Достойный

- Однажды ещё в небесных чертогах я видел альфу который был уверен, что любил. Причём такого омегу, что ни у кого не возникало вопросов за что. Но как только получил власть и этого омегу в единоличное так сказать пользование, тут же попробовал принудить к любви, - взгляд змея чуть затуманился. Воспоминания явно стояли у мальчишки перед глазами. - А потом и принудил причём очень жестоко. Несмотря на то что омега не противился. По первому же требованию на коленях перед ним ползал, ни на что не жалуясь. Бессмысленное насилие. Просто чтоб показать где место лишённых. Где моё место, Келай, - взгляд Фани прояснился и ангел поднял лицо, сощурившись. - Хуже всего, что тот ублюдок не врал. Он любил того омегу. А случившееся было в том числе проявлением ревности, выплеснувшейся на попавшегося под руку слабого злостью. И этот альфа не худший из достойных, как бы мне не хотелось назвать его таким. Он обычный, - кривая усмешка. - Обычный ублюдок как и большинство альф, что я в своей жизни встречал. Власть над кем-то бесправным развращает. Так и любовь становится жалкой тенью того чем является, даже когда душам друг на друга действительно не плевать. Эмоции, желание покрасоваться перед другими, эгоизм... Всё может извратить её и понять во что она превратится сложно. Даже если бы я отмёл предположения что ты любитель актёрской игры, то всё равно бы не стал проверять что из себя представляет твоя любовь. Границы прощупывают когда не бояться наказания, или по крайней мере бояться его не слишком сильно или вообще надеются его избежать. А я боялся. Ни на что и ни на кого не надеясь. Келай снова ощутил боль. Фани смотрел на него прямо и не врал. Но омега не должен знать подобное, сталкиваться с таким. Люцифер создавал омег из стиларов для другого. Каким был бы змей если бы не проходил, через всё что уготовила ему проклятая судьба? Этот котёнок мог и умел быть ласковым, но не с альфами от которых за свою короткую жизнь видел лишь зло. Само собой сейчас он льнёт лишь к омегам. Но сколько времени потребуется чтобы получить индульгенцию для себя как представителя этих самых злых и ужасных альф? Особенно если два года ты действительно был злым и ужасным. И тут не важно знал ты или нет, что имеешь дело с омегой. Тем более потом, уже зная, Келай столько месяцев не мог, а на самом деле ведь и не хотел показать какие на самом деле у омеги есть права и возможности. Альфу устраивало положение вещей, ведь оно было ему выгодно. Возможно он не понимал что произошло, потому что ему было просто не выгодно понимать? Он не думал в нужную сторону, ведь додумав лишился бы возможности делать вид, что всё в порядке? С чего бы змею после подобного ему доверять? Шатен ещё не мог сознательно сформулировать что отличным от ангельских "достойных" его делало преимущественно воспитание. И тем более не хотел думать, что имеет с ублюдками которых Фани ненавидит что-то общее. Нежелание иметь с ними что-то общее и подталкивало хоть и понемногу, но меняться в сторону того, кого уже можно было бы любить омеге. Верно Келай понимал лишь то что змей колеблется, впервые столкнувшись с альфой готовым меняться ради него. Шатен вряд ли когда-либо сможет осознать какой дикой для омеги кажется идея ревности из которой и следует желание запереть, заполучить под полный контроль, подчинить себе. Но начинал осознавать как сильно Фани привык к такому отношению к омегам. Любой омега из стиларов пережив то, через что заставил ангела пройти Келай, возненавидел бы своего мучителя как одного вполне конкретного альфу. Но змей и так никогда на альф не надеялся. И вместо нормального разочарования, столкнулся с неожиданной надеждой. Так что ненависть помутнела, разбавилась не только отрицательными эмоциями вроде страха или ужаса, переплелась с надеждой. И омега вряд ли сам уже смог бы сказать что испытывает. Может быть даже специально не разбираясь в себе, чтобы больше не лгать, а всегда быть частично искренним. Ведь самая верная ложь это правильно поданная правда. Которая так же как и истина для всех своя.