Доверие

            Острое лезвие разрезает воздух, что уже успел пропитаться отвратительным запахом едкой крови зелёного оттенка. Гоблины исполинского телосложения всё продолжали наступать, не боясь за собственную жизнь. Их — огромное количество, которое выступает против всего одного человека с рапирой в арсенале. Но гоблины проигрывают. Мужчина умело управляется с оружием в собственных руках, разрезая плоть противников. Они уже потеряли счёт времени, сколько длится эта битва, но зато знают, что их действия уже давно бессмысленны. Но всё продолжают и продолжают, в попытках вымотать воина, чтобы выиграть количеством, а не навыками. Некоторые гоблины ходили со щитами или булавой, но действия противника слишком резки и грубы. Они не успевают. Слишком глупа эта раса гоблинов, что зациклена исключительно на увеличении собственной физической силы, а их вожак пускает слюни на центральное королевство, объединяющее остальные четыре.       Мужчина пронзает гоблинскую грудь и тут же вытаскивает рапиру из тела, чтобы продолжить атаковать. Прошло достаточно времени. Было убито уже около тысячи, если не больше. Вот только гоблины продолжали приходить. Их количеству не было предела, чёртовы самоубийцы. Воин успел вымотаться и сейчас бился из последних сил. Его медленно заводили в угол...       — Кто-то говорил, что у него магический канал вмещает дохренища энергии! — сквозь стиснутые зубы возмутился МоддиЧат, бросая суровые взгляды на противников. Он перебрасывает рапиру из руки в руку.       Оружие молчит какое-то время, будто к чему-то готовиться.       Гоблины огромной волной набросились на воина и первой четвёрице, вставшей в ряд, сразу же перерезали глотки. Противные харкающие и булькающие звуки услышали все, но никого не остановило, даже четыре тела, что при смерти были затоптаны собственными собратьями.       Рапира задрожала в руке мужчины, оказывая попытки побега, что у неё удачно получилось. В падении оружие меняет свою физическую форму, приземляясь уже на две ноги. Такой ход ненадолго останавливает гоблинов. Появившийся парень поправляет свою рубашку, задёргивает рукава, а шляпу с головы снимает.       — Отдохни пока. — он протягивает руку в сторону мужчины и тот, в свою очередь, ничего не говоря, согласился.       Прямо на глазах противников воин обернулся булавой, которую парень с трудом держал в одной руке. Больше гоблины стоять на месте не могли, поэтому толпой накинулись на более уязвимого врага, коим, недавняя рапира, не являлся.

***

            Мастер и оружие — два человека. Один доверил свою жизнь, а второй пообещал эту жизнь сохранить. Мастер получает силу, а оружие получает смысл в жизни. У каждого есть определённая роль и они должны их соблюдать. Оружие не может пойти против своего хозяина, а мастер не может владеть сразу двумя оружиями. Но может ли оружие иметь собственное оружие?..       — Ах...спина болит! — положив ладони на поясницу, парень выгнулся назад. Хруст раздался где-то выше копчика. — У!       Рядом сидел, облокотившись об дерево, мужчина, держась за голову. Глаза тот держал закрытыми, не решаясь даже взглянуть на землю.       Где-то в стороне потрескивал костёр, когда вокруг него мгла поглотила остальную часть леса. В этих тёмных местах лежало огромное количество мёртвых исполинских тел.       — М-да уж...чуть не погнул лезвие об их броню. — вздохнул парень и тут же обернулся, глядя на своего товарища. Тот за всё это время и слова не сказал. Изначально из-за того, что был простой булавой, а потом из-за головной боли.       Пугод поправил на голове шляпу и смело подошёл к МоддиЧату, усаживаясь изначально рядом, почти не соприкасаясь с мужчиной.       — Модди. — зовёт он, запрокинув руки за голову и облокотившись больной спиной об ствол дерева. Глядит на того, улыбается, но быстро такой настрой пропадает. Его проигнорировали. Парень фыркает и отворачивается от воина, обидевшись.             Оружие может иметь оружие, но насколько такое дозволено? Неизвестно. Они обязаны работать сообща и, в случае чего, подменять друг друга. Но это куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Каждый в ответе за жизнь товарища и неизвестно, когда придёт конец кому-то из них. Всё же лучше следовать правилам и соблюдать свою роль. Но Пугод и МоддиЧат изначально имели своих мастеров, просто...       Модди своего мастера убил легко и без сожалений.       Пугод обманом смог сбежать и стать свободным вновь.             Оружие бывает разное, ведь в первую очередь — это живое существо, которое также хочет есть, испытывает потребность ко сну и чувствует. Они не бездушные вещи, они также могут плакать и злиться, а так же желать быть любимым или просто нужным. Оружие лучше всего понимает другое оружие.             — Забери завтра награду. — подаёт наконец-то голос МоддиЧат. Это привлекает внимание Пугода.       — В смысле? Они меня никогда не видели, думаешь, что мне так просто отдадут эти жалкие монеты? — возмутился парень, тут же поднявшись на ноги и уперев руки в бока.       — Пугод, там сто золотых. — напоминает мужчина.       Парень складывает руки на груди в замочек, смотрит недоверительно на товарища.       — И что?! Оставь, наконец, свои попытки социализировать меня! Даже за сто золотых монет я ни к кому не подойду!       — Рано или поздно я умру и тебе придётся выйти в общество! Пугод, пойми, долго я с тобой быть не смогу... — МоддиЧат вздохнул.       Он опять хотел затрагивать эту тему, но напарник вынудил его пойти на такие меры. Мужчина прекрасно знал, что парень до ужаса не любит говорить о своей проблеме и страхе перед другими людьми.       — Нет. Ты не можешь оставить меня одного... — воспротивился Пугод. — Я пойду за тобой даже на тот свет.

***

            Они были разные, но вместе. Пугоду всего восемнадцать, а Модди уже за тридцать. У них совсем разные представления об этом жестоком мире, в котором они как-то смогли найти друг друга. Парню тогда было от силы пятнадцать, но он уже успел почувствовать себя в роли оружия. Ему не нравилось, что им движут не так, как хочет этого он. Каким бы ни был тот мастер искусным воином, Пугоду совсем не хотелось продолжать играть по правилам.       Практически в тот же день, когда парень обманом ушёл, он повстречал МоддиЧата.       Среди этого мрачного и сурового мира они смогли найти луч солнца, так не желая больше его отпускать.       Мужчина хоть и был суров с парнем, но всё же, в обычные, спокойные вечера позволял себе смягчиться. Такое Пугоду нравилось и он с нетерпением ждал таких вечеров. Может у Модди руки грубые, в мозолях, зато касания его искренние и тёплые. Парню нравится, как мужская ладонь гладит его по голове, взъерошивая волосы. Нравится до безумия, но воин не любитель долгих касаний.       — Модди. — зовёт Пугод мужчину и тот обращает на него внимание. — Пообещай, что мы умрём вместе.

***

            Молодой человек перехватывает мешочек с монетами, открывает его и смотрит на содержимое, а затем на мужчину перед собой. Тот выглядит невозмутимым. Значит больше вероятность того, что нужная сумма внутри.       — Сто золотых? — спрашивает Пугод.       — Сто золотых. — кивает мужчина.       МоддиЧат пожимает руку тому самому человеку, что и заплатил им, пока парень, достав одну из монет, поднёс её под луч солнца, дабы увидеть как переливается золото.       Всё таки Пугода удалось уговорить забрать награду, за убитых гоблинов, но при условии, что воин будет рядом. Делать нечего, ведь иначе он не пойдёт никуда, даже под предлогом такой суммы.       Модди и Пугод имели сильную тягу ко всему драгоценному, поэтому шли на любые риски, ведь за них хорошенько платили. Причём монеты эти были как раз из королевской казны.             Напарника вышли из огромного помещения, вдыхая свежий воздух полной грудью. Мужчина молча протянул руку парню и тот, без пререканий, отдал увесистый мешочек с монетами.       — Модди, если я умру, что ты будешь делать? — вдруг спросил Пугод.       — Ничего. Продолжу жить дальше. — без задней мысли ответил МоддиЧат и направился в сторону каменной лестницы, оставив товарища.       Пугод отвёл взгляд, тяжко вздохнув. Долго стоять он не мог, поэтому быстрым шагом направился за мужчиной.

***

            Тёмная энергия расползается по земле, вписывается во всё живое и неживое. Твари лезут их каждой щели. Это раскрылся разлом, о котором говорил каждый старый маг, но точный день сказать не мог.

Когда солнце окрасится в красный цвет, а небо станет ярко-фиолетовым, тогда миру нашему придёт конец. Раскроется разлом и вылезет нечисть тёмная, во главе со своим королём.

      Пугод и МоддиЧат глядят на всё с огромной стены. Им открывается хороший обзор на сам разлом и тварей, что, словно неумеючи, идут прямо к каменному мосту. Их тела дёргаются, они издают стрекочущие звуки, попутно что-то нашёптывая себе под нос, если два отверстия между глазами и ртом можно было так назвать. Их длинные конечности выгибаются в различные стороны, словно существа простые тряпичные куклы.       Мужчина смотрит на парня, а тот на него.       В этой ситуации и так очевидно, что Модди будет куда опытнее Пугода. Сил им должно хватить.       — Пугод? — воин протягивает ему руку. Парень недолго смотрит и пожимает чужую ладонь.       — Я тебе доверяю, ты же знаешь. — усмехается Пугод и в то же мгновение оборачивается рапирой, прямо в руке мужчины.

***

            Разломанная на две части рапира валялась на гальке, а рядом с ней разбитая на несколько частей булава. Они доверили собственные жизни друг другу и не боялись ничего, ведь были уверены в опыте друг друга. Они любили проводить время вместе, им была приятна компания друг друга. Даже не смотря на обиды и разногласия они продолжали быть вместе. Их с лёгкостью можно назвать лучшими друзьями, хотя и были полными противоположностями. Их объединяла лишь любовь к деньгам и привязанность друг к другу...       В душе они желали быть всегда вместе, но не могли сказать это вслух. Лишь собственными действиями доказывали свои скрытые чувства.       Когда-то на закате парень прильнул губами к губам мужчины, перед этим под нос себе бормоча "да к чёрту!". Его бледные руки лежали на щеках воина. Мысленно он тогда пообещал себе, что это будет единственный раз. А ведь так и получилось.       Первый и последний раз такого откровения с напарником был на фоне заката.       Первый и последний раз они лежали мёртвые на фоне заката.