Беспокойство

Их «знакомство» произошло пару лет назад глубокой осенью. Тогда школьник впервые увидел своего нелюдимого одноклассника вне дома. Он стоял спиной к входу в подъезд в одной лёгкой толстовке, опустив голову и дрожа всем телом. Среди холодного и серого пейзажа старой многоэтажки Шуичи выглядел продрогшим бездомным котёнком. Это внезапное сравнение резко пришло парню в голову, и он сам не заметил, как оказался рядом с ним. Как весело окликнул его, как в своей шутливой манере указал на явно неподходящую для погоды одежду. Как не получил никакого ответа и по какой-то причине разозлился. Как начал наседать и остановился лишь после едва слышимого всхлипа. В тот день Ома узнал, что одноклассник был выставлен за порог квартиры собственными родителями. Тот холодный день показал, как же Кокичи ошибался, когда игнорировал существование Сайхары несколько лет подряд. Заученный наизусть маршрут короткого пути до дома друга совсем скоро отпечается на сетчатке глаза старшеклассника. Дрожащие руки вновь и вновь нажимают на знакомый контакт, но отвечает лишь женский голос, который теперь кажется Кокичи уставшим. Или это Ома устал ощущать, как тревожно бьётся его сердце и замирает всякий раз, когда он представляет в голове нечто ужасное, что могло произойти с Шуичи. — Чёрт, – выругивается парень после очередной неудачи и раздражённо опускает руку держащую телефон. Чем ближе был подъезд одноклассника, тем сильнее сердце в груди взволнованно ныло. Парень постепенно срывается на бег, аметистовые глаза лихорадочно ищут знакомую темноволосую макушку, пока не встречаются с серыми глазами друга. Кокичи резко тормозит. – Шуичи... В этом голосе облегчение смешивается с тоской, когда он видит мокрые дорожки слез на щеках одноклассника. Кокичи по привычке закусывает нижнюю губу и подходит ближе к Шуичи, без слов крепко обнимая его и утыкаясь носом в плечо. Он весь дрожит то ли от холода, то ли от вновь застилающих глаза обжигающих слёз, но доверительно прижимается к другу. И они молчат несколько минут, пока Кокичи не отстраняется и не хватает за руку парня. — Пошли ко мне, – он не говорит больше ничего, сжимая чужую ладонь сильнее и ведя за собой. – Ты совсем холодный, Шу... Не беспокойся, моих родителей нет дома. Когда они доходят до квартиры Омы, Сайхара больше не всхлипывает и вроде бы успокаивается. На него всё ещё больно смотреть, а ладони непроизвольно сжимаются в кулаки от злости. Кокичи всей душой ненавидит людей, которые довели Шуичи до подобного состояния. Он не уверен во многом, что касалось его самого близкого человека, но точно уверен в одном: он не заслуживает всего, что происходит в его жизни. Они снимают обувь и все ещё в молчании проходят в комнату парня. Хозяин квартиры оставляет своего гостя на кровати, а сам идёт на кухню ставить чайник. Ему хватает огромных усилий, чтобы взять себя в руки и успокоиться. В конце концов, пострадал здесь совсем не он. — Кокичи... – тихий голос заставляет его вздрогнуть и обернуться. В дверях стоит Сайхара, теребя в руках край своей толстовки и закусывая нижнюю губу. Он выглядит напряжённым, пока его глаза бегают по всей кухне, не задевая хозяина квартиры. Это неизбежно напомнило Оме о дне их «знакомства». – Спасибо, что пришёл сегодня. И прости, что тебе снова пришлось застать меня... в таком виде, – виноватый голос Шуичи только больше злит парня, но тот умело это скрывает. Он не тот, перед кем нужно извиняться. И Сайхара точно не тот, кто должен приносить извинения. — Ты ведь понимаешь, что это не твоя вина? Если бы я не хотел, не пришёл бы к тебе сегодня, – Кокичи фыркает и скрещивает руки на груди, в упор глядя на одноклассника. – Надеюсь, ты не забыл, что я когда-то тебе говорил. Я тебя очень ценю, Шуичи. Ты важен для меня, поэтому не говори это таким тоном, будто я делаю это лишь из жалости. Ты ведь как никто другой знаешь, что это не так. Губы Омы расплываются в успокаивающей улыбке, когда он наконец ловит взглядом глаза Сайхары. Всегда, когда дело касается его, старшеклассник становится слишком мягким. Он был неуправляемой катастрофой на людях, но лишь перед Шуичи показывал своё настоящее «я». Лишь перед ним он чувствовал, что может быть тем, кем является на самом деле. Возникшую тишину прерывает громкий свист чайника, и Кокичи быстро снимает его с плиты, ставя на стол. Вытаскивает кружку, чайный пакетик и кидает его внутрь, заливая водой. Он знает, что Сайхара не любит пить чай с сахаром. Или вообще хоть что-то с ним. В этом они были полной противоположностью друг другу: Кокичи по природе своей был сладкоежкой, поэтому никогда не мог понять одноклассника в этом вопросе. На самом деле, они разные во многом, просто с момента сближения не придают этому большое значение. Когда Сайхара садится с дымящейся кружкой в руках, хозяин квартиры устраивается напротив, поддерживая голову одной рукой и молча глядя на друга. Порой они любят так молчать, а особенно сильно это любит Кокичи: в этот момент Шуичи позволяет открыто пялиться на него. Однако Ома назвал бы это более подходящим словом – любоваться. У него никогда не было сомнений, что его одноклассник красив. Но по-настоящему очаровательным он был в непринуждённой и комфортной для него обстановке. И Кокичи был искренне рад, что он считает таковой его компанию. — Тебе стало лучше? – интересуется парень, получая в ответ робкий кивок и тихую благодарность. – Я очень рад! А ещё я считаю, что тебе стоит остаться у меня с ночёвкой. Ответ «нет» не принимается, мой любимый Шуичи Сайхара. — Но... — Никаких «но»! – твердо стоит на своем Ома, прерывая любые попытки одноклассника отказаться. Сайхара понимает, что в подобных вопросах он был непреклонен, однако все равно иногда пытается противостоять этому. Бесполезно. – Я не хочу, чтобы ты появлялся сегодня у себя дома. Серьезно, если бы не твои препирания, я бы уже давно обратился в органы опеки. — Это... Не надо таких радикальных действий, Кокичи, – слабая улыбка появляется на губах Шуичи. – Спасибо за заботу. — Скоро из твоих благодарностей я буду делать себе завтрак, – лёгкая ухмылка озаряет лицо парня, и он поднимается с места. – Оставлю тебя ненадолго одного. Если выпьешь раньше, приходи в комнату, я отдам тебе одежду. Дождавшись утвердительного кивка, Ома быстро покидает кухню и буквально влетает в спальню. Сайхара периодически ночует у него, когда его родители бывают не в настроении оставлять своего единственного сына в покое. Здесь он чувствует себя в полной безопасности, прячась от всех проблем в объятиях друга. И оба особенно ценили подобные моменты. Попивая горячий чай, парень размышляет. Даже слишком много, погружается глубоко в свои мысли, не замечая, как уже на автомате подносит пустой бокал ко рту. Он вновь оказывается у себя дома, словно наяву слыша оглушительный удар выкинутой в порыве гнева тарелки. Она разбивается на множество мелких осколков, которые разлетаются во все стороны, вынуждая отступить стоящего в ужасе юношу. Его всего трясет, серые глаза лихорадочно бегают по кухне, останавливаются на перекошенном от ярости лице матери. Кто бы мог подумать, что она решит не идти вместе с мужем на корпоратив, выберет не повеселиться и напиться до беспамятства, а проверить своего сына. И это вгоняет Сайхару в самый настоящий шок: равнодушная женщина вспоминала о нем, лишь когда нерадивый сын под руку попадал. — Я специально не пошла на день рождения коллеги, чтобы побыть с тобой, а ты... – голос срывается на крик, и у Шуичи появляется острое желание закрыть уши руками. – Снова шляешься где-то со своим дружком. Так он важнее твоей матери?! «В чём я вообще виноват? Ты никогда не хотела тратить на меня хоть каплю своего времени, так почему сейчас...» – эти слова вертятся на языке, но юноша так их и не произносит. Он лишь бессильно сжимает руки в кулаки, прикусывая побледневшие губы. Внутри жгучая обида разъедает душу, заполняет собой всего Сайхару, и он вновь готов разрыдаться от переполнявших его эмоций. Однако осторожное касание до плеча выводит его из транса, и он встречается с двумя обеспокоенными аметистами. И Шуичи от этого взгляда в миг успокаивается. Дрожь постепенно сходит на нет, и гнетущие мысли уходят на второй план. — С тобой всё хорошо, Шу? – голос друга мягкий, с нотками волнения, которые тот не скрывает, как раньше. – Если ты снова думаешь о сегодняшнем, то... Просто не надо. Пошли в комнату, тебе нужно отдохнуть. Всё ещё непривычная забота нежным трепетом отзывается где-то в груди, заставляя сердце ускорить свой ритм. Привыкший к подобным ощущениям, Сайхара тепло улыбается однокласснику и, неожиданно даже для себя, обнимает юношу, прижимаясь к нему. Глаза Кокичи удивлённо расширяются, руки зависают в воздухе, а потом бережно обхватывают его в ответ. Кажется, время замирает. — Спасибо, Кичи, – очередные благодарности из уст Шуичи больше не отдают нотками вины. Его ласковый голос кружит голову Омы, и парню хочется верить, что ему всё это не кажется. – Спасибо, что ты есть в моей жизни. Не знаю, что бы было со мной, не будь тебя рядом. Ты – самый потрясающий человек, которого я только встречал. Я люблю тебя. Сказанные так легко слова набатом гремят в голове ошарашенного Омы. Он молчит непозволительно долго, но Сайхаре и не нужен ответ. Юноша все понимает по тому, как сильно к нему прижимается одноклассник, по тому, как громко бьются их сердца в унисон. И время вновь начинает свой ход.