Прошу, почини меня…

Какая вероятность встретить своего истинного в современном мире? Примерно 1%. Вы можете жить в разных городах, странах и на разных континентах. Ваши дороги могут никогда не пересечься, даже если вы живете на одной улице или в одном доме. Ведь определить истинность можно только во время гона и течки, когда выделяется особый феромон. В истинных парах этот период от природы синхронизирован. К сожалению, из-за блокаторов, которые сейчас использует каждый второй, альфы и омеги могут так никогда и не почувствовать своего предназначенного. Учитывая то, что течка и гон проходят всего один раз в три месяца, это становится практически невозможным. Поэтому большая часть современного общества живет без истинности, и это абсолютно не мешает им строить отношения, растить детей, уважать и любить друг друга. Студент второго курса Сеульского Национального Университета факультета «Искусство» Ким Тэхен, несмотря на подъебы друзей и знакомых, мечтает встретить своего истинного альфу. Ему всего двадцать лет, он подождет, торопиться некуда. Тэхен является лучшим студентом потока и самым популярным омегой университета. Он дружелюбный и открытый парень, хоть и является той еще занозой в заднице. Тэхен знает, насколько привлекателен, но его это абсолютно не волнует. Все ухаживания он пресекает на корню, предлагая взамен дружбу. Он не из тех безмозглых омежек, которые текут от каждого пошлого комплимента в свой адрес. Его интересует только один альфа, плевать, что они даже незнакомы. Возможно, в нём говорит юношеский максимализм, но всё его омежье нутро подсказывает, что они обязательно встретятся, нужно лишь набраться терпения. Ким — любитель веселья, тусовок и безбашенных поступков. Он обожает привлекать взгляды, как пускающих слюну альф, так и завистливых омег, но распущенным его не назовешь. Сексуальный, притягательный, горячий, но никак не распущенный. Он умеет подчеркнуть все изгибы узкой талии, округлых бедер и упругой задницы, но никогда не выглядит при этом доступно. Скорее всем своим видом он демонстрирует недосягаемость своей неземной красоты. Но мы ведь помним, что он та еще заноза в заднице?.. — Тэ, ты снова собираешься издеваться над нервными клетками бедных альф? — смеется лучший друг, развалившись на кровати в комнате Тэхена. Вот уже сорок минут он наблюдает за сборами этого ходячего секса. Не завидует он сегодня альфам, ох не завидует. — Чимин, я не виноват, что эти дикари не умеют держать свой член в штанах, — Тэхен уже заканчивает свой образ. Последним штрихом является легкий блеск на пухлых губах. — Ну да, ну да. Мне-то не рассказывай. Как будто я не видел, как тебя разрывает от удовольствия, когда очередной альфа срывается с цепи, и охрана выкидывает его из клуба, — Чимин щурит глаза, цепляясь за ехидную ухмылку этой сучки. — Ц, ну не могу я устоять, — Тэхен расплывается в весёлой улыбке. — Они все такие смешные и самоуверенные, блять, в своих попытках развести меня на секс, что аж бесит. Самовлюблённые придурки уверены, что каждый омега только и делает, что мечтает оказаться на их члене. И да, я получаю моральный оргазм, когда во всем своем великолепии посылаю их нахуй, — друзья одновременно смеются. — Тэ, лично я получаю удовольствие, когда их лица превращаются в нихуя непонимающее нЕчто, пока они осмысливают суть сказанного, а потом покрываются красными пятнами от злости. А ты сидишь, трясешь своей изящной ножкой, будто бы тридцать секунд назад не сказал: «Послушай, милый. Процентное соотношение моей заинтересованности в тебе равно уровню О2 в открытом космосе», — Чимин уже держится за живот от смеха. — Я бы даже на трезвую ахуел, и это с учетом того, что я хоть немного в химии шарю, — они снова заливаются смехом. Чимин устал запоминать цитаты Тэхена, пора завести для них отдельный блокнот. Только Ким может послать за вечер десяток альф и ни разу при этом не повториться. Так происходит каждую пятницу, когда они посещают свой любимый элитный ночной клуб «Seven». Пока Тэхен не встретил на первом курсе рыжеволосого омегу Пак Чимина, он жил только своим увлечением фотографией и учебой. Он не был зубрилой или аутсайдером в школе, нет. Всегда был душой компании и имел большой круг знакомых, но старался избегать шумные тусовки и, тем более, посещать клубы. Ким считал, что омег-тусовщиков воспринимают легкомысленными, хотя сам не считал это чем-то неправильным. Пак Чимин показал ему, что значит веселиться и наслаждаться жизнью. Научил класть хуй на чужое мнение и игнорировать осуждение. Пак раскрыл ту еще сучку в своем друге, но они оба этим довольны. Только вот мысль об истинном выбить так и не удалось. Изменениями Тэхена были довольны далеко не все, особенно среди альф. Если раньше на откровенные подкаты и вульгарные комплименты Ким краснел и прятал глаза, то теперь он настолько красиво размазывал ответами по асфальту, что не раз оскорбленные альфы кидались на него в попытке поставить на место языкастого выскочку. На этот случай рядом всегда был грозная фурия Чимин, чего вообще никто не ожидал. Однажды один из публично отвергнутых Тэхеном альф решил, что его задетое эго должно быть отомщено. Кан Вонбо с дружком выловил неразлучных омег после пар прямо у машины Кима. Когда Чимин вырубил обоих альф за пару точных ударов, ахуел не только весь универ, но и один Ким Тэхен. Как выяснилось позже, отцом Чимина является известный тренер бойцов ММА — Пак Бомгю, который, разумеется, научил своего любимого сыночка-омегу постоять за себя. Естественно, Пак не мог защищать Тэхена 24/7. Альфы часто подлавливали Тэ около дома или во время одиночной прогулки, когда омега искал вдохновения и кадры для портфолио. Орали, брызгали слюной и угрожали, что в следующий раз омега поплатится за свой длинный язык, но первые на рожон больше не лезли. Именно главный тусовщик всея Корея Пак Чимин и притащил впервые лучшего друга в «Seven» — клуб, который однажды его отец подарил папе — Пак Ёнсу. Поэтому именно в этом клубе они чувствовали себя в наибольшей безопасности. Папа Чимина никогда не ругал сына за весёлую и любвеобильную натуру, приговаривая, что до брака нужно попробовать всё. Сам часто делился своими постыдными историями и громко смеялся, когда щечки двух омег заливались бордовым. Сына босса и его лучшего друга знал каждый альфа-охранник в клубе, поэтому они отрывались на всю катушку, зная, что охрана наготове в любую минуту. Сегодня, как и каждую пятницу до этого, кроме последнего месяца, двое омег собираются в «Seven». Тэхен этим утром наконец-то вернулся с месячного отдыха на островах, который устроил его отец для папы в честь годовщины свадьбы. Пора наверстывать упущенное. Охрана пропускает их внутрь со стороны входа для VIP-гостей. В помещении, как обычно, полно народа, несмотря на то, что попасть в клуб довольно тяжело. Запахи альф и омег смешались с запахами алкоголя. Музыка бьёт по ушам, завлекая отдаться быстрому ритму. Тэхен обожает эту атмосферу, обожает отключать голову, двигаясь в танце. Как он жил без этого раньше? Они направляются за свой любимый столик в дальнем углу, где музыка слышна тише всего. Персоналу еще утром сообщили, что господин Пак и господин Ким прибудут сегодня к 23.00. Официантам давно известны вкусовые предпочтения этих двоих, нет смысла тратить время на заказ. Поэтому на столе их уже дожидаются любимые коктейли и шоты, а закуски донесут в ближайшее время. Собственно, как и всегда. — Неужели я вернулся, — Тэхен плюхнулся на диванчик и расплылся в блаженной улыбке. — И не говори, Тэ. Я чуть с катушек не слетел от скуки, я ведь обещал, что без тебя сюда ни ногой. Папа говорит, что даже наши постояшки разволновались, когда мы пропустили вторую пятницу подряд. Замучили бедных официантов вопросами. Денег пихали по карманам, чтобы узнать, куда мы делись, — друзья снова смеются и берут в руки по первому коктейлю. Чимин поднимает бокал в воздух: — За твоё возвращение, кроха, и за предстоящее начало семестра. — Спасибо, Чим, я тоже по тебе скучал. Омеги чокаются и, по традиции, первый коктейль выпивают залпом. — Ну рассказывай, как прошла поездка? Ты наконец подарил какому-нибудь горячему спасателю свой девственный цветок, или он так и будет вянуть до призрачной встречи с истинным? — Чимин всегда стебет друга с его идеей фикс. — Ц, и ничего он не вянет. Мне двадцать, а не сорок пять, Чимин. — Ну да, ну да. Подождем, пока твоя прелестная жопка превратится в курагу, и тогда уже будем отдавать первому встречному ценителю сухофруктов. — Куда мне до тебя — вертихвоста. Сегодня в планах новая жертва или кто-то зацепил для повторения? — Ким знает, чем кольнуть в ответ любвеобильного друга. — Баста. Я понял. Тема закрыта, — Пак поднимает ладони в сдающемся жесте, а после начинает ржать вместе с другом. — Ну и все-таки, подробности поездки будут? — Они начинают пить следующий коктейль не торопясь. У них впереди вся ночь, чтобы напиться и оторваться. — Все интересное я рассказал тебе еще по телефону. За последние дни ничего не происходило. Я оставлял родителей наедине, чтобы они насладились друг другом, и отправлялся искать вдохновение. Хотелось сделать больше кадров, — Тэхен с восторгом вспоминает красоту тихоокеанского побережья. — Чим, там такие пейзажи и природа! Я так переживал, что не взял дополнительную флэшку, но слава гигабайтному богу, памяти хватило на все, что я хотел отснять. — Я рад, что ты смог отдохнуть перед учебой. Жаль, не получилось поехать вместе. Я так и не смог никуда вырваться за лето. Хорошо хоть перед учебой меня оставили в покое, — Чим надувает и без того пухлые губы, а Тэхен умиляется от вида своего обиженного друга. — Ты ведь понимаешь, что снимать бои чемпионата ММА — это пиздец уровень? Это же бриллиант к твоему портфолио, Чим. Какой студент может таким похвастаться? — Ты абсолютно прав, Тэ. Просто я так вымотан физически и морально, что хоть на стену лезть, а в понедельник уже пары начинаются. Но я в восторге от проделанной работы. Да, я всего лишь практикант, но я был на седьмом небе, когда отец смог договориться, — в глазах Чимина искрится счастье. — Поэтому за тебя, будущий самый востребованный спортивный фотограф Пак Чимин! Давай оторвемся сегодня по полной! Они снова рассмеялись и подняли в воздух свои бокалы, чокаясь. Спустя два часа и невъебическое количество выпитого, омеги уже покоряли танцпол. На них пускали слюни альфы, и с завистью кидали взгляды омеги. Чимин со старшей школы ходил в танцевальную студию. После фотографии, танцы были второй его отдушиной, но он сразу понял, с чем хочет связать свою жизнь. Танцы так и остались исключительно хобби. Ему не было равных на танцполе, поэтому выбрать себе альфу на ночь по своему вкусу не составляло труда, его хотел почти каждый. Тэхен нигде не обучался, но его врожденная грация и плавность в движениях, гибкость тела, харизма, с которой он успевал заигрывать с окружающими, и конечно же, парочка уроков от всемогущего Пака, не позволяли отвести от него взгляд. Тэхен был горячим и недоступным, весь его вид кричал: «смотреть, но не трогать». Их знали все постоянные гости клуба. И если одна половина альф мечтала попасть под внимание Пак Чимина и быть выбранным хоть на одну ночь, то вторая мечтала хотя бы прикоснуться к неземному омеге Ким Тэхену. Но, видимо, вселенная дала системный сбой этой ночью. Иначе как объяснить, что весь пятничный сценарий пошел по пизде? Как это часто бывает, омеги разделились во время танцев и каждый отдавался под звук битов в одиночку. Тэхен сексуально двигал бедрами в такт музыке. Его голова затуманена алкоголем и запрокинута вверх, глаза закрыты. На лице пьяная счастливая улыбка, и он в говно. Руки оглаживают изящные линии бедер, поднимаются вверх по талии, груди, шее и взлетают в воздух. В этот момент он чувствует на своей талии крепкую хватку, которая не мешает движению, к спине прижимается крепкая подкачанная грудь. Тэхен расплывается в еще большей улыбке. Сразу видно — новенький. Никто из постоянных не смеет к нему прикасаться. Бесконтактный танец и небольшой флирт — максимум, чего добились те, кто мечтал о Киме, но не хотел, чтобы охрана выкинула их из клуба. Видимо, он давно так не напивался, но почему-то решил позволить этому альфе маленькую вольность. Пусть потрогает, поласкает. Конечный путь у него будет по протоптанной дорожке остальных самовлюбленных идиотов. Только этот взорвется еще больше, ведь ему разрешили то, что никогда раньше остальным. Улыбка превращается в язвительную усмешку, когда Тэхен решает позволить чуть больше и себе. Он трется о пах альфы и чувствует, что тот уже возбужден. Тэ хмыкает. Он ведь толком ничего не сделал. Возможно, алкоголь играет с ним злую шутку, но его притягивает к этому альфе. Его не хочется оттолкнуть и съездить по лицу, как другим, кто тянул свои грязные руки. С ним хочется поиграть, продлить это неизвестное чувство предвкушения. Он чувствует себя в этих руках так правильно, что не хочет прерывать контакт. Альфа начинает целовать его шею мокрыми поцелуями, и Тэхен, под властью неведомой силы, лишь отклоняет голову вбок, давая больше доступа к шее. Он не хочет сопротивляться альфе, все его нутро желает подчиниться, последовать. Его тело пропускает разряды от каждого прикосновения, покрываясь мурашками. Нет сил на сопротивление. Омега пытается учуять его запах, но из-за скопления на танцполе едва ли можно выцепить один запах среди сотни. Тэхен разворачивается в сильных руках и пытается рассмотреть мужчину перед собой. Но он сильно пьян, картинка плывет. Когда взгляд наконец фокусируется, то встречается с черными пылающими глазами, что прожигают его до костей. Альфа старше и выше Кима почти на голову, безумно красив и сексуален. Его крепкое тело и накачанные мышцы видно даже сквозь одежду. Альфа не сводит пожирающий взгляд с голубых глаз напротив, на секунду отвлекаясь на пухлые искусанные губы омеги. Недолго думая, он хватает Тэхена за затылок, вплетает свои пальцы в платиновые волосы и утягивает в страстный, глубокий поцелуй. Тэхен теряется от этого напора, теряется от того, что незнакомец украл его первый поцелуй, но омега внутри него скулит от удовольствия и прыгает на задних лапках. Он не понимает, что происходит с его внутренней сущностью, пока в нос не ударяет запах свежей мяты. Зрачки Тэхена расширяются, как от дозы наркотика. Мята. Мята — запах доминантного альфы напротив. Мята — запах его истинного. Тэхена натурально колотит, все тело становится ватным, он обмякает в сильных руках и страстном поцелуе своего альфы. Внутренности горят от происходящего. Он нашел его, встретил, когда не ждал. Ким отвечает на поцелуй со всей страстью и желанием, что копились в нем все это время. Они лижут, кусают друг друга, во рту появляется металлический привкус их безумия. Альфа рычит в поцелуй, руками изучает каждый сантиметр тела. Он сминает упругие ягодицы своими ладонями, проглатывая несдержанный стон, слетевший с губ омеги. В голове только одна мысль: "Ахуенный, какой же блять ахуенный". — Ты — грех. Мой альфа сходит с ума, когда я прикасаюсь к тебе, я не понимаю, что ты делаешь со мной. Давай уйдем отсюда, малыш? — альфа опускается к шее и начинает размашисто вылизывать. Осознание выдергивает Тэхена из эйфории. — У тебя гон. Альфа отрывается от шеи и заглядывает ему прямо в глаза. — Ты боишься? — альфа уже видит ответ в голубых глазах, но хочет, чтобы голубоглазое чудо произнес это вслух. — Нет, я не боюсь тебя, — Тэхен отвечает, не сомневаясь ни секунды. Альфа наклоняется к его уху, чтобы не приходилось повышать голос, но от этого действия все тело Тэхена вновь пробивает дрожью. — Я не могу контролировать себя рядом с тобой. Ты нереален, маленький, я никогда подобного не ощущал. Меня зовут Джейкей. Я скоро начну терять контроль над своим альфой, поэтому хочу уехать отсюда прямо сейчас и только с тобой, — он прижимает омегу к себе сильнее, заставляя почувствовать свое возбуждение. — Я — Ким Тэхен. И я никуда не отпущу тебя от себя, — внутри у омеги рождаются новые вселенные. Он должен облегчить состояние мужчины. Внутренняя сущность умоляет его подчиниться своему истинному. Джейкей пробирается к выходу, крепко держа за руку омегу, чтобы не потерять в толпе. У входа они ловят такси, которое везет их к ближайшему пятизвездочному отелю. Всю дорогу они не расцепляют рук. Тэхен видит, что мужчине становится хуже, вся сущность в нем требует помочь альфе, которого накрывает первой волной гона, но он не может позволить себе этого в такси. Они влетают в номер не разрывая поцелуй, раздевая друг друга прямо в коридоре. Между ними в воздухе ощущается животное желание. Оба заведены до предела. Уже полностью обнаженные, они вместе заходят в душевую. Альфа ни на секунду не отрывается от омеги. Джейкей ласкает его руками, губами, зубами, языком. Его кроет, тело горит от повышенной температуры, член покраснел от желания, и Тэхен ощущает, что альфа больше не выдержит. Все инстинкты кричат — удовлетвори, помоги, и он сделает. Тэхен падает коленями на жесткий кафель, обхватывает член губами, придерживая рукой у основания, и начинает посасывать головку. Стон-рык ласкает уши омеги. Это первый минет в его жизни. Он настоящий альфий член даже не видел никогда, но нутро подсказывает, как будет правильно. Его самого бьет дрожь от возбуждения, между ягодиц давно течет смазка. Но первостепенное желание — удовлетворить альфу. Он старается взять глубже немаленьких размеров член, но предсказуемо давится, выпуская его изо рта, закашлявшись. — Давай, маленький, у тебя получится. Расслабь горло, вдохни поглубже, доставь альфе удовольствие. Я хочу посмотреть, как ты плачешь, пока я трахаю твой рот, — Джейкей несильно хватает омегу за волосы, начиная погружать член в горло, и несдержанно стонет, когда толкается на всю длину. Он понимает, что омега неопытный, но как идеально он его принимает! Тэхен чувствует, как текут слезы по щекам. Его рот несдержанно трахают, а он лишь сильнее течет. Когда альфа отстраняется, чтобы дать омеге вдохнуть необходимый кислород, Тэхен не хочет останавливаться. Он снова берет член в рот, помогает себе руками, старательно вылизывает, опускается на половину длины, создавая вакуум, и поднимает глаза, чтобы понять, все ли он делает правильно. Ловит почерневший взгляд, который на секунду отливает красным. Альфа рычит от вида у своих ног. Невероятной красоты омега, с красными припухшими губами и его членом во рту, смотрит преданными глазами. Боже, он готов отдать душу за эту картину. Он кончает с гортанным стоном, вновь хватая омегу за волосы, спуская часть своего напряжения ему прямо в рот. Тэхен проглатывает все семя с привкусом мяты. Горло саднит, но омеге плевать. Справился, удовлетворил своего альфу. Он по-прежнему стоит на коленях, смотрит наверх в черно-красные глаза и языком собирает последние капли со своих губ. Цепи, что сдерживали зверя, рвутся. Джейкей подхватывает на руки омегу и, не вытираясь, выходит из душа. Он несдержанно бросает Тэхена на постель, разглядывает изящное тело на черном шелке и не может отвести взгляда. Омега под ним юн, а его красота будто бы не из этого мира. По его влажному телу стекают оставшиеся капли воды. Вся сущность альфы хочет вылизать каждый сантиметр медовой кожи. Длинные ноги подогнуты в коленях и разведены в стороны, руки лежат вдоль тела, платиновые волосы разбросаны в беспорядке, глаза блестят возбуждением и смотрят только на альфу. В них нет ничего, кроме восхищения, желания и доверия. Джейкей не выдерживает, накрывает своим телом, нападая страстным поцелуем на губы омеги. Они жадно целуются, сталкиваются зубами, кислорода не хватает, но как же им обоим плевать. Джейкей чувствует от Тэхена собственный вкус и сходит с ума от правильности происходящего. Он видит, что омега готов удовлетворить любое его желание. Да, они могли бы начать по-другому. Многие истинные, встречая пару, подавляют свои инстинкты. Принимают блокаторы, знакомятся, узнают друг друга. Но сейчас вся сущность Тэхена кричит, что он там, где должен быть. Он должен помочь своему альфе в гон, он хочет отдаться ему прямо сейчас. Джейкей подминает омегу под себя, начинает вылизывать шею, спускаясь всё ниже. Прикусывает манящие ключицы, после накрывает губами сосок. Тэхен под ним выгибается в пояснице, и его бархатные стоны заводят еще больше. — Ты такой чувствительный, такой податливый, как пластилин. Как же я хочу тебя натянуть на свой член, чтобы ты скулил от удовольствия. Тэхен слушает сквозь вакуум. Он впервые получает подобные ласки, а связь еще больше усиливает ощущения, отчего в глазах стоит пелена, а мозг отказывается функционировать. Он существует сейчас лишь оголёнными инстинктами, и это — лучшее, что он испытывал в своей жизни. Джейкей спускается поцелуями ниже, мажет языком истекающую головку омеги, и до слуха доносится очередной громкий стон. Что с этим омегой? Почему он так остро реагирует на каждую ласку? Но долго этот вопрос не задерживается в голове, гон затуманивает разум. Он срочно должен трахнуть это прекрасное создание, или его член взорвется. Он вводит один палец в мокрый от обильного количества естественной смазки вход и чувствует, как стенки сжимаются, не пропуская его. Он выпускает член изо рта, чтобы спросить, как давно у омеги кто-то был. Но еле слышный голос сверху заставляет его брови взлететь вверх. — У меня никогда никого не было, — слова от количества пережитых эмоций даются тяжело. — Почему ты поехал со мной?! Я могу тебе навредить, — Джейкей действительно не понимает. Омега не мог не учуять в нём доминанта и всё же рискнул провести с ним гон. — Я не мог по-другому, и я доверяю тебе. Не сдерживай себя, я все выдержу, — шепотом заканчивает Тэхен. Он готов на все ради этого альфы, ведь природа не ошибается, они идеально совместимы, поэтому проблем быть не должно. Джейкей не понимает, что чувствует. Он боится не сдержаться и навредить, но при этом вся его альфья сущность рокочет от удовольствия. Он будет первым у этого прекрасного создания, первым, кто видит омегу таким. Он сажает своего внутреннего зверя на цепь. Джейкей в любом случае оттрахает его до звёзд перед глазами, но сначала девственную дырочку нужно подготовить, чтобы не порвать, а вот потом он вдоволь насладится этим потрясающим телом. Он возвращает губы на член омеги, чтобы отвлечь от неприятных ощущений. Пальцами начинает подготавливать для себя. Джейкей держится из последних сил, но уделяет достаточно времени растяжке. На удивление, стенки пусть не сразу, но поддаются довольно быстро. Спустя 15 минут, когда в омеге спокойно двигаются три пальца, альфа достает из тумбочки презервативы. Он раскатывает латекс по члену, собирает рукой естественную смазку омеги, размазывая по члену и вновь накрывает своим телом. Ноги Тэхена обхватывают поясницу альфы, и он чувствует, как в его дырочку упирается крупная головка. — Расслабься, не бойся меня. Я сделаю все, чтобы ты утопал в удовольствии, — проговаривает Джейкей шепотом, прямо в губы. — Я не боюсь. Я весь твой, альфа, ты можешь делать со мной все, что захочешь. Джейкей медленно входит в узкое нутро наполовину и рычит от слов омеги. — Ты что творишь, маленький? Ты понимаешь, что весь доминант во мне кричит, что тебя нужно брать и жёстко трахать? Я еле сдерживаю себя, ты не совсем к этому готов. — Давай, альфа, сорвись с цепи. Я с удовольствием приму каждый сантиметр твоего большого вкусного члена, — Ким мажет по щеке альфы языком. Он чувствует небольшой дискомфорт оттого, как его распирает изнутри, но желает получить всё, что альфа ему даст. И черт, это настолько по-блядски горячо, что Джейкей срывается. Он одним жестким толчком входит сразу на всю длину. Видит, как омега закатывает глаза от удовольствия и громко стонет. Не наблюдая и тени боли на его лице, он срывается на быстрые толчки, в жестком темпе начинает иметь податливое тело. Альфа не жалеет, яйца бьются об упругие половинки. Звук шлепков и стонов заполняет все пространсво. В голове мелькает мысль, что омега принимает его слишком правильно, просто идеально. Джейкей выпрямляется, закидывает его ноги к себе на плечи и входит под другим углом, попадая точно по чувствительному комочку. У Тэхена темнеет в глазах от разряда, что прошелся по его телу. Это настоящее сумасшествие, как может быть настолько хорошо? Чёрт… — Боже, детка, как в тебе узко и горячо. Ты невероятен, — альфа смотрит вниз, где его член пропадает в покрасневшей дырочке, и залипает на этот вид. — Блядство, ты не слезешь с моего члена сегодня, — он снова ускоряется и долбит прямо по простате. Слезы льются по щекам Тэхена от перевозбуждения, он хочет кончить, безумно хочет кончить. — Аль…ах…альфа, пожалуйста, ах… — О чем ты просишь, маленький? — Джейкей чувствует, как начала сокращаться дырочка в предвкушении оргазма, да и он сам долго не протянет. — Кончить…ах… умоляю, альфа…дай мне кончить, — омега скулит, слова даются с трудом, в голове лишь желание скорее получить разрядку. — Мне так нравится, как ты скулишь подо мной, как умоляешь позволить тебе кончить. Такой хороший омега, — Джейкей накрывает член омеги рукой, начиная дрочить в ритм своим толчкам, — Кончи для меня, детка. Будь послушным омегой. — Аааах….Альфаааааа, — Тэхен кончает себе на живот и руку альфы. Он плачет от переизбытка эмоций, тело сводит судорогой от сильнейшего оргазма в его жизни. Это первая ночь с альфой и лучший оргазм. Пальцы никогда больше не смогут его удовлетворить. Джейкей чувствует, как стенки сдавливают его член, и догоняет омегу, спустя несколько рваных толчков кончая в презерватив. В глазах темнеет от разрядки, он успевает выйти из омеги до сцепки и падает на кровать абсолютно без сил. Это был крышесносный секс. Такого оргазма он в своей жизни не испытывал никогда и ни с кем. Спустя минут десять, когда оба отдышались и немного пришли в себя, было решено вместе сходить в душ и освежиться, но от вида стекающих по сочной заднице капель Джейкея снова накрыло волной возбуждения. Он взял и оттрахал омегу на весу до сорванного голоса прямо в душевой. После третьего оргазма гон наконец-то дал им передохнуть, они смогли нормально помыться и вернуться в постель. Лежат в уютной тишине. Альфа разместился на спине, пока Тэхен жмется к его боку как котенок, жаждущий ласки и нежности. Он укладывает голову на грудь альфы, где слышно размеренное сердцебиение. Его волосы нежно перебирают между пальцев, отчего омега внутри урчит, свернувшись в клубочек. Тэхен первым прерывает молчание: — Знаешь, я всю жизнь мечтал подарить девственность своему истинному, чтобы никто до него меня не касался. Лучший друг стебался надо мной, что так и помру девственным цветочком, а тут ты, — Тэхен лежит с закрытыми глазами, а на его губах расцветает счастливая улыбка. — Хах, действительно хорошо, что мы сегодня встретились. А то твой друг мог оказаться прав, — альфа целует в лоб омегу, который превратился в один сплошной комок нежности, и аккуратно начинает выбираться из его объятий, продолжая свою мысль. — Истинного можно никогда не встретить, разве есть смысл терять из-за этого время? Лучше получать кайф от жизни, маленький, — Джейкей начинает натягивать на себя боксеры, а следом и брюки, он не замечает потерянный взгляд голубых глаз, которые следят за каждым его действием. — Что ты имеешь в виду? — Тэхен не понимает. Разве альфа не должен быть счастлив, что никто раньше не касался его омеги? — Нежность, ты слишком молод. В твоей голове пока цветет идеализация этого мира. Пойми, истинность сейчас никому не нужна, потому что, когда становишься старше, начинаешь рационально оценивать шансы встретить свою пару. Так зачем страдать в ожидании, когда можно получать удовольствие? — альфа подмигивает Тэхену и накидывает на себя остатки одежды. Ким резко садится на кровати, укутанный в кокон одеяла, не понимает, почему Джейкей говорит все это, не понимает, почему собирается куда-то уходить. — А как же ты? Мы? — хриплым голосом интересуется омега. Он уверен, что сейчас услышит то, что разрушит его внутренний мир. — А я, Нежность, не ищу истинности, я живу настоящим. Мне плевать на нее, я не глупый школьник, чтобы верить, что однажды со мной случится какое-то чудо, которое обходит большинство людей, — альфа присаживается на кровать рядом с омегой, нежно проводит рукой по медовой щеке и не может понять, что видит в небесных глазах напротив. Как будто закрадывается непонимание, смешанное с болью, но ведь он не обязан разделять идеалы омеги. — Что до нас, это была потрясающая ночь. Я благодарен, что ты помог мне, что доверился. В таком состоянии я бы не смог добраться до дома, действие блокаторов прекратилось слишком неожиданно. Прости, что рушу твой идеальный мир, Нежность, но то, что произошло между нами, было только инстинктами, которые я не смог контролировать после того, как увидел тебя в свете прожекторов. Мой альфа просто сорвался с цепи, ты ведь помнишь, что я доминант? Кивок — это все, на что сейчас способен Тэхен. В его глазах начинают скапливаться слезы. — За свою жизнь я научился контролировать силу своей внутренней сущности. Даже в гон я никогда не терял голову. То, что произошло сегодня, — альфа убирает руку от лица омеги, — прости, это было моей ошибкой, я не смог сдержать свои инстинкты. Это было похоже на какое-то помутнение. Но это была лучшая ночь в моей жизни. Прощай, Нежность, и прости меня, большего я тебе дать не смогу. Последнее, что видит Джейкей, — хрустальные слезы, стекающие по прекрасному лицу. Он встает с постели и выходит из номера, не оборачиваясь. Ему не понятна эта реакция. Омега сам был не против уехать с ним, неужели он настолько наивный ребенок, что рассчитывал на бесконечную любовь и счастливый конец, уехав с первым встречным альфой из клуба в отель? Да, девственник, но зачем тогда поехал? Разве они оба не получили то, что хотели? Вся эта ночь, в целом, какой-то сплошной бред, но он подумает об этом позже. Сейчас нужно добраться до дома, пока гон не накрыл снова. Тэхен смотрит на закрытую дверь, куда несколько минут назад вышел его истинный, и не может понять, что здесь вообще происходит? Это что, блять, какая-то шутка?! Что означает не ищет истинности? В смысле, не хочет ждать, когда случится чудо?! ОНО, БЛЯТЬ, УЖЕ СЛУЧИЛОСЬ. — Я не понимаю, я ничего не понимаю, — Тэхен запускает трясущиеся руки в волосы и оттягивает их у корней. Слезы не прекращают литься по щекам. Он вскакивает с постели и мечется по всему номеру как раненый зверь. Истерику сдерживает только непрекращающийся мыслительный процесс. Почему альфа ушел? Он пытается воспроизвести в голове каждый момент с начала встречи. Он абсолютно протрезвел ровно тогда, когда почувствовал запах своего истинного, поэтому помнит всё до мелочей. Так, стоп. Тэхен вспоминает каждое слово, каждое действие, каждое касание альфы. Джейкей ни разу не назвал его своим омегой. И что вообще за Джейкей? Почему не назвал настоящего имени? Они ведь предназначенные. Так, ладно, с этим позже… Доминантный альфа в гоне ни разу не пытался его пометить или оставить больше своего запаха, он даже его не вылизал. Не то чтобы для Тэхена это необходимость, он как-то прожил без римминга двадцать лет и дальше проживет, но то, что он изучал об истинности, идет вразрез с тем, что было между ними. Для альфы, тем более с доминантным геном, в гон особенно необходимо быть уверенным, что на его истинной паре достаточно его феромона, чтобы другие альфы ощущали принадлежность омеги. Оставить наибольшее количество феромона можно именно вылизав свою пару, чтобы запах дольше сохранялся. Так происходит даже при наличии метки, а если метка отсутствует, то альфа оставляет свои видимые следы на каждом доступном участке кожи, опять же, чтобы показать, что этот омега принадлежит только ему. Сейчас, когда спала эйфория от встречи и секса с истинным, становится очевидно, что в их взаимодействии что-то было не так. Почему Джейкей не пытался его присвоить? Почему не предъявлял свои права на омегу? Мог ли он не почувствовать их связь? Тэхен резко тормозит посреди комнаты, его глаза расширяются от ужаса. — Нет, нет, нет. Пожалуйста…этого просто не может быть, — он падает на колени от осознания и больше не может сдержать истерику. Все не может быть так… Альфа не почуял в нем омегу. Он не почуял в нем истинного. Джейкей просто переспал с ним. За альфой стояло только желание поиметь красивое тело под действием гона, и вряд ли они еще когда-либо пересекутся в огромном городе. Наивный маленький омега, который забылся в своем счастье, теперь содрогается в рыданиях, потому что забыл одну маленькую, но такую важную деталь.

Flashback

За двадцать минут до выезда в клуб. — Тэ, ты собираешься пить таблетки? Я даже на расстоянии чувствую твою предтечную жопку. Или сегодня мы выходим на охоту вместе? — Чимин многозначительно играет бровями, за что получает подушкой от друга. — Придурок, конечно пью. Выезжаем, как подействуют, — Тэхен достает из блистера несколько таблеток блокаторов и запивает водой. Запах начал усиливаться, хотя другие симптомы еще не дали о себе знать. Без таблеток охрана выбьется из сил оттаскивать от него похотливых альф. Спасибо, наука, что облегчаешь всем нам жизнь. Спустя пятнадцать минут, когда блокаторы скрыли усилившийся запах Тэхена, омеги прыгают в такси, чтобы наконец попасть в свой любимый клуб и насладиться этой ночью.

The end of flashback.