Ангел по вызову

Только Мирдал сел на диван в кабинете Блитца и открыл баночку газированного латте бренда UWU, притащенную из райского супермаркета, как красная рука в белых пятнах её выхватила: — Попробую ваш райский витамин, — и Блитц вылил себе в глотку всё содержимое разом. — Прибавь её цену к зарплате вашего медика, — пожал Мирдал плечами, — если б ты её платил… Блитц отмахнулся, заодно метая пустую банку в мусорку: — Рассла-абься, делиться с друзьями это благодетель! Ну а Мирдалу осталось только пойти к местному кофейному аппарату: — Кстати, как твоя половая жизнь? Блитц чуть не поперхнулся, но вовремя перевёл спазм в рыгание и ухмыльнулся от рога до рога: — Грешники сейчас все отвлеклись на недавние события с ангелами, и про своих родственников в мире живых никто не вспоминает. Так что в бизнесе затишье, денег мало, на партнёров не хватает… Мой хер в штанах как феррари в гараже — застаивается! — А Столас? — Мирдал нажал на кнопку залития адского говнокофе в пластиковый стаканчик. — Он дома сидит, а в рабочее время кого мне ебать? Милли, что ли? Я пробовал… — бес поморщился, невольно хватаясь за промежность. — Ладно, рожа Мокси того стоила, но… Мирд, а не хочешь прокатиться на имп-экспрессе? Не стесня-айся, будто я не видел, как ты на меня смотришь… Мирдал бы сказал, что с лёгким кринжем, при всей дружбе с этим бесом. Поэтому такое приставание Блитца скорее пробудило в Мирдале внутреннего тролля: — Ты настолько скорострел, имп-экспресс? Блитца настолько задело, что он вскачет с грохнувшегося стула на стол, смахивая хвостом бумаги: — СКОРОСТРЕЛ? Я только стреляю из пушек скорострельно, а в сексе могу хоть часами! Хоть вечность, настолько хороша моя легендарная выдержка! Знаешь, чего Столаса мне мало? Он после меня хромает каждый раз! — Тогда тем более откажусь от твоей безмерной прыти, поберегусь, — Мирдал попробовал тухлый кофе и поморщился. Блитц, который уже показушно расстёгивал пряжку ремня с преувеличенной театральностью, остановился и выдохнул с ворчанием: — Ты просто завидуешь, святой мамотрах, что сам так никого не отшпиливал, чтоб после этого даже ползать без стонов не могли. — Не этому завидую, и не тебе… Но ты правильно понял направление. Прости, что сейчас… настроение со всеми ссориться, — Мирдал вылил кофе в слив кофемашины. Шипы Блитца, которые были прижаты к голове в обиде, медленно приподнялись — адская жаба внутри него явно возмущалась такому расточительству. — Ты что, спятил? Кофе в Аду на вес золота, а я им, в отличии от тебя, не линяю! — но в голосе не было злости, сам Блитц это понял… и подошёл к Мирдалу, утешающе хлопая его по спине, для чего пришлось задрать свою руку повыше. — Ладно… Столас бы сказал, что у тебя прогрессия. Раньше ты бы ревел Арислодарочке в такие моменты и просил себя стереть из реальности. Что хоть случилось? Кому такой Апполон, как ты, обзавидовался? Мирдал со вздохом к нему повернулся, глядя сверху вниз, но понуро: — Более успешным ангелам, которые поднимаются за счёт работы исключительно с позитивом, плюшками и радугой. — Погоди-ка… — он заглянул в бледно-голубые глаза ангела, его собственный взгляд стал необычно серьезным, — ты, прямой столп добродетели, завидуешь розовосрачным, улыбчивым мудакам в белых одеждах? Которые только и умеют, что блестеть задом на камеру и раздавать бесплатные пончики? Не ты только что предотвратил жах ангельского ОМП оверлордами, когда другие ангелы в этом жидко обосрались своими мармеладными мишками? Мотая хвостом и сцепив под крыльями руки, Мирдал стал нервно расхаживать по кабинету: — И Сэра, оказывается, разозлилась, что ей пришлось грешникам компенсировать истребления бесплатной медпомощью, а Лют — что её лишили повода для мести. Если б им никто не помог, и Пентаграмм-сити бы взлетел до Рая — в плохом смысле — и Рай бы треснул. Но чем, думаешь, наградили за эту помощь? До Блитца начало доходить, его морда разгладилась, больших глаза ещё больше наполнило сочувствие: — Осудили за то, что ты «полез в политику и негатив», и лишили зарплаты? — Очень близко к этому. Оказывается, даже портал к Пентиусу был открыт без приказа, ещё и с правдивой, но лживой иллюзией! — Мирдал махал крыльями, а потом скрестил их на груди. — Ну и, понятное дело, обманул Вокса! Не просто связался с демонами и грешниками, а ещё и перенял их повадки! Нет, не думай, что наверху ненавидят за это прямо все. Авель вообще похвалил за хороший ход и пригласил в экзорцисты новой формации, Эмили обрадовалась, что справился без потерь и без оглядки на догмы… Но сама Глашатая Бога сделала выговор и потребовала, чтоб в следующий раз был разборчивее в методах, ещё и пригрозила постоянными проверками на стандарты благочестия. Вот от кого не ожидал после всех исповедей ей, после её заверений, что это фарисеи неправы… или, думаешь, даже на неё надавили? — Ха, — фыркнул Блитц — добро пожаловать в клуб «нас имеют без смазки». Думаешь, я не знаю, каково это? Я тут каждый чёртов день ублажаю грешников, убиваю их врагов самым кровавым и креативным образом! Кормлю Столаса, Луну, Мокси с Милли, скоро их пиздюка ещё буду кормить, а что получаю? «Блитц, ты опять опоздал!», «Блитц, ты испортил ковер!», «Блитц, где отчеты?!» Ни уважения, ни благодарности, только моксины нравоучения и лунино ворчание, — он остановил Мирдала, встав перед ним и положив ему руки на крылья. Он говорил, как обычно, резко, но с той заботой, которую Мирдал от него чаще к Луне слышал, а в свой адрес впервые. — Это они тебе завидуют, что у тебя есть настоящие яйца — даже если ты их не показываешь — врать врагам, а не собственным пожертвование-платильщикам. Давай забудь это сусальное дерьмо. Ты — тот, кто реально делает что-то. Ангел сам положил ему руки на плечи и приобнял в крылья. Блитц давно хотел от Мирдала подобной близости, но по итогу оказался к ней не готов… Но его острые плечи под ладонями Мирдала постепенно расслабились, а хвост, сам того не осознавая, тронул хвост Мирдала стреловидным кончиком: — Эй, не раскисай тут, — пробормотал он, но уже совсем без привычной колючести, уткнувшись носом в золотистый мех на животе ангела, — и не извиняйся. Кто тут в кого негатив выплеснул первым? Я, кажется, начал с воровства твоего божественного газикофе и чуть штаны с себя не спустил. Вспомнив про это, Мирдал высвободил объятия, но не отошёл далеко, прислонившись к кофемашине: — Без мотивации помогать сложно, а с отрицательной — тем более. Особенно помогать демонам, про которых в Раю только и говорят «брось ты этих фриков, они все ненормальные». — Да хуй там, не хуже вас, — ткнул бес пальцем в светящиеся перья. — С нами хоть не скучно и не предсказуемо. Мирдал показал ему язык коротко: — Знаешь, как долгое время к Чарли относились, а некоторые до сих пор? Вот так же на Небе Мирдала воспринимают. И ещё обвиняют в эмоциональной нестабильности, с таким психологическим климатом. — Как и мы Чарли, кстати… Но она — святая, между прочим, даже в вашем смысле слова, тащит души наверх. И ты — наш пушистый, светящийся, слегка занудный свой парень. И если надутым небесным индюкам это не нравится — хуй с ними! Их потеря. Тем более ты сам сказал, что тебя одобряют там почти столько же цыплят, сколько на тебя пищат. Тем интереснее! А если хочешь склонить побольше на свою сторону… — обычная нагловатая ухмылка медленно вернулась на лицо импа, — я знаю парочку очень болезненных способов испортить день этим твоим «успешным» коллегам. Дискредитация? Шантаж? Подбросить им в гардероб пару мешков с живой адской саранчой? Мы с Лун и Мокси с радостью поможем. Считай это платой за кофе и компенсацией за то, что назвал тебя завистником. Хотя ты им и являешься. Но это нормально! Мирдал, выговорившись и приободрившись, подмигнул: — Давай тогда сделку — помогу тебе с теми, кто на тебя ворчит, успокою Мокси и Луну, а ты… Не знаю. Шантажировать врагов в ответ — только испортит ситуацию, ещё и в этом обвинят. Кофе и еда не лезут сейчас, но буду рад успокоительному. Только не счастливым пилюлям Столаса. Небеса, какой же Столас без антидепрессантов, если с ними его на нас обоих хватает с горкой… Блитц с нежностью закатил глаза: — Адотрясение он, гремучая смесь из панической атаки, экзистенциального кризиса и желания перечитать всю библиотеку за одну ночь. Вы с ним, кстати, одного типажа в моменты стресса, поэтому я тебя так быстро успокоил сейчас и в прошлый раз, когда ты хотел интернет себе отключить. Навострился. Ладно, сделка! Ты — Мокси мозги выпрямляешь своим ангельским шармом и мудростью, а я… а я найду тебе успокоительное, от которого не будет сонной башки и упадка либидо. Клянусь Сатаной! — Князем лжи? — хохотнул Мирдал, но Блитц уже резко развернулся и полез в самый нижний, пыльный ящик своего захламлённого стола, что-то там шумно перебирая: — Шантаж — отменяется, согласен. Не наш метод… мы больше за мокруху, но на ангелов у нас лицензии нет… О, нашёл! — он достал пузырек с мерцающей золотистыми искрами оранжевой жидкостью, и его выражение лица стало понежнело. — Моя фирменная «блитцовка»! Сам мешал, вельзевуха с ангельской пылью. На, принимай успокоительное, — он протянул пузырек Мирдалу, его глаза хищно блеснули. — А потом — марш успокаивать моего снайпера, заебал он меня своей бухгалтере́ей. Луни оставлю на себя… подумаю пока, как объяснить ей, почему наш ковер сменил цвет на красный с вкраплениями. — Как будто есть варианты, кроме правды, «застрелил на нём критика, недовольного, что цена не ноль, а качество не бесконечность». Во всяком случае, такое Луни поймёт, — Мирдал понюхал состав, явно наркотический, раздумывая, как низко он пал. А Блитц икнул: — Блядь, пушистый, ты или гений, или ищешь способ убить меня лапами дочери… — Доверься дипломату уровнем выше корзинок со сладостями, —по итогу Мирдал отставил опасный коктейль. — Не, пьяного ангела Мокси не выдержит. — Ну и пожалуйста, — Блитц обиженно сунул пузырек обратно в ящик так поспешно, что тот чуть не выскользнул из дрожащих пальцев, — на свои поминки оставлю… Но когда Мирдал двинулся к двери в приёмную, Блитц вдруг запаниковал и забил хвостом по ножке стола: — …Или твои! Слуш, может, с Мокси попозже? Он сегодня особенно заёбист. — Ты знаешь, — оглянулся крылатый на беса, — что он про тебя говорил то же самое в день, когда ты про свои шрамы рассказал? Дай помочь ещё раз. Блитц внезапно, но медленно спрятался за свой свол: — Хотя бы не напоминай ему про инцидент с копиром, когда я его рожу ксерил! И ради всего святого, не вспоминай про мою попытку затащить живого пони через портал! — Как бы вспомнил, если б ты не сказал, не знал же… — покачал Мирдал головой. Блитц осознал то же самое, приглушённо стоня: — Сука… сука! Я сам тебе это в голову вбил! Чёртов язык, отрежь его мне кто-нибудь! — только дверь закрылась за Мирдалом, Блитц к ней прильнул. — Пожалуйста, клубок-колобок, не лоханись, а то ещё и нашу кровь с ковров оттирать придётся… Мокси, маленький, аккуратный имп в костюмчике и с бакенбардами, сидел в приёмной, сгорбившись над кипой бумаг, а его хвост подёргивался в тике, пусть даже морда оставалась невозмутимой. Хотя в момент, когда Мирдал задержал на нём взгляд, Мокси непонимающе и подозрительно сощурил обычно большие глаза. Ангел устроился на диване для посетителей и спросил Мокси невзначай: — Если бы ты мог поменять три качества в своём начальнике, то какие и на что? Тонкие белые брови Мокси поползли вверх, глаза округлились больше прежнего: — Э-хм… кх… неожиданный вопрос, сэр Мирдал… — Просто Мирдал, — коротко поднял ладони он. Это помогло раскрепостить беса, он даже вытянул ноги вперёд и перекрестил их: — Как вам будет угодно, но это всё равно, что поменять три капли в токсичном заливе на чистую воду. С чего бы начать… Блитц за дверью прилип ушным отверстием ко щели, дыша от волнения крупно, но стараясь неслышно, а хвост замер в напряжённой петле. Мирдал не торопил и не менял нейтрального выражения морды. Мокси вздохнул раздражённо, но с облегчением от возможности выговориться: — Во-первых, я бы вложил ему хотя бы грамм ответственности! Чтобы он понимал, что «бюджет компании» — это не его личный фонд на сжигание плюшевых сов оптом или закупки всей заводской партии тарелок с конями. Звучит, как рандомное дерьмо, которое я только что выдумал? Вот чеки на то и другое! — обоими руками он вытащил снизу нервовных стопок по бумажке. — Да если бы это только деньгами ограничивалось, он и задания не планирует, а мчится наобум, крича «Йи-хаа!» и подставляя нас всех под шквальный огонь! Блитц с подавленным стоном прикусил кулак. — Во-вторых, — ткнул Мокси коротким, но крупным чеком в сторону двери босса, так и не догадываясь в запале, что через зазор в проёме легко подслушивать, — организованность. Адская бездна! Его стол — это траходром и чёрная дыра, а доска задач — это клочки бумаги с нечитаемыми каракулями, пришпиленные к стене костью от рёбрышек барбекю! Я бы… я бы приковал босса к стулу и заставил хотя бы прописи осилить! Или нанял бы ему секретаря-доминанта, чтоб ебал его в горло сувенирным карандашом толщиной с ветку каждый раз, как споткнётся о его каракули, а не как Столас или я, самим глотать! Блитц, прикрыв большими ладонями широкие глаза, медленно сползал по косяку. — А в-третьих… — Мокси какое-то время подбирал слова, потом его голос стал тише и задрожал, — я бы дождался от него простой заботы о команде. Не показной и громкой, когда он врывается с криком «Кто хочет текилы?! Хоти дальше!», а настоящей. Чтобы он прислушивался к нам, когда мы говорим, что устали. Чтобы не бросался в авантюры, где Луна может пострадать не на шутку. Чтобы понимал, что его «забавы» иногда… часто… ранят, — Мокси опустил взгляд на бумаги. — Мы же семья, чёрт возьми. Хоть и очень, очень дисфункциональная. А он иногда ведет себя так, будто мы одноразовые факела для жонглирования в его личном цирке. Мирдал кивнул, и в молчании после раскрытия души Мокси выглядел одновременно полным облегчения и слегка испуганным от собственной откровенности. За дверью что-то глухо ударило о пол. Повернувшись к приоткрывшемуся проёму, ангел и бес увидели в щели между косяком и створкой кончик знакомого красно-белого хвоста, лежащий на полу бездвижно. Блитц Баксо, Адский Босс, грохнулся в обморок. — Сэр? — от тревоги забыл Мокси о просьбе просто Мирдала. — Это… что это было? Блитц? Он… жив, нет? — злиться-то он злился, но мысль, что шеф мог услышать все откровения… Мирдал вздохнул, поглаживая свою золотую гриву. Дипломатия — это вам не фунт изюма. Особенно в Аду. Особенно с ИМП — Инфантильными Маньяками-Придурками. Потом дал Блитцу понюхать рюмку его же «блитцовки». Бес, причмокнув, подтянул её языком и глотнул, приходя в себя навеселе, но, только уставился на Мокси, оторопел и увидел, как тот о нём беспокоился, несмотря на всё высказанное. Мирдал держал Блитца за руку и гладил пальцы, показывая, что не осуждает, а выясняет: — То есть, ты и так знал это всё за собой? Блитц захохотал, но смех был резким: — Конечно, знал, ты, психо, анал и тик! Я не идиот! Не полный, так, худой и жилистый. Я знаю, что мой стол — помойка! Знаю, что трачу деньги на херню! Знаю, что лезу на рожон и подставляю всех под пули! — Он вырвал руку, схватился за голову, его голос срывался. — И этот третий обоссанный пункт… — Допустим, лезть в миссиях на рожон это твой стиль боя, это никак не исправить и не переучить, лучше развивай его стремительность, чтоб даже опомниться не успевали. Допустим, Столас может больше заниматься твоей бухгалтерией вместо Мокси, кто не получает от неё удовольствия, заодно Гоэтия перестанет квасить в твоей квартире. Но да, третий пункт… — Мирдал поднял уши. — Почему ты так часто чморишь собственного работника, как будто ты школьный забияка, а он очкарик-ботан? Это всё равно что издеваться над отличником, который даёт тебе списывать. Блитц сгорбился и ответил хрипло, без привычной бравады: — Не сдерживаюсь. Понимаешь? Это как чесать рану. Не надо, но хуй остановишься! Мокси… ты такой… правильный. Аккуратный. Умный. Делаешь всё по инструкции. Любишь Милли честно и просто. Мокси слушал, замерев, с открытым ртом: — Но ведь и ты... — А я… Я — хаос в клоунском гриме, разрушаю всё, к чему прикасаюсь. Поэтому работаю киллером — других талантов-то нет! — Блитц поднял глаза на Мирдала и Мокси с такой оголённой болью, что даже ангел опал плечами, а имп-серкретарь всхлипнул. — Если я перестану быть громким, наглым ублюдком… что тогда останется? Вы тогда увидите мой страх, что меня бросят. Я даже со Столасом в обнимку просыпаюсь по ночам от страха, что снова один. Что все поняли… что я просто… мусор. Токсичный, бесполезный мусор. И все ушли. Мирдал хотел обнять Блитца, тот отстранился и даже отпихнул, резко, но пошатываясь, вскочил: — А они терпят! И Мокси особенно, даже после копира, сов, пони и тарелок! Это что, стокгольмский синдром или фембойский мазохизм? Отвечайте! Я же постоянно даю ему повод уйти, а он — не уходит! Это же ненормально! — Босс… — Мокси попробовал гордо выпрямиться, но слёзы от смешанных чувств мешали. — Ты же мне жизнь спас несколько раз. И с тебя началось наше знакомство. Если ты перестанешь меня пинать, я только вернее буду. Блитц тяжело дышал, хвост плетью бился о пол: — Я не знаю, как дружить иначе, Мокс. Только так. Громко, грязно и больно. — С Милли ты можешь иначе! — махнул обоими руками Мокси на то место, где раньше сидела декретница. Блитц заморгал, слёзы так и не пошли, и голова не прояснилась. Отобрав у Мирдала бутылку, имп бросился к двери, едва не наступая на собственный мотавшийся во все стороны хвост: — Я… пойду. В бар, побухаю. Найду себя. Хрен его знает. И прежде, чем кто-либо успел что-то сказать, Баксо вылетел из приемной, оставив за собой гулкую тишину, запах дешёвого сорта адской медовухи и ангельской пыли, и двух существ — ангела и беса — которые вскрыли новый слой бездны страха и одиночества, что скрывалась за почти всегда ухмылявшейся рожей. Мокси, подрагивая на финальной стадии растерянности, дошёл до бредовых идей: — Может, он мою жену ревнует ко мне? Мирдал хмурился и теребил бородку: — Больше похоже на адскую депрессию от переработки. И его депрессии такие же, как ангельские… он хочет, чтоб его обняли, утешали и напоминали о достоинствах. И в этом ничего плохого. Научиться бы нам с ним только после этого не пинаться, а обнимать в ответ… А теперь ты ответь, ты его дольше знаешь — он после этого вспомнит, что стрелять при тебе в щенков, когда ты просишь «не надо», можно, только если эти щенки на вас нападают сами, или, добившись, чего хотел, продолжит лезть в ментальную вагину?.. — Со мной он никогда таким не был, — вздохнул Мокси, — раньше. Боюсь, Мирдал, опыт здесь у меня… всё же отсутствует. — Мда… как и сам Блитц отсутствует, — подумав, как утешать Блитца для восстановления хотя бы той адекватности, что была в нём при лечении шрамов от побоев отца, Светлый набрал номер главкиллера. — Кто б там ни был, иди нахуй! — За это короткое время Блитц уже успел спуститься в тёмный угол самого вонючего бара на первом этаже офисного небоскрёба, пытаясь утонуть в стакане блитцовки, к которой ещё и домешал отчаянно пахнувшей бензином текилы из Круга Ярости. Не понятно было, глюк или реальность танцующий бегемотик на его столе, но у иллюзий не отнимешь с таким трудом сворованную из коктейля оливку. — У меня новый друг, Борис Хрен Поймаешь! — Есть заказ, — голос Мирдала в трубке пробился сквозь гул бара и галлюцинации. Бегемотик Борис тоже застыл с оливкой в лапе. Блитц выпрямился, пытаясь придать голосу деловую резвость, но пойло заплетало язык: — Серьезный? С кровью, кишками — и от тебя, святожоп? Давненько не было… — Обсудим на пьяную или трезвую голову? — ангел серьёзно поручал работу, возвращал в знакомый деловой хаос и этим кидал спасательный круг в море идиотского саморазрушения. — И ты не передумал? — вопросом на вопрос Мирдала шепнул Блитц. — После всего моего дерьма. В трубке послышался мягкий, теплый звук — что-то среднее между вздохом и смешком: — Бабло побеждает зло. Колючий жар сжалось у Блитца в груди, хотя не коктейль и не сердце. Бес сглотнул: — Я протрезвею через десять минут! — и встал. — Только принеси на улицу перед офисами два кофе. И много сахара, как у вас в раю кладут! — он положил трубку, посмотрел на бегемота. — Проваливай, жирдяй. Борис исчез в облаке воображаемого дыма. Блитц потянулся за курткой, что свесил на спинку стула. Может, Мирдал и прав? Может, иногда… можно не пинать балду и балду-Мокси? Баксо выпрямил плечи — насколько это возможно под весом собственных проблем — и шагнул в адскую ночь. Мирдал спустился с лестничного балкона на улицу, перехватывая Блитца и держа два стаканчика из кофемашины: — Обе тебе или поделишься? — прищурился Мирдал с улыбкой. Запах кофе перебил остатки блитц-текильного тумана и вернул убийце остроту ума и слов: — Если ты будешь пить из моих стаканов, мы косвенно поцелуемся через ободок, оно тебе надо? — Ты для этого спёр и выдул банку «уву»? — прищурился Мирдал, скалясь в похабной ухмылке, но только на миг, потом вернул на морду привычную лёгкость. — Слушай, в общем. Один тиранчик-фанатик никак не хочет заканчивать войну, хотя кучу народа угробил, ему и враги, и союзники, и свои же говорят остановиться… Жалко его — чем позже он в Ад попадёт, тем больше народа ему устроят анальную кару. — Погоди… — Блитц прищёлкнул когтями, — ты хочешь сказать… этот массовый геноцидник-самодур после кончины обязательно свалится прямиком сюда? В наш весёлый, жестокий, грешный Ад, который он помог заселить? Это не заказ. Это… — он проорал радостно на всю улицу, — ПОДАРОК СУДЬБЫ! Твой дар мне! — бывший циркач вскочил на перила крыльца. — Представь: он только прибыл, весь в праведном гневе и небесной спеси после того, как мелочный бес оборвал его великую миссию! Он думает, что вознёсся на небеса как героический самодержец. А вокруг… БАМ, Блядь! — Блитц развел руки, чуть не свалившись. — Перестрелки! Инкубы стервозные, в латексе, вместо сладких гурий! И полная беспомощность, никакой власти над чужими жизнью и смертью! — он спрыгнул, схватил Мирдала за плечи, не сообразив, что так просто повис на нём, с таким ажиотажем глядя в глаза снизу вверх. — Я берусь бесплатно. Ну, почти. Навари потом ещё ведро этой бодяги, чтобы даже на Мокси хватило, он бы точно одобрил это задание. И организуй там по своим связям нашему клиенту встречу с его жертвами в бдсм-милитари-клубе, который кто-нибудь из них открыл и раскрутил, или нечто в этом роде. Как гвоздь программы — пусть Люцифер лично вручает медаль «За вклад в адскую демографию» из просроченного шоколада, потому что нехер к нам столько убийц присылать, и так передоз… дайте хоть кому успеть замолить грехи и не насиловать нас головной болью. — Сколько злорадства… — Мирдал, не выпуская из ладоней стаканчики, присел и поставил аккуратно беса на асфальт, а Блитц обхватил обе картонных кружечки, пожимая через них Светлому руки: — Если ты ещё не падший, предлагая мне такую ироничную месть, то Бог свидетель, не все заказы мне поручают из мелкой зависти, есть и справедливость в трёх мирах! Ну или зависть крупная, — выпив одну чашку залпом, Блитц занюхал второй, пусть это и не был спирт, просто кипяток. — Как у тебя получается вкуснее меня готовить в кофемашине? Там всего одна кнопка! — Зато обжаривал, — продемонстрировал Мирдал вспышку на ладони. Блитц потянул вторую порцию куда медленнее и смакуя: — Занятно, и не жжёт от твоего освящения… Ты святость потерял или я искупился? — Ты ангельскую пыль хлестал, она куда менее здоровое питание для бесов, — пожал крыльевыми плечами небожитель. Оглядел улицу — хотя на странную компанию обращали внимания прохожие, они подходить побаивались и шли по своим делам дальше. Что радовало — шли, а не бежали. Значит, примирение давно воевавших сторон действительно намечалось. — А кофе просто чутком плазмы обработал. Блитц тоже внезапно осознал, что стоит на крыльце делового центра с ангелом у всех на виду, потупился и постучал когтем по нагретой картонке: — Я, знаешь… Луну удочерил, потому что хотел возиться с кем-то совсем пропащим. У меня хуёвая жизнь, но не самая, кому-то я вполне смог её сделать лучше. Долго я не понимал, зачем ты возишься со мной, со Столасом, с дочкой… Поэтому же? — Да, — Мирдал успел ответить только потому, что не думал и был краток. Блитц уже ввинчивал стаканчики в трубу перила за неимением в Аду мусорных вёдер на каждом шагу: — Не буду затягивать твой заказ, друг! Готовь баннер «Добро пожаловать в Ад, ничтожество» плазменными буквами! Ох ёб, если он и ангела в Аду встретит, у него будет полная депрессия: «Небеса посадили тебя в Нюрнберг вечного режима, сучка»! Это ж охуенно! — Пожалуйста, — когда Блитц, уже крутя пистолетом, сиганул в свой портал, Мирдал ответил на благодарность, высказанную лишь интонациями. Но, судя по солнечной улыбке, этого ему хватало. Впрочем, когда зарос прорыв в реальности, Мирдал её потерял и задумался. Он надеялся, что Блитц не начнёт оправдывать все свои преступления похоже. Но и тех, кто страдает от живого грешника, жалел, пусть он поменьше детей призовёт на взаимный убой. И так почти кончились взрослые.