99,9%

      Это были талантливые фокусники-близнецы, мечтавшие о великолепии и свободе. Они много путешествовали, показывая свои шоу публике в разных странах. Каждое выступление становилось маленькой искрой чуда. Они путешествовал по свободолюбивому Мондштадту, очаровывали людей на рынках в Ли Юэ, и их фокусы привлекали внимание как местных жителей, так и туристов.       Каждое представление было не просто очередным набором трюков — это было признание в любви к своему зрителю. Глаза искрились, когда молодой фокусник выводил на сцену неловких юношей и смеющихся девушек, заставляя их забыть о будничных заботах. Каждое мгновение становилось волшебством, когда он открывал изящные карты из пустых рук или заставлял цветы распуститься в воздухе.       Оставаясь блуждающим артистом, он в каждом моменте находил каплю бесконечной любви, пронзая сердца зрителей своей «магией». Но он еще не знал, чем обернется поездка в Натлан.       Лини не любил сидеть на месте, ему нравилось движение. Он восхищался великолепными пейзажами каждый раз, когда посещал одну страну за другой. Ему нравилась простота Мондштадта и его люди, которые часто просили фокусника повторить свои трюки. Вечерняя красота Инадзумы создавала романтическую атмосферу, которой любил проникаться Лини. Конечно, в его сердце больше места занимал Фонтейн. Он дорожил своим родным городом и семьей. Он обожал публику Фонтейна. И думал, что она занимает отдельное место в его сердце, но в один вечер он встретил его.       В пустыне близнецов встретила Дэхья, чтобы те без лишних приключений добрались до Натлана. Дэхья, надежная и предусмотрительная, была лучшим вариантом из всех, кто подходил на роль телохранителя. Конечно, за такие услуги моры они заплатили немало, но оно того стоило — не хотелось неожиданно напороться на группу пустынников.       По всему Натлану уже разлетелась новость о представлении иностранных фокусников-близнецов, которые, как шептали «знатоки магии», способны творить настоящие чудеса. Говорили, что их трюки не просто развлечения, а настоящие иллюзии, способные заворожить даже самых скептически настроенных зрителей.       Муалани и Качина были в предвкушении. От восторга их глаза искрились, а терпения становилось все меньше. Они сцепились руками и радостно прыгали, напевая задорный мотив себе под нос. Их счастью не было предела. Кинич сидел рядом, не понимая веселья подруг. Он никогда раньше не слышал о фокусах, что подвергло девушек в шок. Они пытались ему объяснить, параллельно уговаривая пойти вместе с ними и посмотреть на это собственными глазами. Основываясь на объяснениях подруг, Кинич лишь сказал, что в фокусах нет ничего интересного и необычного.       Муалани не была с этим согласна, как и Качина, поэтому они все же притащили Кинича на представление без его собственного желания. Хотя он особо и не сопротивлялся. Ему нравилось проводить время с друзьями, хоть он и не был таким же активным как они. Иногда ему казалось, что вокруг него всегда кружатся энергичные люди.       Шапито был заполнен до отказа, и воздух был пропитан ожиданием, словно перед бурей. Когда занавес поднялся, публика затаила дыхание. На сцене стояли два одинаковых человека: их образы, как два отражения в зеркале, были совершенно идентичны. С первых мгновений стало очевидно, что это не просто фокусники, а мастера своего дела, обладающие невероятной синхронией. Каждый жест, каждый взгляд, каждое слово создавали атмосферу глубочайшего погружения в мир магии.       В их руках исчезали и появлялись предметы, словно они были одержимы силой, недоступной простым смертным. Им удавалось создавать иллюзии, в которых зрители не могли поверить своим глазам: человек выходил из пустого куба, карты меняли свои значения на глазах у недоумевающих зрителей, а на сцене раздавались удивленные аплодисменты. Свет сиял, музыка звенела, и весь мир на время заполнился магией их искусства.       Лини стоял на сцене, и в этот миг мир вокруг потускнел, затмив все цвета и звуки. В центре внимания он не замечал ни один из огней, сверкающих рядом. Его взор, как магнит, притягивался к одному человеку в толпе — зрителю, который смотрел с восхищением. В глазах этого человека сверкал удивленный восторг, словно он стал частью волшебства, происходящего на сцене.       Взгляды встретились. Лини продолжал творить чудеса, проворачивая фокусы с картами вслепую, так как его все еще притягивали желто-зеленые глаза зрителя. Ощущение этой необыкновенной связи было подобно потоку энергии, пронизывающему его насквозь. Внутри все разгоралось. Он улыбнулся, и этот простой жест окутал зрителя теплом: мгновение разделяло их, но в этом мгновении заключалась целая вселенная.       Для них музыка вокруг утихла, а все остальные звуки слились в единый гул, словно мир отступил, предоставив им свободу чувств. Он знал, что эта связь была более чем просто моментом — это было начало чего-то великого, искра, способная воспламенить пламя, которое никогда не погаснет.       После представления Лини с сестрой быстро скрылись. Сегодня они переночуют в Натлане, заодно насладившись его ночной красотой. Линетт очень устала и легла спать раньше. Лини не спалось, он не мог перестать думать о желто-зеленых глазах. Он проводил много разных шоу. Близнецов любили и взрослые, и дети. Лини видел много удивленных и восторженных взглядов, но таких как в этот вечер — никогда. Даже у детей. Но Лини перестал засорять свою голову странными мыслями, как только вернулся в Фонтейн.

***

      Муалани и Качина узнали о скором приезде близнецов и стали веселее, чем обычно. Кинич что-то ворчал в углу, споря с Ахавом. Как только он услышал о фокусниках, перестал обращать на Ахава внимание. Он повернулся в сторону подруг, внимательно слушая их разговор. Муалани заметила это. Девушка хитро улыбнулась, она была рада, что Киничу все-таки понравилось прошлое представление близнецов. Также она надеялась, что и в этот раз он составит им компанию.       Прибыв в Натлан, Лини вспомнил две главные детали: первое — публика тут очень активная и веселая, второе — здесь есть зритель, который в первый визит фокусника, кажется, забрал кусочек его сердца себе.       Перед представлением Лини совсем не волновался, но на середине программы его движения стали более неловкими. Эти большие любопытные глаза прожигали его насквозь. На лбу время от времени выступали капли холодного пота, а уголки губ подрагивали. Линетт обеспокоенно взглянула на брата. В сегодняшнем представлении не предусматривалось ничего сложного или опасного, так почему же он так волнуется? Но сложность была. Лини не знал, как перестать натыкаться во всей этой толпе из тысячи и более человек на два сверкающих глаза.       Кажется, он влюбился в них, и теперь эти глаза стали его настоящей одержимостью. Они отправляли его в миры, где чувства были ярче, а внимание сосредоточено только на них. Это было невыносимо, фокуснику хотелось скорее подойти к зрителю вплотную и задать этот глупый вопрос: «Ну почему же ты так смотришь на меня?»       Как и в прошлый раз, близнецы остались на ночь. Линетт уже знала дорогу, поэтому решила идти одна, оставив брата наедине с самим собой. Лини поискал в расходящейся толпе очертания неизвестного зрителя, но все было тщетно.

20% его сердца были украдены без предупреждения

      Третий визит Лини в Натлан был без цели показать людям фокусы. Дэхья удивилась, когда увидела его одного, спросив, все ли хорошо с Линетт. По пути она также спросила его, для чего он решил наведаться в Пиро регион.       — Я хочу кое с кем встретиться.       Лини не знал, как найдет человека, имя которого ему неизвестно. Но было предчувствие, что везение его не покинет.       Фокусник валился с ног, пройдя уже приличное расстояние. Он оглядывался по сторонам в поисках своего зрителя, но так и не смог его найти. Ноги его ныли от усталости, а в голове рождались лишь смутные мысли. Солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив небо в глубокие оттенки пурпурного и золотистого, но он не замечал этого великолепия. Каждый шаг давался ему с трудом, и он мечтал лишь о том, чтобы наконец найти укрытие от ночного холода.       Звуки природы перемешивались с ритмом его сердца. Лини не раз останавливался, чтобы перевести дух, вслушиваясь в шепот ветра и гудение насекомых, которые распевали свои песни на закате. Он присел на берег, окончательно потеряв надежду. Над головой фокусника что-то пролетело. Следом послышался звонкий смех и шум воды. Лини сразу повернулся в сторону звуков. Увидев фокусника, девушка остановилась и подбежала к нему, радостно поздоровавшись.       — Ого! Да это же Вы! Но… я не видела сегодня Вашего представления, — вспомнила Муалани и задумалась. — А чего Вы здесь совсем один?       Над головой снова что-то промелькнуло.       — Почему ты остановилась? — последовал голос парня, который только что приземлился.              Лини замер. Да, эти глаза, это определенно он! Взгляды встретились, оба парня почувствовали себя неловко. Первым заговорил Лини.       — О, приветствую Вас, мои дорогие зрители! Я просто любовался сегодняшним замечательным закатом и его великолепным отражением в воде, — соврал фокусник.       — Да, закат и правда прекрасен сегодня, — неожиданно произнес Кинич, смотря вдаль и провожая взглядом солнце за горизонт.       Муалани такое поведение друга слегка смутило, она искоса и с подозрением взглянула на него. Откуда в нем эта романтика?       Лини показался им каким-то унылым, и Муалани предложила ему присоединиться к их развлечениям. Фокусник недоуменно взглянул на нее, девушка лишь улыбнулась его реакции. Все было просто: они просто смотрели, кто быстрее доберется до назначенной точки. Муалани — по воде, Кинич — по воздуху. Лини казалось, что здесь он будет лишним. У него нет никаких интересных приспособлений для передвижения. Тем не менее, он согласился.       Фокусник шел по земле, он выглядел очень скромно на фоне этих двоих. Проблема у другом: как быстро взобраться по скалам без подобных интересных вещей? Он знал, что у него не получится, но согласился из вежливости. К тому же девушка была такой радостной, что Лини просто не мог ей отказать. За спиной фокусника оказался Кинич. Лини посмотрел в его сторону. «Ох, нет, только не этот любопытный взгляд».       — Как ты это делаешь?       — Что?       — Фокусы. Как ты это делаешь?       — Годы упорных тренировок, дорогой зритель, никакой магии, — усмехнулся Лини.       Киничу нравилась улыбка фокусника, но до этого он мог наблюдать только из толпы. Вблизи она казалась ему еще прекрасней. Навязчивое желание прикоснуться к щеке фокусника взяло вверх. Но парень быстро убрал ладонь, заметив недоумение в глазах Лини.       — Извини, — он отвернулся, осознав, что это было на яву, а не в его воображении, Кинич покраснел.       Долго стоять здесь нельзя. Муалани может что-то заподозрить. Только что смущенный Кинич без колебаний обхватил фокусника за талию и взлетел вместе с ним, таким образом помогая ему преодолеть скалы. То ли от неожиданности, то ли от прикосновений любимого зрителя сердце Лини было готово выпрыгнуть наружу.

60% его сердца были украдены без предупреждения

      — Кажется я влюбился, — задумчиво проговорил Лини, вспоминая чужую ладонь на своей щеке.       Линетт с интересом взглянула на него, удивившись такому умозаключению. Она перевела взгляд на Фремине, который уже сочувственно смотрел на Лини, не зная, как поддержать его в такой ситуации.       — Как так вышло… — тяжело вздохнул фокусник, соприкасаясь ладонями с Фремине. Это всегда его успокаивало.       В кругу семьи Лини всегда чувствовал тепло, но сердце будто разбивалось на две части, когда он вспоминал «игры наперегонки» с Муалани и Киничем. Всему виной дружелюбие девушки. От нее исходит много энергии и столько же тепла, сколько от времяпровождения с Линетт и Фремине. Близкая дружба с натланцами казалась Лини чем-то невозможным, ведь они так далеки от него.

***

      Освещение полностью отсутствовало, лишь несколько приглушенных ламп теплых оттенков наполняли пространство легким туманом, в котором каждое движение становилось частью незримой симфонии. Фокусник скользил по полу, будто струны невидимого инструмента отзывались на его шаги.       Он видел перед собой любимые глаза, сияющие в полумраке, и сердце билось в ритме несуществующей музыки, которая «звучала» лишь для них. Теплый воздух окружал. Оба облачены в тени и свет, словно призраки, которые не боятся потеряться в этом свете. Воздух опьянял, унося их волнами, задерживая время и создавая вечность из мгновений.       Каждое прикосновение наполняет помещение атмосферой, растворяя расстояние между душами. Кинич вдыхает новый глоток воздуха от восхищения, когда фокусник завлекает его в очередную волну танца. Они не замечают, как вокруг исчезает мир, в котором сливаются мечты и реальность. Это не просто танец — это их сокровенное пространство, где вся суета оставлена за пределами, и только они и вечность, воплощенная в каждом движении. После сегодняшнего выступления это все, о чем мечтал Лини.

90% его сердца были украдены без предупреждения

      В каждой подробности его облика, каждой черте характера Лини находил что-то, что наделяло смыслом его существование. Каждую беседу они вели, словно танец, где движения были плавными, а паузы полны ожидания. Он стремился снова и снова оказаться в его присутствии, чтобы погрузиться в эту бездонную глубину, где жило очарование.       Кинич взглянул на фокусника, ожидая последующих действий. Это танец он не забудет никогда. В груди что-то кольнуло. Кажется, он окончательно влюбился. Это чувство зародилось, как первые весенние капли дождя, пробивающиеся сквозь замерзшую землю. Каждый взгляд на него вызывал в сердце бурю эмоций, а его смех звучал как мелодия, затрагивающая самые глубокие уголки души. Кинич чувствовал, как его сердце давало сбой при взгляде на улыбку фокусника, а дыхание перехватывало, когда тот касался его щеки. Каждый миг казался волшебством.       Лини мягко улыбнулся, прикрывая глаза, благодаря таким образом за танец. Кинич же смутился и отвел взгляд из-за неловкости. Но он расслабился, когда пальцы Лини прикоснулись к его губам. Фокусник ловко вовлек его в длительный и нежный поцелуй. Кинич закрыл глаза, позволяя своим губам следовать за его, наслаждаясь каждой нотой этого нежного момента.       — Как можно быть настолько потрясающим, — прошептал он в губы фокусника.       В груди Лини растекалось тепло. Свободной рукой он прижимал Кинича к себе, нежно поглаживая его спину. Секунды, проведенные с ним, были словно волшебство, и каждая из них оставляла отпечаток в его душе. Он мечтал о том, чтобы быть ближе. Он был уверен, что эти любопытные, полные восхищения глаза влекут за собой нечто большее, чем просто влюбленность — они приглашали его в мир истинной любви.

99,9% его сердца были украдены без предупреждения