I’m Fine

Нил снова проснулся посреди ночи. В груди давило, дышать с каждой минутой становилось все тяжелее, и первое, что он почувствовал — липкий пот на спине. Всё тело было напряжено, мышцы сводило судорогой, будто он только что пробежал марафон на грани возможностей. Дернувшись, Нил попытался сесть но наткнулся на чье то теплое тело сбоку. Макс. Он спал рядом, спокойно, размеренно дыша. Одна рука была перекинута через талию Нила, словно цепь. В последнее время они привыкли засыпать вместе, особенно в холодную осеннюю погоду. Нил прикрыл глаза и сделал глубокий вдох и выдох. Сердце почему то не хотела замедляться. Так, еще раз. Вдох….Всё нормально. Всё под контролем. Но нет. Нихуя не под контролем. Он осторожно разжал пальцы, осознавая, что до боли сжимал простыню, и медленно убрал руку Макса со своего тела. Нужно выдохнуть. Нужно успокоиться. Он попытался встать, но стоило ему пошевелиться, как Макс что-то пробормотал сквозь сон и вцепился старшему в запястье. — Ты куда? — голос был хриплым, но даже спросонья в нём чувствовалась собственническая нотка и доля беспокойства. Нил не ответил сразу. В голове шумело и смысл фраз, доносился до него как сквозь толщу воды. — В туалет, — коротко бросил он. Макс приоткрыл один глаз, рассматривая его с долей подозрения, но через секунду кивнул и разжал пальцы. — Возвращайся, — пробормотал он, зарываясь лицом в подушку. Нил выскользнул из-под одеяла и, закрыв за собой дверь в ванную, уставился в уставшее лицо. Свое собственное лицо, что с тревожной усталостью смотрело на него из зеркала. Он включил воду, опустил голову, оперся руками о раковину. Что с ним не так? Почему он не чувствует себя в безопасности? Макс был с Нилом везде и всюду, оберегал его, заботился. Кормил когда он забывал поесть, поддерживал на тренировках. Но каждый раз, просыпаясь ночью, оставаясь сам на сам с мыслями, его тело вело себя так, будто он не на своем месте. Будто это не то чувство безопасности в котором он нуждается. Рыжий парень поднял взгляд и встретился с собственным отражением снова. Тени под глазами, напряжённая линия губ, взгляд, в котором слишком много вопросов, боли и…. Одиночества Руки тряслись. Его тошнило. Толи от переживаний за будущую игру, толи от недосыпа. Через несколько дней последний матч в этом году. Три из четырех игр они смогли победить. Даже Кевин остался доволен этим исходом. Они выйдут против Змей и…. И? Рождественские каникулы? Это впервые ему удастся провести новогодние праздники не в бегах и не в заточении. С Максом? Скорее всего да. Может им удастся поехать куда нибудь. Снять квартиру, купить елку и всю ночь смотреть новогодние шоу…. Как в стереотипной счастливой семье. И когда Нил стал таким мягким? Парень хмыкнул, покачав головой. В голове пролетели картинки скорого будущего, но от чего-то рядом с собой он упорно не мог представить Макса. То и дело, на переферии сознания мелькала белая шевелюра и это до ужаса удручало, даже слегка пугало. С расставания прошло больше полугода, а Нил все никак не мог выбросить Эндрю из головы и сердца. Стыд накрывал с головой. В спальне его ждал мирно спящий Макс, и от этого становилось только хуже. Чертов Миньярд…. Чертовы мысли о Миньярде что не покидали его рыжую голову. В сознании всплыли вероятно расстроеные и даже возможно разочарованные глаза Макса, если б он об этом узнал и под ребрами заныло сильнее. Последние месяцы Джостен то и делал, что пытался компенсировать свою внутреннюю, не высказанную вину подарками и заботой, а Макс не понимал от чего ему такое счастье свалилось и с удовольствием наслаждался, даря свою любовь в ответ. В зеркале напротив свекнули его большие глаза. В голове в очередной раз копошились тараканы. Нужно было что-то решать, а то с такими темпами он точно не выдержит. Никто бы не выдержал. Рука потянулась к телефону и Нил набрал давно изучений на память номер. Не глядя на часы, где уже пробило четыре утра, он быстро напечатал сообщение. «Через пять минут. На крыше» От чего-то Нил даже не предпологал что человек по ту сторону телефона может спать, заниматься собственным делами или просто не прийти. Тихо выскользнув из ванной, проверив что Мэтт и Макс не проснулись, он накинул первую попавшуюся куртку по верх пижамы и направился до боли знакомым путем. Несколько поворотов, лестничных пролетов, тяжелая железная дверь и вот… Его уже ждали. На краю крыши, обдуваемый ветром сидел человек. Из-за огромной толстовки было невозможно разобрать кто это, но рыжик четко понимал Кто перед ним. Сделав два шага ближе, Нил сел прям на холодный пол, подтянув ноги под подбородок и только потом мужчина напротив, обернулся. С зажатой между зубами сигаретой, на него смотрели такие родное, но одновременно такие далекие карие глаза. В черных зрачках на мгновение мелькнуло что-то похожее на трепет, но так же быстро скрылось за безразличием. Медленно выдохнув дым Эндрю тихо спросил. — Ну? Нил и сам не до конца понимал зачем позвал, зачем пришел, но отступать было поздно, пора было расставить все точки над и наконец дать себе возможность пожить свободно. — ты кажется хотел правду? Я готов ответить Тишина затянулась и тогда Нил уперто повторил. — эй. Давай, начинай. Я тоже хочу успеть кое что спросить! — спрашивай. Молниеносно но очень тихо ответил блондин. И хотя выглядел он незаинтересовано, голова все так же было повернута к собеседнику. Капитан Лисов запнулся и сглотнул. Все слишком резко. Слишком быстро. Мысли разбежались, сердце стучало по этому единственное что он смог выдать было: — почему? Минута. Две. Три. Не дождавшись ответа, ему снова пришлось повторить, уточняя детали. — почему ты меня тогда бросил? И может впервые в жизни, Нил так четко понял что попал в десятку. В глазах напротив мелькнула боль и растерянность. Миньярд сглотнул будто взвешивая все за и против. Отводил взгляд но потом обратно возвращал с потухшей надеждой глядя на Джостена. Очевидно собравшись с мыслями, он отвернулся спиной, встал и бросив сигарету вниз с парапета, выдохнул тихо, как будто извиняясь одной интонацией — испугался. Мир замер. Нил тоже. Анализируя все что происходило за несколько недель до того рокового дня, он наконец четко смог собрать пазл воедино. От осознания накалилась жгучая боль, будто бросили его только что, и мгновение спустя, она сменилась яростью и впервые ненавистью. В тот момент ему казалось что даже к отцу, он испытывал меньше эмоций. Шокировано подняв глаза на чужую сгорбленую спину, Абрам наконец позволил себе сорваться. Вскочив на ноги, он в два шага преодолел расстояние между ними и схватив за плече, обернул блондина к себе лицом. Едва сдерживая ярость, Нил уставился в уже снова пустые глаза напротив и дрожащим голосом спросил. — повтори? Но отсутствие ответа, как будто выбесило его еще сильнее. Оттолкнув парня к краю он подошел максимально близко, специально вторгаясь в чужое личное пространство. Сглотнув он начал, стараясь не кричать. Дышать становилось невыносимо. Сердце разрывалось и он сцепил зубы, почти шипя. — Ты… ты хочешь сказать, что все это время, я проваливался все глубже и глубже в отчаяние, боль, сомнения и вину только… только потому что ты испугался собственных чувств? Любви? В ответ молчание и вдруг, Нила как будто отпустило. На глаза навернулись злые слезы. — Какой же ты мудак. Мудак и трус. Не подходи ко мне больше. Ни-ког-да И быстрым шагом влетел внутрь здания, хлопая железной дверью, оставляя позади парня, чтя маска наконец-то треснула. Блондин пошатнулся, сглотнул ком в горле и рухнул на колени, закрывая лицо руками.