I like the way you kiss me

I like the way you kiss me I can tell you miss me I can tell it hits, hits, hits, hits. — artemas

***

      — Это конец, Ойкава. Между нами все кончено. — вызов завершен. Юноша опустил телефон и вперил взгляд в потолок. Началось.       Он уже слышал эти слова в самых разных интерпретациях. «Мы расстаемся», «пойми, мы не подходим друг другу», «это конец», «у наших отношений нет будущего» и прочее, прочее, прочее. Самое смешное, что после всех этих громких слов они вновь сходились. Что это? Привязанность граничащая с зависимостью? Или наивная надежда, которая безустанно твердит, что в этот раз все точно, гарантированно будет по-другому?       Возможно, все и вправду могло бы быть по-другому, если бы они решили заняться этим вопросом всерьез.       Интересно, что в это раз сподвигло его на этот шаг? Ребята из Карасуно опять постарались? Или его неуверенность в себе в очередной раз нашептала на ушко, что его не за что любить? А может до него дошли слухи о том, что он в очередной раз ходит с какими-то девчонками на свидания?       Со стороны похоже будто один Сугавара виноват во всех проблемах, верно? Только наполовину.       За непробиваемым фасадом шуток, усмешек, лукавых взглядов сложно разглядеть хоть что-то напоминающее искренность. Все думали, что это настоящий Тоору. Коуши тоже не избежал попадания в эту, на первый взгляд, безобидную ловушку.       Но чем дольше они были вместе, тем яснее становилось, что все это филигранно высеченный образ, прячущий истинное я от чужих глаз.       И пальцев не хватит, чтобы сосчитать сколько раз они ссорились на почве внезапного холода с его стороны. Любая стрессовая ситуация и ой! Все. Он резко уйдет в себя и наотрез откажется хоть как-то налаживать коммуникацию. А как часто они ругались из-за всплесков агрессии. Единственное, что не скрывает Ойкава так это свою импульсивность. Возможно, это именно из-за того, что ему редко удается ее контролировать.       Как бы сейчас расстроились все ребята, влюбленные по уши в этого принца, если бы узнали об этом… Страшно представить.        Но все ведь должно быть не так… не так. Тогда зачем продолжать быть вместе? Они мазохисты? Или наоборот — садисты? Все вместе? Черт их знает.       Девственное, не запятнанное никем ранее, чистое и чудесное чувство любви наверняка когда-то томилось в их сердцах. Подумать только, что такая прекрасная, нежная вещица сумела дать начало такой отвратительной истории. А ведь начало было действительно красивым.       Случайные взгляды во время игры. С горем пополам разысканный номер. Неловкая переписка посреди ночи. Первая прогулка с несуразным флиртом. Первый поцелуй на задних рядах кинозала. Ах, как мило, как романтично!..       Нынешние их положение должно было быть совсем другим. Должно было, но не стало, увы.       И сколько это может продолжаться? Ойкава давно знал, что им пора уничтожить этот порочный круг и оставить друг друга в покое, но каждый раз его что-то останавливает перед решительным шагом…       Перед глазами он. Раскрасневшийся, с затуманенным взглядом, в полурасстегнутой рубашке. Он тянется к нему, ласково прикладывает руку к щеке, слегка сжимает его плечо тонкими пальцами. Его жар передается ему и накрывает с головой. Они оба в горячке.       Желание.       Он хотел заполучить. Хотел присвоить. Тоору положил руку Коуши на затылок и требовательно, властно, не оставляя ни малейшего шанса на сопротивление, надавил на затылок, заставляя того подчиниться. Их губы соединились. Наконец-то. Но этого мало. Его руки полезли ему под кофту. На спине алым горели царапины. Из рта вырывались стоны, которые тут же ловили. Хочется ближе. Еще. Еще. Еще.       Еще. Еще. Еще.

***

      — Давай начнем все сначала?