Предсказание воли

Завершенность станет концом Разрушения. Пророчество Терминуса говорило об этом. Сам Бесформенный Принц шептал о конце других Путей. "Он – Бог Завершённости, путешествующий из будущего против течения времени, Он расколол янтарного Клипота, Он убил бессмертную Яоши, Он заглушил музыку Шипе, Он погасил стрелы света Ланя, Он испепелил Тёмное Солнце IX, Он покрыл пылью Таверну Ахи, Он покроет пылью Разрушение Нанука, Он – не конец всего, но начало, ведущее к следующему концу, Все действия – Его предсказания, Звёзды и Ветер –  Его глаза и руки, И все беды – проявления Завершённости." Лишь немногие знали истину, связанную с Терминусом. Наступила последняя ночь перед восходом. На следующее утро, Разрушение иссякнет навеки. Это станет началом конца. Это подведет войну Эонов к новому проявлению Завершенности. Это станет пеплом, окутавшим старый мир. Последний сценарий в руках Элио, а печатная машинка наконец утихла. Его проклятие стало вечным проводником, единственной надеждой привести старый мир к новому. Но это проклятие и стало провокатором многих ошибок. Охотники за Стелларонами веками были связаны общей целью. Раб судьбы видел падение и возрождение каждого из них, как и следовал за ними из тени. Ни одна миссия не обходилась без его взора, ни одно действие не оставалось незамеченным. Все было под строгим контролем и защитой. Ради единого исхода. Эта ошибка стала главной: он не представлял свое будущее без искусных мелодий Кафки по утрам, тихого ворчания Блэйда по вечерам, ночных возгласов Серебряного Волка из-за очередной проигранной игры, запаха пережаренных блюд Светлячка в обед. Привязанность - то, чего он должен был избегать, и чему в итоге так легко поддался. То, что погубит его. Заставит морально погибнуть. Эон Разрушения родился из Адливуна, когда пал мир. Рой уничтожил планету алмазов, как и всю звездную систему, а Нанук добил. Смел с пути остатки пустырей и пепла, образовав вместо метеоров Стеллароны и послав их по вселенной. Где-то они прижились и стали "дарами", а где-то и стали концом цивилизаций. Охотники не делили Стеллароны на "полезные" и "разрушительные". Даже самый чистый дар обращался в проклятие, а их цель - избавиться от каждого следа Эона. ОНИ и ИХ эманаторы не знали, что такое пощада. ИХ цель - уничтожить вселенную, скрыть в тени IX. Элио не мог допустить завершения цикла. Мир падет и возродится, но людей не вернешь. Война Эонов станет спасением, создав единый Путь, который и приведет вселенную к истинной Завершенности. Перо со слабым стуком ударилось об стол. Сорок три часа без сна дали о себе знать. Светлые волосы испачкались в чернилах, а огонь свечи потух от резкого порыва. Сон накатывал, и сил сопротивляться попросту не было. *** Вселенная бесконечна, как и звезды, наполняющие ее. Сквозь тьму Раб судьбы шел по невидимой тропе, подбираясь к величайшему древу - сущности бытия, держащей эту вселенную в Равновесии. Прежде наполненное бесконечной листвой, древо совсем опало. Листопад кружил, унося прочь и жизнь. Вселенная на грани краха, как и предвещал сценарий. — Тот ли это исход, которого так жаждешь, смертный? Голос звучал из ниоткуда. В ушах, голове и, казалось бы, даже душе. Он сводил с ума, даже больше, чем Терминус в самых страшных кошмарах. — Тот, который предвидел. Но не тот, который жажду. По древу прошлась огромная полоса. Золотое свечение поразило, казалось бы, половину вселенной. Элио чудом не лишился зрения. Хотя, возможно ли ослепнуть во сне? — Я наблюдал за вами. Это так наивно, — Стоило Охотнику обернуться, и перед его глазами появилась величественная фигура. — Полагать, что способен изменить судьбу одним лишь сценарием. Сон выходил за грани, переступая в реальность. Стало ясно: это не просто кошмар, а предупреждение. Божественная аура давила, ОНИ не были намерены отступать. — Ход событий уже давно принял другой оборот. — Уверен, смертный? Разрушение настигло мнимое древо. Листья были сожжены, все до единого. Соседние планеты взорвались в один момент, посылая мощнейшую ударную волну. Элио ощутил ужасную боль в реальности, но выжил, находясь далеко в грезах. Пути уже переплелись между собой в попытке вытолкнуть друг друга. Порядок нарушен, Изобилие стало проклятьем, а Равновесие уничтожено в прах. Вдали послышался грохот и последующий удар молота - пала стена Клипота, обнажая вселенную перед иномирной опасностью. "Мир окрасится кровью, когда нагрянет падение янтаря" — гласило пророчество Терминуса, с трудом разобранное Авангардом Знамения. И тут же небеса приобрели оттенки красного. Вселенная заполнялась жуками. Распространение возродилось силами Изобилия. ИМ не нужно было проявлять эмоции, чтобы уничтожить. Взмах истекающей золотой кровью руки - и живность повалилась дождем. Новый разрушительный шар оказался в руках Эона. — В чем смысл нашего существования? — Вопрос Разрушения, решающий судьбы. — В том, чтобы жить. Этот ответ понравился бы IX, но не Нануку. Вселенная оказалась на грани падения. Остался лишь маленький остров, где стоял Раб судьбы, а дальше - пустота. Рука со Стеллароном потянулась к крохотной фигуре сценариста, намереваясь уничтожить. В этот момент Бесформенный Принц вмешался, обращая время вспять. В миг, когда сон не был разрушен, а Рой не начал нашествие. "Пробудись" - повелевал Терминус, озаряя светом восстановленный кошмар. Разрушение исчезло, открывая дорогу райскому саду. Истинный исход судьбы, к которому Элио вел тысячелетиями. *** Пробуждение далось тяжелее обычного. Силы Эона Завершенности опасны, ведь никогда не знаешь, к чему они приведут. На столе, в огне догорал блокнот. Он не был из коллекции Раба судьбы, а значит был подсказкой к кошмару. Вернее даже, видению. Предсказанию. Одним взмахом руки потушив огонь, сценарист осмотрел оставшуюся часть блокнота. Кожа обложки частично покрылась пеплом, но листы были идеально сохранены. Просматривая бумагу с одержимостью, Раб судьбы был готов проклясть весь мир. Однако, на самой последней странице отобразилась едва заметная неаккуратная запись: "Последняя встреча произойдет не в грезах, а наяву. МЫ не хотим страданий, а потому готовься. Ведь лишь тогда ты исполнишь волю вселенной. Ты знаешь, смертный." Раб судьбы готов был поклясться, что ощутил тот золотой взгляд на себе. Но лишь скомкал лист, и кинув в урну, поспешил удалиться. Пора начать последнюю пьесу. Пьесу, что станет концом страданий.