Фотоплёнка.
27 декабря 2024 г., 16:05
Первый раз камера попала Чифую в руки, когда тому было годика три от роду. Мама тогда просто положила её на стол и оставила без присмотра, отвлеклась на что-то. Маленький Мацуно с любопытством смотрел на это чудо устройство, тянув ручки к ней. Заметив интерес ребенка, женщина сама дала ему потрогать камеру.
Свой первый снимок Чифую сделал уже в четыре года, в свой же день рождение. Мама также оставила его развлекаться с камерой и он зажал кнопку, раздался щелчок и в ленте появился смазанный снимок стола, где в тарелках лежала еда и метавшаяся мама.
Когда Мацуно исполнилось десять, то мама вручила ему коробку средний размеров, внутри которой лежала новенькая камера. Он был так счастлив, что зацеловал щёки матери до красноты. С того дня в гостиной появилась аккуратная светлая рамка, в которой была фотография Чифую и его матери, лучезарно улыбающихся в объектив.
Эта камера была его маленькой страстью. Он любил фотографировать всё, что покажется ему красивым. Снимки Пик Джея не в счёт, он и так безумно красивый и крутой, и не сфотографировать его это можно считать грехом, ведь он буквально рождён быть моделью. Поэтому под кроватью есть целая коробка с двумя заполненными альбомами, где только этот пушистый.
Когда мама подарила ему собственную камеру, то он поклялся, что никогда не отложит её в долгий ящик.
Но отложил.
Сначала ему просто стало не хватать времени на съёмки, в этом поспособствовала банда, учёба и было как-то не до поиска кадров. А потом, когда всё более менее утихло, то появилась Вилли Варьерри.
В классе Чифую внезапно появилась новенькая отстраненная девочка, переехавшая откуда-то из Штатов. Откуда именно, почему именно Япония — никто не знал, потому что Вилли не шла на контакт. Этим она разыграла интерес у такого общительного Чифую Мацуно.
А ещё, чего-скрывать то, Чифую просто засмотрелся на её внешность и фигуру. Тёмный густые пряди волос на макушке и у лица всегда были небрежно растрёпанны, а остальная длина собрана в крупную косу, достающей аж до поясницы. Такие густые и шелковистые волосы Мацуно видел разве что у Баджи. А тут она. Ещё и это её милое личико с большими серо-голубыми глазками.
Поначалу Вилли также не шла на контакт с Чифую. Одноклассники шептались, называли её чужой, чужеземной выскочкой, но девушке было плевать на их шепотки с высокой колокольни.
Как-то Мацуно возвращался вечером после собрания и заметил во дворе своего дома до боли знакомую фигуру и шелковистые волосы в свете фонаря. Вилли опустилась на корточки спиной к нему, её внимание было обращено в другую сторону. Парню стало интересно что же такого она там увидела, он на цыпочках постарался обойти её, чтобы мельком глянуть.
Брюнетка протянула руку вперёд, не двигая ей, пока чёрный кот ластился о неё.
— Ой, ты подружилась с Ярик Джеем! — громко воскликнул он тогда, обратив на себя внимание Вилли.
Она тогда даже не вздрогнула, лишь удивлённо посмотрела на него, очаровывая своим взглядом окончательно.
— Впервые вижу твои волосы распущенными, — заметил он, — очень красиво смотрится.
В тот день, вечером, когда она ушла от него, а если сказать правильней, сбежала, по щекам разливалось тепло, а в грудной клетке запорхали бабочки от его слов.
Но это было давно, сейчас всё уже иначе. Сейчас Вилли частенько остаётся на ночь у Чифую, знакома с его матерью и Пик Джей спит только с ней, когда она приходит. А ещё они закончили школу, Чифую мечтает о своём собственном зоомагазине, а девушка учится в институте.
Его девушка, покорившая его своими серо-голубыми глазками.
***
За последнее время в голове Мацуно творился хаос. Он не так давно активно мыслил, считал, прикидывал как будет выглядеть его магазин, который он обязательно откроет. Из-за беспорядка в мыслях появилась бессонница, не дающая покоя даже сегодня. Вилли лежала на боку, укутавшись в одеяло по самую голову, шторы не затворяли окна, где можно было увидеть начинающий рассвет. Ночью была гроза, сейчас тучи постепенно уходят, а среди них стали пробиваться первые слабенькие лучи, окрашивая некоторые тёмные облака в мягкие фиолево-розоватые оттенки. Смотря на подобную картину, память Чифую сама проложила маршрут к давно забытой коробке под шкафом. Он не раздумывал долго, к тому же всё равно заняться нечем, поэтому уже через пару мгновений стирал с крышки скопившуюся пыль. Камера в руках ощутилась знакомой и приятной тяжестью. Блондину даже показалось, что он ненароком задержал дыхание. Конечно, в жизни картина рассвета была восхитительной, но как же она потрясающе красочно выглядела на снимке. Цвета стали ещё ярче, какие-то места стали особенно темнее и это выглядело так эстетично. Атмосфера мрака в розово-пурпурных красках. Вилли издала какой-то звук, заворочавшись. Чифую повернул голову в её сторону и загляделся. Его руки сами повернули камеру в сторону кровати. В этих красках она выглядела так умиротворено, но из-за отсутствия других историческое света, кроме тех самых лучиков рассвета, казалось, что её вот-вот поглотит темень. В голове пронеслось воспоминания и кое-какая картинка. Когда-то давным-давно Чифую интересовался фотографиями где был виден силуэт человека на каком-либо фоне. Будь то отбрасывающая тень на солнечную стену или же людская фигура на фоне заката. — Чиф! Голос девушки вывел его из небольшого транса. Вилли приподняла голову с подушки, смотря на него, прищурив глазки после сна. — Ты чего не спишь? — Да так, — сказал он, опустив взгляд на камеру, — а ты чего проснулась? Она пожала плечами. Чифую задумался. — Вилли, можно попросить тебя помочь кое в чём? — Конечно. — Можешь попозировать на фоне рассвета? Она сначала заторможенно моргнула, будто бы не поняла его просьбу. Нет, она знала про эту давнюю страсть своего молодого человека к фотографиям, но ни разу не заставала его за этим с таким сиянием в глазах. Как оказать таким глазкам? Девушка выбралась из одеяла, собираясь слезть с кровати, но Мацуно попросил остаться на ней. Он сам обошёл её и навел камеру на Вилли. Пару снимков вышли, где она просто сидит в одеяле, растерявшись и не понимая какую позу ей бы принять. Ничего лучше в голову не пришло, кроме как опереть ещё и руки об одеяло, а голову повернуть в сторону и задумчиво смотреть куда-то в сторону. Вилли ощущала себя как-то глупо, особенно если учитывать, что не очень она любила фотографироваться. Но слышать похвалу от Чифую, что менял ракурс чуть ли не каждую секунду и говорил о том, как красиво вышло было безумно приятно. Он был таким воодушевлённым. Внезапно Вилли пришла одна идея в голову. Она была в своей старой пижамной футболке. Пока глаза Чифую были припечатаны к получившимся снимкам, девушка потянула край ткани вверх. Глаза Мацуно не отрывались от картинки камеры и он вновь поднял объектив на девушку, но в этот раз его глаза расширились от удивления. Вилли откинула футболку куда-то на край кровати, явно смущалась, но вновь приняла одну из последних поз для новых снимков. В момент из головы парня вылетели все слова, которыми можно описать открывшуюся перед ним картину. Если бы не увидел её где-то на аукционе, то отдал бы все свои имеющиеся деньги, залез бы в долги, продал бы всё что угодно, лишь бы получить себе этот вид перед глазами. — Ты не представляешь как сейчас прекрасна, — тихо прошептал он, но знал, что Вилли его услышала, — а прикрой-ка волосами… Он запнулся от смущения, возникшего от этой ситуации. Девушка его прекрасно поняла, накрывая соски прядями волос. Чифую сделал ещё несколько снимков, а потом отложил камеру в сторону, приблизившись к Вилли. — Я люблю тебя, — улыбаясь, произнёс он. — Я тоже тебя люблю, — ответила Варьерри, — покажешь снимки? И они сели за просмотр кадров. В голове Чифую прикинул какие именно он хочет распечатать и повесить на стенке в спальне. Снимки, где силуэт обнаженной Вилли на фоне заката, он распечатает в маленьком формате и будет носить с собой во внутреннем кармане куртки. Чтобы та картинка всегда была перед его глазами где бы он не находился.
