Азартная ставка

Драко Малфой мало представлял себе, насколько же человек должен быть откровенно отбитым и безумным, чтобы попытаться насолить таким образом его жене. Не сказать, что он очень редко сталкивался с безумием людей, однако в последнее время Драко предпочитал перекладывать “вразумление” на плечи его подопечных, не занимаясь делами и не ведя бессмысленных разговоров с личностями, которые при любом раскладе, не поймут обычного человеческого языка. Прикладывать же физическую силу к решению проблемы было для него слишком ленивым, учитывая их низкое влияние. В общем, он бы затратил намного больше собственной энергии, нежели получил какого-то удовольствия или выигрыша из ситуации. Он сейчас... Это в корне отличалось от обычных случаев с неадекватными или бесстрашными. Если кто-нибудь по своей глупости или из-за жажды власти решил, что имеет достаточно жизней, чтобы попробовать испортить компанию его жены, возможно подставить их обоих, то очень сильно заблуждался. Малфой скорее собственноручно положит злоумышленника в могилу, нежели позволит случиться чему-то с драгоценным детищем Грейнджер. — Мистер Малфой, — произнёс в очередной раз Поттер, уже с нескрываемым раздражением, — что вы знаете по поводу убийства Рональда Билиуса Уизли? Драко поднял свои серые глаза, которые при таком ярком белом освещении, казались ещё более безжизненными, вглядываясь в не сказать, что хорошо знакомые, но точно не забытые черты Избранного. Возраст не оказал на Поттера сильного влияния, но всё-таки оставался незримый отпечаток усталости в его ленивом потирании переносицы, на которой оставался след ободка очков, тёмных кругах под глазами, видимо давно обосновавшихся на этом лице, и опустевшем взгляде. — Мистер Малфой, — звучно повторил Гарри Поттер, — если вы не начнёте говорить, я буду вынужден задержать вас до завтрашнего утра, когда вновь буду располагать временем допроса. Драко усмехнулся, повернув голову в сторону тёмного стекла, в котором он отражался. Насколько он был осведомлён, такие технологии допроса давно использовались у маглов, а Аврорат пришёл к этому лишь в конце прошлого года. Признаться, отсталое у нас Министерство. — Мистер Малфой... — повеселев начал волшебник, но Драко перебил его. — Приношу извинения, мистер Главный Аврор, прибывал в размышлениях, — он перевёл взгляд обратно на Поттера, убедившись в исправности стекла, через которое, наверняка, особо важный следователь наблюдал за ними, чётко сканируя каждое движение и вздох. Это забавляло. — Что вам известно о убийстве Рональда Уизли? — Мало чего. Я не читаю Пророк уже долгое время, — светские сплетни перестали интересовать его с момента женитьбы. Полтора года назад. Гарри устало откинулся в кресле, делая пометку в своём плетённом блокноте магловской ручкой. — И всё же, что конкретно вы знаете? — тихий стук быстрых шагов где-то за пределами комнаты отвлекли его. Поттер многозначительно посмотрел на аврора, стоящего в углу за спиной Малфоя. Он вышел из допросной. — То, что он был убит при невыясненных обстоятельствах, а журналисты связывают это с его пристрастием к азартным играм. — О месте? — О месте чего? — Драко забавляло как Поттер из раза в раз вёлся, заводясь на такие детские трюки. — Убийства. У вас есть информация о месте убийства? — Нет. — Эта была особо охраняемая территория реабилитации авроров. Там невозможны перемещения без соответствующего допуска, — Драко ясно понимал, что по каким-то причинам Поттер его подозревает, поэтому для него не стало удивлением, когда перед глазами легли три фотографии. На первой был запечатлён труп Уизли, лежавший в кровати на белоснежных простынях. Голый. Если бы за ним не следили, он бы точно приподнял брови от веселья. Вторая крупным планом изображала ярко-красное женское бельё. Довольно занятно. А на третьей два длинных волоса, оставленных на белье. — И что это? — ладони, приподняли последнюю фотографию, более тщательно рассматривая. — Улики и тело пострадавшего. Мы провели тест на предмет того, кому принадлежат волосы. Однако более того, наша техника показала, что они использовались для приготовления оборотного зелья, то есть не могут являться полноценной уликой, — отчеканил Поттер на одном вздохе, как когда-то в Хогвартсе делала его близкая подруга. — Если вам интересно, мистер Малфой, то пытались подставить Гермиону Грейнджер, которая утверждала, что находилась в момент убийства с вами в заграничном отеле. И каково было наше удивление, когда мы связались с Министерством Италии, где вы и мисс Грейнджер проживаете, и нам дали исчерпывающий ответ о том, что никакая Гермиона Джин Грейнджер не пересекала границу, однако Гермиона Малфой — да. И даже зарегистрирована по месту жительства со своим супругом — Драко Люциусом Малфоем. Вы подтверждаете, что состоите в браке с Гермионой Джин Грейнджер? — с натиском спросил Поттер, ручка в руках которого была на гране того, чтобы сломаться на части. — По законам Магической Италии, совершенно точно да. Но полтора года назад, Магическая Британия перестала признавать союзы, заключённые исключительно с использованием древней родовой магии, поэтому мы не были обязаны регистрировать свой брак, ведь не проживаем здесь, — спокойно ответил Малфой, злость на которого накатывала с новой силой, когда он узнал о том, что мало того на Гермиону собирались повесить убийство, так ещё и внебрачную связь с игроком, с Уизли. — И всё же мистер Малфой, поскольку ваша жена находится под следствием без права выезда, мы вынуждены обязать вас зарегистрировать свой союз в ближайшие три дня. Драко слегка наклонил голову вправо, задумываясь. Поттер хоть и подозревал его, но не выдвинул ни одной гипотезы, которая каким-либо образом могла задеть Малфоя. Наверное, потому что, попробуй он обвинить его, то автоматически сделал бы из Грейнджер мишень для кривых выстрелов Аврората. — Как вы считаете, — постукивая ручкой по блокноту, спросил его Главный Аврор, — у вашей супруги есть недоброжелатели, которые хотели бы подставить её? — Вероятно, — честно ответил мужчина. — Гермиона одна из лучших зельеваров в мире. Вполне объяснимо, что в случае получения ею судимости, не говоря о реальном сроке, то многие клиенты перестанут работать с её компанией. — То есть, вы думаете, что единственными, кто мог пожелать Гермионе Грейнджер такой участи, это её соперники на работе? — уточнил Поттер. — Я не знаю никого другого, кто решил бы поступить так, — Малфой вглядывался в лицо Гарри Поттера тщательно, пытаясь найти ниточку, зацепись за которую, он вполне мог бы понять ход мыслей этого человека. Однако он давно перестал читаться так легко. Работа в Аврорате, где он ежедневно сталкивался с психопатами, сделала его таким. — Благодарю вас за сотрудничество, мистер Малфой. Напоминаю, что вам необходимо зарегистрировать брак в ближайшие три дня. Хорошего дня, — Поттер спешно встал с железного стула, направляясь в сторону выхода. “А он изменился”, — мысленно отметил для себя Драко, следуя примеру школьного врага, убираясь отсюда прочь.

***

— Джиневра, ты подготовила новую статью? — третий раз за день спросила начальница отдела светских новостей, которая раздражала её больше, чем все братья вместе взятые. Она поменяла имя. Она Джинни. Чёртова Гриффин. — Как я уже упомянула, миссис Гриффин, — с натянутой улыбкой и фальшивой вежливостью, протянула Уизли. — Мне требуется дождаться завершения допроса мистера Малфоя, чтобы узнать больше деталей. Так статья получится намного лучше. — И с чего ты решила, что в этот раз будет как в прошлый? Думаешь Джефферсон вновь принесёт тебе готовую новость “в клюве”? — насмехаясь выговорила женщина, нарочно задевая подставку под перья, которые с лёгкостью могли повредиться из-за своей хрупкости. Они высыпались, раскидываясь по всей поверхности стола. Некоторые даже упали на колени Джинни. Девушка отодвинула чернильницу на противоположную сторону, не давая этой поддельной аристократке ещё одного шанса. — Я уверена, миссис Гриффин, — одним движением палочки рыжеволосой, все неповреждённые перья вернулись на своё место. — И всё же Уизли, если статья не выйдет сегодня и не произведёт хотя бы десятой части фурора предыдущей, то можешь собираться искать работу в другом отделе, — начальница выпрямилась во весь рост, легко разворачиваясь на тонкой шпильке своих каблуков и направилась к очередной жертве, кидая на последок: — Можешь попытать удачу в отделе спортивных новостей. Наверняка, тот начальник-олух с радостью возьмёт тебя, — протянула она саркастично, — с огромным удовольствием. Ведь кого же ещё?! — воскликнула Гриффин с лёгкой ухмылкой, которая казалась ещё более раздражающей, чем обычно. Лицо Джинни стало ярко-красного цвета. Она буквально пылала от ярости, которая сочилась из каждой клеточки её существования. Гриффин была той ещё стервой, а после того, как Уизли, прошу заметить не догадываясь, переспала с мужем этой женщины, то стала просто невыносимой. Конечно, все догадывались, если не знали, что брак Гриффинов держался исключительно на социальном статусе и власти, которую они создавали вместе. Любой бы из них, лишившись своего супруга-напарника, сразу бы потерял былой авторитет. Миссис Гриффин стала начальников отдела светских новостей в свои двадцать девять, а уже в тридцать три владела десятью процентами акций всего Пророка. Безусловно, такой быстрый успех женщины, не обошёлся без помощи мужа, который, будучи начальником отдела Магического сотрудничества в Министерстве Магии, частенько предоставлял очень интересные новости своей жене. А главное, что он делала это значительно раньше, чем другие издательства могли хотя бы что-то пронюхать об этом. Взамен, сама миссис Гриффин предоставляла ему необходимый счёт в Гринготтсе и статус, который не имел Грифиин из-за маглорождённого отца. Впрочем, и фамилия ему также досталась от жены. Но как же так получилось, что Джинни умудрилась связаться с этой, жаждущей власти, парочкой? Вся история началась глубоким январским вечером, ровно полгода назад, когда заскучавшая Уизли, которую окончательно достал её пьяный брат-игрок и кричащие родители на пару с известным Гарри Поттером, решила смыться в магловский Лондон. Естественно, в поисках приключений. Куда же без них? Собственно говоря, через пару тройку часов, за которые девушка успела достаточно опьянеть, чтобы начать размахивать палочкой перед лицами, уставших в пятничную ночь, лондонцев, она встретила того самого мистера Гриффина. Не сказать, что мужчина был трезв, но по крайней мере имел возможность осознать, что прямо сейчас веселящаяся полуголая Уизли нарушает статут Секретности. В общем, благодаря природному обаянию сорокалетнего мужчины, охранники клуба поверили, что его жена, коей он назвал Джинни, просто перебрала, и их отпустили. Слово за слово, платье за брюками, они остались проводить ночь в квартире Гриффина. С утра, привыкшая к ночными похождениям, миссис Гриффин, уже собиралась вышвырнуть очередную даму, как она мягко выражалась, из комнаты для гостей, когда обнаружила знакомую копну рыжих волос, которая позавчера слёзно клялась, что сильно заболела и не могла поехать на конференцию в Африку. Именно таким образом, младшая Уизли, не только умудрилась ухудшить отношения с не слишком доброй начальницей за счёт вранья, но и за счёт интрижки с её мужем. На её счастье, Гриффин не особо волновалась, с кем спит её муж. Скорее её волновала проблема, что теперь тот самый муж частенько захаживал к ним в отдел, оказывая внимания не своей жене, а Уизли. Это задевало чувство собственного достоинства начальницы. Она её недолюбливала. На месте Гриффин, Джинни бы её ненавидела.

***

“Семь уроков как правильно сварить любовное зелье”, “Мистер и Миссис-Мерлин-её-спаси Малфой”, “Как Пожиратель ещё не убил Героиню?”, “Убитая Грейнджер, значит Малфой”, и наконец, самая первая и на взгляд Гермионы оригинальная: “Гнилой Авторитет убийцы Уизли”. Последняя, бесспорно, принадлежала Пророку и Джинни Уизли. Гермиона была удивлена, что не придумали ещё словечек по острее, но видимо остальные варианты названий не пропустила цензура. Драко, напротив, был не особо рад тому, с какой настойчивостью Грейнджер впивалась в заголовки желтых газет. В общем, на глаза отсутствие семейной идиллии, которая наверняка бросится в глаза репортёрам, только они явятся в Министерство. И опять стопка бесполезно испорченной бумаги. А Малфой во второй раз не простит такого. Вот и получается замкнутый круг, который в состоянии разорвать лишь угрожающий Забини. Прелестно, согласитесь. — Малфой, — начала Гермиона, отрываясь от газеты и звучно ставя наполненный водой стакан на маленький круглый столик, который так органично смотрелся в квартире и так резко резонировал с нынешней хозяйкой квартиры. Та, прошлая Грейнджер, вполне могла довольствоваться должностью заместителя отдела “Регулирования магических популяций и контроля над ними”, может даже главы отдела. Вполне спокойно приходить домой в маленькую квартирку, задерживаясь на час-два на работе, потом неспешно заваривать чай с молоком, в лучших английских традициях, неизменно ругая себя, что на работе успела выпить целых три кружки кофе, за обедом с Гарри или даже с Перси, а потом читать на ночь какую-нибудь очередную научную книгу, мечтая о собственной лаборатории. Теперь же она терпеть не могла черный чай, а кофе пила очень редко, предпочитая воду. Малфоя никогда же не должно было быть в жизни той Грейнджер, а сейчас она сама Малфой... — когда мы поедем в Министерство? Сегодня последний день, и Гарри продолжает мне слать напоминания о регистрации брака. Драко, не скрываясь, присмотрелся к сегодняшнему наряду девушки, будто оценивая готовилась ли она к этому или случайно напомнила ему об этом. Белое длинное платье с кружевными рукавами, немного похожее на свадебное, фамильное Малфоевское платиновое колье с бриллиантами, обручальное кольцо, которое она не стала скрывать и чёрные шпильки, к чему бы... — Уже Гарри, любимая? — он встретился с её вопросительным взглядом, плавно перетёкший в некую степень негодования, а после поднявшись со стула, протянул ей руку. Гермиона могла бы заставить его ждать, поиздеваться, допить его небрежно забытую кружку кофе, но зная Малфоя, хорошо понимая его, даже чувствуя с Драко странное единение, просто обхватила ладонь мужа, переплетая пальцы, ожидая, пока он направит их в сторону камина или просто взмахнёт палочкой аппарируя. Она выжидающе посмотрела на него как раз в тот момент, когда он двинулся в сторону камина, при этом говоря с улыбкой: — Перестань притворяться Грейнджер, ты давно Малфой, — он сжал ладонь жены чуть сильнее, другой сгребая нужное количество пороха для перемещения. — Покажи это всем остальным. Покажи, что Малфой твой, моя ревнивая жена, — он наклонился к её губам, легко дотронулся до них, но не стал ничего продолжать. Его жена Малфой с прищуром посмотрела на него.