Наслаждайтесь представлением

– Может, мне ещё и станцевать для Вас? – Насмешливый тон передавался сквозь телефонный звонок небольшими помехами. Его излюбленный сарказм и напускная дерзость разбивались в дребезги каждый раз, стоило Ичиро заинтересованно хмыкнуть, действительно задумываясь над сказанными чисто импульсивно и за неумением сдерживаться в трудные минуты словами. Если всё же, вопреки выражению «слово – не воробей», оно им оказывалось, то в их случае Ичиро Морияма был самым опасным соколом, который ловил и съедал этих воробьёв за считанные секунды. Вот и сейчас произошла аналогичная ситуация с весьма трагичным концом для язвительного Натаниэля Веснински. Этот рыжий попался на очередную удочку по своей собственной неосмотрительности, и пути назад уже не было. – Станцуй, – Клетка захлопнулась в ту самую секунду, как бархатный баритон с нотками игривости и зловещего предвкушения вполне однозначно дал понять одно – Ичиро Морияма не шутил. Сын мясника сбросил трубку. С этого момента начался обратный отсчёт, а также зарождающееся под кожей предвкушение чего-то необыкновенно интересного. Если до этого Натаниэль даже на могилах своих врагов не танцевал, то теперь ему захотелось подойти к вопросу основательно. Парочка уроков хореографии, несколько посещений стриптиз-клуба, - из чистого любопытства, - и анализа различных движений. Нет, ни в коем случае Натаниэль не собирался покупать костюм дешевой проститутки для своей задумки. Но он отчаянно учился ходить на каблуках в свободное время. Вдали от посторонних глаз. Весь процесс подготовки занял не много, не мало - три месяца. Стоил ли потраченных усилий результат? Это рыжий дьявол собирался выяснить уже по ходу дела. В пентхаус своего босса Натаниэль пришёл раньше самого хозяина. Он был одним из самых приближённых к Морияма людей. Охрана давно привыкла к его стабильным визитам в обитель босса. Подозревали ли они, что этих двоих связывают не только деловые отношения? А кто бы не стал, очередной раз стыдливо пряча глаз после созерцания новых засосов на шее рыжего парня? А кто бы не стал, замечая из раза в раз приподнятое настроение, лёгкое прихрамывание, довольную улыбку и ярко горящий в голубых глазах страстный огонь? Верно, многие знали, но все они молчали. Это было отнюдь не их делом, – с кем спит один из самых влиятельных мафиози Америки. Это никогда не касалось кого-либо кроме Натаниэля и Ичиро. Веснински бы не признал, что чувствует себя в обители хозяина как дома, и даже лучше. И никому не обязательно было знать, что это место привлекало его намного больше собственного жилища не только по причине наличия роскоши и максимального комфорта, а по причине присутствия там ещё одного человека, который никогда бы не сказал, что рад видеть Натаниэля у себя, но ясно давал понять, что не хочет видеть его ни у кого другого, кроме себя. Пришедший домой Ичиро в лёгкой лености расположился в кресле гостиной, наливая себе виски в тумблер. Отпив немного янтарной обжигающей жидкости, он осмотрел помещение, и прикрыл глаза, откидываясь на мягкую спинку кресла. – Охранник оповестил меня о твоём прибытии, – начал он в пустоту, зная, что точно будет услышан, – довольно редкое явление для тебя оказаться тут раньше положенного. Сегодня особый случай? – Возможно. Приятный полумрак охватил комнату, когда основной свет погас, оставляя лишь ярко-алое свечение подсветки. Это был цвет кровавой стихии Натаниэля Веснински. Вслед за этим заиграла музыка. Медленный, томный, нерасторопный темп, минималистичные биты, мелодия синтезатора, – всё в совокупности своей звучало как заманчивое приглашение к столу для вкусного ужина, которым на сегодняшний вечер для Морияма являлся Натаниэль. Рука коснулась задней стороны шеи мафиози, а затем огладила плечо, сжимая в тот самый момент, когда Веснински наклонился к уху своего босса, шепча игривое «наслаждайтесь». И тогда картину, представшую пред Ичиро, можно было с полной уверенностью назвать погружением в преисподнюю. Сам дьявол во плоти собирался забрать его в недра ада, сварить в котле похоти и поджарить на огне разврата. Натаниэль Веснински был одет в чёрное вечернее шёлковое платье на бретельках с очень глубоким вырезом на спине, открывающим вид на прекраснейшие лопатки и поясницу. Его самоуверенная ухмылка расплывалась по лицу, пока тело соблазнительно двигалось в такт музыке. Ичиро внимательно наблюдал за каждым движением: Вот рука в чёрной кожаной перчатке игриво проводит от запястья до плеча, кончиками пальцев поддевает бретельку, нарочито медленно тянет её, приспуская к предплечью. Вот он поворачивается боком, покачивая бёдрами, и невольно поддевает вырез на копчике пальцем, оттягивая его ещё ниже, в следствии чего Ичиро прекрасно замечает ямочки на пояснице. Вот он делает шаг, и тонкая высокая шпилька оказывается прямо между ног Ичиро. Только сейчас мафиози замечает, что Натаниэль надел женские туфли. Рыжий наклоняется, проводя пальцами от щиколотки по голени, и, убирая шёлк с колена, этот дьявол открывает Морияма вид на кожаные гартеры на своём бедре. К нему ужасно сильно хочется прикоснутся, оставить след от зубов на внутренней части бедра, чуть выше портупеи, но Ичиро лишь зачарованно наблюдает. В этом представлении он зритель, но никак не участник. Натаниэль поддевает вырез на бедре, оттягивая ткань в сторону, и у Ичиро сбивается дыхание от осознания того факта, что на Веснински сейчас чёрное кружевное бельё. Он непроизвольно тянется рукой, чтобы коснуться кружева, но Натаниэль одёргивает его руку и ставит колени по обе стороны от бёдер Морияма, покачивая торсом и задницей в поддразнивающих движениях. Мафиози чувствует фантомные прикосновения, и ему так сильно хочется потянуть Ната за бёдра вниз, чтобы он наконец-то уселся ему на колени, и чтобы почувствовал даже сквозь слои одежды, как же сильно Ичиро сейчас жаждет его каждой клеточкой своего тела. Дьявол наконец спускает вторую лямку с плеча, и шёлковая ткань перестаёт скрывать его красивую, пусть и исполосованную шрамами, грудь. Ичиро смотрит на проколотые соски Веснински, мечтая провести по ним языком и сжать меж зубов. Натаниэль ухмыляется ещё больше, по этим глазам – чёрным омутам – догадываясь о всех тех вещах, что Морияма хотел бы с ним сделать. И что он сделает с ним позже. Натаниэль отступает прежде, чем позволить этому случиться, и тогда Ичиро наблюдает за тем, как платье постепенно спадает тяжёлым грузом на пол, а за ним – и кожаные перчатки, оставляя на теле лишь восхитительные кружевные стринги и портупею. – Ты закончил? – Представление только началось, господин. – Моё терпение на исходе. Натаниэль наконец-то оказывается на чужих бёдрах, завлекая Ичиро в медленный, под стать ритму музыки, но довольно страстный поцелуй, сжимая пальцы в замок на шее. Даже в этом переплетение языков он старается не отставать от мелодии, развратно покачивая задницей, потираясь о пах своего господина. – Вы сможете делать со мной всё, о чём думали сегодня, но только тогда, когда я сниму последний элемент одежды, – Шепчет Натаниэль в чужие губы с лисьим ехидством, а после игриво прикусывает нижнюю. – Звучит как обещание. – Это оно и есть. Ичиро Морияма никогда в жизни не мог и подумать, что однажды сын Мясника станцует ему приватный танец, от которого у него сорвёт крышу. Натаниэль Веснински никогда бы не подумал, что три месяца подготовки и женская одежда заставят хозяина потерять рассудок настолько, чтобы заниматься с ним сексом до самого рассвета. Дьявол затянул не того смертника в свои владения. И тем не менее им обоим этот ад пришёлся по вкусу.