То, что изменило жизнь

Ничего не предвещало беды. Эндрю и Нил ехали в райские сумерки, так как был вечер пятницы и тренировок у них завтра не было. Эндрю вел машину, Нил сидел рядом на пассажирском сиденье и тихо подпевал незнакомой ему песне. Вокруг царила атмосфера спокойствия и расслабленности, и ни один из них не мог предположить, что их ждет впереди. Джостен, который до этого смотрел в боковое окно, перевёл взгляд на лобовое и увидел фары машины, несущуюся прям на них с огромной скоростью. Миньярд тоже заметил и рефлекторно крутанул руль, пытаясь уйти от столкновения. В этот момент сердце каждого из них забилось в унисон, предчувствуя катастрофу. Лязг тормозов, скрип шин и звук ударов. Последнее, что успел осознать Нил, это то, что ему было безумно больно. Вся ситуация развернулась так быстро, что ни у кого не было времени на размышления или страх. *** В следующий раз Нил проснулся в белоснежной комнате, под писк приборов и характерные медицинский запах медикаментов. Он распахнул голубые глаза и увидел Эндрю, сидящего рядом и не мигающим взором смотрел на него. Под карими глазами залегли темные тени, лицо приобрело сероватый оттенок, на губах несколько ранок, в добавок ко всему у него было несколько ссадин на скуле и завершал образ гипс на правой руке, Его лицо выражало явные признаки усталости, словно он не знал нормального сна уже несколько дней или вовсе не спал. На прикроватной тумбочке стоял остывший кофе бумажном стакане, рядом с которой лежал недоеденный сэндвич. В комнате царила тишина, пронизанная лишь шумом тикающих часов на стене и гулом, доносившимся из коридора. — Очнулся? — безэмоционально спросил Эндрю, когда заметил, что Нил открыл глаза. Любому другому показалось бы, что ему всё равно. Но Нил видел, то что бы незаметно другим. Искусанные губы, твердый взгляд, подрагивающие пальцы. — Да, Эндрю, — хриплым голосом произнес Нил. Он только что заметил капельницу, воткнутую в его руку, ребра сильно болели и их что-то сжимала, бинты скорее всего, но самое страшное это загипсованная левая нога. Нил попробовал пошевелить пальцами ног, но не смог. Она как будто принадлежала не ему. — Что… ? — Нил закашлялся. Эндрю сразу же поднёс к его губам стакан спасительной прохладной воды. Он жадно выпил её буквально за два глотка. Джостен не осознавал до этого момента ю насколько он хотел пить. — Что с моей ногой? — поинтересовался Нил. В данный момент это был один из самых важных вопросов, так как уже начало сезона и ему надо понимать, через сколько он сможет играть. — Раздробленная кость и повреждены связки, — прозвучал голос Эндрю. — Твою ногу защемило при ударе, врачи не были уверены, смогут сохранить её, но… — Я смогу играть? — прервал его Нил. Он уже не мог терпеть, пока тот закончит говорить. Джостен начал понимать к чему он ведёт разговор. — Маловероятно. Это звучало, как приговор. Он обрушился на него неожиданно. Больше нельзя было играть в экси. Но как же он мог существовать без этой игры. Ведь она была его жизнью. Его вдохновением. Его всем. Они были всегда вместе… Слезы навернулись на голубых глазах Нила. Внутри него что-то сжалось, он почувствовал, что задыхается, словно кто-то перекрыл ему доступ к кислороду. Бинты, обвивавшие его сломанные ребра, вдруг начали ощущаться в десять раз туже. Будто они превратились в оковы, стесняющие его грудную клетку. Нил пытался сделать вдох, чтобы заполнить легкие необходимым воздухом, но казалось, будто его легкие забыли, как это сделать. В его разуме промелькнула мысль о панической атаке, но… Когда же эмоции были подвластны разуму? Нил не мог ясно мыслить. Ему казалось, что он снова в том подвале со своим отцом, ощущая, что смерть уже близка. Ему так нужен был кислород, чтобы продолжать дышать. Кислород. Кислород. Кислород. Словно сквозь вату, Нил услышал знакомый голос, который точно не мог находиться в подвале с его отцом. Ты Нил Абрам Джостен. Ты на 3 курсе. Твой отец мёртв. Его люди тоже. Ты лис. Я Эндрю Миньярд. У нас с тобой ничего. Мы находимся в палате после аварии. Этот голос начал медленно возвращать Нила в реальность. Он увидел Эндрю, который сидел на корточках около него. Ты Нил Абрам Джостен. Ты на 3 курсе. Твой отец мёртв. Его люди тоже. Ты лис. Я Эндрю Миньярд. У нас с тобой ничего. Мы находимся в палате после аварии. Эндрю повторял это, как какую-то молитву, пока Нил окончательно не вернулся в этот мир. В реальный мир. — Я… — Джостен только успел открыть рот, чтобы произнести свою традиционную фразу, но Миньярд накрыл рукой его губы. — Не смей говорить, что ты в порядке, когда это не так. Бесит. Вскоре на пороге появился врач, который подтвердил все это. Он сказал, что про профессиональный спорт, Нил может забыть в принципе навсегда. После такой травмы ему надо молиться и верить в какое-то чудо, чтобы он смог самостоятельно ходить. Нил сидел в кровати и делал вид будто слушал, что говорить врач. Физически он был здесь, но мысленно он находился очень далеко от сюда. Он лишь недавно освободился от оков отца и своей фамилии. В его голове появились планы о будущем. Он мечтал и хотел попасть в национальную сборную после окончания университета. Он мечтал играть на высшем уровне как можно дольше, чтобы его имя знал каждый. Как великого игрока в экси, а не сына того самого мясника. Но дурацкой авария нужно было всё испортить. Нил упал на кровать и с силой ударил по матрасу. Почему жизнь так несправедлива? Почему? Удар. Почему? Удар. Почему? Удар. Врач в какой-то момент вышел из палаты и пошел дальше по своим делам. Скорее всего к таким же неудачливым пациентом, как итог. Кому он теперь нужен? Кому нужен калека или, что еще хуже, инвалид, который без помощи не в состоянии даже передвигаться? До конца жизни ходить на костылях или с тростью, он не хотел. Вопросы кружились в его голове, словно бесконечный вихрь, не давая ему покоя. — Мне, — спокойно ответил Эндрю. Нил даже не осознал, что произнёс последнюю фразу вслух. — Мне нужен ты даже калекой или инвалидом. С тростью или без. Мне все равно. Главное, что ты жив. Запомни, самое важное, это твоя жизнь. Я буду с тобой до конца. — Обещаешь? — немного наивно спросил Нил. В данный момент, ему нужен был Эндрю с его формой поддержки. — Обещаю, — твердым голос произнёс тот. Его взгляд показывал, что он сделает всё невозможно, чтобы Нил смог играть снова в экси. А как тот уже успел выяснить для Эндрю почти нет ничего невозможного. Эндрю никогда не нарушает свои обещания и это не станет исключением. Спустя больше год, когда Нил снова выйдет на корт и возьмёт клюшку в руки. Он осознает, что Эндрю выполнил своё обещание.