Часть 1
28 октября 2024 г., 10:11
Люди склонны думать, что Стайлз — жертва.
Он прекрасно об этом знает и умело манипулирует этим представлением. Умершая мать, отстранённый отец. Худощавый, бледный, неловкий. Он не отличается красноречием в обычном понимании, но каждое его слово выверено до мелочей. Он знает, как выглядеть безобидным.
Он понимает, что нужно учиться хорошо, но не слишком. В его табелях всегда пишут, что у него есть потенциал, но он легко отвлекается. Он играет роль второго плана в любом коллективе, шутит по-дурацки, создавая фоновый шум. Никто не вслушивается в его слова, ведь его давно списали как саркастичного мелкого задиру.
Если бы кто-то удосужился проверить его уровень IQ, его наверняка пригласили бы в МЕНСА.
Но в действительности Стайлза не существует.
Стайлз — это оболочка, пустая маска, созданная для того, чтобы оставаться незаметным. Стайлз — это лишь человеческая личина, под которой скрывается всё отвратительное и тёмное.
Люди склонны думать, что Стайлз — жертва, а значит, его никогда не заподозрят.
В месте вроде Бикон-Хиллс, где жестокие убийства случаются с пугающей регулярностью, следы заметать не так уж и сложно. Когда твой отец — шериф, а ты с детства знаешь все полицейские процедуры, легко предугадать, что именно они будут искать.
Легко остаться вне подозрений.
***
Когда Стайлз узнаёт о существовании сверхъестественных существ, он воспринимает это с невозмутимостью. Он гибок. Достаточно умен, чтобы подстроиться под новые обстоятельства. Достаточно проницателен, чтобы воспользоваться преимуществом, которое всегда несёт в себе тайная информация. Скотта он выбрал ещё во втором классе, потому что Скотт был самым заурядным ребёнком в их классе. Стайлз наблюдал за ним, делал заметки, копировал манеры, пока они не стали похожи. Скотт был его первым «объектом для исследования», но отнюдь не последним. Стайлз поддерживает с ним дружбу, потому что Скотт наивен и не замечает тонких трещин в человеческой маске Стайлза. Но теперь, когда Скотт стал оборотнем, всё меняется. Первое, что необходимо, — это взять ситуацию под контроль. Главное, чтобы сам Стайлз остался в безопасности. Связываться с неуправляемым зверем — точно не выход. Много усилий для этого не требуется: немного контроля за пульсом и пара десятков мячей для лакросса. После нескольких тренировок Скотт становится меньше похож на угрозу. Дерек Хейл интересует Стайлза лишь до тех пор, пока он может быть Альфой. Когда выясняется, что это не так, Стайлз теряет к нему всякий интерес. Стайлз хочет найти Альфу не меньше, чем Скотт, но по совсем иным причинам. Его привлекает сама мощь. Он не заинтересован в неудобствах, которые несёт превращение в физического монстра. Это привлекло бы слишком много внимания, а он так старательно остаётся в тени. Но мысль о том, чтобы проникнуть в разум беспощадной машины для убийств, очаровывает его. Возможность наблюдать за ужасающим насилием, не запачкав при этом рук, имеет особое притяжение.***
— Хочешь укус? Если он тебя не убьёт, а такое вполне может случиться, ты станешь как мы. Питер Хейл — настоящее наслаждение. Гораздо интереснее, чем его племянник. Стайлз оказался в первом ряду на том, что могло обернуться смертью Лидии, и это наполнило его самым опьяняющим адреналином, какой только можно представить. Вся эта кровь и крики. Его сердце колотится, но не от страха, как считает Питер. От возбуждения. — Как ты? — Стайлз делает резкий вдох. — Да. Хочешь, нарисую картину? В ту самую первую ночь в лесу я выбрал Скотта, потому что мне была нужна новая стая. Легко мог оказаться и ты. Ты был бы так же силён, как он. Больше бы не стоял у него за спиной, наблюдая, как он становится сильнее, быстрее, популярнее, как он получает девушку. Вы были бы равны. А может, даже ты был бы чем-то большим. Да или нет? Стайлз почти не сдерживает смешок, осознавая, насколько сильно Питер заблуждается. Скотт не превосходит его ни в каком вообразимом смысле. Стайлз лучше их всех. Потому что остаётся человеком. Он не какой-то монстр, которого упекли бы в лабораторию, если бы поймали. Клыки и когти ничего не значат, когда наготове пули с аконитом. В конце концов, интеллект всегда одержит верх над силой. — Я не хочу быть как ты, — произносит Стайлз, ощущая, как его тело напрягается. — И знаешь, что я сейчас услышал? Твоё сердце забилось чуть быстрее, когда ты произнёс «я не хочу». Возможно, ты и веришь, что говоришь правду, но ты врёшь самому себе. Забавно, не так ли? Стайлз умеет лгать оборотням без малейшего сожаления. У него нет ни жалости, ни угрызений совести. Его сердце остаётся ровным, когда он произносит самые ужасные лжи, какие только можно представить. Я пахну кровью, потому что упал и содрал колено. Вчера вечером я был дома и готовился. Я слаб и беззащитен. — Вот как ты это видишь? — Стайлз сбрасывает маску напуганного щенка, позволяя улыбке медленно проступить на лице. — Попробуй ещё раз. Питер, похоже, уловил перемену. Он приподнимает бровь, подходит ближе. — О… — его смех низкий и грязный. — Ты возбужден. Стайлз редко испытывает сексуальное влечение. Ему абсолютно всё равно, как выглядит человек. Его привлекают опасность, сила и нестабильность. А Питер обладает всем этим в избытке. — Укус мне не нужен, — усмехается Стайлз, — но тебя я возьму.***
Жаль, что той ночью Питер погибает. Стайлз бросает коктейль Молотова и нарочно промахивается, но это уже не имеет значения. В хаосе никто не замечает, что от него исходит запах секса. Аромат горящей шерсти заглушает все намёки на пот и сперму. Дерек становится Альфой, но всё равно не вызывает интереса. Он не реагирует на заигрывания Стайлза, потому что тот ещё несовершеннолетний. А Стайлз не любит то, что не может контролировать. Поэтому он продолжает развлекаться, как всегда. Он притворяется проституткой или автостопщиком и ждёт, когда какой-нибудь ничего не подозревающий дурак подберёт его. Большинство мужчин останавливается на обочине в темноте, если им пообещать оральный секс. Стайлз постоянно меняет способы расправы, но его любимое — это провести ножом по их горлу и наблюдать за шоком на лице, когда они перестают дышать. Иногда он топит машину в реке. В другие разы отвозит её в пещеру в лесу, где растворяет тело в щёлочи и тщательно захламляет автомобиль, чтобы он выглядел заброшенным. Номерные знаки он всегда выбрасывает на городской свалке, удостоверения личности жертв плавит, а одежду сжигает в камине.***
Какой приятный сюрприз — Питер вернулся к жизни. Даже без статуса Альфы он остаётся интригующим. И всё так же неотразимым. Стайлз всё чаще приходит к Питеру. Их близость — на грани, почти настолько жёсткая, что похожа на убийство. — Я хочу видеть, как ты убиваешь, — выдыхает Стайлз, когда Питер снова врывается в него. Он прижат к стене, обвивая ногами Питера за талию. На плечах алые следы укусов, на бёдрах синяки. Это сводит его с ума. — Что? — Питер тяжело дышит, на грани, отвлечённый и возбужденный. — В следующий раз, когда будешь кого-то убивать, возьми меня с собой. Я хочу видеть это, а потом — чтобы ты трахнул меня с кровью на руках. — Ты больной мальчишка, ты это осознаёшь? — Кончи в меня. Пожалуйста, папочка. — Не смей так меня называть, — рычит Питер. — Почему? Мы оба знаем, что тебе это нравится. Когти Питера вонзаются в бёдра Стайлза, и, после ещё пары толчков, он замирает, содрогаясь от оргазма. Затем мягко спускает Стайлза на пол. Тот тут же становится перед ним на колени и принимает его член в рот. Стайлз запускает пальцы в волосы Питера, задыхаясь от наслаждения. — Вот так, — хрипло выдыхает Стайлз, — заботься о своём мальчике. Глаза Питера вспыхивают, но он продолжает. Стайлз растворяется в удовольствии, стонет и кончает в его рот. — Ты действительно возбуждаешься от убийств? — спрашивает Питер, отстранившись. — Да, — отвечает Стайлз, облизывая губы. — Чёрт… ну… почему бы и нет? — Питер лишь пожимает плечами.***
Когда Стайлз заканчивает школу, они с Питером покидают город вместе. Стайлз разыскивает стаю в Орегоне, чтобы Питер смог убить Альфу и завладеть его силой. Они нигде не остаются достаточно долго, чтобы рисковать поимкой. Когда люди видят их на улице, замечают синяки на шее Стайлза и его лёгкую хромоту — они думают, что он жертва. Никому и в голову не придёт, что всё это под контролем Стайлза и что он превратил Питера в оружие, более смертоносное, чем любой нож или пистолет.
