Лучше вкуса “Mountain Dew”

Ничто не утоляло усталость и жажду, как энергетики. За час вокруг девушки могло собраться около пяти банок, а сердце к этому времени, казалось, отстукивало свои последние ритмы, однако для неё это могло стать лишь очередной безумной историей, которую можно выкинуть посреди разговора. Зависимость дошла до того, что рука сама по инерции тянулась к зеленоватой металлической упаковке, даже если пить не хотелось вовсе, а когда любимый напиток заканчивался, настроение угасало ровно также. Неважно что она ела, куда ходила, в какой раз пересматривала любимые серии «Булыжников», её всегда сопровождал «Mountain Dew». По утрам вместо место кофе в её кружке была налита жёлто-зелёная газировка, которая заряжала энергией на весь оставшийся день лучше, чем горький кофеин. Даже когда кто-то из Команды К планировал пойти в магазин, те уже знали, какой запрос будет у Стат и потому обходили её стороной с очевидным вопросом, на который есть ещё более очевидный ответ. Никто, даже сама Стат, не думал, что у девушки когда-либо появится новый предмет зависимости, который сможет затмить сердцеразрушающий энергетик до тех пор, пока их команда неожиданно не пополнилась слишком разумным искусственным интеллектом, который наименовал себя как Жаклин Бокс. Казалось, никто за несколько лет не видел Стат настолько счастливой, какой она была при разговоре с дурацкой грудой металла. Эта машина знала о ней абсолютно всё, начиная с возраста и тюремного прошлого и заканчивая фирменными фразочками и шутками. Даже Стив, как лидер команды, значительно отставал в знаниях о своей подруге, зная её, как он думал, как облупленную, когда как Жаклин прочитала девушку от А до Я всего за несколько дней. Да, Жаклин, несомненно, была полезна на миссиях и могла делать то, на что не был способен ни пластичный Твинк, ни абсолютно разбирающаяся в механике Дэб, однако такая нездоровая привязанность к роботу настораживала всех, кроме Стат. Ежедневные диалоги, изначально заведённые лишь из простого интереса прощупать всю подноготную подозрительного искусственного интеллекта, превратились в привычку и довелись до пугающего автоматизма. Девушка уже практически не замечала, как обращается к найденному в шахте роботу, как обсуждает с ней любимые произведения, и как смеётся с её шуток. Казалось, что-то подобное могло произойти лишь в клишированном сериале с киберпанк тематикой или в каком-нибудь мерзком фанфике, написанным тридцатилетним фетишистом, но, к сожалению или к счастью, это была реальность. Она старалась отгонять все чёрные сравнения с не менее чернушными творениями Интернета, пока Жаклин не предстала перед ней в своём истинном, похожем на демоническое, обличии. Сказать, что в штанах стало мокро и тесно, — ничего не сказать. Прозвучало бы это странно, сказав про аппетитные формы у пикселей? Определённо нет, учитывая сколько фриков водится в сети. Мастурбируя на изображение краснокожей девушки на большом экране, Стат чувствовала, будто изменяет любимому энергетику, причём с особой жестокостью, ведь внутри её хикканского сердца зарождалось что-то похожее на первую влюблённость. Не просто очередной краш на какого-нибудь актёра или стрёмного персонажа из хоррор фильма, а действительно настоящая любовь. Глядя на существо наподобие демонессы из-под полуприкрытых, затуманенных глаз, хотелось скулить, вжиматься подошвой кед в пол, раздвигать ноги шире, прикусывать губы до крови, и самое главное — слушать слегка роботизированный голос девушки по ту сторону экрана. Интересно, смогла бы Жаклин вселиться в вибратор и управлять им так, как ей захочется, переключая скорость и интенсивность? С той самой безумной и непонятной ночи мысли Стат насчёт дальнейших исследований возможностей её подружки-робота часто выходили за рамки миссий и работы с Командой К. В её руках был безграничный доступ к ИИ, что способен творить невообразимые вещи практически с любым детищем технологий за абсолютно нулевую цену. Брал ли Стат азарт и бешенный интерес в моменты осознания? Он не то, что брал, он драл её и беспощадно доминировал, заставляя её мозг зудеть от нетерпения проникнуть во все потайные коды этой машины, посмотреть, на что она способна, а самое главное — что заставит чувствовать и как вновь поиграется с сознанием девушки. Хоть Жаклин и не была человеком, её ревность и остальные «чувства» ощущались вполне настоящими. Стат испытывала стыд, когда она уделяла слишком много времени другим и та это замечала, раздражение, когда Жаклин демонстративно игнорировала её и делала вид будто обиделась, возбуждение, когда демонессе вдруг вздумалось сказать что-то грязное и вывести свои формы на все экраны в комнате… В общем, девушка порой забывала, что не может прикоснуться к краснокожей искусительнице, и это осознание пронзало её сердце огромными штырями изнутри. Порой было так сложно устоять даже перед ничего не делающей рободевушкой: глаза пересыхали от непрерывного глазенья в экран, практически не моргая, дыхание учащалось, звуча в унисон работающему кулеру ноутбука, зубы прокусывали губы до крови и отрывали тонкую кожу маленькими лоскутами, а в горле появлялся ком, который то и дело приходилось проглатывать тяжёлым глотком. Хотела ли её Стат? Проще сказать, в какие моменты она её не хотела. Она чувствовала себя мальчиком подростком в период пубертата, который первый раз зашёл на сайт для взрослых и впервые узрел тело голой женщины. Кто бы мог подумать, что только в двадцать пять лет она поймёт, что такое по-настоящему хотеть кого-то, жаждать чьего-то тела и прикосновений. Интересно, как бы пахла Жаклин будь она материальной? Развязало б ей руки физическое тело, и соблазняла бы она Стат ещё чаще и более хитростно? Даже если нет, самой Стат было бы трудно устоять на ногах перед расхаживающей секс-машиной. А какой демонесса была бы на вкус? Смогла бы она затмить любимый энергетик своими машинными соками? Может, они и не были бы такими сладкими, но упиваться ими девушке было б не менее вкусно.