Nobody gives a fuck about me
That's what I think to myself when I'm alone in the city
I walk around the mall, but there's nobody with me
What do I say when there's nobody listening?
I walk this earth all by myself I'm doing drugs, but they don't help
My voice is nothing when I'm screaming out for help
I stretch my hand, but my grip just gives out
i walk this earth all by myself
EKKSTACY
Запах сожженых человеческих волос, горелой плоти и железный привкус крови. Животный ужас и остервенение. Пустота в мыслях и только одна цель - выжить. Все это лишь начало. Это все звучит как конец истории и сейчас захочется отмотать назад. Но нет. Это именно начало. Возврата в прошлое не будет и никогда не планировалось.
Ужасающие кошмары, которые терзали Драко каждую ночь. Он уже даже не знал что лучше - жестокая, серая и пустая реальность или поражающие своей ужасающей правдивостью сновидения. Каждое утро он просыпается в холодном поту, проживая весь тот ужас снова и снова… наверно, у Поттера так же? Малфой слышал, что его мучают кошмары почти всю его жизнь. Он представить себе не мог как Поттер при всем этом может оставаться таким. Таким жизнерадостным. Таким… живым. Хотя в последнее время искра в его глазах поугасла. Малфой отчетливо помнил этот момент.
Шестой курс
Поттер отстранился от друзей, стал замкнутым. Скитался по замку, бледный, как очередной призрак Хогвартса, позабытый и одинокий. Под глазами пролегли темные синяки, он стал дерганым, подозрительным, губы были искусаны, брови вечно нахмуренны, а прежде ярко-зеленые глаза потемнели.
Драко резко вдохнул когда вспомнил тот день. Он, в луже крови, в туалете, не в состоянии пошевелиться. Чувствуя, как жизнь покидает его тело вместе с красной жидкостью. Конечности становились холодными, все вокруг темнело, уши заложило, будто под толщей воды. Он расплывчато помнит взволнованное лицо Поттера, мельтешащее над ним, глухие крики о помощи. Малфой даже не был уверен кто именно кричал.
А потом Поттер снова его спас. Даже после того, как Драко на него напал. Даже после того, как его… друг…- Малфой с трудом взглотнул, вспоминая Крэбба - пустил в Поттера огненного змея смерти. После всего, Поттер вновь и вновь пытался спасти всех. Драко ничего не оставалось сделать, как простить Поттера за шрамы на теле, за несколько минут в кровавой воде. Он бы простил еще раз. Если бы это искупило его вину - он бы согласился пройти это снова, хоть 100 раз. Вот только вопрос в том, простил бы себя Драко, даже после этого? Сомнительно.
Малфой смотрел на часы. Время шло слишком медленно и в то же время слишком быстро. Что вообще такое время? Он не знал. Дня него это было сгустком ненависти к дням и страхом перед ночью. Это было невыносимо. Драко решил, что стоит попросить у Мадам Помфри зелья для сна без сновидений.
2:17
В больничном крыле было тихо. Только тиканье часов, сводящее с ума. Напоминающее о бытие. Как неумолимо бежит время, пробегая мимо Малфоя. Ни давая ему ни шанса вернуться назад. Ни шанса переиграть. Он бы сделал все по-другому.
Тишину нарушил скрип двери и в палату ввалилось недоразумение в очках. Малфой не шелохнулся. Потому что было страшно. Страшно что-то сказать. Страшно посмотреть. Страшно оправдаться и страшно молчать. Тревога и волнение шелохнулись в его груди, но пока это было только дуновение. Ураган минул вчера и еще не успел набраться сил для новой вспышки. Но Поттер все-таки пришел. «Конечно пришел, это же Поттер. Как он мог оставить больного в одиночестве?» - отозвался голос внутри. Сердце неприятно кольнуло. Он не хотел жалости. Он её не заслуживает.
— Привет — поздоровался гриффиндорец, неуклюже спотыкаясь об мантию и еле удерживая равновесие чтобы не проюлозить носом по полу. Драко промолчал, но его губ коснулась мимолетная улыбка. И все таки Поттер забавный. Нелепый, неуклюжий, несмышленый, наивный. Наверно, в этом его прелесть. — Как ты?
— А тебе есть дело? — лениво парировал Малфой, прекрасно понимая что правдивого ответа не даст даже под прицелом Темного Лорда
— Если пришел, значит есть.
Странно это было все. Поттер сам к нему пришел, не позлорадствовать. Уж не знает Драко из-за жалости, своих геройских побуждений или еще чего-то, но тем не менее - сам. И друзья его больше не таскаются за ним как псинки на поводке. Снова неловкая тишина. Может ли Драко…?
— Я хочу спросить — после невероятно долгих минут молчания, Малфой все же решился
— Валяй.
— Почему вы больше не ходите как три брата из ларца? Ну с рыжим и гря… Грейнджер — на удивление откровенный вопрос не рассердил Поттера. Тирады, что это не Малфоевское дело не последовало. Поттер лишь неопределенно вздохнул, почесывая затылок. Растрепал свое гнездо еще больше - усмехнулся про себя Малфой
— Ну, они вроде как встречаются. Так что я там лишний. — Поттер явно хотел сказать что то еще, но вовремя осекся
— А как же твоя Джиневра? — это имя Малфой проговорил с особой неприязнью. Никогда она ему не нравилась. Не то, чтобы остальные подсосы Поттера ему импонировали, но в рыжей стерве было что-то особенно неправильное. Да и её рыжие патлы совершенно не подходят к темным волосам Поттера.
И опять он всех презирает. Есть ли в Малфое что-то кроме ненависти и презрения? Драко не знал, но ему стало противно от себя. В который раз.
— По-моему это не твое дело, Малфой. — строго отчеканил Поттер и Драко мысленно зарядил себе с правой. И вот опять он все портит. Не смотря ни на что, Поттер стал единственным кто к его навестил. Даже Блейз не пришел повидать как там его закадычный друг. В общем, Драко его не винил. После войны от него отвернулся весь Хогвартс. Драко бы тоже не стал марать свою репутацию… Хотя Поттера это не остановило. Он даже разговаривал с ним цивилизованно, а Малфой как всегда съязвил. Как всегда оттолкнул его.
Хотя так отчаянно этого не хотел. Просто потому что по-другому не умел. Просто потому что страшно. Но на удивление Драко, Поттер видимо, передумал и буркнул
— Не вместе мы. — отвел взгляд куда-то в окно и еле разборчиво добавил — И никогда не были.
По какой-то
очевидной причине после этой новости Малфой немного воспрял духом.
— Я тебе это, кстати, принес кое-что. Вот. — Поттер выложил конспекты по Истории Магии на кровать Малфоя, а за ним контейнер подозрительно похожий на тот, что дают Эльфы на кухне. — Я сообщил профессорам что тебе… нездоровиться и принес тебе кое-что. Знаю, что тут кормят, но подумал что это будет поприятнее овсянки.
Внутри контейнера оказались шоколадные эклеры.
Драко скривился. Совсем не от неприязни. Просто его в который раз уколола совесть. Внутри засаднило и все как-то сжалось. Поттер всегда был таким непринужденным, как будто у него ничего не случилось. Как будто он не проходил те испытания, от которых Драко сломался за полтора года, всю жизнь. И он почувствовал как пролетел еще пару сотен метров в бездне, все близясь к концу. Забавно. Его человеческое начало еще не успело прийти, как он уже был на финишной черте. «Возврата в прошлое не будет и никогда не планировалось» - он понятия не имел что это должно было значить, но голос внутри продолжал твердить это, заставляя мир тускнеть и терять краски.
— Если не хочешь, я сам съем — Видимо, заметив искаженное лицо Малфоя, фыркнул Поттер. Хотелось сказать что-то колкое. Хотелось защититься. Показать свою независимость. Не дать пробить свой щит. Но Малфой осознал, что щит был давно уже пробит и щепки его ждут на дне этой бездонной дыры. Терять было уже нечего
— Я.. нет… Спасибо. — промямлил Малфой, отворачиваясь, пряча покалеченную душу от пронизывающих насквозь изумрудных глаз.
Вероятно, это был первый раз когда он искренне поблагодарил Поттера.
С тех пор Поттер стал постоянным и единственным посетителем в его персональной тюремной камере. Мадам Помфри отказывалась куда-то выпускать Малфоя. Да и не сказать, чтобы тот сильно рвался. Какая разница где гнить?
Спустя пару дней врачихе удалось достать разрешение на выдачу антидепрессивного зелья. Не сказать, что оно сильно помогало. Скорее делало из него овоща - если еще есть куда больше. Однако все было не так уж плохо. Его дни, наполненные самобичеванием скрашивал четвероглазый идиот, который приходил стабильно минимум раз в день. Хоть что-то стабильно, посмеивался про себя Драко. Стыдно признавать, но это действительно ему помогало. И пусть было это глупо, ведь Поттер в его палате мало что делал. Спрашивал, как Малфой себя чувствует, а тот с завидным успехом игнорировал этот вопрос. Почти как и все остальные тоже. Драко не шел на контакт. Не позволял себе. Даже не смог взглянуть Поттеру в глаза. Но в тайне был благодарен. Безмерно благодарен, за все.
— Ну как ты сегодня? — Уже по-свойски ввалился Поттер в больничное крыло. Хотя и не странно. Поттер, наверно, тут провел едва ли меньше времени, чем в своей спальне.
Получив в ответ привычное молчание, он уселся на стул, высунул конспекты и гостинцы из сумки и выставил на тумбочку.
— Холодает — констатировал тот и выглянул за окно. И правда, листья с деревьев уже совсем опали. Печально. — Слушай, ты хоть к окну подходишь? — Молчание. — А на улице в последний раз когда был?
Что-то новенькое. Малфой неоднозначно пожал плечами. Самому и не вспомнить
— Не хочешь прогуляться?
Поттеру потребовалось минут 20 чтобы уговорить Мадам Помфри выпустить Драко под пристальным наблюдением Национального Достояния, ака Личной Сиделки Драко Малфоя. Малфой сам не понимал почему так легко согласился. В принципе, не сказать что Поттер его спрашивал. Молчания было достаточно чтобы гриффиндорец вскочил и направился в кабинет школьной медсестры.
Через 5 минут после полемики Поттера с Мадам Помфри о том, что Драко будет полезен свежий воздух и Национальный Герой будет лично за ним приглядывать они уже шагали к выходу из замка. Выйти на улицу было действительно приятно. Свежий, пахнущий осенью, сыростью и холодным лесом воздух обдал лицо Малфоя. Он остановился, пару раз глубоко вдохнул, прикрыв глаза. Ощущение, что он впервые задышал за много лет. Далее это невероятное по всем меркам дуо направилось в сторону озера, где они присели на землю, прислонившись к дереву.
Малфой смотрел на Темное Озеро. Оно напоминало ему об бездне. Эта мысль не пугала его, больше нет. Он смирился со своей судьбой. Обречено вздохнув, Драко, на удивление, заговорил первый
— Скажи, Поттер, почему ты это делаешь?
Поттер закатил глаза, как профессор, которому приходиться объяснять недалекому ученику элементарную вещь
— По-моему я уже отвечал на этот вопрос, Малфой, раз 10.
— Просто ответь честно — нетерпеливо отмахнулся Драко
— Честно? Скучаю по твоему яду. А то ты совсем какой-то амебный, не интересно так. — хмыкнул Поттер, откинув голову и облокотившись на ствол дерева. Малфой поднял глаза на гриффиндорца
— Идиот — без злобы, скорее обречено прошептал Драко.
— Не веришь, что бывают хорошие люди? — ухмылка заиграла на губах Поттера, заставляя Драко посмотреть на неё
— По отношению ко мне - да. — настороженно проговорил тот, не отрывая взгляда от Поттеровых губ, наблюдая как они двигаются, лениво выговаривая слова
— Не льсти себе, не такой ты уж и плохой — Вот так. У Поттера всё всегда предельно просто. Пока не убьешь половину населения - «не такой уж и плохой». Беззаботный, безрассудный, наивный. Малфой вздохнул.
Они молча сидели на берегу. Никто из них даже не пытался нарушить тишину, сидеть вот так, молча, с Поттером было максимально странно, но от этого не менее приятно. Драко ухмыльнулся про себя, думая что еще несколько лет назад он бы плевался, услышав о такой картине маслом. А потом бы у себя в комнате, в тайне от всех, обнимал бы подушку и вырисовывал сердечки вокруг колдографий Героя в «Пророке». Это заставило его хихикнуть. Вся нелепость ситуации была предельна.
— Что смеешься? — приоткрыл один глаз Поттер, смотря на своего бывшего(?) врага
— Мне теперь нельзя возвращаться в Слизеренскую Гостиную. Меня же засмеют. Где такое видано чтобы Сам Драко Малфой носился с Гарри Поттером? — Малфой находился в относительно неплохом расположении духа.
Со временем Малфою начало легчать. Он все еще не мог ощущать ничего, кроме пустоты и тревоги, но по крайней мере они перестали пожирать его каждую секунду. Поттер продолжал навещать его и иногда даже выводить на улицу. Пока однажды не пришел.
Сам того не замечая, Малфой нервно поглядывал на часы, заламывая руки и в уме прикидывая как давно закончились уроки и где Поттер мог застрять. Может, после занятий оставили? Или МакГонагл вызвала? Или пришлось снова кого-то спасать?
Последняя мысль оставила неприятный осадок, пробуждая в душе понемногу начинающую забываться злость и обиду. «Ты что, думал ты особенный?» — съязвил голос внутри. Конечно нет. По крайней мере, Малфой старался так не думать. Старался не надеяться.
Он закусил губу, кинув последний, тоскливый взгляд на дверь и повернулся на другой бок, сглатывая ком обиды в горле.
