𖹭
24 октября 2024 г., 16:00
Хёнджин стоял на мосту, облокачиваясь телом на ограждение. Он стоял в большом свитере, пытаясь согреться в нём, однако, несмотря на его огромную душу, парень не нашёл кусочек тепла и каплю любви для себя. А холодный осенний ветер причинял боль своими грубыми руками, обнимая хрупкое и тощее тело. То, что Хван искал всю свою жизнь, длиною в двадцать пять лет, он не нашёл, даже здесь, стоя на мосту. Лишь потерял самого себя, ища те теплоту и нежность, что находил каждый в его возрасте, и не сумел вернуть обратно. Этим потерял самое важное — радоваться каждому счастливому моменту и желание жить. От этого остался пепел, растворяющийся в тяжелом воздухе.
Парень не видел смысла жить дальше, ибо у него попросту не было этого человека. Он не нашёл его за свою жизнь. Значит никогда не найдёт. Так зачем продолжать жить, если нет смысла жизни, нет того человека, что мог бы поддержать в трудную минуту? Не было никаких причин, чтобы дальше оставаться на Земле и продолжать жить в сером мире. За последние года много чего поменялось в жизни Хвана: прекращение контакта с семьёй из-за своих взглядов, муторная работа за копейки, вечное одиночество, единственные друзья — недосып и голод, непринятие парня обществом. Каждую проблему он пытался решать, теряя себя, но решил только свести счёты со своей жизнью. В своё время Хёнджин постоянно чувствовал несправедливость в свою сторону. Когда все находили друзей в школе, он находил оскорбления и избиения. Когда все начинали встречаться, он смог найти бесконечные слёзы и одиночество. Когда все строили карьеру и семью, он нашёл мучения и недосып. Почему именно его жизнь была сплошной чёрной линией, когда у других была ещё и белая полоса? Он старался найти ответ на этот вопрос целыми годами, днями и ночами, часами и минутами. На ответ не было ни единой зацепки. Парень свёл всю эту несправедливость к тому, что он был обречен на неё. Судьба предназначила ему жизнь, которую он не сможет прожить так, как живут другие, счастливо. Его рождение всегда шло прямо к смерти. Нет других вариантов. Такова его жизнь, что он должен умереть, не получив принятие родной семьи, смысла жизни и, главное, счастья. Он умрёт, не успев обрести того самого счастья, которое есть у всех.
Хёнджин стоял на мосту, рассматривая реку. Она глубока и темна, однако притягивает к себе: спрыгнуть и утонуть, задохнуться в её словах о своей любви, получить щёпотку тепла от неё и в последний раз взглянуть на серый мир через мутную воду. Он слышит её соблазнения и легко решается утонуть в ней, чтобы больше никогда не вернуться. Он больше не услышит детский смех, не увидит цветы, блещущие красотой, не коснется кошки с мягкой шерстью, не съест свою любимую еду, не поспит со своей плюшевой игрушкой... Все эти вещи казались дороги, когда Хван по-настоящему ценил их, искал что-то хорошее в своей серой жизни. А нашёл гору проблем.
Парень окончательно решил утонуть в холодных объятиях реки. Он хотел перелезть через ограждение, встать на край моста и, наконец, увидать серый мир неясным взглядом в свои последние минуты своей жизни. Он желал этого так давно, но решился лишь сейчас.
Голос резко пронесся, разрушая тишину.
— Вы собираетесь покончить собой?
В то время Хёнджин перебраться через ограждения на край моста и, только заметив парня в кофейном пальто, вернулся. Он смотрел на этого парня своими глубокими карими глазами. В миг он почувствовал, как его дыхание стало учащаться, а глаза не могли оторваться от человека, стоящего в нескольких метрах от него. В голове всплыла мысль, что в этот момент Хван видит своего человека, с кем мог почувствовать самую нежную и долгую любовь, — смысл своей серой жизни.
— Всё хорошо? Вы больше не желаете спрыгивать с моста, я надеюсь? — обеспокоенно спрашивает парень в пальто и сокращает расстояния между ними.
— Н-нет, я б-больше не стану пробовать спрыгивать с м-моста, — заикаясь, отвечает Хёнджин. Он выглядел сильно смущенным, как влюбленный школьник.
— Никогда не повторяйте больше этого! — восклицает парень в пальто. — В жизни есть столько прекрасного, что вы можете не увидеть.
Хван молчит, стараясь придумать ответ на слова симпатичного парня, что стоял перед ним очень близко. Из-за маленького расстояния он не мог придумать ни одного слова, однако случайно выдает:
— Вы сможете показать это... Эти прекрасные вещи? Я хочу, чтобы вы показали мне этот мир в красках, — краснеет, понимая, что он сказал.
— Могу, но я думаю, что вам надо успокоиться после такой ситуации. Ваш дом далеко?
— Д-да, мне нужно ехать на автобусе, чтобы добраться до своего дома.
— Тогда пойдемте ко мне. Я заварю ромашковый чай. Он поможет расслабиться вам, — парень встаёт ближе. — Вы не против, если я возьму вас за руку?
— Нет, — тихо отвечает Хёнджин.
Парень в пальто осторожно берёт за руку Хвана и начинает вести куда-то. Он абсолютно спокоен, в отличие от Хёнджина, который весь краснеет и еле ходит на ногах. В его груди сердце стучит быстрее, а в голове мысли смешиваются, превращаясь в кашу. Он пытается успокоиться, но все попытки четно провалены. Маленькая ладонь парня в пальто тёплая, похожа на зимний вечер после тяжелого дня, когда включаешь сериал и, укрывшись одеялом, пьёшь чай. Тепло и уютно. Рядом с парнем идти комфортно, однако всё тело так сильно реагирует на обычные прикосновения. Хёнджин впервые узнал слово «тепло» в холодную погоду на улице, идя ближе к смыслу жизни.
От каши в голове выводит бархатистый голос:
— Могу ли я узнать ваше имя?
— Хван Хёнджин... А как зовут вас? — темноволосый парень ещё смущается перед новым знакомым, иногда долго думая или запинаясь. Он не хочет терять его, ведь уже потерял себя.
— Феликс или Ёнбок. Как вам удобнее, — парень в пальто улыбается, а Хёнджин видит эту прекрасную улыбку. Эта улыбка похожа на солнце, что греет в летний день после дождя.
— Феликс, — Хёнджин шепчет, пробуя новое имя на вкус. Оно радостное, нежное, выделяющиеся... — Очень приятно познакомиться, Феликс.
Парень в пальто, зовущего Феликс, мило смеётся, прикрывая рот рукой. А Хёнджин подумал, что с его внешним видом что-то не так, и стал трогать себя. Лишь через несколько минут, Ёнбок объяснил причину своего смеха:
— Вы так очаровательны и немного неуклюжи, Хёнджин, что я не смог сдержать умиления!
Хёнджин смущается, не зная, что ответить на такое, однако Феликс перескакивает на другую тему разговора, видя состояние парня. Выдохнув, Хёнджин старался поддержать разговор, а не поддаться любованию парня в пальто. Однако он всё захватывал внимания Хвана на себя, а Хёнджин лишь смог поддаться этому необыкновенному притягиванию нового знакомого. Только мог смотреть на смысл своей жизни, изредка кивая или говоря тихое: «Ага».
— Хэй, Хёнджин, вы в порядке? — Феликс махает рукой перед лицом, когда темноволосый парень остановился и посмотрел на него. А Хёнджин всего лишь любовался красотой парня в пальто и случайно засмотрелся, что остановился.
— Вы очень красивы, Феликс, — Хёнджин молча любуется новым знакомым. — Мы можем перейти на «ты»? — задаёт вопрос он и встряхивает головой, чтобы перестать смотреть на красивого парня.
— Да, конечно, можем! — Феликс солнечно улыбается, лишь у Хёнджина сводит колени от неё. Точно этот Феликс само солнце...
Парень в пальто вновь начинает разговор о каких-то повседневных вещах, рассказывая о них с какой-то особой любовью к жизни. Даже Хван не мог сказать так о горячем кофе в зимние утро с такой любовью, словно впервые попробовал новый вкус. Слушая низкий голос, перемешавшийся с шелестом листьев и далёким звуком автомобилей, Хёнджин снова засмотрелся на Феликса, находя какие-то новые причуды в этом парне, подаренным ему самой судьбой. Он пытался не смотреть на него так влюбленно, не упуская ни одного движения тела парня в пальто, и перестал понимать, что доносится из нежных уст.
Хёнджин понимает, что серьёзно засмотрелся на парня в пальто, когда Феликс, остановившись, махает небольшой ладонью перед его лицом, спрашивая о состоянии нового знакомого. Встряхнув головой, он осознает, что вовсе прекратил что-либо соображать, смотря на светловолосого парня, которого хотелось попробовать обнять. Хван знал, что он тёплый, так как его маленькая ладонь смогла согреть его холодную и большую ладонь.
— Всё хорошо? Хёнджин, тебя вызывает планета Земля! — Феликс усмехнулся над своими же словами и увидел, как Хван встряхнул головой. Он щелкнул пальцами перед его глазами, поняв, что новый знакомый очнулся от своих мыслей.
— Да, Феликс? — Хёнджин смотрел в глубокие карие глаза, что манили его продолжать смотреть в них. Жизнерадостные и красивые глаза...
— Ты слушаешь меня или я надоел тебе? — Феликс не выглядел недовольным, что его не слушают, а даже радостным.
— Нет, я слушаю тебя. Просто... Просто я задумался, — ответил Хёнджин, хотя это не было настоящей причиной. Двадцатипятилетний парень просто засмотрелся на другого парня... Просто влюбился в него... Очень сильно...
— Ничего страшного, со всеми такое бывает, — Феликс улыбается Хёнджину, успокаивая его, и переводит разговор на другую тему, спрашивая нового знакомого о чём-либо, чтобы лучше узнать его. Хван старается отвечать на вопросы, не засматриваясь на него, и в некоторые моменты спрашивает парня в пальто, поддерживая диалог.
С каждым шагом Хёнджин чувствует, что его взгляд бродит по телу парня в пальто: со светлой макушки до идеального кончика носа, с кончика носа до губ-бантиком, с губ до выделяющихся ключиц, с ключиц до небольших ладоней, с ладоней до ног, прикрытых тёмными брюками. Феликс выглядел, как ангел без крыльев, что потерял их, когда падал с неба... Он пахнет как спокойствие, как начало тёплого лета, как душевный разговор до ночи, как... Как желание жить...
В глазах Феликса виднелось небо, которое бесконечно. Его улыбка — солнечный луч, освещающий путь потерянного Хёнджин, чтобы он смог найти выход из своих тысячных проблем. Казалось, что Хвана просто тянуло к Феликсу. Тому, кто сможет помочь выбраться на верный путь из дерьмовой жизни.
— Мы пришли, — говорит Феликс и вставляет ключи в замочную скважину. Слышатся два щелчка, и входная дверь отворилась.
Зайдя внутрь, Хёнджин увидел, что этот небольшой дом выглядел уютно и в нём пахло таким... Таким приятным запахом, который невозможно описать определенными словами. Запах, когда приезжаешь в бабушкин дом, а в её доме пахнет свежеиспеченными пирожками, тёплыми цветами палитры и покоем... Домик хорошо обустроен, что казалось нет лишней вещи, которая мешала взгляду. А на одно мгновение показалось, что Хёнджин приехал туда, где его всегда ждали, только он совершенно не знал об этом месте. Небольшой дом в тёплых оттенках, что не мозолили глаза своей светлость. Такое было по душе Хвану, что не любил слишком белые дома, словно их выбеливали краской каждую неделю. Ему нравились те, жилья, в которых было спокойно и можно не беспокоиться о лишнем. В своей квартире парень постоянно замерзал из-за того, что стены были тонкие, а батареи плохо грели. Приходилось спать в кофте, чтобы замертво не замерзнуть. Хёнджин любил и желал тепла, поэтому просто не мог обойтись без него. Состояние его квартиры было не лучшим: ободранные обои, старые вещи, что буквально разваливались, и тонкость стен, через которые проникал холодный ветер...
А у Феликса всё по-другому. У него тепло и спокойно, что заставляло сердце Хвана биться в своём привычном ритме, пока рядом не появлялся парень в пальто.
— Ты можешь пройти на кухню или в гостиную. А я сейчас переоденусь и заварю тебе ромашковый чай, Хёнджин, — сказал Феликс, указав пальцем на дверь кухни и на раздвижную дверь в гостиную, и скрылся в ванной.
А Хван прошёлся до гостиной, открыл раздвижную дверь и сел на компактный, оранжевого цвета диван. Этот диван удобный, казалось, что сидел на облаке. Несмотря на это, Хван сел ровно и напряжённо, будучи в гостях у совершенно незнакомого человека. Лишь в данный момент Хёнджин задумался, что этот Феликс, или иначе парень в пальто мог оказаться серийным убийцей, что ловит таких самоубийц, как Хван, вводит их в зону доверия, приводит в дом за ручку и вместе с ромашковым чаем приносит снотворное, жертва медленно засыпает, а парень расправляется с ней при помощи ножа. Темноволосый парень ужаснулся от этой мысли и взглядом стал искать подозрительные предметы в этой гостиной. Через несколько секунд, он встал и рыскал по гостиной, как детектив, ищущий зацепки в сложном деле. В одном из ящиков в тумбе под телевизором, Хёнджин отыскал чёрный пояс по тхэквондо, из-за чего прикрыл рот рукой, напугано смотря на ткань, что держал в своей руке. Значит этот парень в пальто может ещё и избить до смерти, раз достиг чёрного пояса. Эта мысль жутка пугала Хвана до мурашек по коже. Он положил пояс на место, закрыв ящик, и искал другие доказательства того, что Феликс убьёт его в скором будущем.
Хёнджин больше ничего не нашёл, кроме множества медалей по тхэквондо. Но это заставляло сесть напряжённым на диван, ожидая Феликса. Он уже смог придумать план, как сможет свалить от этого хрупкого, на первый взгляд, парня. Хотя в глубине душе Хван верил, что он просто параноит. Лишь сильное недоверие к тому, что этот парень в пальто вряд ли появился в его жизни, чтобы сделаться его смыслом жизни.
Феликс зашёл в гостиную с двумя кружками чая: в одной налит чёрный чай, а в другой — ромашковый. Он осторожно поставил эти кружки чая на журнальный столик рядом с диваном и быстро сбегал до кухни, опять возвращаясь в гостиную комнату с тарелкой печенья с шоколадной крошкой. Только парень в пальто, похоже, не собирался садиться на диван. Это вызвало подозрения у Хёнджина, который внимательно следил за ним. Что он заметил странного в его поведении? То, что этот Феликс носится по своему дому, принося всё для удобства Хёнджина. Разве он не хочет сделать последний вечер для Хвана прекрасным? По этой причине, чуть прищурившись в недоверии к новому знакомому, Хёнджин следил за ним своим пристальным взглядом за каждым действием Феликса.
И, наконец-то, парень сел на диван и взял в руки пульт от телевизора. Он включил его, а затем обернулся к Хёнджину, смотря на него с нежной улыбкой на лице.
— Что ты хочешь посмотреть? — спрашивает Феликс. — Кстати, вот твой ромашковый чай и можешь поесть печенье. Я приготовил его сам вчера, — он тихо хихикнул, прикрыв рот своей небольшой ладонью.
— Пожалуй, откажусь от всего, — волнуясь, говорит Хёнджин, — у меня появились важные дела. Поэтому мне нужно уходить.
Хван встал с дивана и собирался уходить, как Феликс окликнул его:
— Хёнджин, может быть, тебе положить печенья в дорогу?
— Нет, в этом нет никакой необходимости, — Хёнджин остановился в проёме двери и нервно почесал затылок. Он хотел сбежать от парня в пальто, считая его действия странными. Однако душу так и тянуло остаться у него, словно не было этих «странностей» в поведении парня.
— А может быть выпьешь ромашковый чай, чтобы успокоиться? — Феликс встаёт с дивана и подходит к нему. Обеспокоенность в его действия сразу видна: парень нервно перебирал пальцами и прикусывал губу. Для Хёнджина это означало, что он беспокоится о том, что его жертва убежит и он не сможет насладиться её убийством. Потому стал придумывать отмазки, для того чтобы совершить побег из этого уютного домика и слишком милого Феликса.
— Нет-нет! — Восклицает Хёнджин, отходя на шаг назад от парня.
— Правда ничего не будешь брать, Хёнджин? — Феликс подходит к нему ближе.
— Отойди от меня, убийца!
— С чего ты взял, что я — убийца? — Феликс выглядит крайне удивлённым таким уверенным заявлением Хвана.
— Ты заводишь самоубийц в свой дом и жестоко расправляешься с ними, не так ли? Твой ромашковый чай — это не просто средство для успокоения, но и ещё твои жертвы падают в глубокий сон от него! — с испугом громко говорит Хёнджин, отходя всё назад от парня, что упирается в стену.
— Успокойся, Хёнджин, пожалуйста, — ласковым голосом говорит Феликс, что Хван хочет расслабиться от такого голоска, но держит себя под контролем. — Я никакой не убийца, что заманивает самоубийц и убивает их. Поверь мне. Я не нуждаюсь в таком жестоком обращении с людьми, тем более я никогда не совершал такие грешные поступки. Да, я могу выглядит сильно милым, словно замышляю что-то плохое, только на это есть совершенно другая причина, не связанная ни с чем подобным, о чем ты можешь думать, — спокойным тоном объяснял Феликс.
— И какая же причина у тебя на такое сладкое поведение? — с нотками недоверия в голосе, задаёт вопрос Хёнджин.
— Можем ли мы присесть на диван, чтобы я смог сказать это, хорошо?
Хёнджин напряженно садится на диван, а Феликс следом за ним. Он увидел, что парень в пальто хотел взять его руки в свои, но сдержался, дабы не казаться ещё страннее. По лицу парня можно было прочитать все чувства, что он испытывает сейчас. В данный момент — волнение и явно не маленькое.
— Хёнджин, я не хочу держать тайн и загадок перед тобой, даже если мы встречаемся в первый и последний раз. Поэтому я расскажу тебе всё, что чувствую в последние часы, — начинает Феликс, — я всегда легко могу выразить свои эмоции и чувства другим людям, однако... Сейчас очень сложно, и я не знаю по какой именно причине. Может быть, волнение, которое я испытываю, — Феликс замолкает и отводит взгляд в сторону, задумываясь. — За всю жизнь я впервые чувствую что-то подобное к кому-либо и, честно говоря, всегда думал, что такое случается исключительно в фильмах и сериалах. Однако ты смог доказать мне совершенно обратное за эти несколько часов, что мы знакомы, и я думаю, что правда могу такое чувствовать... Мне постоянно было необходимо познакомиться поближе с человеком, чтобы влюбиться в него, лишь я не ощущал тех чувств, которые появляются, когда я просто сижу с тобой рядом и смотрю на тебя... Любовь с первого взгляда — вот, что я почувствовал, когда в первый раз увидел тебя на том мосту. Правда, это очень необычно и странно ощущать, поскольку мы толком и незнакомы с тобой, Хёнджин. Я чувствую себя подростком, который влюбился по уши в свою одноклассницу, не познакомившись поближе с ней, потому не видит недостатков. Я слепо влюблён в тебя, даже не зная тебя, и ощущаю себя странно до самой жути, ведь не могу осознать, что влюбился в того человека, с которым познакомился лишь несколько часов назад. Это кажется настолько глупым, что хочется закрыться в комнате и рыдать в подушку, как раньше. Однако влюбиться с первого взгляда — очень редкий шанс, только я не знаю, счастливая ли эта удача или нет, ибо я ничего не знаю о тебе, Хёнджин. Просто попробуй понять меня и, если посчитаешь это странным, можешь закончить наше общение на этом. Я пойму тебя, поэтому не стоит переживать.
Хёнджин серьёзно смотрел на Феликса, пытаясь осознать всю суть этого монолога. Он медленно начинал понимать, что да как, а этот спокойный, но в то же время волнительный голос заставлял верить парню в пальто на слова. Какой-то тонкой красной нитью тянуло Хвана к этому человеку, к смыслу своей чертовой жизни.
Взяв в руки кружку с тёплым ромашковым чаем, Хёнджин выпил половину этой кружки, чтобы успокоиться и разобраться в своих мыслях. Его тревожили мысли, что парень в пальто говорит сказки, заманивая в свои сети, отправляющиеся прямо к смерти под косу. В принципе, Хван часто тревожился по разным причинам, будто люди, которые, казалось, бросали на него насмехающиеся взгляды, работа, что надо сдать в скором времени, и страхи, говорящие, что он будет одиноким всю свою жизнь. Он всегда боялся одиночества, хотя сам и не заметил, как утонул в нём.
— Я.., — по началу Хёнджин не смог собраться с мыслями, однако через мгновения продолжил, приготовившись, — Я понимаю тебя и твои чувства, ибо ощущаю то, что я с уверенностью могу назвать любовью с первого взгляда. Я влюблялся множества раз, но ни с кем из этих объектов моей симпатий я не смог начать общение из-за того, что всегда был одинок и не знал, как общаться с людьми. И ещё важные причины, только я не хочу нагружать тебя своими проблемами... Когда я смог услышать и увидеть тебя, то сердце сразу сказало мне, что ты — смысл моей серой жизни. Впервые я смог почувствовать слово «тепло» от одной твоей небольшой ладони. Да и, вообще, что такое ощущать себя комфортно с другим человеком. Я не смогу сказать, что чувствовал это или даже что-то похожее в своей жизни, однако ты смог показать мне это, чему я благодарен тебе. Конечно, у меня возникло недоверие к тебе, поскольку люди, чаще всего, просто не замечают меня и я не привык к такому вниманию со стороны того человека, в которого влюбился... И я стал бояться тебя, что ты можешь убить меня и всё такое. Напридумывал себе. А сердце говорит обратное. Я очень хочу довериться своим чувствами и стать друг для друга теми, кто сможет поддержать в трудную минуту. Я желаю стать тем, кто научиться любить и подарить всю свою любовь тебе, как единственному человеку, который сейчас со мной и выслушивает весь мой бред, — Хёнджин глубоко выдохнул, пытаясь успокоиться перед важными словами. Он никогда и никому не говорил такого, поэтому сильно переживал. А Феликс внимательно слушал его и спокойно ждал, пока парень сможет собраться с силами. — Давай станем друг для друга двумя половинками, смыслами в своих жизнях. Мы будем единым целым, но и разными личностями, что могут остаться собой в отношениях. Я просто хочу, чтобы мы смогли построить отношения вместе, даже если это будет долго и сложно.
Хёнджин с какой-то детской надеждой смотрит в тёмные, но одновременно светящиеся глаза Феликс. Однако Хван находился в растерянности. Они уже признались друг другу, и что дальше?.. Начнутся отношения, или они разойдутся разными путями?.. Не зная, что и думать, Хёнджин мог только глядеть на Феликса, стараясь сохранять частички спокойствия, чтобы не выдать своё волнение.
А Феликс нежно улыбнулся и перевёл взгляд на свои колени, явно о чём-то раздумывая. Минуту посмотрев на свои ладони. Он вновь посмотрел на Хёнджина с глупой улыбкой. Такой милой и отдаваемой детством... Парень в пальто начал говорить своим мысли, над которыми раздумывал в течение некоторых мгновений:
— Знаешь... А давай начнём встречаться, раз так вышло, что мы по своей глупости влюбились друг в друга, даже не зная ничего?
Хёнджин задумался, давно перебрав все варианты о различных ситуациях в голове. Только слова, как на зло, не хотели выходить из рта. Поэтому он лишь кивнул, отвечая так согласием. Феликс-то многого и не ждал, шире улыбнулся от одного кивка молчаливого согласия.
— Тогда теперь мы встречаемся, верно? — спрашивает Феликс, чтобы убедиться.
— Да, — шептал Хёнджин, зачарованный красотой парня в пальто, — встречаемся...
Взяв лицо в свои больше ладони, Хёнджин рассматривал лицо Феликса до мельчайших деталь, что даже заметил ели видные веснушки, скрытые под тональным кремом. Он видел то, что не смог увидеть никто другой. Большой палец руки невольно провёл по нижней губе парня, почувствовав мягкость губ. Так и захотелось нежно поцеловать их, чтобы почувствовать всю мягкость и вкус своими губами. И вновь зачарованным Хёнджин смотрел на Феликса, видя только его перед своими глазами. Он сдерживался, не пытаясь поцеловать хоть куда-нибудь этого милейшего парня.
Словно прочитав все мысли уже своего парня, Феликс спрашивает с небольшой ухмылкой:
— Как думаешь, что делают пары, когда начинают встречаться?
— М-м... Целуются? — пытается догадаться Хёнджин, а Феликс уже смотрит на него с улыбкой.
— Ну же, поцелуй меня, — просит Феликс с дерзостью и кладёт свою небольшую ладонь на коленку Хвана, начиная поглаживать.
Оставаясь в паре сантиметров от лица Феликса, Хёнджин вглядывается в его тёмно-медовые глаза и переводит свой взгляд на губы-бантиком. Он притягивает лицо к себе и неуверенно берёт эти губы в свои. Руки перемещаются на тонкую талию, а Хван пытается сминать мягкие до ужаса губы, однако выходит совсем не то, чего он хотел. В фильмах поцелуй выглядел намного легче, чем оказалось в реальности. И в мгновение Хёнджин понял, как выглядел сейчас: двадцатипятилетний парень не умеет целоваться и позориться перед своим новоиспечённым парнем. Его щёки покрылись видным румянцем, который обжигал кожу, и стало слишком жарко от своего неудавшегося первого поцелуя. Стыд накрыл его головой.
«Чёрт, стоило, хотя бы, для своего блага научиться целоваться на помидорах. И, вообще, почему я согласился поцеловать его?.. Боже, это просто позорище для такого взрослого мужчины, как я!», — думает Хёнджин, но все мысли вылетают из головы, как ветром сдуло, когда Феликс берёт его лицо в руки и притягивает к себе, начиная целовать так, как изначально хотел Хван.
Нежный поцелуй утягивал их обоих в какое-то другое измерение. Даже, как казалось, Хёнджин не портил всю эту ситуацию тем, что не умел целоваться в таком взрослом возрасте. Парень в пальто то и дело сминал пухлые губы с лёгким привкусом ромашкового чая, иногда слегка покусывал одну из губ и проводил языком по ним. Эти пухлые губы хотелось целовать и ещё раз целовать. Несмотря на то, что Хван не умел целоваться и лишь старался повторять, Феликс поглаживал своего нового парня по волосам, успокаивая, мол, всё хорошо и так будет, и наслаждался поцелуем. Пусть поцелуй и не такой, как хотелось бы, однако он сочетал в себе зефирную нежность, родную душевность и сладость, которая слаще, чем сахар.
Парни отстранились на короткое расстояние, всего четыре сантиметра. Смотря друг другу в глаза, они видели что-то своё в них: Хёнджин — спокойствие, мамин яблочный пирог и яркое, ослепляющее солнце, а Феликс — светлую любовь, свет в конце туннеля и умиротворяющую луну. Один нос чуял аромат, напоминающий детство, другой — приятный мужской одеколон. Кончики пальцев чувствовали футболку из самого нежного шёлка, а другие — мягкую кожу. От них исходила атмосфера, перемешивающая всё это, уюта и тепла. Самого мягкого тепла.
Хёнджин смотрел в эти сверкающие глаза и видел в них смысл своей чертовой жизни.
𖹭𖹭𖹭
— Сфотографируй меня, Джинни! — Феликс подошёл к высокой ёлке, поставленной на площади вблизи новогодних праздников. Он спрятал руки в карманы, поставил ногу вперёд, а голову наклонил в бок, солнечно улыбаясь. Самое яркое и теплое солнце, будучи в самой холодной зиме. Настраивая ракурс камеры, Хёнджин смотрел на небольшой экранчик с особой нежностью к своему парню. Невольно его уголки губ поднялись вверх, лишь от одной улыбке, которую он видел ежедневно, но каждый раз казался словно первым. В тот день, когда Хван хотел свести счёты с жизнью... Этот день чётким воспоминанием отдаётся в мыслях парня в моменты, когда он думает о том, как вся жизнь поменялась в другую сторону, ранее обречённая на прямой путь к смерти, за два года. Она круто изменилась и стала тем, о чем раньше можно было только мечтать. После того дня, Хёнджин начал улыбаться от одного присутствия Феликса, забывая о всех своих проблемах рядом с ним. И, конечно, как бы не была неприятна правда, парень в пальто узнал о самой жизни Хвана в бедной квартирке и мучительной работе за копейки, поэтому он заставил перебраться к себе, чуть ли не собирая вещи. А Хёнджин не желал, чтобы его содержал Ёнбок, и до последнего отказывался, пока не сдался после тысячных уговоров и потерянной одежды, которые его парень потихоньку забирал с собой, намекая на переезд к нему. Можно подумать, что это чистый синдром спасателя, не всматриваясь в глубь картины. Но, если подумать и рассмотреть поближе всю ситуацию, можно увидеть то, что это был единственный раз, когда Феликс буквально «спасал» Хёнджина. В обычное время он всегда уточняет, нужна ли его помощь, только если не увидит, как очевидно она понадобится партнёру. И, фотографируя самое яркое солнышко, что раскрасило цветными карандашами его серую жизнь, Хёнджин мягко улыбается. Мысли в голове лишь про одного — лишь про Феликса и только. Хван не помнил, фотографировал ли, вообще, Феликса, как бархатистый голосок разнёс сквозь его глубокие думанья. — Ты закончил, любимый? — спрашивает Ёнбок, подходя к Хёнджину. Под его ногами хрустел белоснежный снег. — А... Да... Наверное, — неуверенно произносит Хван, наклоняя фотоаппарат в сторону парня. А Феликс аккуратно нажимает на кнопочки, пролистывая сделанные фотографии и внимательно просматривая их. Каждая частица в снимке наделана особой красотой и любовью, с которыми всегда фотографировал Хёнджин. Только Феликс жестоко отбирал все сделанные снимки и говорил, что некоторые надо удалить, так как они плохо сделаны. Но на самом деле он хранил абсолютно всё, что фотографировал Хёнджин, у себя на ноутбуке в отдельной папочке и, даже, не задумывался удалять их. Убрав камеру, Хёнджин крепко взялся за небольшую тёплую ладонь Феликса и сжал её без задней мысли, чтобы ослабить хватку. Ему не хотелось чувствовать морозный ветер, больно касающегося его холодных рук, оставляя на них жгучие багровые поцелуи. Ликс, не прилагая особых усилий, мог согреть всего Хвана за минуту, стоило ему лишь прикоснуться к нему своими тёплыми ручками. Даже его поцелуи были горячее и приятнее, чем самый тяжёлый наркотик. Из уст Феликса лились, как волны в море, рассказ о каких-то мелочах: то он разлил кофе на себя вчера, то как давал сестрам заплетать свои волосы в детстве, то в юности бегал с друзьями по району, поедая сухарики. И он знал, что его парень глубоко задумался, смотря себе под ноги. Всё же, если Хёнджин не вникает в диалог, то младший расскажет ему ещё тысячу раз об этом, а старший повторно послушает с большим удовольствием. В голове Хёнджина пролетали мысли о том дне, когда он с Феликсом впервые встретился. Он вдумался во всё это и представил, а если бы они не встретились тогда? Хватило бы ему смелости покончить с собой?.. Наверняка. Хван был не из тех людей, которые бы боялись смерти, как огня, попытавшись убежать от неё. Однако кто-то будет жить долго, а другому суждено умереть без права на другой выбор. Это жизнь, что непостоянна и меняет судьбы людей по щелчку пальцев. Лишь она такая, какая и должна быть... Было бы интересно жить, зная свой дальнейший путь? Скорее всего, нет, но стало бы гораздо легче и мы могли бы потратить время на то, что нам действительно необходимо. И, возвращаясь в эту Вселенную, где не знаем, что с нами может произойти через минуту, люди пользуются своим временем впустую, тратят её на что-то ненужное для себя: ночные развлечения до потемнения в глазах, глупые споры о чём-либо и так до бесконечности. Человек, бездумно тратящий своё время, не сможет сделать то, чего желал всегда попробовать, и под конец он будет понимать, чего действительно хотел от этой жизни. Каждому человеку нужен смысл жизни, неважно что это: от музыки до другого человека. Найдя этот смысл жизни, человек поймёт, на что он хотел бы потратить именно эту жизнь. Стоит знать, что абсолютно после холодного дождя придёт яркое солнышко. Хёнджин нашёл свой смысл жизни в Феликсе, в человеке, который в буквальном смысле спас его, появившийся в нужный момент. К нему пришло счастье и смысл жизни, которые он так усердно пытался найти всю свою жизнь. «Если бы тебя не вынесло, наши отношения бы закончились, даже не начавшись», — подумал Хёнджин и взглянул в сторону Феликса. Как всегда прекрасен...
Примечания:
Благодарю за прочтение!
