Сборник драбблов

      Высокий симпатичный парень шел по безлюдной аллее. При свете луны его белые волосы казались пепельными, а светлая кожа ещё бледнее. Парень шёл неспеша, погруженный в свои раздумья.       Шелестели опавшие листья под его ногами, где-то вдалеке слышалось карканье ворон. Парень любил ночные прогулки, когда на улицах ни души, и тишина радует слух. Впрочем, у него были и куда более веские причины для любви к позднему времени суток.       Санеми родился в богатой семье и учился в частном колледже. Из-за богатства, врождённого обаяния и отличных внешних данных, он всегда пользовался популярностью у девушек. Но, Боже, как же его достали эти наглые, глупые, гламурные поклонницы, готовые переспать с ним на первом же свидании! Это было слишком скучно, привычно, а Санеми не переносил всякого рода рутины, не занимали его такие простые отношения.       Однако он не был геем, асексуалом или, того хуже — импотентом.       Нет, просто у него были несколько иные предпочтения. Собственно из-за этих предпочтений он и совершал частые ночные прогулки.

      Складной нож, платок, хлороформ, верёвка — весь арсенал при себе. Нужно лишь найти подходящую жертву для сей прекрасной ночи. Санеми обожал крики, мольбы о пощаде, алую кровь на нежной белой женской коже. Когда жертва сопротивляется, пытается вырваться… Сами мысли об этом возбуждали не хуже хорошего афродизиака. Но парень вовсе не был озабоченным садистом с маньячными наклонностями! Вовсе нет! Помимо секса и издевательств над несчастными девушками, Санеми думал и о прекрасном, ведь он любил искусство, любил саму эстетику предсмертной агонии, и кроме того, он вёл своеобразную коллекцию.       Санеми был из тех редких особей мужского пола, которые действительно любили девушек за глаза, а вовсе не за остальные части тела. В некотором роде, у парня был на них фетиш. Ну, собственно, глаза он и коллекционировал. В его подвале помимо различных пыточных устройств, даже была специальная полочка для этой коллекции. Санеми аккуратно сортировал по цвету вырванные у жертв глаза: зелёные в одной баночке с формалином, карие в другой, и так далее.       Вот и сегодня парень вышел прогуляться, чтобы прежде всего пополнить свою драгоценную коллекцию, ну и потрахаться заодно. Шёл он себе неспеша и вот его взгляду предстала шикарная брюнетка, неторопливо бредущая навстречу.       Рассмотрев её получше, Санеми понял, что просто обязан завладеть этой красавицей, особенно ясно до него это дошло, когда он увидел её глаза необычного ярко-розового цвета. Этот цвет казался очень неестественным для человеческих глаз, слишком кислотным. Парень решил, что непременно заполучит эти прекрасные глаза для своей коллекции.       Неспеша подошёл к незнакомке, достал платок смоченный хлороформом, и привычным жестом попытался схватить жертву. Но та резко вывернулась из его рук и неожиданно сильным ударом повалила парня на тротуар.       — Вот ведь маньяк недоделанный выискался! — фыркнула она, стоя совсем рядом к лежащему у её ног Санеми, и даже не думая бежать.       Санеми усмехнулся и вытащил нож. Да, похоже в этот раз ему попалась весьма интересная жертва! Только начинающий маньяк замахнулся на девушку ножом, как та отточенным движением выбила его из руки убийцы, а после снова повалила парня на спину.       — Лучше не рыпайся, красавчик, а не то мне придётся быть грубой, — острым каблуком брюнетка надавила на пах парня, заставив короткий вскрик сорваться с его губ.       — Вот же чёртова стерва! — прохрипел маньяк от боли.       Нет, он не просто вырвет её прекрасные глазки — он раздерёт её на куски к чертям собачьим, разберёт на органы! Только Санеми снова попытался подняться, как «жертва» села на него, придавив своим телом, подняла с асфальта выбитый из рук парня нож, и поднесла лезвие к шее блондина.       — Интересно, что чувствует маньяк, оказавшийся на месте жертвы? — иронично усмехнулась она.       Санеми сглотнул подступивший к горлу ком, ощутив ледяную сталь в опасной близости к своему горлу. Ситуация бесила до чёртиков, немного пугала и в то же время дико заводила.       «Ну давай, попробуй меня убить, сучка! Поверь, ты потом еще заплатишь за свою наглость! Уж это я тебе обещаю!» — подумал про себя Санеми, уже представляя, как будет резать тело брюнетки, наслаждаясь её предсмертными воплями.       — Не нравится мне твоя ухмылочка. Стереть бы её раз и навсегда, — сказала девушка, сжимая запястья Санеми у того над головой, и скрепляя их наручниками.       «И где она их вообще достала?» — пронеслась мысль в мозгу несчастного маньяка.       Девушка нежно провела кончиком ножа по щеке парня, а после разрезала на нём рубашку. Оставляла лёгкие порезы на груди и животе, а после слизывала кровь из ран.       Санеми испуганно посмотрел на неё, когда брюнетка начала расстёгивать ремень на его брюках. Когда же девушка достала его вялый член и с обманчивой лаской коснулась плоти лезвием ножа, Санеми в панике попытался вырваться из рук вконец обнаглевшей «жертвы».       — Совсем что ли охренела?! Кастрировать меня решила? — испуганно воскликнул он, а брюнетка в ответ лишь улыбнулась.       — Вообще-то об этом я даже не думала, но спасибо за идею.       Никогда ещё Санеми не чувствовал себя настолько слабым, уязвимым, униженным. В уголках его глаз собрались предательские слёзы. Ну как он мог вляпаться в такую переделку? Как такое могло с ним произойти?       К счастью для парня, девушка его пощадила и не стала лишать мужского достоинства. И только Санеми понадеялся, что эта стерва его отпустит, как та извлекла из своей сумочки немаленьких размеров страпон, и с хищной улыбкой склонилась над потерявшим дар речи маньяком-неудачником. Тот тихо пискнул, глядя то на искусственный член в руках брюнетки, то на саму злодейку. Он уже был готов сказать пресловутое «пожалуйста, не надо», когда девушка опустилась ниже и прошептала прямо в его губы:       — Надо, милый. Надо. Резкие толчки пронзали всё тело острой, мучительной болью. Санеми кричал, рыдал, умолял жестокую девушку отпустить его. Теперь-то бедняга понял, что чувствовали его жертвы, и некое подобие совести так и твердило: «Получай, что заслужил. Вот она — божественная справедливость».       Санеми был убеждённым атеистом, но сейчас он впервые испытал столь сильное желание сходить в церковь и раскаяться перед Господом в своих грехах. Парень тихо всхлипывал, сжавшись в комочек на холодном асфальте, где его только что жестко отымела потенциальная жертва. Всё тело ныло от боли, в особенности пострадавший зад. Девушка сняла с блондина наручники и положила их обратно в сумочку вместе с запачканным кровью страпоном.       — Тебе понравилось? — саркастично спросила она.       — Да, чёрт побери! Всю жизнь об этом мечтал! — истерично выкрикнул в ответ Санеми.       Девушка рассмеялась.       — Рада, что смогла исполнить твою мечту, — не смотря на издевательские слова, сам тон её голоса звучал на удивление дружелюбно.       — Эй, оставь мне хоть один свой глаз на память, — усмехнувшись, попросил Санеми, понимая, что незнакомка пошлёт его за столь нелепую просьбу.       — Так глаза мои понравились? Блондин кивнул, не отводя пристального взгляда от вожделённых кислотно-розовых глаз. Девушка коснулась пальцами до своих век, а после, с саркастичной усмешкой положила в ладонь Санеми цветную линзу.       — Держи на память. Пока. Брюнетка ушла, а Санеми сжал в ладони чёртову линзу, а после хотел с размаху выбросить её, но остановился.       — Вот ведь!.. — хмуро пробормотал он, засовывая линзу в карман. На короткое мгновение перед тем, как незнакомка ушла, он успел увидеть её глаз, из которого она вытащила эту розовую линзу. Каре-бордовых глаз у Санеми и так было полно в коллекции, но такого оттенка, как у незнакомки, пока ещё не попадалось.       — Будь уверена, я найду тебя.