Старик и солнце

В маленьком приморском городке, расположенном на самом краю света, где солнце золотым диском утопает в колеблющейся глади моря, а чайки, крича целый день, носятся в воздухе, выхватывая из рук прохожих еду, прогремел выстрел пушки. Это произошло в тот момент, когда маленький огрызок багряного солнца уже утонул в волнах. Никто не испугался выстрела, хотя слышно его было всему городу. Выстрел прозвучал из пушки маленького кораблика, пришвартованного к шаткой пристани близ скалистого берега. Всё давно привыкли к этому звуку. В кораблике жил одинокий старик. Он был угрюм и сварлив, и почти ни с кем не общался. Он не любил людей. Он был рыбаком, каждое утро в золотом мареве, пока город ещё не проснулся, он отправлялся на своём корабле в море, ловил рыбу и привозил её на рынок, где и продавал. Продав всю рыбу, незадолго до заката он возвращался домой и совершал привычное всем дело. В городе не слишком любили старого рыбака за злостный характер. Однако каждый вечер, стоило солнцу закатиться, люди слышали выстрел маленькой пушки на берегу и улыбались. Знакомый звук был сигналом: можно закрывать лавки и возвращаться домой к семьям, вместе ужинать и делиться друг с другом новостями об очередном тихом дне, проведённом в Городе близ Моря. Никто не знал, почему звучат выстрелы пушки, однако это стало традицией. В городе ходили легенды о том, что раньше, в далекие времена, когда люди ещё боялись морских чудовищ, каждую ночь выходивших на сушу, человек, живший на самом краю моря, который всегда первый замечал заход солнца, бил в большой гонг. И этот звук был звуком опасности: люди стремились укрыться в своих жилищах, боясь того, что морские чудовища утащат их в морскую пучину. После, с изобретением огнестрельного оружия, стали стрелять из пушки. Поговаривали, что у этой традиции была даже династия: люди поколениями жили на старенькой посудине и каждый вечер стреляли, предупреждая жителей о конце дня. Однако это всего лишь легенда. Теперь люди уже не бояться морских чудовищ, ведь те упрятались на самое дно моря. Теперь звук никого не пугал, а, напротив, успокаивал. Значит, всё по-прежнему хорошо, значит, город в порядке. Ни одного дня не пропустил старый рыбак, всегда он стоял на страже Города близ Моря, ежедневно он давал выстрел. Все же один человек был связан как-то со старым рыбаком. Это был юноша. Ещё мальчишкой, он сбежал от других злых мальчишек, гнавшихся за ним и обижавших его, и забрался в лодку. Старик промыл ранку на коленке мальчика, вытер сухими огрубевшими от рыболовных снастей пальцами слёзы с его щёк и уверил, что всех злых мальчишек, обижающих других, обязательно ночью утащат чудовища в воду. Мальчик перестал плакать и просидел у старика до самого захода солнца. После этого он стал прибегать в лодку и проводить время со стариком. Мальчик вырос и стал загорелым юношей, однако он всё ещё иногда приходил в старую лодку и приносил старику фруктов. Старик учил его делать крючки и чинить рыболовные сети, рассказывал ему легенды о море, о чудовищах, населявших его и о городе, на окраине которого прожил всю жизнь. Старик был одинок не только потому что люди не любили его - у него не было детей. Его жена умерла много-много лет назад, когда он был в море, и не успела подарить ему ребёнка, а женится заново старик не смог. В бедном жилище рыбака, рядом с изголовьем кровати, висел единственный портрет умершей жены. Это был рисунок карандашом, который сделал когда-то, видимо, сам старик. Кажется, у него был талант к рисованию, он много этим занимался по вечерам, в свободное от трудов время, когда его жена была жива. Но после её смерти, нарисовав в последний раз её портрет, вдовец избавился от всех своих рисунков и больше не касался карандаша, только если не требовалось что-то записать. Юноша узнал об этом, когда старику захотелось рассказать о себе. Он долгое время провёл в одиночестве, в скорби, а потому жизненный путь иногда вырывался наружу и обращался в длительные рассказы, передаваемые певучим голосом, с многочисленными покачиваниями и длительными молчаниями. Юноша слушал старого рыбака, никогда не перебивая. И вот, в один из обычных тихих вечеров выстрела не прозвучало. И хоть никто не выразил этого громко, но все с наступлением сумерек, когда уже нельзя было сказать, что старик просто мог пропустить дать выстрел, понемногу забеспокоились. Что-то нарушилось в мире маленького города, что-то тревожное поселилось в сердцах людей тем вечером. И каждый задавался вопросом, что же случилось. В кроватях дети плаксивыми голосами спрашивали, почему же так тихо было вечером, почему не прогремела пушка. Они боялись засыпать. Они ещё верили во все самые страшные и правдивые легенды про морских чудовищ, что утащат их из постели на глубину моря. Не услышав выстрела, юноша бросился из дома к старой лодке, узнать, что случилось с рыбаком. Забежав в лодку, юноша увидел старика, лежащего на кровате, раскинув руки. Его тело словно пронзил удар тока - он лежал в неестественной, какой-то сломленной позе. Одна рука свисала с кровати. На полу лежал карандаш и листок бумаги. Пошатываясь, юноша наклонился и подобрал листок. Сквозь мутную пелену, стоящую перед глазами, он прочитал кривые, наползавшие друг на друга буквы, выведенные уже немеющей рукой: "Спасибо тебе. Кто-то должен стрелять из пушки. Это должен быть ты" В углу листка был криво нарисован силуэт одного из тех чудовищ, о который так часто рассказывал старик. Похороны прошли на следующий день. Проститься со стариком, которого никто не любил, но которого все знали и помнили, пришли почти все горожане. Они скорбели потому, что ушла жизнь человека, который поддерживал внутренний порядок их небольшого города, их жизни. В тот же день, после похорон, уже никто не надеялся услышать выстрела. Все старались смириться с потерей звука, обеспечивавщего им спокойствие, старались умерить тревогу. Однако в момент, когда золотой бок солнца пропал под морской гладью, люди услышали выстрел пушки. И чайки, молчавшие целые сутки, с радостным гомоном заметались в небе.