Сон

      Как вы избавляетесь от тревожности или внешнего мира? Вероятно, занимаете свой мозг чем-нибудь или судорожно пытаетесь найти причину этого тянущего чувства. Или ложитесь спать. Просто спать...

***

      - Сука, да за что мне это всë?       Харрис недовольно посмотрел на дверь, ведущую в ванную комнату, из которой был слышен чужой голос. Эта фраза не была криком или шëпотом. Она просто была полна отчаяния и безысходности, из-за которой невозможно было предать какую-либо эмоциональную окраску. Человек чувствовал себя невероятно отвратительно и этого малого количества информации уже было достаточно, чтобы понять.       Джон решил не заходить в ванную, не стучать в дверь, не спрашивать, всë ли в порядке. Он спокойно сел на диван и откинулся на мягкую спинку. Русоволосый не знал, что сейчас происходит с его сожителем. Да и знать особо не хотелось. Захочет - сам расскажет.       Лололошка сидел в ванной около часа и больше не выдавал никаких звуков. Впрочем, может они и были, но их в любом случае заглушил шипящий звук воды.       Голубоглазый вошëл в комнату. Парень выглядел... Помято. Кожа побледнела, походка была неровной, а если присмотреться, то и вообще тот весь дрожал. Лололошка не обратил внимания на Харриса и лëг на тот же диван, стараясь как можно скорее уснуть.       - Джон, я клянусь тебе, я сейчас сдохну. - Парень попытался хоть как-то усмехнуться, но тут же скривился и смотрел пустыми глазами на ковëр. Он выглядел сейчас таким успокаивающим. Будто прожëнное пятно от сигареты и старый тупой узор были чем-то приятным, словно море или тëплый огонь.       - Из-за чего ты на этот раз умираешь, идиот? - Парень хмыкнул, осматривая дрожащее тело. После поправил его позу, положил голову к себе на колени, чтобы тот смог полностью выпрямиться и на периферии слушал объяснения.       -...И стало настолько страшно. Я даже дышать толком не мог. - Голубоглазый невольно прижался чуть ближе. У него не было сил удивляться на подобные действия от Харриса. Он просто хотел спать. - Никогда не чувствовал себя настолько беспомощным.       Джон молчал. Он лишь время от времени вздыхал или насмешливо хмыкал. Панические атаки у Лололошки были... Предсказуемы? Причинами панических атак может быть стресс, депрессивные состояния, общее истощение организма. Он как раз когда-то не так давно говорил о стрессе. Что ж, тогда это и правда можно объяснить.

***

      "Я хочу спать". Для Лололошки эта фраза не была прямым значением, а скорее желанием перестать страдать. Потому что после сна становится немного легче и не важно после чего. После болезни, после слов или тяжëлого дня.       "Я хочу спать" равносильно "Ещë немного и всë будет в порядке. Это пройдëт". Просто когда-то появилась такая привычка банального самообмана, которой зачастую выгодно пользоваться. Хотя, от всего ведь не скрыться только сном.       Обладатель сапфировых глаз судорожно хватался за чужие руки и старался прижаться как можно ближе. Было настолько отвратительно, что терпеть уже казалось невозможным. Это тупое чувство никуда не давалось, в лишь усиливалось с каждой минутой.       Харрис успокаивающе коснулся своими губами чужих, выдыхая. Лололошка категорически отказывался говорить на эту тему, принимать помощь или как-то справляться с этим. Тот просто надеялся, что всë пройдëт и не хотел нагружать пассию этой проблемой. Впрочем, это всë равно касалось Джона, когда русоволосый молча приходил к нему. А дальше импровизация. Тот сам не до конца понимал, почему и зачем "мешал" кареглазому, но тащился в его кабинет уже по инерции. Харрис недовольно закатывал глаза, но из раза в раз откладывал свои дела и старался успокоить как можно быстрее.       Лололошка постоянно говорил, что хочет спать и по итогу засыпал на теле любимого человека. Он всегда хотел спать, но никогда не говорил почему. А потому что "сон" равносилен спокойствию.