театр абсурда

            средь лесов стоял охотничий дом, который давно покинул местный охотник, перебравшись в более уютное место, куда — неважно, сейчас это место было пристанищем для тех, кто не смог вовремя найти дорого обратно домой, собирая ягоды иль грибы, но в данный момент, это место было, в котором виднелась последняя надежда, ведь, желание спастись от неизвестного, что укрывается в темноте леса, было намного сильнее.             двое подростков затаили дыхание, казалось, это последняя надежда, для того чтобы выбраться отсюда живыми, ведь за дверью бродит, то что убило ещё восьмерых человек, если они выживут... то никогда больше не вступят в этот лес, ведь страх перед чудищем, не умрёт слишком долго. один из них решает бежать через окно, но теперь второй слышит лишь крик полный боли, и кажется, хруст костей? это всё произошло прямо под носом, и теперь он остался полностью один, прячась и стараясь не высовываться.             жаль что это не помогло, ведь слышится рычание и дверь с треском ломается, а неизвестный начинает, словно пёс рыскать по охотничьему дому, для того чтобы полакомиться славным молодым мясцом — по крайней мере, именно так думает жертва, и к стене прижимается сильнее, плевать на холод дерева и его сырость, главное одно — постараться выжить. а в мыслях лишь вертится одно: это наверняка вендиго, из американских страшилок, наверняка что-то в этом лесу не чисто! к сожалению, жертва больше никогда этого не узнает....

***

            новость о том что произошло убийство восьмерых человек — облетело все отделы, и этому делу дали особое название “вендиго по-русски” — именно это название распространили по всем участкам, куда попадало дело, ведь никто не решался взять всё в свои руки. старики не решались, потому что не хотели портить себе биографию не раскрытыми делами, а молодняк наслушался страшилок, и даже на спор никто не желал пробоваться, как герой и взять всё в свои руки.             и за пару часов, оно уже лежало на столе одного из членов особой организации — мёртвые души, ходили легенды, что организация так называется, лишь по одной причине, все участники продали свои души, и более не являлись живыми, ведь среагировать так быстро — было невозможно о б ы ч н о м у человеку.       — и вы говорите, что их убили быстро и жестоко, иван петрович? — вместе с человеком в форме, преклонного возраста, стоял молодой парень худощавого телосложения, но достаточно высокий, всё что было сказано полицейским, парень записывал и подмечал некоторые детали в скобках. сейчас на улице было уже довольно холодно, но он был одет так, словно, не чувствовал ни жары, ни холода. старику рядом оставалось лишь кивнуть, да высказаться ещё раз:       — всё что я сказал — чистая правда, не знаю, верите ли вы во всякие легенды, николай, а эта территория точно не хорошая. сколько охотников здесь умерло от лесника прошлого…он-то раньше нормальным мужиком был, да вот потом, как только начал жить здесь, через месяц пристрелил одного из соседней деревни. сколько же тогда работы было! а того мужика сразу в больничку увезли, негоже тому кто умом тронулся, жить рядом с людьми без оружий. вообще много здесь страшных историй происходило на моей памяти, вы вон поспрашивайте местных, они вам всё-всё расскажут, — качал головой местный участковый. николай не отвечает, всё-таки, когда-то ему говорили про леших, да и верил он во всякую нечистую силу. но вот очень уж сомневался в том что, им интересно убивать подростков, если только сами детишки не блистали умом, желая вызвать, какого-нибудь демона. информация поступала довольно быстро, и нужно было обработать все версии.       — они ж никогда глупыми не были. правда вот, как и вся молодёжь лезла куда хочет, и взрослых никогда не слушала, а у них тут видите ли праздник, одному из них исполнилось девятнадцать. да вот и решили уехать от родственников подальше. ох, жаль ребят… — иван петрович качал головой и всё причитал, что они всё ещё дети, мозгов у них не хватило в такой опасное место соваться одним. вот только одно напрягает: что это за способность такая, что контролировать её невозможно? было поистине страшно встретиться с таким существом.       — я вас понял, спасибо за всю предоставленную информацию. в случае чего с вами свяжутся. могу уверить вас, что преступника найдём и накажем по всей строгости закона, — это единственное, что мог пообещать молодой человек, более старшему и опытному сотруднику. к сожалению, как и у всех полицейских, у него были те дела, которые навсегда останутся в памяти, как нераскрытые, но говорить об этом не стоит. и уж тем более сразу ставить крест на деле, которое ещё толком не началось. николай провожает взглядом мужчину и садится на ступеньки дома. заходить в дом, где произошло убийство и трупы даже ещё не были убраны — совершенно не хотелось, а запах что шёл из хижины — был не ароматом цветов и осеннего дождя, а конкретного кровавой бойни. захотелось курить. николай мог лишь тяжко вздохнуть и пошарить руками в карманах — нет, с собой у него не было сигарет, а это означало, что все дни он пробудет без “успокаивающего метода”. нужно сейчас сосредоточиться на доме, на трупах, и наконец-то решится войти в эту злополучную хижину, и применить свою способность, да вот не особо хотелось. чужие шаги совершенно не пугают, а заставляют лишь открыть глаза, что ранее парень закрыл, успокаивая собственную душу.       — как проходят дела с поиском временного пристанища? — он смотрит на мужчину перед собой, что явно был чуть ниже его по росту и также являлся сотрудником мёртвых душ. только николай — был официальным лидером этой небольшой команды, и не слушать его приказы, означало, чаще всего, подставлять “весь отдел” под опасность.       — чехов и аня ищут место в одной деревне, а мы с маяком хотели в другой, как ты и сказал, нооо... мы немного разошлись — он неловко хмыкнул, почесав затылок. парнишка с рыжими волосами, явно был раздражён той ссорой что случилась ранее, и то что его способности стояли под вопросом нужности для “мёртвых душ”, отчего он сейчас, готов был плеваться ядом на своего коллегу... снова. их ссоры николая скоро в гроб сведут, намного раньше, чем ему дадут пенсию. но дадут ли вообще, если он находится в «душах».       — вы снова на рабочем месте ссоритесь? ладно уж, чёрт с вами, я пойду в хижину. если что-то смогу узнать, это будет хотя бы немного полезно. а ты возвращайся к машине и возьми тогда наши рюкзаки, мне будут нужны вещи из своего, — дав это поручение своему подчинённому, николай быстро исчезает в проёме «кровавой» хижины. казалось, что раньше внутри хижины царила атмосфера тепла и уюта, однако всё омрачалось следами недавнего пира. на полу лежал коврик, на которым явно виднелись следы внутренностей подростков, а стены украшали охотничьи трофеи - чучела птиц, рога оленей и медвежьи шкуры, удивительно, что на стенах было меньше всего крови, и на чучелах тоже, да вот всё равно казалось, что эти трофеи смотрят тебе прямо в душу. в углу стояла печь, которой давно не пользовались, и вряд ли когда-нибудь решат воспользоваться. на столе, покрытом вышитой скатертью, лежали книги, карты местности и старые фотографии, что также не смогли уйти от участи, быть залитыми кровавой жидкостью.             и ему приходится смотреть на два изуродованных тела. судорожно выдохнув, парень опускается к одному из них. сколько бы он не имел дел с подобными ситуациями, ему поистине сейчас страшно сидеть напротив трупа, чьи безжизненные глаза будто бы смотрели прямо в душу. пугающе. с губ слетают слова извинения перед душой, вряд ли она сейчас упокоена. перчатки с рук слетают медленно, словно в замедленном действия, и руки прикасаются к холодной коже. в миг лидер «мёртвых душ», будто бы почувствовал всю агонию людей. отрывками летели воспоминания: сначала всё было радостно и весело, а потом.... потом рычание и темнота. воспоминания этого человека были слишком размыты и не поддавались никаким суждениям, что уж говорить про зацепки. но было ещё и второе тело.       — коль, может не надо? тебя вон, всего трясёт только от одного трупа, а что со вторым будет? — кудрявый парень с веснушками закрывает нос платком, дабы не вдыхать ужасный трупный запах, но это, очевидно, не помогает ему. шагнув к николаю он взял его за плечо, искренне желая остановить от последующих действий, но встречается со спокойным взглядом лидера.       — сергей, это наша работа которую мы должны выполнять, даже если нам очень страшно. это наш долг. вот разберёмся сначала, а потом найдём место, где обоснуемся, там и попью чаю из трав, — парень спокойно убирает со своего плеча руку подчинённого, от которого после послышался недовольный бубнёж. однако николай прекрасно слышал из него некоторые фразочки: “не бережёт”, “лучше бы так беспокоился о себе”, но не отвечает на них и молча продолжил работу. воспоминания второго человека дали гораздо больше и были куда чётче: было видно куда уходят, и пещеру, что находится рядом с озером, будто бы погоня началась оттуда, а значит следующая их цель ясна — пещера в глубине леса? вряд ли такая тварь могла жить где-то близко к деревне.             гоголь и есенин сидели в джипе, обсуждая дальнейшие действия. конечно, без жалоб на маяковского, и его неумение мыслить более обширно, нежели, как человеку старой закалки — не обошлось. казалось, голова николая больше пухла от таких рассказов, а не от воспоминаний, где на чужих глазах разрывали плоть друзей. от гневной тирады есенина в сторону одного из сотрудников, можно всё-таки было уснуть. коля поддался желанию немного вздремнуть, пока не вернутся остальные и уже совсем не обращал на красноречивые высказывания сергея, постепенно проваливаясь в сон.

***

            в мыслях он мог лишь ругаться на своего коллегу, что из-за одной только стычки решил уйти, и сейчас ему приходится самостоятельно искать дорогу к деревне. связаться сейчас с коллегами он не мог, ведь, как назло связь пропало именно в тот момент, когда возвращаться было не самой хорошее идеей, ведь уже темнело, а эта деревня в отличие от «лопухово» была дальше. его оставили в одиночестве, ведь дорогой напарник никогда не имел мозгов, по мнению маяковского, и было такое ощущение, что есенин имел вместо ног — пропелер. р а з д  р а ж е н и е — это единственная эмоция, которую сейчас ощущал маяковский, пытаясь отыскать подходящий дом для ночлега, точнее для начало дойти до деревне. как только показались домишки, пришла сначала радость, а потом маяк увидел: кладбище.       — либо я пришёл другим путём, либо это очень-очень странные люди, что делают кладбище очень рядом с деревней — именно такие мысли были тогда, когда маяковский подходил к этой деревне. стояла, как бы не иронично это сейчас звучало, «гробовая тишина». казалось, будто деревня была и вовсе пустой. но причина была ясна - никто не хочет оставаться на улице слишком долго. да вот найти теперь домишко свободное и вернуться — будет сложно.       — эй, милок, ищешь где переночевать? негоже по ночам бродить, ой негоже…— послышался рядом старческий женский голос. перед владимиром стояла женщина, ниже его ростом.       — да вот выбора у меня нет, по работе сюда приехал. а вы бы не могли меня впустить к себе? если нужно, могу вам заплатить, иль чем помочь: забор восстановить, за скотиной поухаживать, — мужчина сразу решил предложить свою помощь, авось старушка согласиться, конечно, доверять странным бабушкам в одиноких деревнях — было себе дороже, да вот был ли выбор сейчас у маяковского? если хочет жить, то лучше уж окажется в тепле.        — что же я, злая что ли, оставлю человека на улице? тем более когда твориться такая бесовщина! пойдём, милок, я рядом живу, а что насчёт оплаты, договоримся уже дома, — казалось, что лицо бабки исказилось, это напрягло сразу же, да вот проблема была в одном, возможно ли, то что это его воображение? а если это бабка и есть «русский вендиго»? лучше уж проверить, в одиночестве, но не беззащитный. 

***

      — уже темнеет, мы не можем ожидать маяковского, идёмте…