Treack or Treat

      — Господин, пора бы Вам ознакомиться с планом проведения Хэллоуина в поместье Фантомхайвов.       Сиэль поднял усталый взгляд от бумаг, после чего потянулся, сморщившись.       — Подумать только, уже октябрь на дворе, — отрешённо выдохнул граф, потирая переносицу.       Сиэль потерял счёт времени в постоянных заботах то о том, то о другом. Внезапная пропажа Элизабет, участие варьете «Сфера» в сборах крови, проблемы поместья — всё это сплошным тяжёлым грузом легло графу на плечи, не давая и дня спокойной жизни и нормального сна. Вот и сейчас Фантомхайв, проверяя отчеты о прибыли фабрик и отвечая на письма от аристократов Лондона, периодически зевал, уже мечтая о возвращении в свою кровать. Ещё и этот глупый Хэллоуин…       — Мы ведь ещё не разобрались с бедой, постигшей Лиззи, — лениво пытаясь отвертеться от празднования, уже наперёд зная, что не выйдет, протянул Сиэль.       — Несмотря на это, приглашение арендаторов в поместье в честь Хэллоуина — ежегодная традиция, — бескомпромиссным тоном отрезал Себастьян, словно запрещал несмышлёному ребёнку есть сладкое до обеда.       Осознав, что со стороны их диалог выглядит именно так, граф лишь неопределённо повёл плечом. Он уже давно не стыдится родительской опеки своего дворецкого.       — Большинство арендаторов земельных угодий Фантомхайвов являются фермерами, а так как Хэллоуин — это ещё и праздник сбора урожая, это очень важное для них событие, — продолжил Себастьян назидательным тоном.       Сиэль подпер щёку рукой и с напускным недовольством пробурчал:       — Не понимаю, что в этом Хэллоуине такого особенного?.. Всё празднование сводится к неуёмному веселью, не имеющему никакой смысловой нагрузки, кроме как развлечение. К примеру, вот какая польза обжечь пальцы, доставая рисинку из горящего бренди? Или вылавливать ртом яблоки из воды?       Сам Фантомхайв никогда не питал приязни к Хэллоуину. Не то, чтобы прям не любил, как, например, свой день рождения, просто не сложилось. Так как Сиэль с детства был болезненным, достаточно хрупким и трусливым, активный праздник с постоянной беготнёй и страшной атрибутикой был совсем не по нему. Каждое тридцать первое октября он лежал в комнате, свернувшись под одеялом, и слушал доносившийся из главного зала детский смех. Единственное, что ему нравилось в этом празднике, так это то, что после окончания приёма Танака всегда приносил ему в постель согретое молоко и кусочек тыквенного пирога. Божественное сочетание, Сиэль и сейчас любит побаловать себя сим лакомством.       Отметив про себя, что нужно будет накануне попросить Себастьяна приготовить тыквенный пирог, граф заметил движение справа от себя. Он повернулся в кресле к приблизившемуся дворецкому, который держал на губах мягкую спокойную улыбку, а от взгляда его тёплых глаз Сиэль сам невольно улыбнулся. Себастьян опустился на корточки, кладя ладони на скулы графа. Юноша потёрся щекой о тёплые руки в гладких перчатках, выдыхая и расслабляясь в кресле.       — Хоть тебе и к лицу недовольство, Сиэль, не бурчи так часто, — нежно оглаживая скулы графа, произнес Себастьян, после чего оставил на лбу господина сухой поцелуй.       — Мгм, — коротко угукнул Сиэль, напоследок сжав ладонь дворецкого.       Себастьян поднялся и отошёл от графа за стол, вновь переходя в деловое общение. Оставшееся на щеках ощущение тёплых ладоней приятно разрядило напряжение Фантомхайва, а обстановка стала более привычной, с неформальными нотками.       — Мне также не понятны человеческие развлечения, но арендаторы крайне важны для владельца поместья, и потому Вы обязаны заняться проведением Хэллоуина, и заняться как следует! — поднимая вверх указательный палец, отчеканил Себастьян.       Сиэля до сих пор невольно передёргивало, когда из заботливого партнёра мужчина превращался в требовательного воспитателя. Что ж, раз Себастьян так настаивает…       — Как ответственный граф и землевладелец, я должен учитывать интересы и потребности моих арендаторов, — чётко произнёс Фантомхайв с невозможно серьёзным и важным видом. — И потому, Себастьян, я приказываю тебе отправиться в поместье и подготовить всё к празднованию Хэллоуина!       — Полагаю, люди подразумевают именно это, говоря «свалить на кого-то ответственность», — недовольно сощурился дворецкий, будто не знал, кто будет впрягаться за его дорогого господина. — Да еще и с таким серьёзным видом, я почти поверил в искренность Ваших слов.       — Спасибо за комплимент, — Сиэль не скрывал широкой самодовольной ухмылки.       — Надеюсь, Вы помните, что недавно поручили мне подготовить всё к открытию театра-варьете «Фантом»? — хорошо скрываемое недовольство вперемешку с негодованием звенели в голосе дворецкого стальными нотками.       — Ты же дворецкий семьи Фантомхайв, само собой разумеется, что ты способен справиться с небольшим дополнительным заданием, — небрежно отмахнулся Сиэль, пока его внутренний демон упивался эмоциями Себастьяна.       — Разумеется, — нарочито спокойно протянул дворецкий, кривя губы в улыбке. — Всё будет в наилучшем виде, господин.       Граф тихо рассмеялся на выдохе, что оглашало окончание издевательств над Себастьяном. Демон расслаблено усмехнулся. Сиэль поднялся из кресла и подошёл к Себастьяну, позволяя заключить себя в надёжные объятия тёплых и сильных рук.       — Постарайся закончить побыстрее, — шёпотом попросил Сиэль, выводя ладонью на пояснице дворецкого замысловатые узоры.       — Обязательно, — Себастьян провёл носом по макушке графа, вдыхая любимый аромат.       Хоть Сиэлю и не светило скучное времяпрепровождение в резиденции без дворецкого, — Сома не даст ему и минуты покоя — граф все равно не хотел отпускать демона на такой короткий, казалось бы, срок, как пара дней. Он же с ума сойдет с эти иностранным экстравертом, не умолкающим не на минуту. Да и просто непривычно без Себастьяна, неуютно как-то. Сердце сладко ёкнуло от приятного осознания такой крепкой привязанности графа и его дворецкого. Но ничего не поделаешь, обязанности вынуждают пойти на некоторые лишения. Придётся всё же сыграть с Сомой в шахматы…

***

      — Таким образом… Мы с вами вновь отвечаем за приготовления к Хэллоуину, — пробежавшись глазами по списку дел, произнёс Себастьян, после чего перевёл взгляд на шеф-повара. — Бард, ты приготовь яблоки и рис. Финни, — дворецкий посмотрел на садовника. — Ты собери репу для светильников Джека, а Мэйлин и Снейк пусть возьмут из кладовой металлические чаши с глазурованными блюдцами и натрут их до блеска. Мистер Танака, — Себастьян улыбнулся. — Ваши обязанности не изменились.       — Есть! — хором произнесла прислуга, готовая к работе.       — Слушайте, а вам не надоело одно и то же каждый год? — начал Бард, потирая загривок. — Английский Хэллоуин ужас, какой скучный. На моей родине его справляют гораздо веселее.       — А это как? — с любопытством спросил Финни.       — В Америке мы одеваемся в страшные костюмы, чтобы отпугнуть злых духов! — у Барда аж глаза загорелись. — Каждый костюм уникален, все стараются нарядиться как можно страшнее и круче других, а главное — не повторяться! Дети ходят по домам, выпрашивая вкусности и говоря: «Сладость или Гадость?». Если хозяин отказывался давать конфеты, то ему могли и напакостить. А наши светильники Джеков мы делаем из тыквы, а не из репы, и они получаются яркими и пугающими!       Все с воодушевлением слушали Барда, чей рассказ им явно понравился.       — Основным событием празднования в Англии является ночь Гая Фокса, которую отмечают спустя пять дней после Хэллоуина, — заговорил Себастьян, задумавшись.       Забавно, а ведь он знал Гая ещё при жизни, даже контракт с ним заключал. Правда, не очень долгий.       — Опять же, всё сводится к тому, что люди начинают буянить и разгуливать по улицам, сжигая чучела Гая Фокса и запуская фейерверки, — пессимистично заметил дворецкий.       — В вашем изложении это звучит так скучно! — шокировано воскликнул Бард, наблюдающий весьма весёлое празднование ночи Гая Фокса в прошлом году.       — Кстати! В Китае души умерших возвращаются в наш мир во время фестиваля Голодных духов, и перед их могилами сжигают подношения из бумаги! — вспомнила ещё один интересный обычай Мейлин.       — В Японии, если я не ошибаюсь, главным эквивалентом Хэллоуина является Обон? — внезапно заговорил Танака, отпивая чаю. — Душам дают возможность вернуться к своим семьям, и люди мастерят фигурки коров и лошадей из овощей, дабы приветить усопших предков…       — Ухты! Это всё звучит так интересно! — восхищенно воскликнул Финни с широкой улыбкой на губах.       — «Есть столько способов отпраздновать Хэллоуин!» — сказала Эмили, — в своей манере произнес Снейк.       — Хм… — задумчиво промычал Себастьян.       В голову пришла интересная новая идея. Представив лицо Сиэля, её захотелось тут же воплотить.

***

      Фантомхайв изящно вышел из экипажа, осматривая поместье. Как же он соскучился по своему дворцу.       — Добро пожаловать домой, господин, — бархатисто поприветствовал Себастьян.       — Вы всё приготовили? — спросил Сиэль, поворачиваясь к дворецкому.       — Можете пойти и сами проверить, — демон загадочно улыбнулся и протянул господину руку.       Сиэль хмыкнул, но ухватился за широкую ладонь, позволив вести себя, куда нужно. Любопытство ещё ощутимее защекотало горло, когда Себастьян направил графа к беседке в саду, из-за стеклянных стен которой лился свет и приглушённый смех.       Себастьян немного обогнал Сиэля и, чуть помедлив для интриги, распахнул перед господином двери. Фантомхайв сощурился от яркого света, но тут же его глаза расширились от восторга. Зал непривычно пестрил яркими тыквами и пугающими декорациями надгробий, паутина висела на стёклах, столы были заставлены разноцветными тортами и всевозможными сладостями, реалистичными фигурками из овощей, свечи дрожащими огнями озаряли комнату, а на потолке были подвешены фигурки ведьм, привидений и кошек (куда же без любимых животных Себастьяна). Не успел Сиэль и слова вымолвить, как кто-то хором закричал:       — Господи-и-ин!!!       Граф круто развернулся, и на него тут же налетели слуги, одетые кто во что: Бард, видимо, изображал зомби, Финни вампира, что никак не клеилось с его добродушной улыбкой, Танака и Мейлин походили на китайского и японского духа, только горничная выглядела посимпатичнее, а Снейк вжился в роль миловидной ведьмы.       — Сладость или гадость? — так же хором воскликнули неимоверно весёлые работники поместья.       — Что это за маскарад?.. — растерянно произнес Сиэль, предчувствуя что-то нехорошее.       — Значит, все-таки гадость… — протянули слуги, обступая графа со всех сторон.       — Что вы делаете?! — запоздало возмутился Сиэль, когда его начали запихивать в какой-то костюм.       Когда с насильственным переодеванием было закончено и довольные слуги отступили, граф ошарашенно осмотрел то, во что его одели. В черно-белую полоску гольфы, короткие шорты, совершенно не элегантные сапоги, потрёпанного вида ткань на талии, рубашка с белым воротником, бант на шее, черные обтягивающие перчатки до локтя, а дополнением ко всему этому безобразию стали рожки и стелющийся по земле хвост.       — Что за отрепье на мне надето?! — тут же вспылил Сиэль, вскидывая взгляд на Себастьяна.       — Ваша трость, сэр, — доброжелательно сказал дворецкий, протягивая трость графу. Тот принял её машинально, ожидая ответа на вопрос. — Это часть Хэллоуина по-американски.       Сиэль смиренно вздохнул и еще раз обвёл глазами зал.       — С чего все это вдруг? — подразумевая любовь Себастьяна следовать планам, поинтересовался граф.       — Помните, как Вы сказали, что не возьмёте в толк, что в Хэллоуине хорошего? — начал дворецкий, объясняя. Сиэль кивнул. — Потому мы решили вплести традиции празднования Хэллоуина со всего света, и эта идея показалась мне интересной с точки зрения приукрашивания стандартного Хэллоуина в Англии. И всё с одной лишь целью — чтобы арендаторы остались довольны своим арендодателем, — заключил Себастьян, после чего склонился к лицу графа и добавил уже совершенно другим тоном. — И чтобы ты не скучал хотя бы в этом году.       Сердце ответило на слова дворецкого волнующе участившимся пульсом. Было несказанно приятно, что Себастьян так старался разнообразить осточертевший праздник. Сиэль придирчиво хмыкнул, хотя в животе летали бабочки:       — Надо же было меня нарядить в костюм демона… От скромности ты точно не помрёшь.       Себастьян не успел ответить на колкость, так как Финни громко воскликнул:       — Ох! Похоже, арендаторы уже здесь!       Взрослые с маленькими детьми восторженной смеющейся толпой заполнили просторную беседку. Налетали на столы со сладостями, с интересом рассматривали разодетую прислугу, играли в игры и заполняли своим говором и хохотом всё помещение. Сиэль с растерянной теплотой наблюдал за убегающими к своим родителям детьми, которые испугались страшной маски Танаки, смотрел, как Снейк и Мейлин раздают ребятам леденцы компании «Фантом», как Бард задорно играет со взрослыми фермерами и их женами, а Финни забавляется с детворой. Билась в сознании отчётливая мысль: «Я здесь. Я дома.»       Это трепетное созидание чужой радости развеял престарелый фермер, подошедший к Сиэлю:       — Господин! — он уважительно снял головной убор. — Спасибо, что обустроили дороги в деревне! Теперь даже старенькие ослики перевозят молоко, как нечего делать.       — Для тебя он «Ваше сиятельство»! — отругала мужа такая же возрастная жена.       — Ваше сиятельство! — на этот раз к графу подлетела пышная женщина средних лет. — Я напекла рулетов из нашей собственной муки, не желаете отведать?       — Сладость или гадость?! — взвизгнули ребята, из ниоткуда возникнувшие перед Сиэлем.       Фантомхайв неожиданно растерялся, увидев плескающееся в детских глазах задор и счастливое предвкушение. Дети всегда были для графа чем-то совершенно чудным, недосягаемым, при этом чудесным и удивительным. Тут к ним подбежала молоденькая девушка — видимо, мама троих непосед.       — Ну-ка идите сюда! Разве так обращаются к хозяину поместья?! — взволнованно защебетала она, но Сиэль поднял руку.       — Я не возражаю, — он взял из корзинки со сладостями два леденца и молочную шоколадку, не скупился на искреннюю улыбку и передал все это добро детворе. — Держите.       — Спасибо, милорд! — с благоговением рассматривая шоколад, врученный ему, произнёс старший.       — Этот Хэллоуин самый лучший! — чувственно воскликнула девочка помладше.       Поблагодарив графа, дети побежали к маме, восхищенно улыбаясь. Та смотрела на них с мягкой нежностью в глазах, такой шёлковой, материнской. У Фантомхайва невольно защемило сердце. Семья крестьян напомнила ему… свою собственную. Мать Рэйчел, отец Винсент, Сиэль и его невеста, Элизабет. Они также счастливо улыбаются и идут навстречу светлому будущему. Граф сделал неуверенный шаг вперёд и вытянул руку, как зачарованный.       — Постойте… — вполголоса выдохнул он, но осёкся и сжал ладонь в кулак.       Его семья давно мертва. И он стоит на этой земле, чтобы отомстить за их смерть.       «Элизабет… Как ты там?» — вспомнив о пропавшей невесте, Сиэль невольно закусил губу. Рой мыслей всё отчетливее заглушал окружающие звуки.       Вдруг плеча графа кто-то мягко коснулся. Фантомхайв обернулся и увидел встревоженное лицо Себастьяна. От вида тёплых янтарных глаз на душе сразу стало спокойнее.       — Сиэль, все в порядке? — заботливо поинтересовался дворецкий, трогая ладонью лоб господина.       — Да, я в норме, — заверил граф, улыбаясь уголками губ.       — Что ж, раз так, — Себастьян удовлетворённо выдохнул и выпрямился, растянув губы в дежурной улыбке. — Празднование в самом разгаре, но, думаю, пора закругляться.       Сиэль кивнул, откашливаясь для финальной речи.       — Однако прежде я хотел бы поручить Вам ещё кое-что, — от внимательного взора графа не скрылось трепетное волнение в глазах демона.       Дворецкий пригласил всех пройти за ним, к реке. Люди перешёптывались, никто не кричал и все находились в тихом предвкушении чего-то, о чем Сиэль пока не знал. На берегу стояло множество бумажных фонариков. Взрослые и дети подходили, бережно брали их в руки и выстраивались за графом, устремляя на него глаза. Себастьян протянул Сиэлю такой же незажжённый фонарик.       — И что мне с этим делать? — скептически изогнув бровь, спросил Фантомхайв.       — Это японский праздник фонарей, — пояснил Танака. — Хэллоуин кончился, и души усопших возвращаются обратно в мир мёртвых. Мы молимся, чтобы эти огоньки указали им путь и не дали заблудиться… Думаю, это желание разделяют все, в не зависимости от национальности и веры.       — Прошу, господин, — Себастьян протянул графу горящую свечу и тепло улыбнулся. — Зажгите фонари.       Сиэль молча забрал канделябр и зажёг фитилёк своего фонарика, после чего пустил свечку дальше. В руках у людей вспыхивали маленькие огоньки, поляна перед рекой озарилась светом. Свеча вновь оказалась в руках графа.       Сиэль, затаив дыхание, опустил фонарик на воду. Тот, покачиваясь, повёл за собой сотни таких же огней. Все находящиеся здесь сплотились в этот волшебный момент, когда река стала похожа на сплошной всполох огня. В этой яркой вспышке граф увидел отражение всей своей жизни: заключение контракта, смерть Мадам Ред, встреча с Сомой и Агни, разоблачение поддельной королевы, Алоис и Клод, потеря памяти, цирк «Ноев ковчег» с его труппой, памятный зал для приношений в доме барона Кельвина, лицо плачущей Долл, развалины работного дома, поддельная смерть Себастьяна, убийства в поместье, нападение странных кукол на «Кампании», битва с Гробовщиком, турнир в Уэстонском колледже, разоблачение смерти Деррика Ардена, путешествие в Лес Оборотней, ядовитые газы, вызволение оттуда Зиглиндэ Салливан, театр-варьете «Сфера»…       И вот, сейчас он здесь. Живой. Непобедимый.       — Свеча сгорает, стараясь сохранить свой огонь, — от неожиданной речи Себастьяна граф вздрогнул. — Совсем как люди…       Сиэль перевёл взгляд на дворецкого. Тот наблюдал за пламенем свечи в руках графа, улыбаясь и думая явно не о свече.       — Такое ненадежное пламя, которое трепещет от каждого порыва ветра, и так скоро гаснет, — продолжил Себастьян, теперь уже не отрываясь смотря на Фантомхайва. — Но это и делает его таким прекрасным.       — Даже самый малый огонёк, раздутый ветром, может превратиться в ревущее пламя, — поняв мысль дворецкого, произнес Сиэль, после чего повернулся к мужчине и протянул свечу. — Будь моим ветром, Себастьян.       Дворецкий любяще улыбнулся, так, как не может ни один демон или кто-либо другой.       — Конечно, Сиэль, — Себастьян взялся за канделябр, и на миг их пальцы соприкоснулись. — Освещать твой путь, покуда ты ступаешь во тьме и защищать твой огонёк, пока он не превратится в мощное пламя. Это моя обязанность по сей день и навсегда.       Сиэль тронуто улыбнулся, после чего последовал за Себастьяном, уверенно шагающим в окружающей темноте со свечкой в руках. Как он и сказал.

***

      Фантомхайв, уже переодетый, лежал в постели и старался не уснуть. Глаза слипались, а зевота неумолимо подступала каждые пять минут. Себастьян отчётливо долго складывал одежду графа и как будто из-за чего-то медлил. Нервы Сиэля не выдержали и он раздраженно выдохнул:       — Себастьян, ну что ты там возишься? Заканчивай давай.       Дворецкий послушно закончил с костюмом и подошёл к кровати графа.       — Присядь, — попросил Сиэль.       Мужчина сел, выжидающе смотря на господина.       — Себастьян, — вполголоса произнес Фантомхайв, разглядывая черты лица сидящего напротив. — Мне понравился этот Хэллоуин. Спасибо.       Себастьян весь аж засиял. Он сгрёб Сиэля в охапку прямо в одеяле и крепко-крепко обнял, осыпая лицо маленького графа поцелуями. Фантомхайв начал брыкаться и хохотать, потому что было ужасно щекотно.       — Себастьян!!! Пусти меня-я! Аха-ха-ха!!! — еле дыша, кричал Сиэль, отталкивая руками мужскую грудь.       — У тебя такой красивый смех, — нежно произнес Себастьян, все же остановившись и усадив графа к себе лицом.       Сиэль неловко замолчал, щеки его порозовели. Дворецкий коснулся своими мягкими губами чужих, утягивая в неторопливый поцелуй. Фантомхайв тихо выдохнул, обнимая Себастьяна за шею.       Когда они отлипли друг от друга, мужчина повалил графа на кровать и чмокнул в нос, отчего тот забавно сморщился.       — Доброй ночи, — Себастьян, как довольный кот, укрыл одеялом распластавшегося по кровати в форме звезды Сиэля.       — Себастьян, — позвал граф, когда дворецкий уже собирался уходить. — Приготовь мне завтра тыквенный пирог.       Мужчина тихонько усмехнулся.       — Обязательно, Сиэль. А сейчас спи.