Три схемы счастья.

Итак, дорогой читатель, давай вместе представим пару. Девушка - белокурый и голубоглазый ангел. Она нежная и открытая, но, вместе с тем, прирождённый лидер - ответственная и смелая. Её возлюбленный - черноволосый демон с пронзительными янтарными глазами. Временами грубый и дерзкий, очень харизматичный, но всегда верный своему ангел. Это Рафаэлла( Раф) и Сульфус - одна из таких необычных пар, которые полюбили друг друга и пожелали вопреки всему быть вместе. Спрятав свои крылья, они обернулись людьми и теперь могут жить свободно, не таясь. Однако помимо них есть ещё много таких же пар, мечтающих о любви. Сейчас все они тоже живут на Земле. Кто-то отправился в иные города Италии, кто-то уехал в другие страны, но наши знакомые ангел и демон остались в Милане. Раф и Сульфус вместе со своими друзьями окончив специальный университет для вечных, стали истинными ангелами-хранителями и дьяволами-искусителями. Наши голубки до сих пор не могли поверить, что их счастью больше ничего не мешает, и поэтому, в надежде продлить прекрасные дни вместе Сульфус делает своей возлюбленной предложение руки и сердца, от которого она не смогла отказаться. И вот сейчас они уже как два года муж и жена, имеющие небольшой двухэтажный дом неподалёку от школы номер 38 и двух очаровательных детей. Это - двойня, мальчик и девочка. Мальчика назвали Реджинальдом (Роджером). Он точная копия своего отца, что по характеру, что внешне, но если хорошо приглядется, то можно заметить в его иссиня-чёрных волосах одну белую прядь - докозательство наличия в его организме и ангельской крови тоже. По большей части он - дьявол и с 18 лет должен будет приступить к работе искусителя, то есть начать обучение в особом университете для бессмертных. Этот парень наполовину демон, наполовину ангел, но всё же дьявольская натура своё взяла. Его стихийная сила - Земля. Ах, да, забыла сказать, ребёнок, рожденный от брака ангела и демона, получает волшебную силу определённой стихии. Это очень полезно и удобно, ведь эту магию можно использовать, не перевоплощаясь обратно, в вечное существо, то есть, находясь в смертной форме. Дочку Раф и Сульфус нарекли Джульеттой. По большей части она - ангел. У девочки есть такие же большие и голубые глаза, как и у её матери, густые чёрные и длинные ресницы, аккуратный носик. От рождения её волосы имели светло-русый оттенок, но после того, как девочка впервые искупалась в море, они изменили цвет на тёмно-шоколадный. Малышка имеет очень непростой характер. Она может быть как отзывчивой, романтичной, ласковой и мечтательной, так и яростной, нахальной, порою даже наглой. Да, всё-таки Сульфус умудрился повлиять на обоих детей сразу. Стихия юной ангелессы - Вода, которую девочка очень любит. Ангел и демон безумно счастливы и благодарны судьбе за такую награду. Им ведь большего и надо, чтобы просто от души радоватьcя жизни. Вначале молодым было не по карману содержать их нынешний дом, себя и детей одновременно, поэтому они жили в небольшой двухкомнатной квартирке, экономя. Тогда Сульфус ещё работал простым механиком в автомастерской, но сейчас у него есть собственный автосервис, которым он заправляет. Дьявол добился этого сам спустя шесть лет после рождения малышей. После этого вечные и преобрели новый, более просторный дом со своим двором, чему были несказанно рады их дети. Теперь места для игр и беготни стало значительно больше, потому Роджер, главный инициатор порчи своего и чужого имущества, принялся за работу. В мусор летело многое: разбитые вазы и посуда, изодранные книжки, неисправно разорванная одежда и технические приборы, сломанные игрушки непослушного мальчика и всех окружающих его, включая конечно и младшенькой сестрёнки. «Всепотрашитель», так кличила его маленькая и недовольная поведением брата Джульетта. Каждый раз, как этот негодник заходил в её комнату, обязательно что-то да летело в утиль, поэтому все «ценные» вещи, возможные спасти от натиска мальчишки, ангелесса надёжно прятала, но и это вскоре уже не помогало. Её несносный и грубый братишка каким-то таинственным образом всё находил и, как бы случайно, портил, после чего, будто хозяин сего особняка вальяжно начинал расхаживать по всей комнате сестры, а затем и по всему дому. Роджер никого никогда не хотел слушать и следовать по чье-то указке, за что частенько получал от мамы, чьё пусть и ангельское терпение не вечно. Он так же как и Сульфус ничего не боялся. Ну, как сказать «ничего не боялся»? Ничего и никого, кроме как своего разозлённого отца, чей пронзительный и пристальный взгляд янтарных глаз мог довести любого смельчака до дрожи в коленях. Джульетта же была намного спокойнее и рассудительнее своего брата. Она всегда старалась поступать правильно, что, кстати, для ребёнка не так уж и легко. Ей ведь тоже хотелось покричать от души на всю улицу вместе со всеми ребятами, чуток подразнить охранника местного парка, а иногда даже и испытать ощущения от драки с мальчишками. Когда девочка промывала раны Роджера и заклеивала ему пластыри, он ей часто рассказывал, как было здорово убегать от рассерженного Карла Владимировича (охранник) или как он снова одержал победу в каком-либо споре, перепалке. «Наверное, это весело, - не раз задумывалась Джульетта, вскоре отбрасывала эту мысль. - Но ведь неправильно!» Конечно, юная ангелесса и сама могла наломать дров да побуянить, но такие явления чаще всего происходили с провакацией окружающих. Иногда даже к этому был причастен и её брат. Но всё же девочка росла очень милосердной, даже доверчивой. И тем не менее, она была довольно плаксивой, что порою сильно раздражало Роджера. То коленку поранит, то обожжётся, то мальчишки постарше в игру не возьмут... «О, Дьявол! С тобой столько мороки! - иногда обречённо вздыхал дьяволёнок, всплёскивая руками. - Вот ведь заноза!» Как раз это слово и стало прозвищем для малышки Джульетты. Заноза. Ей не нравилось, когда брат её так называл. Было противно и неприятно. Ангелесса не раз высказывала своё недовольство мальчику, но тот лишь посмеивался над сестрой и начинал подразнивать её ещё сильней, громко и чётко повторяя придуманную кличку около пять-семь минут. На это девочка всегда смешно хмурилась, скрещивала руки на груди, надувала свои розовенькие губки и отворачивалась от брата в противоположную сторону. И даже несмотря на эти кроткие перепалки, на разные интересы и характеры, Роджер и Джульетта любят и заботятся друг о друге. Пусть у них и выражаются такие чувства по-разному, но они всё же есть! Хотя, чего это я всё рассказываю? Думаю, гораздо лучше будет Вам увидеть всё самим. Итак, нагрянем-ка мы в гости к семейке Кросс! Милан. Улица «Борокко». Время 11:07 Жизнь идёт своим чередом. Кто-то опаздывает на работу или в школу, кто-то прогуливается по паркам, кто-то , возможно, ожидает свою вторую половинку, держа в руках пышный букет алых роз, а у кого-то это утро началось с разбитого окна. Да-да, Вы не ослышались, именно с разбитого окна! «Кто же этот негодник?» - вероятно, спросите Вы. А я Вам неспеша отвечу:«Это вечно неугомонный мальчишка из семьи Кросс.»

***

- Реджинальд Кросс! - недовольно, даже возмущённо, закричала женщина известную, наверное, уже всему Милану фамилию. - Бежим! - отозвались в унисон четверо ребят, во главе с их лидером и по совместительству, инициатором сегодняшнего деяния. Группа из пяти мальчишек быстро двинулась в направлении детской площадки, дабы избежать предстоящей им, судя по громким топотам и бурчаниям негодующей сеньоры, скорой кары. Они весело смеялись, убегая от того уже молящего о пощаде дома и разгневанной не первым их визитом Изольды Марковны. Озорники тыкали пальцами и обзывали еле бегущую за ними полноватую женщину лет 65, которая уже начала выдыхаться и переходить на быстрый шаг. Надо было оповестить маму заводилы всей этой шайки об утреннем разбитом окне. Сколько уже таких недовольных соседей посещали Рафаэллу Кросс? Около 10, 20...? Неизвестно. Но точно каждый день приходило минимум 7 рассерженных и разочарованных людей. Бедная ангелесса только и успевала выслушивать одну жалобу за другой да наказывать, и ругать сына. Уж что только не было перепробовано: и в угол ставили, и гулять не разрешали, и уму-разуму учили - всё вбестолку! Мальчик слушал и боялся лишь своего отца, под строгим взором янтарных очей которого, всегда испытывал вину, теряя свою уверенность и амбиции. Вот уже ребята скоро приблизятся к детской площадке, на которой недавно мирно играла в песочнице маленькая Джульетта со своим лучшим другом - Ромео. Дети строили замки из песка, расставляя восковые фигурки стражи, принца и принцессы на мостках, у ворот и башен. Наконец сооружения были закончены и можно было начать игру. - Гррр! Я ужасный дракон! Я забираю прекрасную принцессу в свои владения! - хрипловатым голосом заговорил мальчишка, изображая манеру разговора бардового змея у себя в руке. - Ах, нет! Пусти меня, чудовище! Спаси меня прекрасный принц! - тоненьким голоском, словно та златовласая фигурка принцессы, закричала Джульетта. - Не бойтесь, леди! Я одолею гнусного змея! - на ладошке Ромео появилась фигурка принца, которой он атаковал дракона, победив неприятеля одним ударом меча, после чего торжественно заговорил: - О, принцесса, враг повержен! Смею ли я просить у Вас руки и сердца? Выйдите ли Вы за меня? - Да, мой принц! Я согласна! - откликнулась девочка, приблизив свою игрушку к фигурке друга, будто принцесса поцеловала своего спасителя. - И мы будем жить долго и счастливо. - заключила она, поставив обе фигурки на мостик между песочными замками. - Мы тоже будем жить долго и счастливо. - улыбнулся мальчик Джульетте, сидя на своих коленях. - Я когда вырасту, женюсь на тебе! Ты же согласишься? - Я не знаю... - задумчиво протянула девочка, приложив свой указательный палец левой руки к нижней губе и внимательно посмотрев на друга своими голубыми, точно как у матери, глазами. - А может ты к тому времени найдёшь себе другую принцессу? - Нет! Что ты, Джульетта! Как ты так можешь думать?! Я верен только одной принцессе! И это ты! - вскрикнул мальчик и отвернулся от подруги, обижено сложив руки на груди. - Ну, прости, Ромео! Я не хотела тебя обидеть! Конечно я выйду за тебя замуж! - уверенно ответила она, подползая к другу, чтобы посмотреть в его светло-карии глаза. - Правда!? - Ромео так обрадовался, что резко развернувшись к девочке лицом, столкнулся с ней лбом. - Ой...! - в унисон крикнули дети, подтирая ушибленные места. - Конечно! - всё ещё гладя свой лоб, весело сказала малышка, после чего со смехом добавила: - Ну... если только папа разрешит. Эта фраза отчего-то заставила рассмеяться обоих детей, позабыв о недавном столкновении и ушибах на видном месте. - Вы только посмотрите на эту сладкую парочку! Ха-ха-ха! - послышался издали чей-то насмешливый голос. Весь смех и улыбки вмиг улетучились с лиц друзей. Они с непониманием обратили свои взгляды в сторону прервавшего их человека и увидели знакомую компанию из трёх ребят. Майкл, Фил и Альберт - мальчики лет девяти, вечно задирающие Джульетту и Ромео. Им всегда нравилось зло подшучивать над этими ребятами, называя их «Сладкой парочкой», «Женихом и невестой» и др. Это очень смущало и даже немного расстраивало милосердную малышку Кросс, привыкшую быть со всеми в хороших отношениях. - Ты смотри, они же сейчас поцелуются! - поддержал Альберта Фил, тряхнув своими русыми волосами. - Тили-тили тесто, жених и невеста! Компания засмеялась, заставляя покраснеть сидящих в песочнице друзей. Джульетту от смущения, а Ромео от злости. - Да вы отстанете от нас когда-нибудь!? - вспылил лучший друг малышки Кросс, вставая с песка и уперев руками в бока. Он нахмурился, грозно смотря на компанию. - Что мы вам такое сделали, что вы теперь постоянно нас задираете!? А-ну, уходите! - О-па! Как мы заговорили! - ухмыльнулся Майкл, подходя ближе к смельчаку. - Мы ещё и командует тут! Хех, «Уходите», значит!? - А не много ли на себя брешь, молокосос? - едко спросил Альберт, подойдя к Ромео и толкнув его в плечо так, что мальчик пошатнулся, но всё же удержался на ногах. - Извинись сейчас же перед нами, иначе будет худо! - потребовал Фил, сложив руки на груди и надменно смотря на двух детей перед собой. Джульетта, быстро подскочив на месте, подбежала к другу и вцепилась своими ноготками в его руку, удерживая и не позволяя совершить глупости. Она всё так же была покрыта багровыми пятнами, также опускала глаза, пытаясь скрыть своё смущение от других. Она боялась. И боялась не за себя, а за мальчика, руку которого так сильно прижимила к своей плоской груди, будто умоляя не ввязываться в перепалку. Но кажется, фортуна сегодня была не на её стороне... - Ещё чего! Не дождётесь! Проваливайте отсюда! Я вас не боюсь! - с вызовом крикнул Ромео, вырвав свою руку из мягких девичьих ладошек. - Ромео, не надо! - заплакала Джульетта. - Ты сам напросился. Хотя лучше бы послушал эту малявку. - хмыкнул Майкл, снимая тёмную мастеру и кидая в сторону. - Как ты её назвал!? - рассердился Ромео и кинулся с кулаками на неприятелей.

***

- Ну, зачем ты туда полез, м? - хныкала маленькая Джульетта, сидя всё на той же песочнице перед своим другом на коленях и заклеивая пластыри на его раны. - Они бы подразнились и ушли, никого не тронув. - недовольно пробурчала она, достав из своего маленького синего ранца маленькую пластиковую бутылку воды и промывая оставшиеся ссадины Ромео (пластыри Джульетта взяла оттуда же). - Но я же должен защищать свою принцессу от врагов! - сказал мальчик, будто указывая на что-то простое и очевидное, что его подруга никак не поймёт.

- Но я ведь не принцесса! - продолжила упираться девочка, легонько, почти невесомо, проведя средним и указательным пальцами по небольшому, но уже опухшему тёмно-фиолетовому пятну, вокруг правого глаза Ромео. - Могли бы и побеспокоится о тебе, прежде чем уйти. А лучше бы, вообще тебя не били! Ни капли человечности! - пробормотала малышка, обращаясь к уже давно ушедшим мальчишкам, из-за которых и случилась драка. - Спасибо, - весело отозвался «пострадавший», проигнорировав бурчания девочки и с нескрываемым интересом осматривая свои «боевые ранения», после чего гордо заявил: - шрамы украшают мужчин! А что насчёт тебя, то для меня ты - самая что ни наесть настоящая принцесса! Джульетта, будто пытаясь утешить мальчика, стала гладить его рыжие волосы, отдающие на солнце золотом, которые после драки сильно напоминали петушиный хохолок. Небольшая чёлка как обычно спадала на правый глаз, что делало сильно ноющий синяк менее заметным. Мальчик скривился и что-то невнятно промычал. Наверное, малышка Кросс задела шишку на его макушке. - Прости... - тихо произнесла девочка и переместила ледошку на менее пострадавшие участки головы, лаского прошептав: - Бедный. Бедный мой друг - Ромео. Парнишка нахмурился, явно недовольный тем, что его жалеют. Но через пару минит лицо мальчика озарила по-детски добрая улыбка. «В этом вся Джульетта.» - промелькнула мысль в его сознание, когда он начал приближаться губами к слегка розоватой и, наверняка, очень нежной и мягкой щеке подруги. На миг девочка остановила такие приятные Ромео движения руки, не поняв, что её лучший друг хочет сделать. Этих несколько секунд было бы достаточно мальчику, чтобы совершить задуманное. Достаточно, если бы не быстро приблизившийся к песочнице сын семейства Кросс, который в мгновение ока выхватил младшую сестру из рук Ромео и потащил бы за собой. - Бежим! - крикнул он девочке, крепко держа её за локоть и волоча за собой, словно плюшевую игрушку. - Но, Роджер...! - хотела запротестовать она, глядя на растерянного и ничего непонимающего друга, как её грубо перебили: - Просто молчи и делай что говорят! На слова старшего братца Джульетта надула губки и, явно не поспевая за резвым мальчишкой, спотыкалась чуть ли не о каждый камешек и неровность земли, еле удерживая в своих руках синий ранец, который всё-таки успела прихвать. - Ромео, иди домой и приложи к шишкам и синякам что-нибудь холодненькое! - только и успела выкрикнуть малышка Кросс своему ещё сидящему у песочнице другу, до сих пор смотрящего на удаляющихся родственников рассширенными от шока светло-карими глазами, прежде чем её немедля поволокли за угол в неизвестном направлении. - Хватит трепать языком, да ещё и так громко! Лучше бы ты так ногами работала! - фыркнул Роджер, уже отбившись от своей команды подобных ему мальчишек. Хотя этот парнишка считал, что всем им до него ещё далеко. «Они же совсем ещё дети... - иногда вздыхал юный демон. - Им же ещё учиться и учиться...». - Я бегу, как могу! Не все же обладают таким даром, как ты! - не осталась в долгу и маленькая сестрёнка. «Угх! Как же он любит указывать мне! Как же он любит командывать мною! Всепотрошитель! Не все же имеют силу Земли в своих покровительницах!» - недовольно думала Джульетта, когда её несносный брат затащил их за один из цветочных кустов в парке близ дома семейства Кросс. - Ш-ш-ш-ш, - приставил к своим губам указательный палец Роджер, всем видом показывая, чтоб его сестра не шумела. - Ну и зачем ты меня сюда притащил? - сложила руки на груди и возмущённо подала голос девочка, стараясь тихонько прошептать брату всё о чём думает. Но её нынешний шёпот больше походил на змеиное шипение, отчего казалось что были бы у малышки Кросс возможности и подходящая физическая подготовка, так она бы, подобно анаконде, обвила бы шею мальчика и задушила бы его. «Какой же он порою невыносимый и своенравный!» - топнула ножкой Джульетта, чтобы её старший братец оторвал свой взор от тропинки парка и обратил своё внимание на неё. Безуспешно. Игнорирует. Со стороны можно было бы счесть этого мальчика по натуре очень сдержанным, если бы не его сдвинутые «домиком» брови и скривлённые в недовольстве губы, выдававшие все негативные эмоции - Ты меня вообще слушаешь? - начала выходить из себя девочка, теребя темноволосого парнишку за плечо. Ноль реакции. Роджер продолжает что-то внимательно высматривать на дорожке. Такое безразличное отношение брата к своей персоне, юная Кросс считает неприемлимым. Она нахмурилась, хитро прищурив свои голубые глазки, в которых пару минут назад вспыхнул недобрый огонёк, плотнее прижала скрещенные в недовольстве руки к груди и победно, будто уже предвещая свой выйгрыш, ухмыльнулась. «Глаза мамины, ухмылка папина» - так однажды сказал Каспер, отец Сульфуса и дедушка маленькой Джульетты. - Если ты сейчас же не ответишь мне, то я закричу! - Но мальчик снова игнорирует угрозы сестры, думая, что та просто блефует. Если бы он только знал, как сильно ошибся. - А-а-а-а-а-а-а-а-а! - заверещала девочка, что есть мочи. Да, сил и голоса она явно не пожалела. К кусту, за которым прятались дети, устремились взгляды всех находящихся в этом парке. У кого они были удивлённые, у кого гневные, а у некоторых и были полны испуга. Кажется, что даже жвачка у проходившего мимо пареня, некогда являвшаяся светло-розовым, слегка прозрачным большим кругом, лопнула, оказывшись на лице, в частности на новеньких сияющих солнечных очках молодого человека. Липкая связка хорошо прилипла к аксессуару, не желая покидать его, на что парень бросил пару нецензурных выражений, пытаясь избраться от бледно-розовой проблемы. Где-то даже послышался плач маленького ребёнка. - Да, понял я, понял всё! - прошипел Роджер, вскочив на ноги и с силой зажимая рот неугомонной сестре. Испепилив её злобным взглядом своих янтарных, точно как у отца, глаз, он продолжил не менее ворчливым тоном. - Я всё скажу, ты только замолчи! - в ответ мальчик получил кивок, после чего сразу отпустил Джульетту, вернувшись в прежнее положение, снова внимательно рассматривая что-то через насыщенно-зелёный цвет листвы ещё не подрезанного под определённую форму кустарника. - Ну, говори чего хотела. Только тихо! - парнишка сосредоточено всматривался в каждого уже более или менее пришедшего в себя человека. Вот уже и тот незнакомец в новых, но увы, уже запачканных очках удалился из парка, стихли детские слёзы и Николай Валериович, здешний садовник, вновь занялся своим делом, что-то невнятно бормоча себе под нос. Роджер облегчённо выхонув, поняв, что никто в его сторону пока идти не собирается. В это время малышка Кросс, вполне довольная результатом, снова сложила руки на груди, чуть задрала к верху подбородок и попыталась спросить как можно сдержаннее, чтобы брат не услышал в её голосе нотки ликования: - Зачем ты меня схватил у песочницы и привёл сюда? Я между прочим с Ромео играла! Возможно, девочке это показалось, но Роджер заметно напрягся и ещё сильнее нахмурил брови, всё так же неотрыно смотря на тропину парка. Даже показалось, что и его иссиня-чёрные растрёпанные, непослушные и торчащие во все стороны локаны до плеч немного неэлектрифицировались, вставая дыбом.

- Я видел, - начал он небрежно, сделав небольшую паузу. - как вы играли. - будто бы прорычал мальчик, особенно сильно и очень недовольно выделяя последнее слово. Весь его вид показывал, что он очень пытается сдержать накатывающие к горлу возмущённые крики, дабы, как показалось малышке Кросс, не обнаружить себя перед кем-то не менее разбушевавшимся. - Но ведь мы ничего такого не делали... - растерянно прошептала Джульетта, опустив руки и подбородок, вспоминая все сегодняшние события. - Нет. Ничего вроде бы не... - не успела она закончить фразу, как её нагло перебил её старший брат, наконец повернув голову в сторону девочки, пуская из глаз молнии. - Да он тебя поцеловать хотел! - еле сдержался от резкого вскрика Роджер. Он подскочил на месте и подошёл к сестре, оставляя меж ними расстояние в один девичий шажок, чуть нагнулся, чтобы их глаза были на одном уровне. - А я не позволю целовать мою сестру каждому, кому не вздумается и, вообще, кому попало! Даже в щёку! - закончил мальчик, явно чувствуя, как начинает потихоньку раслабляться. Весь гнев на друга юной Кросс и на её саму, он вложил всего в три небольших предложения, что с моментально скоростью донеслись до сознания Джульетты. Её глаза вначале в удивлении расширились, но пробыв такими около сорока секунд сузились, будто всматриваясь в душу брата и проверяя искренность всех сказанных слов. Девочка упёрла руки в бока, продолжая неотрывно смотреть на брата. - А если это будет не кто попало? - совсем невинно задала она вопрос, обойдя один раз немного поражённого собственными словами Роджера. - Что? - не понял мальчик, выпрямись и уже смотря на свою сестру чуть сверху вниз, вполне осмысленным взглядом. - Ну-у, а если меня будет целовать не кто попало, то...? - юную Кросс снова перебили, вскинув левую бровь. - Так, - сказал он отрешённо, так же как и сестра уперая 0руки в бока. - кто попало или нет, это уже будем решать я и папа, поняла? Всё! Вопрос закрыт! - мальчик, не дожидаясь реакции Джульетты, вновь вернулся к рассматриванию тропинки парка. Девочка не стала отвечать на реплику брата. Её небесно-голубые глазки заблестели, а лицо озарила по-детски счастливая улыбка, будто она только и ждала этих слов. На щеках легонько заиграл румянец. Джульетта отложила в сторону свой ранец, поправила подол лёгкого сего-голубого цветастого сарафана и устроилась рядом с мальчиком. - Реджи, - лаского начала она, на что парнишка поморщился. Он очень не любил, когда его так называют. - ты заботился обо мне, да? - совсем невинно продолжила малышка Кросс, гладя старшего братца по плечу. Мальчик не поменял своего положения и, не поворачиваясь, бегло взглянув на сестру, после чего вернулся к разглядыванию дороги. - Ты за меня волновался, верно? - констиатировала факты Джульетта, буквально сияя от собственных мыслей и слов, чего нельзя было сказать о мальчике. Тот, не желая принимать реплики сёстры за действительность, только отвернулся от неё, чуть сжавшись и потупив взгляд. - Значит, ты меня любишь? - с полными надежды глазами робко взглянула девочка на брата, на что он лишь скривился. «Бе-е-е-е! Я!? Люблю Занозу!? Фу-у-у! Глупости какие! Я ж демон! Забочусь я о ней, только потому что папа мне сказал, а не потому что я её старший брат! Да, точно! Именно поэтому! Ух, и понавыдумывают эти ангелы всякого... Хех! - заверил сам себя Роджер, облегчённо вздохнув и стерев капельки пота со лба. То ли он так сильно переволновался, то ли солнце так безжалостно печёт, но мальчику стало жарко. Кросс ударил себя по плоской и ещё такой слабой груди своим кулаком. - Я демон! А демоны не любят! Никого!» - заключил он. И заметив немного удивлённый взгляд сестры незамедлительно, с привычной чуть нагловатой ухмылкой, так свойственной ему и его отцу, дал ответ: - Я? Тебя? Люблю? Да не смеши, Заноза! Ахахах! Да кто тебя такую любить-то будет!? - посмеивался над девчонкой Роджер, несильно, но довольно неприятно потянув сестру за тёмно-русую, довольно длинную косичку. - Ауч! Роджер! - подала полный обиды голос девочка, явно поникшая из-за действий брата. Но, конечно, намного сильнее её ранили его слова. Словно пули, они попали в сердце малышки, оставив там пусть и маленькие, но сильно ноющие дыры. «Как всегда. - с грустью подумала Джульетта, поглаживая свою косичку. - Роджер, как всегда меня растраивает. Неужели ему так трудно сказать, что он меня любит? Он ведь любит меня! Потому и заботится, потому и волнуется. Он ведь мой старший братик.» - продолжила девочка, чувствуя что пара тёплых солёных капель стекает по щекам. Всё-таки неприятно услышать подобное, особенно из уст родного тебе человека, пусть даже и демона. - О-о-о-о! Опять заплакала! Рёва-корова! Ты только тут улицу не затопи, потом, причём все. - решительно произнёс мальчик. Он взял синий ранец сестры и открыл его, что-то очень сосредоточено ища. - У тебя тут точно что-нибудь найдётся! Это ж не портфель, а целая мед. клиника! - смешно растягивая слова, явно специально, говорил мальчик. Реакция последовала незамедлительно. Слёз стало в разы меньше, а хлюпанье носом и вовсе прикратилось. Наконец Роджер всё же выудил из ранца голубоватый платочек с белыми рюшечками по бокам и протянул его девочке, который та с радостью и счасливой улыбкой на лице приняла, поднося к мокрым участкам своего миловидного личика. «А всё-таки, что бы ты там ни говорил, ты меня любишь и заботишься обо мне как умеешь. Даром, что в грубой форме! Ведь ты же мой любимый старший братик.» - заключила малышка, буквально излучая свет и радость изнутри. - И больше не плачь! - пригрозил сестре мальчик, но заметив назревающий лукавый вопрос на устах Джульетты, добавил с небольшой заминкой: - ... А то... И-и-зольда Марковна услышит! Только девочка хотела что-то сказать, явно осудить братца за содеянные «злодияния», как полышались вблизи недовольные громкие реплики: - Ну, сегодня этот Кросс получит по заслугам! Уж я-то ему сегодня лично уши надеру! - Так, а теперь, Заноза, тихо! - шикнул он сестре, чуть протянув из-за куста руку. «Опять это прозвище!» - надула губки малышка и уже хотела начать свои нотации, как проследив за манипуляциями брата, поняла задуманное им. - Ты что собрался делать, дурачок!? - забеспокоилась Джульетта, глядя на Роджера недоумённо. - Родители ведь сказали, что без особой необходимости силы использовать нельзя! Ты что, сошёл с ума!? - А это по-твоему не «особая необходимость»? Она мне уши хочет надрать! - наигранно возмутился парнишка, пустив сначала маленький и с виду такой незаметный росточек из выложенной разноцветными камешками дорожки парка. - Нет уж! Я тебе не позволю! - чуть повысила голос девочка, что есть силы потянув руку Роджера вверх, в надежде прекратить всё, но только усугубила всю ситуацию. - Что ты делаешь, Заноза!? - ужаснулся Кросс, уже зная наперёд обо всех последствиях. - Ну, я ему-у-у-у...! А-а-а-а! - вдруг вскрикнула Изольда Марковна, когда прямо в 5 сантиметрах от неё раскинулось довольно высокое и ветвистое дерево.

Широко раскрыв рот, пытаясь описать свой бурный ураган эмоций и чувств внутри, в шоке выпучив свои маленькие тёмно-карии глаза, женщина задрала высоко голову, глядя на явившееся неведомо откуда растение. Вокруг дерева уже собралась шумная толпа из взрослых и детей, к которым так и наравили присоединится охранник и садовник, но несмотря ни на что, они так и не рискнули бросить свой пост. - Ну, это не то, что я планировал, - спокойно начал Роджер, повернувшись к удивлённой сестре, которая явно не ожидала такой неожиданности, после чего продолжил в той же манере, поднимаясь и поднимая за собой Джульетту: - но тоже сойдёт. По крайней мере, сегодня эта карга к нам не нагрянет. Значит, мои уши останутся на месте, - встал на ноги и вручил сестре её ранец мальчик, уже собравшись бежать, даже подпрыгнул, как что-то холодное и твёрдое коснулось тройки его маленьких волосинок. Парнишка, почувствовав что-то неладное со своей «гривой», резко вскинул голову, наткнувшись взглядом на обомлевшего Николая Валериовича. Тот от ужаса аж выронил ножницы из рук, что небольшим звоном ударились о тропинку парка. Он схватился руками за свои уже давно седые волосы, повторяя нечто вроде «Я ж тебя, Кросс... Я ж тебя вот этими руками мог бы ненароком...» и резко замолкал. Мальчик же отнёсся к произошедшему спокойно, будто подобное случается каждый день. Лишь наигранно печально взглянул на упавшие иссиня-чёрные волосинки, вздохнул и продолжил свою фразу: - Эх, уши-то не надрали, зато постригли! - в той же манере завершил Кросс, после чего бодро и живо произнёс: - Бежим, Заноза! - Хи-хи, говорила же я, тебе с твоими-то зарослями только к садовнику и надо! - уже отошла от шока и захихикала девочка, чувствуя что брат её снова куда-то быстро тащит и поэтому поспешила выкрикнуть со смешком: - До свидания, Николай Валериович! После этих слов дети скрылись за воротами парка в направлении их дома. А садовник так и остался стоять на том месте, держась руками за волосы и смотря, то на шумную толпу, вокруг огромного дерева, в частности на неизменённое выражение лица Изольды Марковны, то на ворота, где пару секунд назад скрылись двое из семьи Кросс. - Какая же у меня всё-таки... неспокойная работа... - покачал он головой и опустил руки, тяжело вздыхая.

***

- Как-то сегодня подозрительно спокойно. Затишье перед бурей? Ты как думаешь, Сульфус? - негромко спросила Раф своего мужа, чистя тарелку с сине-голубым узором по бокам, полотенцем в тон. - Я ничего не думаю, мой ангелочек, - ответил демон с уставшими нотками в голосе и, встав из-за стола, который давно уже покинули дети, разойдясь по комнатам, подошёл к блондинке и обнял её сзади за талию, положив свою голову ей на плечо. - Сейчас у нас выдалась свободная минутка, и мои мысли заняты только тобой. На слова мужа ангелесса улыбнулась. Тарелка и полотенце были отложены в сторону, дабы никакие лишние предметы не могли бы нарушить эту идиллию. Через некоторое время, опустив руки на стол, Раф попыталась найти ладонями посуду, которой недавно занималась, но случайно задела пульт, нажав на пару кнопок и включив с его помощью телевизор. Супруги сразу обратили внимание на русоволосую женщину лет 35, что была одета в тёмно-красный костюм и вела новости. Раф и Сульфусу было достаточно услышать лишь слова «аномалия», «ниоткуда возникшее дерево в парке на улице «Борокко»» и «главный свидетель Костигина Изольда Марковна», чтобы понять «имя» этой аномалии. - А я всегда знала, что на этой земле господствуют демоны! Это они наслали на нас проклятье! Они переворачивают здесь всё вверх дном! Эй, молодой человек, куда вы убираете микрофон!? Я ещё не договорила! Угх! Мы должны их всех потравить, иначе они...! Да отдайте же вы наконец! - всё вырывала микрофон Изольда Марковна из рук журналиста, который усердно тянул его на себя. Сульфус прыснул в кулак не столько от этой комичной сцены, сколько от суеверия пожилой женщины. Переворачивать всё вверх дном? Это дьявольская натура. Проклятия? Что ж, если покапаться в истории, возможно, найдётся даже такое. Но потравить?! Как она собралась это делать? «Хех, смертные, какие же вы смешные! Мы же не вампиры! Света, крестов не боимся! А насчёт чеснока... М, у всех свои вкусы, но моему сыну я это пихать в рот не дам!» - думал демон, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться перед женой, которой уж точно было не до шуток. - Кажется я знаю кто же это а-но-ма-ли-я. - недовольно хмурясь, произнесла наконец Раф. - Кхм... Кхм... - откашлялся Сульфус, чтобы придать голосу больше твёрдости и решимости, и оторвался от своей жены. Набрав в лёгких побольше воздуха он крикнул, направляясь к выходу кухни, а затем по лестнице в комнату своего сына: - Реджинальд Кросс! - Всё-таки уши мне сегодня надерут... - прошептал Роджер, вжав голову в плечи и готовясь встретить своё наказание за дверью.