Тьма.

Первые несколько секунд Вару не понял, о чем говорит его тренер. После тяжёлой тренировки на льду тело ломило от боли, особенно после нескольких падений, за которые ему не упустили возможности отчитать. Пот стекал с лица, а кто-то за спиной пытался накинуть на него олимпийку, думая, что ему холодно. Вару быстро ответил «нет» и попытался прийти в себя. — Что? — переспросил фигурист, когда наконец осознал, о чем шла речь. — Не хочешь ли ты рассмотреть Пика как партнёра для совместного выступления? — повторил Курамаку, его тренер. Вару замер. Сказать, что он был против, — это ничего не сказать. Мягко говоря, ему не нравились парные выступления. На обычных шоу он мог позволить себе работать с партнёром, но на больших соревнованиях — никогда. Он хотел стать известным сам, без чьей-либо помощи. Он попытался вспомнить знакомого с таким же именем или хотя бы увидеть его на соревнованиях, но ничего в голову не лезло. Тренер, заметив его выражение лица, тут же добавил: — Ты его не знаешь. Вару тяжело вздохнул. Ещё одна проблема на голову. Ему придётся не только познакомиться, но и работать с незнакомцем в течение нескольких месяцев, думая, как улучшить их выступление. Надо найти общий язык, а затем сблизиться, ведь может случиться так, что они будут работать вместе дольше, чем ожидалось. — Он моего уровня? — спросил фигурист, облокачиваясь на бортик. — Он выше твоего уровня, — хмыкнул тренер, и Вару уловил нотки самодовольства в его голосе. Тренер вроде бы его поддерживает, но в то же время поднимает другого. В груди расплылась ревность, особенно учитывая, что Вару с Куромаку были в отношениях. Пятый нахмурился: разве кто-то мог быть уровня выше него? Он тот, кто устанавливал рекорды, был победителем Олимпийских игр. Эти победы он получал в одиночном катании, а не за счёт партнёра. Столько лет он посвятил катанию, и его старания оценили по заслугам. Он мировой фигурист, самый лучший среди мужчин, освоивший четвертные прыжки. Разве кто-то мог быть лучше? Внутри, глубоко в сознании, зародился интерес и даже любопытство. — Почему я не слышал о нём раньше? — тихо спросил Вару, пытаясь скрыть своё растущее любопытство. — Он закончил свою карьеру, но в этом году хотел начать снова, — ответил Куромаку, выводя Вару со льда. Фигурист задумался, предполагая, что неизвестный Пик, возможно, намного старше его. Хотя бы это его удовлетворяло; ему всегда нравились люди с опытом. Значит, ему не придётся мучиться с тем, чтобы учить его или же опираться на его молодость. Однако в то же время закралась тревога. Что если на одном из самых важных шоу в жизни Вару всё внимание переключится на него? Что если этот Пик окажется лучше него? По сути, мир раньше знал Пика, однако позабыл. Это случалось со многими фигуристами, кто забросил карьеру. — Я подумаю. Весь вечер и ночь Вару провёл за компьютером, в поисках выступлений этого самого Пика. Качество видео в различных архивах желало лучшего. Фигурист был слегка недоволен, но для него было важнее рассмотреть движения потенциального партнёра. Пик неплох, однозначно, но Вару казалось, что этого недостаточно. Он не молод, и после длительного отсутствия, соответственно, отвык от льда. Хорошая ли это идея? Фигурное катание для Вару - это все. Он чувствует себя мёртвым пока его ноги несут его по земле, но стоит им ступить на лёд, все меняется. Чувства переполняют его и он готов на все чтобы победить. Лёд это было то место где Вару мог показать,что он победитель. И он не готов кому-то уступать своё место. Он пытался успокоить себя, повторяя, что всё будет хорошо: за Вару следят миллионы людей, и такие же миллионы фанатов. Разве Пик сможет его затмить? Нет. «Наверное, нет,» — думал Вару. Однако это «наверное» тревожило его. Пик был симпатичным и подтянутым мужчиной лет около двадцати пяти, а если учесть, что прошло уже десять лет, ему уже тридцать пять. Он был высоким, а его волосы были близки к чёрному, но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что это фиолетовый оттенок. Однако, когда глаза Вару начали слипаться, а завтра его ждала тренировка, он решил написать тренеру «да, я не против». В конце всех сообщений добавил: «Люблю тебя, милый». Спустя несколько минут пришёл ответ: «Он придёт завтра на тренировку». Вару забеспокоился, но спустя ещё несколько минут появился маленький стикер в форме сердечка. На лице у него заиграла улыбка. Сердце забилось в предвкушении от тревоги, но тело уже давно было в мире снов.

***

Сердце билось всё сильнее: с каждой секундой он приближался к встрече. В машине Вару нервно теребил пальцами, неосознанно кусал ногти, а когда осознавал это, слегка бил себя по голове. «Он не достоин твоей тревоги, Вару,» — пытался переубедить себя фигурист. Однако что-то подсказывало, что всё пойдёт по одному месту. Зайдя в здание, он быстро переоделся в лонгслив и обтягивающие штаны для тренировок. Наконец закончив с коньками, он вышел из раздевалки. Там, чуть подальше от бортика, стоял Куромаку и мужчина, в котором он узнал своего нового партнёра по фигурному катанию. Вару почувствовал, как руки начинают дрожать. — Вару! — крикнул ему тренер, подозвав к себе. Фигурист заставил себя улыбнуться и подошёл ближе. Подойдя к ним, пятый взглянул на тренера, но не мог смотреть на Пика, то ли от стеснения, то ли от неловкости нового знакомства. Однако, казалось, мужчина не отводил от него взгляда, и это заставило Вару почувствовать себя ещё более неловко. — Знакомься, это Пик, — решил начать тренер, и только сейчас Вару осмелился поднять взгляд. Ему пришлось поднять голову, чтобы посмотреть мужчине в лицо. — Пик, это Вару Ханю. Олимпийский и мировой чемпион, рекордсмен и победитель многих других соревнований. Вару, даже слегка смущаясь от такой, казалось бы, незначительной похвалы, всё же, когда Пик посмотрел ему в глаза, застыл. — Да, — ответил мужчина. — Я долго наблюдал за ним. Теперь Вару не мог скрыть своего смущения и улыбнулся шире, глядя на Пика. Однако одна фраза нового партнёра вывела его из колеи. — Мне было интересно, кто заменял меня все эти годы, — произнёс он как-то даже насмешливо. — Неплохая замена. Вару сначала не совсем понял смысл фразы, а затем ощутил, как что-то кольнуло в груди, словно тонкая игла, протыкающая мягкую ткань. Было ли это оскорблением — Вару не знал и знать не хотел. — Пик был моим учеником раньше, — сказал Куромаку. — Он всегда был колким, не обижайся. — Я тоже не хороший мальчик, — цокнул Вару и ухмыльнулся, слегка поправляя очки пальцами. — О… — протянул Пик. — Тренер мне рассказывал совершенно другое. Вару пришлось закусить язык, чтобы не вякнуть что-то лишнее. В голове крутились варианты, как бы его задеть или колко подколоть. — Он говорил о том, как хорошо ты его слушаешься. Да, тренер? — продолжил Пик. Что это сейчас было: издёвка? Чёрный юмор? Вару увидел, как уши Куромаку краснеют, и в памяти возникли моменты: то, как они запирались в раздевалке и проводили там по несколько часов, или как после выступлений, где Вару побеждал, Куромаку его «хвалил». И хвалил так, что Вару не мог стоять на льду на протяжении недели. — Да, это действительно так, — подхватил Вару, пытаясь сделать голос как можно более серьёзным. — Ты знаешь, как трудно оставаться хорошим мальчиком, когда твой тренер такой соблазнительный? Пик, подняв бровь, засмеялся. — Ну что ж, не переживай. Совсем скоро Куромаку перестанет тебя волновать. — Ухмыльнулся мужчина и наклонился к Вару. — Ведь теперь есть я. Вару хмурится, но оскал с его лица не с подает. Им придется много чего сделать чтобы найти общий язык.