Спасибо, что заметил, Сони

Джисон сначала не поверил. Их милашка-макнэ не может промышлять подобным. Не может такого быть, чтобы Ян Чонин, их золотой ребёнок из Пусана, вёл тайный бизнес по продаже старых вещей мемберов. Нет, нет и ещё раз нет! К несчастью, у Джисона был доступ в интернет. И прямо сейчас он смотрел на лот со своей старой футболкой на eBay. Найти его оказалось даже слишком просто. Han of Stray Kids' shirt, Virgin Mary print, worn for God damn too many times, severely damaged, has his scent on it (ew, gross). Start — 500$ (shipping NOT included) На данный момент ставка была пятнадцать тысяч долларов, что вообще-то даже слишком много для его старенькой потрёпанной футболки. — Её серьёзно за столько можно продать? — Ты ещё не знаешь, за сколько с молотка ушли трусы Хёнджина, — пожал плечами Минхо, возвращаясь к готовке. — За сколько? — беззаботно поинтересовался Хан. — Пятьдесят пять тысяч, — сказал Минхо, включая в раковине воду, — баксов. — СКОЛЬКО? — закричал Хан, не веря своим ушам. — Ага, — усмехнулся Минхо, — самая удачная продажа Чонина после порванных на сцене штанов Чанни. И моих. Там было что-то вроде акции «два по цене одного». Хан на секунду оторвал взгляд от телефона, чтобы разглядеть Минхо получше. Почему он так спокоен? — И мы нормально к этому относимся? — Каждый зарабатывает, как может, Сони, — заметил Минхо, вытирая полотенцем только что вымытый нож. — Честно, я восхищаюсь предприимчивостью младшенького. Вряд ли такое поведение Чонина стоило поощрять. Хан открыл аккаунт продавца, чтобы посмотреть, что ещё было выставлено на торги. — Так вот где моя старая куртка, — прошептал себе под нос Джисон, листая фотки своей кожанки. Ниже Хан нашёл ещё много интересного. Там были и его старые клетчатые рубашки. И кепка Чана с лого One Piece, которую он купил в Японии. И плюшевый кот Феликса, похожий на кота Феликса из рекламы кошачьего корма. Парочка старых серёг Минхо. Старая оправа от очков Сынмина. И завершали парад лотов шорты Со Чанбина кислотно-зелёного цвета. Если так подумать, то это были вещи, которыми парни уже давно не пользовались. Такие, которые вытаскиваешь из шкафа раз в год для того, чтобы поностальгировать, но надевать даже и не думаешь. И этот хлам Чонин умудрялся сбывать за тысячи долларов? Хан подумал, что ему срочно нужно попасть к мелкому в долю. В коридоре второй раз за вечер пиликнул электронный замок. Джисон даже дёрнуться на месте не успел, как в комнату влетел разъярённый Со Чанбин. Следом за ним вошёл Чан. В отличие от озлобленного рэпера лидер не выглядел раздражённым. Он широко улыбался, глядя на Чанбина. Хан покачал головой. Любовь Чана к их спорам было сложно объяснить. — Он у вас? — спросил Чанбин, оглядываясь по сторонам. — Кто? — не отрывая взгляда от кастрюли с бульоном на плите, переспросил Минхо. Джисон присвистнул. Такая естественность! Да Минхо бы в дорамах сниматься. — Наш юный бизнесмен, — Чанбин лёг на пол рядом с диваном, прижимаясь ухом к полу. Он прищурился, пытаясь разглядеть что-то в темноте. На помощь другу пришёл Чан, фонариком айфона освещая пространство под диваном. Минхо тем временем продолжал готовить, не обращая никакого внимания на обыск квартиры. Судя по запаху он планировал сварить Фо. Хан не был таким же фанатом этого блюда как Чан, но от приятного запаха даже у него текли слюнки. — Я знаю, что ты здесь! — заорал Чанбин, выдвигая один за другим ящики под телевизором. — Бин, — впервые с тех пор, как пришёл, подал голос Чан, удобно усевшись на спинке дивана, — я не думаю, что Инни влез бы туда. Чанбин не обратил внимания на Чана, продолжая проверять, не спрятался ли Чонин под цветочными горшками. Зато на голос лидера неожиданно отреагировал Минхо. Он бросил ложку, которой помешивал бульон в раковину и метнулся к столу, чтобы получше разглядеть комнату. Когда его взгляд наткнулся на Чана, Минхо расплылся в радостной улыбке. — Чан-а! Джисон напрягся. В памяти всё ещё были живы воспоминания о том, как Чан отчитал его за неуважительное обращение в общаге трейни. Минхо зря решил испытывать судьбу. Одно дело называть Чана без уважительного суффикса «хён» за глаза, но прямо в лицо? Он бы ещё это перед камерами сделал! Чан помахал рукой, увидев Минхо. Ямочки на его щёчках стали глубже, а в глазах засверкали радостные искорки. И всё. Джисон чуть воздухом не подавился. И что? Никаких складочек между бровей? Никаких суровых взглядов? Даже мягкой просьбы соблюдать приличия не будет? Джисон уронил телефон на стол. Что происходит? — Что ты готовишь? — поинтересовался Чан, вытягивая шею так, будто бы мог рассмотреть плиту со своего места. — Фо. — Я остаюсь на ужин, — Чан замотал ногами как маленькая девочка, которой подарили щенка на день рождения. Минхо игриво улыбнулся. — Конечно, для кого это ещё готовилось? — Для меня? — влез в их диалог Джисон. Минхо резко изменился в лице. Ни следа от прежней улыбки. — Для тебя вон там рамён варится, — Минхо кивнул головой в сторону второй кастрюли. Джисон едва не закашлялся от возмущения. — Почему Чанни-хёну полагается целый Фо, а мне всего лишь рамён?! Он здесь даже не живёт! — Интересно из-за кого? — отвернулся к кастрюлям Минхо. Спина Минхо выглядела неестественно напряжённой. Минхо так закрывался, когда чувствовал подступающее раздражение. Джисон знал, что Минхо иногда боялся напугать младших излишней эмоциональностью, поэтому часто старался скрыть их, прячась от чужих глаз. Но с чего бы ему сейчас-то раздражаться? — Я могу поделиться с тобой, Сони, — беззаботно предложил Чан, отвлекая Джисона от раздумий. Лидер зашёл на кухню, мимоходом проводя ладонью по волосам Хана. Внезапная ласка чуть было не заставила его замурчать. И даже продолжающийся обыск гостиной силами Со Чанбина не смог охладить разливающегося по венам тепла, подаренного коротким касанием. Хоть кто-то в этом доме его любит! — Чанни-хён! Не поднимаясь со стула Джисон притянул старшего к себе в объятия, лбом утыкаясь в пресс Чана. Вот теперь он был как за каменной стеной. Сначала Чан дёрнулся от неожиданности, но всё же позволил обнять себя. Он усмехнулся и положил одну ладонь Джисону на макушку, нежно проводя по волосам. — Чанни-хён! Минхо-хён обижает меня, — пожаловался Джисон. — Вот негодяй, — искренне посочувствовал ему Чан, не прекращая гладить по голове. — А Чонин продаёт мою футболку за пятнадцать тысяч долларов на eBay! Чан тихонько рассмеялся. — Да, знаю. Она висит у него в комнате. — А Хёнджин — гей! Представляешь? — продолжил припоминать последние события Джисон. — Да-да, — тяжело выдохнул Чан, — мы все помним ваш драматичный поцелуй. — Было так себе, — обиженно протянул Джисон, всё ещё не отлипая от Чана. — Могу позвать Феликса, он поцелует получше. Хан поднял взгляд на Чана и надул губы. — Может ты меня поцелуешь, хён? — Чан-а! — как из-под земли вырос рядом с ними Минхо с ложкой в руке. — Попробуй-ка. Чан послушно открыл рот. Минхо подул на бульон в ложке и поднёс её к губам лидера. Тот, не думая дважды, проглотил содержимое и довольно замычал. — Вкусно! — Добавлю потом кинзы — будет ещё лучше, — Минхо щелкнул Чана по носу. Уши Чана тут же вспыхнули алым цветом. Он был безнадежен. Одного подмигивания от Минхо ему хватало, чтобы начать краснеть. Иногда Джисону даже казалось, что… — Ёнбок-а! — взревел в гостиной Чанбин. — Выходи! Я знаю, что ты тут! — Да сколько повторять, что меня зовут Чонин! — из-за двери в комнату Минхо высунулась лохматая голова макнэ. — Ян Чонин! Коварная улыбка озарила лицо Со Чанбина. И тогда Чонин понял, что облажался. Благо молодость всё ещё давала ему преимущество в скорости реакции. Возможно, Чонин поскользнулся и упал в процессе, но дверь в комнату Минхо изнутри запереть успел. — Здесь мы и заночуем, — потёр ладони Чанбин, усаживаясь под дверью Минхо. — В двенадцать ноль-ноль часы посещения заканчиваются, — Минхо погрозил Чанбину ложкой. — И все, кроме тех, кто тут живёт, должны покинуть помещение. — Надеюсь, суп успеет свариться, — грустно протянул Чан. — О, для тебя, красавчик, у нас особый сервис, — игриво прикусил край ложки Минхо. Джисон недоумённо посмотрел на своего соседа по квартире. Это что-то новенькое. С другой стороны, кто как не Чан заслуживал особого сервиса? Наверное, Минхо просто решил отблагодарить их лидера за усердную работу вкусным ужином. Хан решил, что обязательно посоветует добавить Минхо в программу вечера для лидера ещё и расслабляющий массаж. — Это ещё что значит? — оторопело переспросил Чан. — После двенадцати двери моей комнаты закрываются, и твоя красивая задница, — Минхо хлопнул Чана по пятой точке, — остаётся внутри. Он не ослышался? У хёнов будет ночёвка? Ах, как прекрасна их дружба! Джисон налюбоваться не мог на то, как искренне Минхо заботится о Чане. Он даже решил оставить его ночевать рядом с собой, чтобы помочь старшему с бессонницей. Доброта Минхо действительно не знает границ. — Мин, — Чан прикрыл глаза и шумно выдохнул, — может прекратишь меня лапать? — Кажется, я прилип, — невинно похлопал ресницами Минхо. — Сони прямо тут, — Чан ткнул пальцем в макушку Джисона. Не найдя лучшей реакции на слова старшего, Джисон улыбнулся помахал Минхо. Тот в ответ на это показал ему язык. Джисон схватился за сердце. Как ему теперь пережить это оскорбление? — Пусть он отцепится, — невозмутимо предложил Минхо. Ладно. Вот это оскорбление Джисон терпеть не собирался. — Эй! Я первый начал обниматься с Чанни-хёном! — крикнул Джисон. — Это ты отлипни от него, извращуга. — Эй! Хан Джисон! — пригрозил ему ложкой Минхо. — Как ты разговариваешь со своим хёном?! — А как ты разговариваешь со своим донсэном? — не остался в долгу Джисон. — Старшим надо уступать, — решил разыграть свой козырь Минхо, — так что уступай. Отцепись! — У нас в группе это правило не работает! — Джисон сильнее вцепился в Чана. — Maknae On Top! В этой комнате я макнэ! Я on top! — А топ в этом сценарии — Чанни-хён? — уточнил со своего места Чанбин. Если бы можно было закатить глаза ещё сильнее, Чан бы это сделал. Но вместо этого он вспомнил, что вообще-то лидер этого балагана. — Так, быстро отошли от меня все, — выпутался из чужих рук Чан, — если меня в ближайший час кто-то тронет — мы достаём ноутбук Сони и начинаем работу над би-сайдом, на котором застряли в прошлый раз. — Ты не посмеешь, — пригрозил ему пальцем Минхо. — Ещё как посмею! — заверил его Чан, садясь на свободный стул. — Хочешь проверить? Минхо недовольно дёрнул носом и снова отвернулся к кастрюлям. Рамён, судя по запаху, был почти готов. — Подумать только, — начал причитать Минхо, — такой суровый лидер… Джисон же решил улучить момент, чтобы дать обратную связь своему любимому автору. — Бинни-хён, я сейчас читаю в твоём фанфике момент с уходом Чана-хёна на битву с Намджуном-хёном, и сцена прощания между этими двумя, — Джисон качнул головой в сторону старших мемберов, — великолепна. Я рыдал! И я понимаю, что Минхо-хён хорошо подходит на роль Луны. Но нельзя было Чану-хёну в пару кого-то понежнее поставить? Хёнджина, например. Или Ликса. Ещё можно меня. По-моему, Чанни-хён заслуживает больше ласки, чем получает в отношениях с вредным котом. — Ну… — промямлил Чанбин, глядя на то, как Минхо замер за спиной Джисона с ложкой, схваченной на манер ножа. Того и гляди, использует в качестве орудия убийства. Трагедию предотвратил Чан, кинув на Минхо строгий взгляд. Несостоявшийся убийца опустил ложку и вернулся к плите. — Просто, ну ты же видел их взаимодействие сейчас? — развёл руками Джисон, даже не подозревая, что только что чудом избежал смерти. — Я никогда не думал, что такую динамику можно переложить на романтику. Есть небольшой привкус ООСа. Глаза Чанбина округлились от шока. — Забери свои слова назад, Хан Джисон. PrettyPrincessBinnie за всю свою карьеру написал только один ООСный фанфик, и это не он! — Мне просто кажется, что Чанни-хён недополучает внимания и любви в этой истории! И вот тут уже округлились глаза у лидера. — Что? — поперхнулся воздухом Чан. — Вроде бы Чан в фанфике Чанбина буквально женат на Минхо, разве нет? Я думаю, что они бы не «связали судьбы под светом луны», если бы кому-то чего-то не хватало. — Спасибо, хён! — возвёл руки к небу Чанбин. — Сони, у тебя совершенно нет вкуса. И инстинкта самосохранения. — Просто… Если бы Джисон обращал чуть больше внимания на то, что его окружает, то он бы заметил, как Минхо резко поднял голову вверх. В неподвластном пониманию разуме Минхо явно что-то щёлкнуло. Он отложил потенциальное орудие убийства в сторону и выключил огонь под кастрюлей с рамёном. Его взгляд был направлен только на Чана. В глубине чёрных глаз плясали черти. — Просто Джисон уверен, что такой сильный, красивый и успешный мужчина, как наш Чанни, заслуживает множество комплиментов, — взгляд Минхо медленно скользил по телу лидера. Под обжигающим взглядом парня Чан застыл на месте. Как олень в свете фар. — А? — Любой бы счёл за счастье шептать Чанни на ухо, какие у него сильные руки и широкие плечи, — продолжал мурлыкать Минхо. Чан нервно дёрнулся на месте, пытаясь прикрыть руками плечи. Он был одет в худи и бини, но под внимательным взглядом дэнс-лидера чувствовал себя почти голым. — Конечно, у такого красивого и сексуального парня не будет отбоя от желающих укусить его за нос, — с каждым словом улыбка Минхо становилась всё шире, а уши Чана всё краснее. — Прекрати! — помотал головой Чан. — Как я могу прекратить, когда ты так рядом, волчонок? — наигранно невинно пожал плечами Минхо. — Разве можно хоть на минуту прекратить восхищаться твоей красотой, грацией и талантом. Тем, как ты преуспеваешь во всём, за что бы не взялся? — Мин, зачем ты это делаешь?! — взвизгнул Чан, пряча лицо в ладонях. Красным пылали теперь не только уши Чана, но и щёки. Ноги лидера отбивали сбивчивый ритм по полу. Джисон недоумённо переводил взгляд с Минхо на Чана, не совсем понимая, что тут происходит. Чанбин с интересом наблюдал за происходящим, делая пометки у себя в телефоне. Из соседней комнаты доносился визг Чонина с просьбами прекратить этот кринж. Но Минхо не собирался сдаваться так легко. — Знаешь, больше всего меня восхищает твой слух. Эти уши, — судя по слегка дёрнувшейся вверх губе, Минхо сам немного кринжанул от того, что собирался сказать дальше, — поцелованы Богом. То, как ты слышишь музыку — это определённо дар небес. Семь нот под твоими пальцами становятся настоящей магией. И всё благодаря твоему безупречному музыкальному слуху. А как звучит твой голос!.. О! Это просто мёд для моих ушей, потому что… — Прекрати-прекрати-прекрати! — завизжал Чан, мотая головой из стороны в сторону. — Прекратить? — в голосе Минхо прозвучала досада. — Но я ведь ещё не сказал, какой у тебя умный мозг. Свободно говорить на стольких языках — это же… — Нет! — Чан подскочил со своего места и обеими руками зажал рот Минхо. — Всё! Стоп! Хватит! Никаких больше комплиментов! Ты же знаешь, что я не люблю, когда ты так делаешь! Зачем ты меня мучаешь?! Джисон поднял ладони со стола и начал аплодировать. — Вау! Минхо-хён! Великолепная демонстрация! Вот, Чанбин-хён, записывай, как надо Чанни-хёна комплиментами поливать. — О, поверь, Сони, я записываю. Дверь, ведущая в комнату Минхо, открылась, слегка толкая Чанбина в спину. — Я сдаюсь! — простонал Чонин. — Только прекратите, пожалуйста, эту пытку! Моя асексуальная душа не выдерживает этого! Джисон замер. А потом медленно повернул голову к Чонину. — Асексуальная? — Да, — пожал плечами Чонин, — мы разве не разобрались с ориентациями в день переезда? — Но ты не говорил, что ты… — запинаясь пробормотал Хан. — Сони-хён, ты серьёзно?! — нахмурился макнэ. — Ты не говорил, что асексуален! — взревел Джисон. — Так ты асексуален? — Блять, спасибо, что заметил, Сони-хён!