“Спасибо, папаня!”

Три часа дня, небо серое, пасмурное. Со стороны улицы то и дело доносятся слабые звуки гула машин городской магистрали, гомона прохожих, и отдалённого голоса Баси, вещающего по большим экранам, который эхом разносится по полупустым улицам Басястополя, и всё это ломится через открытые на проветривание окна большой квартиры. Питер ходил по кухне, ожидая, пока кофе в кофейнике, стоявшем на плите, разогреется. Он не спал в ту ночь — нужно было многое обсудить с Басей, насчёт того, что кому достанется, куда будут идти налоговые сборы с жителей, и т.д. На всё-про-всё ушло 7 часов. В голове Питера данный отрывок времени был окутан туманом — в памяти осталась лишь стопка документов, ручка, и озабоченная морда Баси. Приехав в личную квартиру на такси, Питер поднялся на лифте к своему этажу, разделся и грохнулся в постель. Проснулся он только в три, но усталость, от которой он тщетно пытался избавиться, ещё осталась, поэтому он намеревался прогнать её свежим кофе. Раздалась приятная мелодия дверного звонка. Питер, сняв кофейник с плиты, направился в сторону прихожей, и посмотрел в глазок. — Это Бася! - сказал знакомый голос. Питер, немного успокоившись, отворил дверь. — Здрасьте - сказал кот, снимая обувь. — Почему ты пришёл именно сейчас? - спросил Питер, пытаясь заглушить в голосе нотки сонливости. — Ты как-то занят? Питер пожал плечами и передислоцировался на кухню. — Кофе будешь? - спросил он у Баси, открывая кофейник. — Ага - ответил тот, закрывая дверь. По привычке вынув корзину с гущей, Питер достал две кружки из кухонного шкафа, и начать разливать по ним кофе, и поставил две кружки на стол. — Угу, спасибо - Бася остудил горячий кофе, затем отпил половину жидкости в небольшом стаканчике. Его взгляд перешёл на кухонный нож, который Питер забыл убрать со стола ещё с позавчерашнего обеда - интересно, а этим ножом можно убить человека? — Эм... - Питер смутился - наверное? Бася одобрительно промычал, всё ещё не отводя глаз от столового предмета. — Так что ты мне хотел сказать? - спросил Питер. — Ах, да… в общем, есть несколько новостей. Наш дружелюбный господин Игорь доработал схему твоего чипа. Теперь эта штуковина (если мы того захотим, конечно) будет контролировать весь мозг жителя, не только лобные и теменные доли. В глазах Питера появился неподдельный интерес, и, хоть и незаметно для Баси, его правая нижняя лапа начала бесшумно бить по полу в нетерпении. — И ещё - сказал Бася - мы разработали новую технологию по этому поводу. — Какую же? - спросил Питер. — В общем, мы хотим заменить мозг жителей на компьютерную систему, или даже сделать их полностью автоматизированными. — Их можно будет штамповать на заводе пачками… - мечтательно проговорил Питер - а чипированные реальные жители будут их контролировать. Бася, ты гений! — Хе-хе, спасибо. Так или иначе, ещё что я хотел тебе сказать… Бася вынул из пакета свёрнутый в длинный цилиндр чертёж, и, развернув его, поднял одной лапой над столом. На синей бумаге красовались схемы, диаграммы, куча карт, а также переплетения линий, которые были чем-то похожи на карты метро. — Вот - сказал Бася. — Что это? — Очередной мегапроект нашей компании. В общем, представь себя на месте Бони. Представил? — Ммм… да, допустим. — Отлично. Бони будет пытаться выбрать место где он сможет спрятаться от слежки. Что он при этом будет учитывать? — Ну, такие факторы как удалённое от центра города место, отсутствие камер и больших экранов с твоим хлебальником, полиции… — Да! - сказал Бася - нам нужно придумать такой способ слежки за ним, а также за другими гражданами, который будет незаметен. Мы подключим системы катакомб к квартирам, и, например, под видам ремонта, в ванной квартиры заменить стекло на полупрозрачное… за ним можно построить такую комнатку… — С Бони это вряд ли сработает. Есть много способов как понять что перед тобой — полупрозрачное стекло, да хоть тот знаменитый метод с пальцем. — Мда… - сказал Бася, задумавшись. Затем, посмотрев на наручные часы, он сказал - в общем, передаю проект в твои лапы, может ты сможешь решить вопрос слежки. — Угу - ответил Питер одобрительным мычанием. — Мне пора, я скоро вернусь - сказал Бася, вставая из-за стола. — Не надо. — Почему? — Я на к жене поеду. — Опять эта Элис? — Что не так? — Твои семейные дела могут подождать. — Я не по этому. Бася одел пальто с обувью, и, хлопнув дверью квартиры, ушёл. Питер вздохнул, допил остатки кофе, поставил две кружки на кухню, и, остановившись у кухонного островка, опершись лапами на холодный гранит, посмотрел в никуда. Элис переехала в Басястополь, к Питеру, ещё давно, во времена президентства Бони, когда Бася с Питером ещё работали в офисе B&P, а Басястополь по размерам походил на какую-нибудь центрально-европейскую столицу. С тех пор Элис и Питер жили в Поместье Пуш, огромном особняке, построенном неподалёку от одного из крупных парков Басястополя. Передний двор, фонтан, деревья, уютные скамейки, в особняке есть и гараж, и теплица, на заднем дворе ещё террасы… уютное местечко посреди этого сумасшедшего мира. "Стоп, куда подевался нож?" Но Элис нужно было уезжать. Ситуация в Басястополе накалялась, и Питер, зная своего друга, понимал, что в скором времени на территории города установится более жёсткий, авторитарный режим. Конечно, особняк можно будет спасти с помощью хитрых ходов и своего поста в правительстве, но что делать с Элис? Мало кто знает что они с ней вообще вместе, и её могут усадить в государственную тюрьму, а дом разворуют. В конце концов, не исключена возможность, что и от него тихонько избавятся когда того потребуют обстоятельства. Зная нежный и чувствительный характер своей жены, Питер не хотел ей причинять лишнего стресса. Надев свои коричневые штаны на лямках и фирменную розовую бабочку, Питер спустился по лестнице, и, оказавшись на мостовой, позвонил личному шофёру своего лимузина. — День добрый, это Питер названивает - сказал он. — Здравия желаю! - поприветствовал его шофёр - где вы сейчас? — Направляйтесь к моей квартире. — Скоро буду!

***

Лимузин оказался на подъездной дороге Поместья Пуш. Питер, поблагодарив шофёра, вышел из машины, и закрыл дверь. Водитель лимузина помахал Питеру лапой и, развернувшись по кольцевой дороге во дворе особняка уехал. Кролик закрыл ворота с помощью пульта, и, поднявшись по лестнице, позвонил в дверь. Изнутри послышался резкий, жужжащий звук, затем — интригующая тишина. Элис может и не быть в доме, возможно, она ушла за покупками. Но нет, за дверью послышались шаги, а вскоре её открыла Элис — белый кролик-крестовик, с розовыми глазами. — Питер! - воскликнула она, и обняла мужа - где тебя носило? — Да так, дела - уклончиво ответил он. — Что-то государственное? — Угу, подписывал всякую макулатуру. Элис разжала объятия, и, впустив Питера в дом, прикрыла дверь. Питер умолчал о политическом напряжении в правительстве, как и о злополучном банкете — он может ненароком раскрыть факт того, что Бони именно свергли, или попытались это сделать, а не то что он добровольно ушёл с поста — версия, которая пропагандировалась, чтобы не вызвать “гнев народа”. — Хочешь чая, кофе? - спросила Элис. — Чая - ответил Питер - я могу сам заварить, если хочешь. — В этом нет необходимости. Не надо быть таким стеснительным! — Я не стесняюсь, просто хочу тебе облегчить работу по дому. — Милый, не надо, я сама хорошо с этим справляюсь. — Как хочешь - вздохнул Питер. Элис, чмокнув мужа в щёку, удалилась на кухню, а Питер поднялся по лестнице на второй этаж, оказавшись у себя в комнате. На столе стоял его компьютер — Питер вдруг вспомнил, как играл на нём с Басей в Майнкрафт в свободное время. Сколько приключений у них там было… но эти времена прошли. Басе теперь не до Майнкрафта, свободного времени у него меньше, а одному играть скучно. За окном виднелось серое небо, работа Систем Контроля Погоды, не иначе. Басе такая погода нравилась — не слишком светло, не слишком темно. Пребывание где-то между днём и вечером, сном и явью. Свет, и тьма… “Per tenebras tantum cognoscimus lumen”. Только пройдя через тьму мы познаем свет. Девиз корпорации Luminatro. “И правда удивительный проект” — подумал Питер — “столько идей, поражающих ум, и граничащих с полнейшим безумием и нарушающих законы природы-матушки”. — Питер! - позвала Элис - чай готов! — Иду - сказал он, спускаясь по лестнице. Сначала кофе, потом чай… в глубине души Питер чая не хотел. Но Элис просто так, с порога, объяснить что ей нужно как можно быстрее отсюда сваливать прежде чем она исчезнет навсегда, Питер колебался. За чаем можно было поговорить по душам, всё не будет настолько внезапным. — Где Питер Младший? - спросил он. — Наверху, спит - ответила Элис. — Дневной сон? — Угу. — Как Хоши поживает? — С ней всё хорошо. В Японии ей нравится больше, чем здесь. Ждёт твоего визита. — Да, я планирую что-то подобное - соврал Питер, который, на деле, в Японию ехать не хотел и не собирался. Но если это потребуется, он может поехать с Элис, так, проводить. Элис отхлебнула чаю. — В последнее время здесь и вправду не спокойно - призналась она. — Чем-то с тобой согласен. — Я конечно понимаю, что смена власти это вещь… сложная, но ты не думаешь что наша жизнь тоже меняется? — Ага. Я бы предложил тебе улететь в Японию. — Почему? — Там будет спокойнее. Ты же знаешь, смена власти это вещь не очень мирная. Я бы не хотел доставлять тебе лишних переживаний по этому поводу. — Думаю, ты прав - согласилась Элис - на сколько мне надо там задержаться? У тебя же есть какая-то информация об этом? — Сюда не стоит возвращаться. — Почему? — Ты же знаешь, почему сейчас лето, а небо такое серое? — Я слышала что-то про системы контроля погоды… точно не знаю. — Да. Оно останется таким ещё надолго. — Грустно… а ведь закаты здесь были красивыми. — В Японии будет безопаснее. Я скажу тебе, когда можно будет вернуться сюда. Элис немного подумала. — Ладно… только будь осторожен, Питер. — Буду. — Завтра начну собирать всё необходимое. Закончив трапезу, Питер встал из-за стола, поблагодарил жену, и, надев на лапы перчатки и взяв садовую лопату, удалился в пристроенную к дому теплицу — он был заядлым садовником, и выращивал не только его любимую морковь, но и цветы. Это был его конёк — он знал почти все их виды, от привычных нам одуванчиков и бархатцев, до редких Глориозы и “Pierre de Ronsard”, как их выращивать, сколько поливать, какой им климат больше всего подходит, и тому прочее. Питер осмотрел зелень в теплице, детально изучая каждый листок, то и дело выравнивал стебли, поливал водой из лейки маленькие зелёные ростки. Он так увлёкся всем этим, что не заметил, насколько быстро пролетело время. Взглянув на наручные часы, показывавшие 8 вечера, Питер спешно закончил со своими делами, оставил перчатки и садовую лопатку в теплице, и на прощание забежал в комнату к Питеру Младшему — в тот момент он смотрел телевизор, держа во рту соску. Питер, как и способствует типичному отцу, любил своего сына даже больше чем себя, учитывая что он был практически копией своего папаши. Погладив сына по голове, Питер спустился по лестнице вниз и начал одеваться. — Элис! - позвал он. Тишина. Питер вышел на улицу, и огляделся — Элис сидела в одной из беседок, читая книгу. На душе стало спокойнее. Подойдя к жене, Питер обнял её сзади. — Уже уезжаешь? - спросила она. — Ага. — Хорошо. Не забывай ничего. Питер улыбнулся, поцеловал жену на прощание, и вышел с территории дома. Телефон в кармане прерывисто зажужжал, и Питер, поднеся телефон к большому уху, поднял трубку. — Питер Пуш, кто звонит? — Бася Сратов. — Ну-с, что у тебя там? — Я бы хотел с тобой обсудить наши сферы влияния. — Всмысле? — Кому что отойдёт. Ведь теперь, когда мы свергли Бони, то Басястополь в наших лапах. Признайся, ты же хотел иметь свой собственный город? Промолчав долю секунды, Питер ответил: — Да, хотел - признался он. — Ну вот. Басястополь слишком большой, чтобы его контролировало лишь одно правительство. — Я тогда шофёра вызову… — Нафиг надо? Питер вдруг услышал стрекотание лопастей вертолёта, за звуками которых умеренно свистел двигатель. Из-за крыш молчаливых пятиэтажек вылетел вертолёт продольной схемы, с двумя пропеллерами и пассажирским отсеком. Он начал опускаться вниз, поворачиваясь к кролику кормовой частью. Пыль и мелкий мусор кружились по асфальту в сумасшедшем танце, Питера обдувало сильным ветром, отчего он непроизвольно сощурился, и отступил назад. Люк в корме вертолёта с металлическим воем открылся вниз — прямо за ним стоял машущий во всю прыть Бася, со своей фирменной, широкой улыбкой на морде. Его пальто колыхалось и извивалось в разные стороны на ветру, но особого значения он этому не придавал. — Как тебе такое такси, а? - спросил Бася у Питера, и рассмеялся. Вертолёт приземлился на шершавый дорожный бетон — коснувшись его, машина тяжело вздохнула, и присела. — Интересная конечно идея - сказал Питер, пытаясь сдержать искренний шок - где ты нарыл такое? — Что? - замялся Бася - ах, да, это наше производство. Он похлопал вертолёт по корпусу, отчего эхом раздался глубокий металлический звук. — Спроектирован и построен на основе американского Чи-... тьфу, как его-Чинука. Ладно, залезай, мы летим в штаб-квартиру компании. — Разве не в мэрию? — Мы её снести решили к чертям собачьим, чтобы на её месте построить цитадель. Не помнишь? — Ах, да - сказал Питер - твой масштабный проект который мы точно реализуем. — Реализуем, вот увидишь. Кролик пожал плечами. — Будешь на борт залезать? - спросил Бася - или так и останешься стоять как вкопанный? Питер опомнился, и взбежал по трапу, после чего Бася прокричал: — Летим обратно!!! — Так точно - ответил один из пилотов. Лопасти вновь ускорили темп своего вращения, и машина оторвалась от земли, возвращаясь в объятия серых небес, сопровождаемая стрекотанием лопастей и металлическим воем задвигаемого люка. Элис проводила вертолёт ошеломлённым взглядом, и, опомнившись, едва не выронила из лап свою книгу.

***

За барной стойкой сидел олень в тускло-фиолетовой рубашке с чёрным бантиком, и надетом поверх неё синем жилете. В заведении — тишина, только убаюкивающие, отдалённые звуки проезжающих по шоссе машин и размеренное гудение обогревателя. За одиночным столиком сидел сенбернар, с бледно-синим оттенком шерсти, допивая остатки коньяка из своего бокала. Вдруг, послышался тихий звон колокольчика — дверь распахнулась, впуская рвущийся в бар холодный октябрьский воздух. Посетитель затворил дверь, и, подойдя к обитой медью барной стойке, попросил: — Мне виски. Бармен кивнул. Посетителем был голубой кот — его чёрный пиджак и белая рубашка были сильно помяты, галстук порван, на краю штанов расплывалось пятно от пролитого на пол вина. Сев за стол, он осмотрелся. — Как же не узнал старого друга - сказал Собачка - где тебя носило? Говорят, ты отказался от своего поста в день Банкета… — Меня попытались схватить - сказал Бони, скрестив ноги - Бася умён, это точно. Подождал, пока все кроме его дружков уйдут, и только потом начал действие. Олень удивлённо посмотрел в сторону Бони. — Это мэр? - недоумённо спросил он, с заметным немецким акцентом. — А ты что, не видишь, Карл? - спросил Собачка. Бармен выпрямился, и отдал салют. — Что произошло? - спросил он - вас свергнуть попытались? — Ага. Сначала мне предложили покинуть пост, я отказался, и тогда меня то ли попытались скрутить, то ли убить. — Gott… - тихо сказал на немецком Карл. — А как тебе удалось сбежать? - спросил Собачка. — Несколько телохранителей в зале перешли на мою сторону, это помогло выиграть время. Бармен подошёл к Бони, поставив на столик бутылку виски и стопку. — Я разве не с вами, Mein Herr, в школе для “Одарённых” учился? - спросил Карл. — Как раз со мной - ответил Бони. — Эх, помню Тётя Бася тогда вас хорошенько отделала. — В хлеб? - спросил Собачка, и рассмеялся - да, помню такое, потом обратно в кота пришлось материализовать. — Стоп, стоп - остановил Карл - дайте подумать… вы в polizei тогда работали, не ошибаюсь? — Бинго! Да, в Молдове я работал полицейским вместе с Заей лет так 10, потом переехал сюда. Бони глотнул немного виски. В голову ударил дубовый аромат, на душе сразу полегчало. Подперев голову лапой, Бони уставился сквозь застеклённую стену бара на первые этажи девятиэтажек. Заката не будет. Не будет солнца, которое ослепительно отражают в стёклах окна квартир. Не будет этого завораживающего вида на небо Басястополя, которое в часы заката окрашивалось завораживающими, яркими красками. Небо закрыто тучами. И будет закрыто ими впредь.