсегда потерять авторитет в глазах такого человека, равносильно потери близкого друга. Не говоря о похабной связи босс-подчиненный. Он может подумать, что Порш стелиться перед Кинном ради работы, денег и статуса главного телохранителя! Стыд и позор. Стой. Снимала шорты?! — Ты чёртов извращенец! К-к…- он подавился воздухом, когда его член накрыла властная рука. Порш знал, что у него уже стоит, он не мог контролировать свое тело и его реакции на присутствие этого человека. Стоило Кинну приблизиться, прикоснуться к нему, так его малыш вырвался из штанов будто хотел поприветствовать хозяина и получить пречитаемую ему ласку. — Кмх…- он укусил себя за губу потому, что к первому ощущению добавилось второе. Тоже внизу. Горячая тверда эрекция терлась между двух разведенных в стороны половинок. — Спорим, ты скоро начнёшь течь при виде меня, — губы Кинна захватили шею и открытый участок плеча насколько позволяла футболка. Его укус как всегда неожиданный и болезненный отозвался в теле Порша острой волной. — Хочешь получить конфетку? — Иди в задницу, придурок! Отпусти меня! Пит внизу, — рычал Порш чувствуя онемение ниже живота. Длинные пальцы двигались по его члену чудовищно медленно, не позволяя забыть о себе и не доводя дело до финала. Он снова сделал попытку вырваться и застонал от боли. Ублюдок сильно заломил его руку за спину, выкручивая ее. — Ты забыл как меня нужно называть, милый? Я твой Господин. Скажи. Мой любимый Господин Кинн, подготовьте меня, пожалуйста. Говори. — Мудак! Поршу пришлось снова замереть, потому, что Пит стал возвращаться, приближаясь к их балкону. Он бездумно смотрел по сторонам, затем вытащил телефон и уткнулся в экран. Естественно Кинн тут же воспользовался моментом. Он выпустил член Порша из ладони, плюнул себе на руку и распределил влагу между его ягодиц. Палец кружил по отверстию расслабляя его и делая податливым. Он стал ритмично постукивать подушечкой загоняя внутрь обильную слюну. Губы вновь переключились на его растерзанную шею в синяках и засосах, впиваясь в открытые участки кожи. — Блядь. Кинн… Давай уйдём ммм… Волосы ослепила вспышка боли, когда пальцы проникли под корни и протянули назад его голову. Крикнуть он не смог, горячий рот заблокировал все звуки вырывающиеся из горла Порша. Ну, почему все, что делает этот мерзавец так чертовски приятно?! Пропустив его язык к себе в рот, Порш забыл о том где они. Существовал только этот сильный и любопытный язык бьющий по щекам, проникающий глубоко в рот, так что Порш начал задыхаться. Одновременно с поцелуем в него проникли сразу два пальца, безжалостно растягивая нежные стеночки. Все протесты утонули в горле Кинна, отдаваясь вибраций. Длинные пальцы вошли по самые костяшки и начали ритмично сгибаться внутри. — Как всегда тесный… Ты знаешь, что близок к тому, чтобы я снова порвал тебя? Прекрати сжиматься. — горячий рот не отпускал губы Порша. — Попробуй. Будешь собирать свои зубы под балконом. Бл… — А вот и третий. Давай попробуем сразу всю руку, тогда я смогу войти в тебя очень легко. Порш собрал все силы в кулак. Он обязан остановить этого сумасшедшего пока ещё можно. Стоявший внизу Пит разговаривал по рации и не собирался уходить. Он мог в любую минуту поднять голову и застать очень красноречивую картину, от такого унижения ему не отмыться. Легче уступить Кинну вытрахать его в комнате, судя по его тяжёлому дыханию у того заканчивалось терпение. Три пальца грубо входили в постепенно сдавшейся тугой вход. Узел внизу живота рос, расширялся и неземная сладость похоти заслонила все остальные инстинкты. — Кинн, пожалуйста… в комнату… идём, — загнано молил Порш, хватая ртом воздух. — Добавь Господин, и завтра точно не сможешь ходить, — низким от возбуждения голосом прорычал Кинн, разводя в стороны пальцы внутри горячей задницы. Вынув пальцы, он приставил головку ко входу, облизывая пересохшие губы. Для лучшего скольжения он добавил порцию слюны распределив её по всему члену. Блядская дырка дрожала, истекала соком и приветливо ждала. Придерживая одной рукой бедра Порша, он сделал плавный и сильный толчок, тут же закатывая глаза от калейдоскопа красок. Кажется, Порш что-то ещё говорил, умолял продолжить на кровати не понимая, что стонами и мольбами выписывает себе билет на поездку к врачу. Внутренние стенки сжимались сильнее обхватывая член, когда он услышал в голосе Порша панику. Кинн мог только раскачивать бёдрами, глубже проникая в этот охренительно тесный туннель. Ему давно не было так хорошо, тело Порша идеально сочеталось с его проглатывая и засасывая в нутро. Он вошёл до упора, прижавшись бёдрами к мускулистым ягодицам. Тело перед ним бросило попытки сопротивляться неизбежному, повиснув на перилах. Кинн выпустил его руку и положил её на металлические прутья, а затем на всякий случай сжал на них пальцы, готовя парня к сильной встряске. Порш прохныкал слова, скорее всего матные и оскорбительные, но они не шли в сравнение с закушенной до крови губой и мелкой слезинкой у глаза. Да этот парень нарывается! Его футболке пришёл конец! Одной рукой он ухватил её у горла, другой резко рванул вниз. Ткань за затрещала, разрываясь на куски. Оголив плечи, Кинн нашёл любимую проклятую татуировку, что видел во снах и впился в неё зубами. — Вот ты где! — Хватит, кусаться! Больно! — изворачивался Порш и пнул его локтем в бок. — Ауч! — возмутился Кинн изучая красные следы от зубов с улыбкой. Он начал раскачиваться пробивая путь в маленьком отверстии, постепенно переходя на сильные толчки и кайфуя от пошлых шлепков двух тел. — Медленнее… слишком слышно, — тихо и жалостливо просил Порш, смирившись с положением. — Выгнись… так он не услышит. Порш выполнил инструкцию, прогибая поясницу и выставляя задницу. Горячий член входил глубже едва не доставая до желудка, распаляя живот и посылая импульсы. Кинн перешёл на размашистые движения, жёстко трахая его от чего аппетитные булочки дрожали и подпрыгивали. Но хуже всего оказался тот факт, что звук шлепков стал сильно громче. Настолько, что казалось было слышно на весь дом. Умирая от удовольствия, Порш крепко держался вспотевшими пальцами за хрупкую изгородь. От такого давления, она может рухнуть к чертям собачим! Как кровать, диван, одежда и его тело. Кинн мог уничтожить все вокруг в состоянии возбуждения, у него напрочь отключались мозги и включался зверь с каменной эрекцией. — Мер… за… вец… Сука, К-к… ин. — Поправочка, сладкий. Ты — моя сука. Порш зажмурился попутно размышляя о том, как он дожил до такого. Он стал его сукой, бесплатной шлюхой, подставляя задницу при каждом требовании. Выстроенная стена легко обрушалась мужчиной без особого труда. Его запах усиливающийся с потом и трением их тел не оставлял выбора Поршу. Он пытался отказаться и отрицать все, но стоило ощутить твёрдый член Кинна, тело кричало, сходя с ума от желания сильного наслаждения. С ним невозможно бороться. Он проиграл. — Тварь… Ахм … Ух… Кинн посмотрел вниз, туда где их тела соединялись. Слюна от резких толчков превратилась в пену, а морщинистое колечко изрядно покраснело от напора. Стеночки не желающие выпускать его член приятно завибрировали, отдавая дразнящей пульсацией. Порш странно притих, если не учитывать скулящих стонов. — Не кончай так рано. Мы же не хотим осрамиться перед Питом. Твоя попка такая ненасытная. — Нет… Су… Кинн… Хватит. — Хватит? А вот так? Кажется, мы нашли… что искали. Порш громко крикнул сжимаясь вокруг члена от точного попадания по простате. Усмехнувшись Кинн запомнил угол, и сцепившись пальцами в загорелые сочные ягодицы, начал двигаться в бешенном ритме. Тело Порша задрожало и сад оглушил пронзительный крик. Они замерли по команде, потому, что находившийся внизу Пит посмотрел на вверх. Задница Порша сильно заболела встретившись с холодной плиткой пола. Ладони горели от грубого рывка мускулистых рук. Кинн оторвал его руки от перил падая на пол и прихватывая его с собой. Содрогаясь от возбуждения, оба смотрели вниз на таращегося внизу Пита. На балконе было темно, а учитывая преграду в виде перил их должно быть не видно. Порш очень этого хотел. Сзади пыхтел Кинн, тихо хихикая ему в плечо. Пит покрутил головой и стал рассматривать другие балконы в поисках звука. Едва Порш облегченно выдохнул, как эта скотина сзади, пользуясь случаем быстро вставила член обратно в растраханный проход. Порш хотел обматерить его, но тот поднял его ногу, всунул по яйца и быстро задвигал бёдрами. Зажав рот рукой, Порш подавлял крик и снова сильно сжался от страха быть пойманным. — Это нормально, что тебя трахаю я… а ты смотришь на Пита? — усмехнулась похотливая гиена, между собственными тихим постанываниями не переставая стучать об его зад. Резко развернувшись насколько возможно, Порш поймал его голову за волосы, заставляя посмотреть в глаза. Раскрасневшееся лицо Кинна находилось в пару сантиметров от него, по виску стекал пот падая на плечи Порша. — Ревнуешь, ублюдок? Даже сейчас? Ты… неисправим, — он сделал рывок прикусывая нижнюю губу наглого парня. Вкус крови взорвал мозг, приближая к долгожданному оргазму. Судя по сбившемуся ритму и пальцам сжимающих с такой силой, что ныли кости, Кинн тоже был на грани. Порш положил руку на истекающий предэакулятом член, гарантируя себе счастливый финал, но его руку быстро убрали и крепко прижили к груди в районе сердца. — Ки… Бл… Я… Я… — О нет, моя прелесть. Ты сделаешь это… без… рук. Он отпустил его ногу и сильно толкнул в спину, так что Порш разлегся плашмя и навалился сверху. Мычание и стоны контрастировали с громкими шлепками и хлюпаньем при каждом толчке. Кинн трахал его с такой бешеной скоростью, что Поршу показалось, как плитка под ними начала трескаться. Чтобы не выскользнуть из-под него, он ухватился рукой за перила, выпячивая зад. После определённого толчка его прошибло током и он застонал забыв про запрет на звуки. — Да, детка… можно, — зачистил под этим углом Кинн, ударяя раскаленной головкой члена в маленькую точку. Порш содрогнулся, зажмуривая глаза до ярких точек. Белая длинная струя выстрелила вперёд, исчезая за пределами балкона. Оргазм не отпускал из сладких тисков, потому что Кинн все это время яростно толкался в него выжимая содержимое до последней капли. Затем сильно вжался и замер. Низ живота Порша заполнило тепло, а горячий член приятно пульсировал внутри. Засадив его еще несколько раз, Кинн медленно вышел, наблюдая как по округлостям бежит его густое семя. — Фух… Охуительно. Тебе понравилось? — шлепнул по заднице Порша. — А Питу? Давай спросим у него сколько баллов он нам даст, — пыхтел в затылок Кинн. — Слезь с меня, придурок! — отпихнул его Порш не заботясь, что его услышат. Выбравшись из-под Кинна, он подхватил шорты у щиколоток и прошмыгнул в комнату. Засмеявшись, Кинн выглянул наружу. На улице никого не было. Можно было покурить минут десять до того как он вернётся и снова вступит в бой с упрямым любовником. А там и до второго с третьим раундов недалеко. Он настроен на длинную ночь. Слишком долго Порш не давал ему, нужно наверстать упущенное.

***

После завтрака Порш вышел на улицу покурить и наткнулся на Пита. Парень заулыбался и подошёл к нему, предложил сигарету. Они оба затянулись дымом и воцарилось напряженное молчание. Порш коса поглядывал на парня гадая, что тот слышал и, что теперь думает о нем. Сигарета подходила к концу, страх неприятного разговора рассеивался. — Ты должен быть осторожнее, Порш, — предупредил Пит. — Я все слышал. Обернувшись, Порш искал место куда деть глаза чтобы не встретиться с другом. — Тебе должно быть очень больно. Господин Кинн очень вспыльчив. Тебе нужна помощь врача? — заботливо спросил Пит подходя ближе и всматриваясь ему в лицо. — Он сильно тебя побил? Порш подпрыгнул, поднимая голову. — Что прости? — Вчера он колотил тебя, как грушу, — Пит звучно ударил кулаком в ладонь. — Тебе стоит прекратить так вести себя. Сделай все как он хочет в следующий раз. Я не хочу чтобы ты пострадал. — Ладно. Хорошо, — слукавил Порш ни на секунду не думая о подчинении. — Это наша работа, — он похлопал его по плечу где находилась тату, и Порш стиснул зубы скрывая боль. — Пойдём, смена началась, а то влетит обоим. — Кто это сделал?! Кто посмел обкончать мои розовые плюмерии?! — оглушительный вопль Тэкхуна разносился эхом по саду.