Секрет Вэй Усяня

**Цайи**

      В городке, куда темный заклинатель притащил своего мужа, царило уныние.       Усянь ткнулся в одну лавочку, в другую, но все торговцы были озабочены не выручкой, а тем, что уже столько времени прошло, но и следа исчезнувшего огня не найдено.       Произошло это одновременно и причина до сих пор не известна. Просто — раз и погасли свечи, костры, пламя в очагах. Зажечь не удавалось даже талисманами. Будто из мира стерли само понятие — огонь.       Появились предприимчивые мошенники, которые на каждом углу кричали, что огонь пропал, потому что небожители прогневались. Они убеждали жертвовать серебряные слитки или драгоценности на постройку храма. Далеко не все им верили, но все равно отдавали деньги, дескать «на всякий случай».       Также улицы наводнили люди, чьи лица были прикрыты вуалями. Они представлялись всем учениками Баошань-саньжэнь и предлагали свои услуги по изгнанию злых духов, которые взяли контроль над огненной стихией.       Но больше всего было тех, кто обвинял в пропаже огня — Вэй Усяня.       Супруг темного магистра, — Лань Ванцзи, — пытался пресечь распространение лживых слухов, но они все равно множились.       Сам основатель темного пути давно махнул рукой на всё, что о нем говорят.       Иногда Усянь и сам любил «подбросить дровишек в костер» слухов, а потом хохотал над тем, как его деяния всё больше обрастают подробностями.       Тогда было начало лета, а сейчас уже середина весны. Люди устали, обозлились: живого тепла пламени очень не хватало.       Конечно, заклинатели обеспечили всех жителей многоразовыми талисманами для освещения и подогрева, но жалобы и просьбы разобраться не прекращались.       — Знаешь, Лань Чжань, — говорил Усянь, сидя за столиком в таверне. — Я устал от этого…       — Мгм? — золотые глаза внимательно посмотрели в лицо магистра.       — Как ты смотришь на то, — задал вопрос парень, — чтобы мы отправились на поиски пропавшего огня?       — Зачем? — Ванцзи медленно моргнул.       — Да хотя бы, — хмыкнул Усянь и поднял пиалу с чаем. — Вот. Хочу горячего чая.       — Он горячий, — красноречиво кинул взгляд на исходящую паром жидкость Лань Ванцзи.       — Он подогрет талисманом, — недовольно буркнул темный заклинатель. — Так сделать любой дурак сможет.       — Мгм, — сарказм так и сквозил в любимом ответе второго нефрита.       — Всё ты понял, — фыркнул Усянь и одним глотком осушил пиалу. — Ну ладно, пусть не чай мне интересен. Тогда, что ты скажешь на то, что я просто хочу отправиться в путешествие и заодно повеселиться?       — Как пожелает Вэй Ин, — Ванцзи грациозно встал с пола и подал руку супругу. — Идем.       — Стой, Лань Чжань! — завопил Усянь, которого буквально тащили за собой наружу. — Не прямо же сию секунду.       — Когда Вэй Ин хочет отправиться? — повернулся к нему светлый заклинатель.       — Сначала, — уверенно ответил парень, — мы вернемся в Облачные глубины. Предупредим твоего брата и учителя Лань. Потом навестим кроликов. Потом заглянем в цзинши, соберем вещи.       — Вещи, — Ванцзи отлично понял, какие именно вещи имеет в виду его муж.       — Да, вещи, Лань Чжань, — прищурился Усянь. — Бичэнь нам точно понадобится.       — Мгм, Бичэнь, — взметнулся белоснежный рукав и перед носом, ойкнувшего от неожиданности юноши, блеснуло ледяное лезвие знаменитого меча.       — Ой, как неожиданно, — обрадовался магистр, — что ты взял его с собой, Лань Чжань.       — Мы на нем прилетели в Цайи, — невозмутимо напомнил младший племянник Цижэня.       — Ох, память, моя память, — схватился за голову Вэй Усянь. — Вот видишь, что происходит, когда воду для чая кипятили не в очаге?       — Какая связь? — Ванцзи не всегда понимал логику мужа, но очень пытался.       — Самая прямая, — серые глаза расширились в изумлении. — Неужели ты никогда не читал труды знаменитого целителя Ма Джиана? Он пять лет проводил опыты: одному своему помощнику давал воду, подогретую талисманом, а второму — кипевшую на настоящем огне.       — Опыт завершён? — голос второго нефрита слегка дрогнул, но муж не обратил внимания.       — Иначе я бы тебе не рассказывал, — кивнул Усянь. — Первый помощник стал забывать свое имя, потом где он живет. Вскоре он перестал узнавать окружающих.       — И чем закончилась история?       Если бы темный заклинатель догадался приглядеться к лицу супруга, он бы кое-что понял, но он смотрел вперед, полностью поглощенный своей идеей.       — В конце концов, — зловеще протянул магистр, — этот помощник забыл, как употреблять пищу. Он стал неупокоенным духом и теперь бродит вокруг домика целителя и требует, чтобы ему заварили чай на костре.       — Вэй Ин, скорее, — с тревогой воскликнул Ванцзи, призвал меч, подхватил мужа на руки и молнией взлетел в небо.       — Лань Чжань, — от неожиданности Усянь даже икнул и вцепился пальцами в верхний халат супруга. — Ты чего вдруг?       — Нельзя допустить, — твердо ответил заклинатель, — чтобы Вэй Ин забыл, как жевать пищу.       — Мой муж, — промурлыкал Усянь и потерся щекой о теплую грудь Ванцзи, — так беспокоится обо мне.       — Мгм, — кивнул мужчина. — Я позабочусь о Вэй Ине.              Дежурные, охранявшие главный вход в резиденцию, только удивленно переглянулись, когда младший брат их главы буквально влетел на территорию ордена.       Но Ванцзи не обратил на них внимания: он шёл настолько быстро, насколько позволялось правилами.       Сзади, будто на привязи, болтался Вэй Усянь, влекомый супругом за крепко сжатую в руке ладонь.       Они прошли мимо столовой, миновали библиотеку и, фактически без стука, ворвались в домик Лань Сичэня.       — Сюнчжан, — сразу приступил к делу Ванцзи. — Мы с Вэй Ином срочно покидаем орден.       — Ванцзи, Усянь, — глава Лань, соблюдая этикет, поприветствовал гостей. — Почему такая спешка? Вам сообщили о нападении?       — Нет, — младший брат с нетерпением смотрел на старшего. — Нам надо срочно отыскать причину пропажи огня.       — Но главы орденов и их помощники, — ответил Хуань, — и без того заняты этим вопросом. Мы задействовали лучших.       — Мгм, — помотал головой Ванцзи. — Буду помогать в поисках.       — Хорошо, — Сичэнь не видел повода для отказа. — Я не против, если ты и Усянь начнете расследование. Вы вполне можете добиться результата.       — Благодарю сюнчжана, — слегка поклонился второй нефрит. — Тогда мы соберем вещи.       — Конечно, — рассеянно кивнул Хуань. — Но могу я поинтересоваться, почему надо отправляться немедленно?       — У Вэй Ина начались проблемы с памятью, — нехотя ответил Ванцзи.       — Кхм, — поперхнулся глава ордена. — А как с этим связана пропажа огня?              Лань Ванцзи послушно и дотошно пересказал всё, что услышал от супруга, и с затаённой надеждой посмотрел на брата.       У Сичэня слегка дергался глаз, а губы плотно сжались в тонкую линию. Казалось, будто мужчина не может определиться, какое выражение лица ему выбрать.              — Значит, — слегка сдавленно выдавил наконец глава Лань, — великий целитель Ма Джиан?       — Мгм, — утвердительно кивнул Ванцзи. — Ты слышал о нем, сюнчжан?       — Не уверен, — Сичэнь кинул быстрый взгляд в сторону Усяня.              Основатель темного пути невинно моргнул глазами и широко улыбнулся брату своего мужа. Он активно закивал головой, подтверждая сказанное.       Хуань пристально смотрел в чистейшие глаза цвета серебра и буквально читал там: «Не смей портить мне приключение!»              — О, — первый нефрит слегка встрепенулся. — Пожалуй, я что-то слышал об утерянном труде целителя, но никак не припомню от кого…              Сичэнь потер лоб, будто в раздумье, постучал кисточкой по столешнице, а потом пожал плечами:       — Прости, Ванцзи, — чуть смущенно произнес Хуань. — Наверное я просто слышал чей-то разговор, когда проходил мимо.       — Я понял, — серьезно кивнул Ванцзи. — Надеюсь, поиски не отнимут много времени.       — Безусловно, — чуть улыбнулся глава Лань. — Ведь с тобой Усянь, а он считается гением.              Магистр, продолжая стоять позади мужа, ухмыльнулся и дерзко подмигнул главе ордена Гусу Лань.       — Мы с Лань Чжанем, — радостно сказал он, — расскажем потом во всех подробностях о том, кто был наглым воришкой.       — Жду отчет, — раздалось вслед уходящей паре.              Когда дверь за супругами закрылась, Сичэнь тихонько встал, на цыпочках подкрался к окну и осторожно выглянул из-за занавески.       Вэй Усянь носился кругами вокруг мужа, который целеустремленно двигался в сторону цзинши, не позволяя ужасному Старейшине Илина отвлекать себя.       Глава Лань уже собирался тихо вздохнуть, как «неугомонное вселенское зло» бросило в его сторону хитрющий взгляд и помахало рукой на прощание.       Сичэнь не удержался и захихикал:       — Ма Джиан, значит. Ну-ну. И как я мог упустить из виду такого замечательного во всех отношениях целителя?              А Усянь ликовал: наконец он вырвется из сетей скуки и уныния и повеселится на свободе.       Ванцзи смотрел на искрящегося энтузиазмом мужа и укоризненно качал головой. Ему было странно видеть такой пылкий восторг от того, кто недавно жаловался на ухудшение памяти.       А потом он рассудил, что Вэй Ин радуется потому, что им разрешили участвовать в поисках, а значит шансы на успех возросли.       Взяв себя в руки и приказав сосредоточиться, второй нефрит взялся за сборы в дорогу. Он педантично складывал в цянькунь все, что могло пригодиться, и краем глаза поглядывал на суетящегося супруга.       Усянь, весело насвистывая незнакомую Ванцзи песенку, усердно пихал в свой цянькунь уже десятый сосуд с «улыбкой императора».       Светлый заклинатель на мгновение прикрыл глаза, а потом вернулся к своему занятию. Он сложил запасной комплект одежды для своего любимого мужа, прихватил бутылочку острого соуса, упаковал дополнительное одеяло.       На всякий случай достал из шкатулки специальную бумагу для талисманов и коробочку, в которой хранились кисточка и тушь.       — Лань Чжань, — Усянь сунул голову под руку мужа и заглянул в мешок. — Что ты туда положил? Так долго собираешься, наверное, половину комнаты упаковал.       — Необходимое, — ответил Ванцзи, с удивительным терпением позволяя мужу отвлекать его от сборов.       — Да я уверен, — умилился темный заклинатель, — что там почти все вещи для меня.              Кончики ушей второго нефрита очаровательно покраснели.              — Вэй Ин, — выдохнул он.       — Лань Чжань, — задорно парировал Усянь. — Вот есть у меня предчувствие, что этот твердый орешек мы раскусим моментально.       — У тебя есть идея? — со сдержанным любопытством спросил супруг.       — Ага, — парень вытащил голову из-под руки Ванцзи. — И мы ее обязательно проверим. А сейчас, — к кроликам!              Лань Ванцзи придержал непоседу и поправил растрепавшуюся прическу.       Грозный старейшина Илина в ответ на заботу нежно чмокнул мужа в щеку и ураганом вылетел на крыльцо.              Наводящий на всех ужас своей ледяной аурой, Ханьгуан-цзюнь стиснул зубы и воспроизвел в голове самое отвратительное существо, которое ему только доводилось видеть.       В ином случае, Усяню не удалось бы избежать возмездия за то, что пробудил в теле Ванцзи желание, а сам сбежал.       Когда нахлынувшее возбуждение стихло, он выпрямил спину и неторопливой поступью вышел из цзинши.              Пара навестила кроликов, и Усянь торжественно попрощался со зверьками, пообещав, что постарается не задерживаться и вернуться к ним с хорошими новостями.       Кролики даже ухом не дернули в ответ на эту пламенную речь: они обступили Лань Ванцзи и выпрашивали ласку.       Усянь хмыкнул, фыркнул, а потом рассмеялся от этой картины.       — У моего драгоценного супруга есть любимчики, — веселился магистр. — Но и мне есть чем удивить.       — Мгм? — второй нефрит развернулся в сторону Вэй Усяня и выжидающе посмотрел.       — Если я расскажу сейчас, — юноша приблизился к заклинателю, у которого на руках сидел черный кролик, — то это перестанет быть сюрпризом.       — Вэй Ин нашел что-то редкое? — мужчина все же не удержался от вопроса.       — Увидишь, — глаза повелителя мертвых лихорадочно блестели. — Тогда и решишь, — редкое или нет.              Магистр потрепал кролика за ушко, на что тот сморщил розовый носик и попытался тяпнуть Усяня за палец.       — Ишь прыткий какой, — успел отдернуть руку парень. — Но тебе все равно не сравниться…       — С кем? — Ванцзи наклонился и опустил зверька на землю.       — Так сразу и не объяснишь, — Усянь почесал кончик носа. — Идём, нам уже пора.       Супруги покинули Облачные глубины. Усянь сказал, что им нужно кое-куда заглянуть вначале, поэтому они пойдут пешком. Ванцзи последовал за парнем без возражений.       Вэй Усянь целенаправленно шел к лесу, о котором последнее время ходила дурная слава. По слухам там завелась нечисть, которая морочила людям голову: пытаясь углубиться в лес, вы начинали ходить кругами по узкой тропинке. И с какой бы точки люди не начинали продвижение вперед, они все равно попадали на ту тропинку.       А ведь в чаще этого леса росли очень редкие травы и ягоды.       Жители обратились к заклинателям, но те даже следа иньской ци не обнаружили, хотя точно также попадали на тропу. Какие только заклинания и талисманы не применялись, — толку не было.       В конце концов, жалобы дошли и до Гусу. Несколько адептов отправились на охоту, но вернулись ни с чем. Глава Лань прочитал отчет и решил вызвать Ванцзи, чтобы отдать распоряжение заняться этой проблемой.       Вместе со вторым нефритом пришел и Вэй Усянь, который, услышав для какой цели отправляют его мужа, стал яростно возражать:       — Не стоит лезть туда, куда лезть не стоит, — заявил он.       — Вэй Ин? — посмотрел на парня Ванцзи.       — Оставьте это дело до поры, до времени, — тон темного магистра мог бы считаться угрожающим, если бы не улыбка. — Я потом лично разберусь.       — Мгм, — тут же отреагировал Лань Ванцзи и поклонился брату. — Сюнчжан, ты слышал просьбу Вэй Ина. Мы подождем.              Жителей окрестных деревень предупредили, что некоторое время в лес лучше не ходить. Те пороптали, да и притихли.       А теперь Усянь, с очень загадочным выражением на лице, вел своего мужа именно в этот лес.       Они ступили на тропинку и темный магистр сказал:       — Лань Чжань, иди позади и делай, как я.              Вэй Ин сделал пять шагов вперед, потом топнул правой ногой. Ванцзи повторил. Три шага вперед, хлопок в ладоши.       Проявился мерцающий темно-багряными искорками маскирующий купол.       Усянь просто шагнул сквозь него, Лань Ванцзи не задумываясь последовал за ним. Они очутились перед громадной пещерой, вход в которую зиял чернотой провала.       — Малыш! — вдруг заорал Усянь. — Встречай папочку! Я с гостинцами.       Земля задрожала под ногами мужчин, а из глубин пещеры донесся жуткий рёв.       К ним бежал кто-то очень тяжелый и, вероятно, огромный.       Второй нефрит напрягся и коснулся пальцами рукояти Бичэня, но Усянь стоял спокойно и так счастливо улыбался, что стало понятно: то существо явно знает магистра.       А потом из недр горы выбежал…       — Малыш! — Основатель темного пути, обхватив обеими ладонями большущую морду, счастливо смеялся. — А кто это такой хорошенький? А кто это такой ласковый?       Ванцзи замер, в его голове пронеслась тысяча мыслей одновременно. Он пытался решить, что ему стоит делать: то ли хватать мужа в охапку и надеяться, что получится сбежать; то ли подать сигнал о помощи; то ли вступить в бой…       А Усянь в это же время самозабвенно расцеловывал черный нос тварюги,:       — А носик у Малыша теплый, — сюсюкал создатель лютого мертвеца. — А глазки у Малыша сонные.       Те самые сонные глазки, размерами с огромное блюдо, сейчас блаженно жмурились.       — Папочка разбудил тебя? — спросил Усянь чудовище. — Но ты же не сердишься? Правда? Смотри, что я тебе принес, — парень достал цянькунь и извлек оттуда несколько сосудов с вином.       Жуткая пасть, вся усеянная мощными и неимоверно длинными клыками, ощерилась в предвкушающей улыбке. Влажный и шершавый язык прошелся по лицу Усяня и тот, довольный, захохотал.       — Лань Чжань, — окликнул он мужа, не отрываясь от общения с хищником. — Подойди, я вас познакомлю.       Очень медленно, не делая резких движений, светлый заклинатель приблизился.       — Лань Чжань, познакомься с Малышом, — магистр схватился за правую руку супруга и потянул ее к морде. — Давай, погладь его. Не бойся, не поцарапаешься.       На этих словах из ноздрей зверя повалили клубы дыма, а воздух ощутимо нагрелся.       — Малыш, — голос Усяня стал взволнованным. — Это мой обожаемый и драгоценный супруг, — Лань Ванцзи. Для тебя он, — отец. Ну-ка, покажи, как сильно ты любишь и уважаешь родителей.       Раздался оглушительный рёв, а потом в грудь второго нефрита мягко толкнулся большой и горячий нос.       — Ты ему нравишься, Лань Чжань, — восторженно пропищал магистр. — Он признал тебя своим отцом.       — Вэй Ин, — с поразительным спокойствием спросил Ванцзи, — кто это?       — Малыш, — парень по-лисьи улыбнулся. — Я же сказал его имя.       — Я слышал, — терпеливо сказал заклинатель. — Это дракон?       — Нет? Да? — задумался Усянь. — Не совсем?       — Где ты его нашел? — мужчина решил проявить упорство и добиться ответа.       — Малыша? Его я не находил, — основатель дьявольского культа применил стратегию увиливания.       — Вэй Ин, — в голосе Ванцзи звучал мягкий укор и затаённая тревога. — Ты же помнишь, что я обещал всегда быть на твоей стороне?       — Ох, Лань Чжань, — немного сник юноша. — Помню. Но у меня и так поджилки тряслись, когда я думал, как тебе о нем рассказать.       Лань Ванцзи мгновение вглядывался в дымчатые глаза возлюбленного, а потом просто положил ладонь на переносицу Малыша и аккуратно погладил.       Усянь смотрел с благоговейным восторгом на эту сцену и чувствовал небывалое облегчение.       — Давай присядем, — магистр указал мужу на ствол поваленного дерева, рядом с входом в пещеру. — Я обычно на бревне сижу, когда рассказываю Малышу, что происходит в мире.       — Мгм, — мужчина изящно присел и внимательно посмотрел на любимого.       — В общем, — начал Усянь, — на одной из ночных охот, куда я водил младших адептов, я наткнулся на полумертвую саламандру. Понятия не имею, откуда она взялась в наших краях. Мне стало так жалко ящерку, ведь она явно замерзала. Я спрятал ее за отворотом ханьфу и принес в свою мастерскую. Там он отогрелась возле очага, ожила. А мне пришлось срочно искать в библиотеке хоть какие-то сведения о том, чем питаются эти заморские зверушки.       — Значит, тогда ты исчезал из-за саламандры? — Ванцзи припомнил, что не так давно его супруг действительно подолгу пропадал в библиотеке, а потом куда-то убегал с таинственным видом.       — Ага, — кивнул магистр. — Но эта юркая бестия кое-что учудила, пока я отсутствовал.       Усянь строго глянул в сторону разлегшегося ящера и наткнулся на виноватое выражение мордочки.       — Если сократить, — тяжело вздохнул темный заклинатель, — то саламандра сожрала несколько бракованных талисманов.       — Это результат? — Ванцзи указал на тушу колоссального размера.       — Не сразу, — мотнул головой Усянь. — Вначале ящерка просто немного подросла, и ее шкурка стала более яркой. Потом она заползла прямо внутрь очага, в горящее пламя и… ну она его…       — Поглотила, впитала? — подсказал светлый заклинатель.       — Лань Чжань, — восхитился магистр. — Ты всегда поразительно точно даешь определения. Да, впитала. Полностью. Но в тот момент я не придал значения, потому что от радости пустился в пляс. На следующий день я хотел разжечь огонь, но у меня ничего не вышло.       — Мгм, — дальнейшие события второй нефрит уже отчетливо представлял.       Под воздействием неверно нарисованных талисманов, саламандра изменилась. Ее сутью стало пламя, и она втянула и заключила внутри своего тела весь огонь их мира…       А это повлекло за собой процесс ускоренного роста. Для примера можно было представить, будто младенец, имеющий магическую природу, переел магии и стал выглядеть как десятилетка.       — И теперь эта обжора, — Усянь с гордостью посмотрел на спасенную им зверушку, — отказывается вернуть людям огонь. Хотя я уже много раз говорил, что от этого Малыш не станет вновь саламандрой.       — Мгм, — подтвердил второй нефрит. — Малыш, ты не потеряешь эту форму, если вернешь нам огонь.       — А что ты скажешь, — вдруг озарило светлую голову темного заклинателя, — если мы совершим обмен? А, Малыш? Давай меняться?       Ящер приподнял голову и распахнул оранжевые глазищи, с подозрением глядя на человека.       — Я подарю тебе могущественное имя, — вдохновился магистр. — Исключительное и благородное. Изысканное и гордое. А еще расскажу всем, что именно ты вернул людям огонь. Тебя будут прославлять повсеместно. А еще, — тут Усянь коварно ухмыльнулся, — тебе будут носить вкусности и вино. Люди всегда благодарят спасителей.       Конечно наивный дракон поддался искушению. Ведь речи Усяня были сладки, словно мёд. Он поднялся на ноги и кивнул, давая согласие.       — «Хаос Багрового пламени», — торжественно провозгласил основатель темного пути. — Отныне ты — величественный дракон, вернувший людям огонь. И имя твое будут славить в веках.       Дракон обрадованно взревел и широко распахнул пасть. Наружу вылетела небольшая алая сфера, взмыла в небо и там взорвалась на мельчайшие искорки, которые разлетелись по свету.       Так огонь вернулся в этот мир. Снова стало тепло, снова весело трещали поленья в очагах. Зажглись свечи в домах. Весело закипела вода в котелке.       А пока человечество праздновало, Вэй Усянь, Лань Ванцзи и Хаос Багрового пламени, наслаждались разговором и обществом друг друга.

***

      «Но самое веселье началось тогда, когда второй нефрит, согласно правилам, устроился в пещере на ночной отдых.       Магистр и дракон переглянулись, расплылись в понимающих ухмылках, и вскоре на свет были извлечены драгоценные сосуды с «улыбкой императора».       — Вот увидишь, — воинственно сказал Усянь, — на сей раз я тебя перепью.       И как удачно сложилось, что предусмотрительный Лань Ванцзи захватил с собой затычки для ушей.       Ночь, звезды, костер. Человек горланит пьяным голосом песню, а большой ящер тихо икает и иногда порыкивает в такт».