Сломленный

      Поверить не могу, что когда-то я был счастлив. У меня было всё. Была замечательная работа, что, помимо денег, приносила мне удовольствие. Вообще, работа криминалиста рискованная и опасная, но я не чувствовал тяжелого бремени. Потому что рядом был он. Мой напарник и возлюбленный Ник. С ним было надежно, легко и спокойно. С ним было не страшно даже в самых безнадежных ситуациях. Я знал, что Ник вытащит нас из любой передряги. Он с легкостью находил зацепки, помогающие раскрыть преступление. Умный, внимательный и старательный. Он многому меня научил. Научил оставлять эмоции вне работы, ведь если сочувствовать каждой жертве и пропускать через себя ее боль, никакое сердце не выдержит.       Мы с Ником были неразлучны. Днем ловили преступников, а ночью снимали напряжение в объятьях друг друга. Как же это было давно, словно в прошлой жизни и словно не со мной. С тех пор многое изменилось. Любимая работа превратилась для меня в пытку. Теперь мне больно переступать порог нашей криминалистической лаборатории. Мне невыносимо видеть Ника, зная, что я больше не могу его обнять, прижаться губами к его губам. Но у меня внутри до сих пор разливается тепло от воспоминаний. Кожа покрывается мурашками — она до сих пор помнит его прикосновения и поцелуи. Я до сих пор его люблю, хоть это и не взаимно.       Я до сих пор не могу поверить, что он растоптал мои чувства, растерзал мое сердце. Я ушел молча, без скандалов и выяснения отношений. Я все понял. И теперь я не знаю, как жить дальше, как смотреть в глаза тому, кто сломал мне жизнь и отнял у меня Ника.

***

      Уоррик Браун. Я проклинаю тот день, когда его перевели в нашу лабораторию. Я сразу заметил, что между ним и Ником вспыхнула искра. Я знаю этот влюбленный, полный обожания взгляд. Теперь он адресован не мне. Больше не будет ничего. Никогда мы не будем засыпать и просыпаться вместе, завтракать, а потом ехать на работу. Мое место занял Уоррик.       А я ведь даже возненавидеть его не могу. Если бы Уоррик был со мной груб и резок, мне было бы легче, мои чувства были бы оправданными. Но он добр ко мне, и эта доброта режет по сердцу нестерпимой болью, рвет душу, и так истерзанную до края. Я не могу ненавидеть человека, однажды спасшего мне жизнь. Если бы не Уоррик, я бы погиб от пули опасного преступника. Хотя лучше мне умереть и не видеть, что творится вокруг. Я сам не знаю, как мне удается быть спокойным и не терять самообладание, когда внутри все распадается на атомы. Меня словно пронзили стальным клинком и оставили истекать кровью. И сделал это тот, кому я больше всех доверял и любил больше жизни.       На работе все предпочитают тактично молчать и не говорить на болезненную для меня тему, хоть и в курсе происходящего. И это хорошо. Их жалости я не пережил бы. Только Дэвид Ходжес однажды сказал, чтобы я отпустил ситуацию и переключил внимание на кого-то другого. Может, хотел позлорадствовать, а может, намекал на себя. Какие глупости. Никто не заменит мне Ника.       Мне не раз хотелось спросить у Ника: почему? За что? Чем он лучше меня? Но какой смысл спрашивать, если я наперед знаю его ответ: «Мне очень жаль. Прости за то, что сделал тебе так больно».       Мне не за что его прощать. Иногда любовь проходит, так бывает. Только для одного жизнь продолжается, а второй не знает, как дышать и собирать себя по кусочкам.

***

Мне буквально перекрыло воздух, когда я узнал о вашей свадьбе. У меня земля ушла из-под ног, все вокруг поплыло. В голове клубился туман, а глаза жгло от непреодолимого желания расплакаться. Пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть. За что они так со мной? — Ты в порядке? — участливо спросил Дэвид Ходжес. — Отвали, Ходжес. Ты же и сам видишь, что нет. Иди работай. Ты уже исследовал улику, которую я тебе вчера дал? Через полчаса я приду за результатами.       Мне стыдно, что я иногда бываю резок с Дэвидом. Каждый день я обещаю себе, что не буду больше ему грубить, и все равно грублю. Я знаю, что не туда трачу злобу, но поделать ничего не могу.

***

— Я хотел бы, чтобы ты помог мне выбрать свадебный костюм, — немного смутившись, произнес Ник.       Как же мне невыносимо это слышать. Как больно осознавать, что вот она, точка невозврата, и человек, которого я так боготворил, моим никогда не будет. Тяжело казаться сильным, а внутри оставаться слабым и беспомощным. — Почему я? — к горлу подступила противная мутная волна гнева. — Попроси Арчи или Дэвида Ходжеса.       Мне хочется, чтобы Ник осознал мои переживания, ревность и обиду. Тот Ник, что когда-то клялся мне в вечной любви, однозначно понял бы. А для этого Ника я никто, между нами огромная пропасть. — Потому что я тебе доверяю, Грег, — Ник обезоруживающе улыбнулся, и мне от этой улыбки почему-то стало горько. — Для меня ты важен, как друг.       Вот как! Как друг! А на что я, собственно, надеялся? — Если бы я и правда был для тебя важен, ты бы меня не бросил…       Ник отвел взгляд и стыдливо опустил голову: — Грег, не начинай снова. На мне свет клином не сошелся. Тебе нужно жить свою жизнь и обратить внимание на кого-то другого. Быть может, твое счастье где-то рядом ходит. Я не могу смотреть на то, как ты себя мучаешь.       Легко тебе, Ник, рассуждать. Ты же сам мучаешь и терзаешь меня. Тебе нравится видеть меня таким, поэтому ты и позвал меня выбирать этот чертов костюм. Мне все равно, какого цвета и фасона он будет. Это твоя свадьба и твой выбор.

***

      Походы по магазинам я никогда не любил. А сегодня они напомнили мне те счастливые времена, когда мы с Ником еще были вместе. Давненько я так не уставал морально. Это невыносимо — хотеть поцеловать человека, но не иметь права даже прикоснуться.       Когда Ник подвез меня к дому, мне пришла в голову безумная идея: — Никки, может, зайдешь ко мне? Побудем вместе в последний раз.       Да! Сейчас он согласится, и я сделаю все для того, чтобы об этом узнал Уоррик. Мне не стыдно за мое коварство. Я не счастлив, и вы тоже не будете. Мне больше нечего терять. — Ты мне намекаешь на прощальный секс? — спросил Ник, и в его голосе не было ни удивления, ни злости, только спокойствие, словно он заранее предвидел мое предложение. — Прости, но я люблю Уоррика и не стану ему изменять. Пойми наконец: я не тот человек, что тебе нужен. Давай забудем этот разговор и останемся друзьями. А если ты не хочешь, то просто коллегами. — Я тебя услышал… — сцепив зубы от боли и досады, я потянулся к дверной ручке. — Подожди, — Ник схватил меня за руку, и от его прикосновения все тело прошибло дрожью, — Грег… Не держи на меня зла. Приходи на нашу свадьбу. Я хочу, чтобы ты на ней был. — Буду. — холодно ответил я, и, резко вырвав руку, захлопнул дверцу машины.       Я приду на свадьбу и буду на ней самым веселым гостем. Возможно, даже напьюсь. А на следующий день приглашу Дэвида Ходжеса на кофе. И я знаю точно, что он мне не откажет.