Кошмары

      После долгих размышлений и множества попыток добиться от Кардинала хоть чего-то вразумительного, Лололошка пришел к неоспоримому выводу: ему действительно необходимо отдохнуть. Хотя он и не совершил ничего особенного, постоянные мысли о Марке, Альфреде и всей этой запутанной ситуации тяжким бременем давили на его способность адекватно воспринимать реальность. Как только он закрывал глаза, перед ним вставали картины разрушенного города, бесчисленных жертв и заражение Марка.       Предложение Джона выглядело заманчиво, хотя и вызывало определенные подозрения. Смущало, что они будут в замке, а не в домике Ло. Однако, как он уже успел заметить, в замке кровать была действительно удобнее. Если Джон будет сидеть в стороне, то все должно пройти гладко.       Ученый уже успел вернуться и быстро скрыться в своем замке. Лололошка решил, что пришло время навестить его, хотя бы ради любопытства, чтобы увидеть, к чему это приведет.       Когда он вошел в кабинет Джона, тот быстро писал что-то на свитке. Увидев Ло, ученый резко развернулся и отложил перо.       — Вау, ты всё-таки пришел! — весело воскликнул он, поднимаясь со своего места.       — А что, не стоило? Ты сам настоял, — ответил Ло, остановившись в дверном проеме и скрестив руки на груди. За очками трудно было разглядеть его выражение, но усталость была очевидна. Гляди, прямо здесь свалится.       — Да всё стóит, не переживай. Уже время тихого часа? — с игривой улыбкой поднял руку к лицу и сделал вид, что смотрит на несуществующие часы.       — Джон… — протянул Ло со вздохом, закатив глаза.       — Я же шучу, дорогуша. Ты и правда хреново выглядишь. Даже мне страшно представить, что я могу так выглядеть, — проговорил он, направляясь к выходу из кабинета. — Пошли за мной.       Ло пропустил ученого вперед, и тот скрылся за поворотом. Мысленно вздохнув, парень двинулся следом. По пути они не обменялись ни словом, и лишь когда вошли в спальную комнату, Джон вновь заговорил.       — Это мои хоромы, — произнес Джон, не скрывая легкой гордости. — Не удивляйся. Я знаю, что ты тут уже всё обшарил и наследил.       Лололошка проигнорировал его слова и вновь обратил внимание на окружающее. Невозможно было не восхититься роскошной кроватью с балдахином — это было в духе Джона.       — Здесь мы будем спать, — донеслось до Ло, и он повернулся к Джону, который аккуратно вешал свой халат на спинку стула. Под ним была белоснежная рубашка и такие же брюки. Лишь ярко-оранжевый шарф выделялся на белом фоне. Как ему удавалось поддерживать такую безупречную опрятность? Неужели у него есть запасные комплекты одежды где-то здесь?       — Мы? — с искренним удивлением переспросил Ло, уставившись на своего двойника.       — А ты как думал? Мне что, восемь часов просто сидеть здесь? — Джон подошел к стене и облокотился на нее. — И как извращенец просто наблюдать за тобой?       — Ага, а лежать рядом со мной — это не извращение?       — Как грубо! Какое у тебя обо мне мнение? Может, я тоже хочу отдохнуть?       — Тогда в чем разница между тобой и Гимлином?       — В том, что я не усну, — резко ответил Джон, отрываясь от стены. — Хватит распускать нюни, словно ты девица в первую брачную ночь. Давай, ложись.       Похоже, терпение Джона иссякло, и он перешёл к тону не терпящим возражений. Смирившись с участью, Лололошка снял ботинки и верхнюю одежду, забрался под одеяло. Кровать оправдала все его ожидания: матрас был в меру мягким, а одеяло и подушки создавали ощущение, будто он утопает в облаках. Ло натянул одеяло до подбородка и взглянул на Джона, который неподвижно стоял у стены.       Тот демонстративно цокнул языком и в два шага сократил расстояние, протянув руку к лицу Лололошки. Это стало неожиданностью для парня, и его реакция ограничилась лишь тем, что он зажмурил глаза и уткнулся в край одеяла. Тёплые пальцы Джона коснулись его лба и переносицы, и вдруг очки, которые всё это время оставались на нем, исчезли. Джон аккуратно положил их на тумбочку рядом и бросил вопросительный взгляд на Ло.       — Что? — спросил он, заметив округлившиеся глаза Лололошки.       — Ничего, — буркнул парень, ещё сильнее уткнувшись в одеяло. Джон лишь пожал плечами и обошел кровать.       Он уселся на край кровати и наклонился что бы снять обувь. В этот момент его белая рубашка слегка натянулась, открывая вид на подтянутую спину, где четко прослеживались выпуклые позвонки, словно рельефные линии на холсте. Пока Джон что-то бубнил себе под нос пытаясь расшнуровать кроссовки, Лололошка с интересом за этим наблюдал. Его взгляд перемещался от напряженной спины Джона к его рукам, которые с трудом справлялись с упрямыми шнурками. Ситуация выглядела комично: Джон, изнеможенный борьбой, пытался преодолеть сопротивление обуви.       Стоит отметить, что тело его двойника довольно-таки подкаченное. У Лололошки не было какого-то мнения на этот счет, но это удивляло. Он быстро отвел взгляд, когда тихие проклятия прекратились и спина Джона выгнулась.       — Фух, кроссовки хоть и удобные, но с ними одна морока, — выдохнул Джон, откидывая край одеяла. Матрас ощутимо прогнулся под его весом, когда он устроился рядом, облокотившись на спинку кровати. Тихий вздох раздался в комнате, и неловкая тишина повисла в воздухе.       — Что ж… Эмм, я-то собираюсь заснуть, а ты что будешь делать? Как ты намерен помогать мне, если вдруг начнется кошмар? — нарушил молчание Ло. Это все походило на неудачный розыгрыш.       — Ну, Лололошка, я же владею пустотной магией, что-нибудь придумаю, — с улыбкой ответил Джон. — На крайний случай просто вылью на тебя ведро воды, и ты моментально проснешься.       В таком случае весело будет только одному.       — Я не идиот, чтобы просто сидеть и пялиться в стену, — с легким презрением произнес Джон, его голос звучал уверенно. Он наклонился к тумбочке и вытащил оттуда несколько свитков и толстую книгу, покрытую пылью. — У меня есть занятия, и я собираюсь читать. Так что не задерживай нас, просто начинай спать.       Он показушно разложил свитки вокруг себя и углубился в один из них. Лололошка с минуту наблюдал за ним с подозрением, пытаясь понять, не замышляет ли тот что-то странное. Однако вскоре усталость одержала верх, и веки начали тяжело опускаться. Последняя мысль, мелькнувшая в голове Ло, была о том, что это всего лишь один раз — он готов рискнуть ради собственного любопытства.

***

      Вся эта ситуация сбивала с толку. Джон не мог вспомнить, когда в последний раз позволял кому-то так близко войти в своё личное пространство, деля с ним постель. Это было совершенно не в его стиле. Он пытался оправдать свои действия стремлением к общему благу: если не помочь Лололошке сейчас, это может обернуться провалом их миссии. Но он мог провернуть это все намного проще, просто вырубить его и дело сделано.       Но нет, почему-то Джон выбрал трудный путь. В его голове не укладывалось объяснение этому решению. Может быть, ему стало жаль Лололошку? Видеть, как тот, привязавшись к своим друзьям, действительно страдает — это вызывало у Джона внутреннее беспокойство. Или же в этом скрывалось что-то другое? Могли ли это быть навязанные эмоции от его двойника? Вполне возможно. Но что сделано то сделано, надо идти до конца. Джон понимал, что в этой ситуации ему придётся оставить свою зону комфорта позади. Он готов был рискнуть своим внутренним спокойствием ради помощи Лололошке в данный момент.       Но кажется все его размышления пошли крахом, когда он почувствовал, как его копия вместо того, чтобы лежать на краю кровати, схватил его за руку. Хватка была настолько сильная, что Джон невольно поморщился. Он перевел взгляд на нарушителя спокойствия, тот свернулся в позу эмбриона, словно искал защиту от невидимых угроз, уткнувшись лбом в руку Джона. Всё время до этого Ло, лежал и тихо мирно сопел, пока Джон собирался с мыслями. Сейчас же Лололошка хватался за рубашку с силой сминая ткань пальцами. Он что-то неразборчиво бубнил и тяжело дышал сквозь сжатые зубы. Его лицо было мокрым от выступившего пота и казалось у него начался жар.       Харрис на мгновение опешил и не знал, что делать в первую очередь. Он впервые видел Лололошку в таком уязвимом состоянии, что было весьма необычно. Днем тот храбрится и ведет себя как безбашенный идиот, пытаясь помочь всем и вся, но ночью его истязают кошмарные сны.       Джон аккуратно, почти невесомо, накрыл ледяную руку Лололошки сжимающую его рубашку и попытался разжать пальцы. Руки Лололошки била легкая дрожь и он пытался вновь ухватиться хоть за что-то, когда Джон отцепил его пальцы.       Откинув сбившееся одеяло в сторону, Джон, осторожно придерживая Ло за плечо, уложил того на спину. Послышалось свистящее дыхание сквозь зубы, когда руки Лололошки безвольно упали на кровать. Его голова наклонилась в бок, и растрепанные волосы, словно тёмные облака, упали на его лицо, скрывая выражение страха. В этом полумраке его черты лица стали неясными, а дыхание глубоким и прерывистым. Лололошка судорожно схватился за простыни, сжимая их в кулаках, словно пытаясь найти опору в этом.       Нужно срочно взять себя в руки. Было очевидно почему Лололошка отказался от сна, но говорить кому-либо о мучавших его кошмарах, он почему-то не стал. Боже, наверно решил, что у всех и так проблем хватает, а тут он еще своих подкинет. Идиот.       Джон стиснул зубы и как можно аккуратней протянул руку, просунув ладонь под щеку лежащего. Легким движением, он повернул голову парня к себе. Убрав прилипшие пряди волос, он увидел, что его брови были сведены к переносице, а глаза быстро бегали под веками. Тыльная сторона руки переместилась на лоб спящего. У того явно был жар.        Джон приложил обе ладони к вискам Лололошки и сосредоточился. Тишину в комнате нарушало только сбившееся дыхание парня и шелест простыней. От пальцев ученого стало исходить легкое зеленое свечение, но оно быстро потухло, когда тот убрал ладони от лица Ло.       Недовольно цокнув, Джон на коленях подвинулся ближе к спящему парню и быстро осмотрел его. Тело немного потряхивало, грудь вздымалась от учащенного дыхания. Думай, Джон. Уже было плевать на правила приличия и смущение, это вообще было ему не свойственно. Он потянулся рукой к краю кофты Лололошки и осторожно задрал её до подбородка, чтобы лучше рассмотреть тело и понять, где кроется источник проблемы. Когда ткань приподнялась, оголив кожу, он на мгновение замер. На груди и животе были видны шрамы — длинные, короткие, старые и свежие, словно карта боли и переживаний.       Каждый шрам рассказывал свою историю, и в глазах Джона отразилось недоумение. Он не ожидал увидеть такое. Мгновение, наполненное тишиной, казалось, растянулось на вечность. Раздался приглушенный стон, и рука Ло резко взметнулась вверх, задевая очки ученого. Те отлетели куда-то в сторону. Джон схватил руку, которая норовилась задеть еще что-нибудь и опустил ее обратно на кровать. В его сознании пронеслась мысль: «Хорошо, намек понят, я обдумаю это позже».       Стараясь не обращать внимания на многочисленные шрамы, Джон, опустил слегка дрожащие ладони на разгоряченное тело и закрыл глаза. Под пальцами ощущались рельефные мышцы и случайные рубцы шрамов. Из его ладоней исходило зеленое свечение, и он медленно стал поднимать их вверх, начиная от низа живота. Пройдясь пальцами по кубикам пресса, по выпирающим ребрам, Джон только сильнее зажмурил глаза и сосредоточился. Должно быть где-то здесь…       Остановившись на уровне сердца, он распахнул глаза и сосредоточил всю свою силу на этом месте. Несколько дней назад Джон заметил, что к Лололошке что-то прицепилось, словно паразит, жадно выкачивающий жизненную энергию. Он предполагал, что его двойник быстро распознает угрозу и справится с ней самостоятельно, но, похоже, этого не произошло. Сам Лололошка уже бы с ним не справился, поэтому пришлось вмешаться Джону.       Аномальная энергия скопилась именно под сердцем, поэтому влив чуть больше пустотной магии, спустя время, не без труда Джон со вздохом отнял руки от тела и тяжело вздохнул. Он почувствовал, как по лбу скатывается одинокая капелька пота и смахнул ее рукавом рубашки.       Дыхание Лололошки постепенно стабилизировалось, и дрожь, сотрясавшая его тело, начала утихать. Пальцы, которые до белизны сжимали простыни, наконец расслабились. Это можно было считать успехом. На губах парня появился легкий намек на улыбку, и Джон, откинув голову назад, уставился в потолок. Ситуация была поистине странной: повезло, что паразит оказался уязвим перед пустотной магией, иначе им пришлось бы искать другие способы решения проблемы.       Вернув взгляд к спящему Лололошке, Джон без раздумий потянулся к его одежде, намереваясь привести всё в порядок. Однако, едва коснувшись задранной кофты друга, его рука была резко перехвачена. Джон вздрогнул и встретился с пронзительными голубыми глазами Лололошки, в которых сверкал сумасшедший огонёк. В воздухе повисла странная пауза, и в этот момент Ло перевёл взгляд на своё обнаженное тело и на руку Джона.       — Что… — начал он охрипшим голосом, но не успел закончить фразу, как вновь отключился.       Вот это было действительно странно и неловко. Джон несколько секунд ошарашенно смотрел на Лололошку, не зная, как прокомментировать произошедшее. В голове крутились мысли о том, насколько неожиданным и абсурдным оказался этот момент.       Удостоверившись, что Лололошка реально спит, Джон закончил начатое дело и укутал того в одеяло. Вся эта ситуация конкретно так вымотала его, физически и морально. Возникла шальная мысль, чтобы лечь и тоже уснуть, но это бред…       В итоге Джон, просто откинулся на подушках, чтобы перевести дух и в конечном счете уснул. Сон накрыл Джона, как тёплое одеяло, унося его в мир, где не было ни забот, ни тревог. Он погрузился в бескрайние просторы своих мыслей, где образы и звуки смешивались в причудливый калейдоскоп.       Тем временем Лололошка, завернутый в одеяло, тихо сопел, его лицо выражало спокойствие, которого ему так не хватало в последние дни. Время текло медленно, и в комнате царила тишина, нарушаемая лишь редкими шорохами.